Будь умным!


У вас вопросы?
У нас ответы:) SamZan.ru

Статут 2002. 205 с

Работа добавлена на сайт samzan.ru: 2016-03-13


Михайлов С.В.

М 69      Категория интереса в российском гражданском праве. - М:

«Статут», 2002. - 205 с. (В сер. «Новые имена»).

ISBN 5-8354-0123-х (в пер.)

УДК 347 ББК 67.404 М69

Рекомендовано к изданию Кафедрой гражданского права

Московского государственного университета

им. М.В. Ломоносова (Решение № 8 от 29 ноября 2001 года)

Рецензент:

к.ю.н, доцент кафедры гражданского права МГУ Козлова Н.В.

Книга посвящена исследованию роли общенаучной категории интереса в гражданском (частном) праве. Рассматриваются проблемы юридического значения категории интереса для объективного и субъективного права, а также для отдельных институтов гражданского права, таких как: страховое правоотношение, действия в чужом интересе без поручения, заинтересованность управляющих в совершении сделки хозяйственным обществом, право на иск.

Книга адресована научным работникам, аспирантам, студентам, преподавателям юридических вузов, а также всем читателям, интересующимся теоретическими вопросами гражданского права и общей теории права.

УДК 347 ББК 67.404

ISBN 5-8354-0123-х

© С.В. Михайлов, 2002

© B.C. Ем, предисл., 2002

©«Статут»,редподготовка, оформление, 2002

ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ..........................................................  8

ВВЕДЕНИЕ...........................................................   10

Глава 1. Интерес и гражданское право в объективном смысле... 12

§ 1. Интерес как категория общественных наук .............................  12

§ 2. Роль категории интереса в гражданско-правовом регулировании

общественных отношений..................................................................  26

Глава 2. Интерес и субъективное гражданское право ....................  54

§ 1. Интерес как критерий разграничения частноправовых и

• публично-правовых отношений ......................................................  54

§ 2. Роль категории интереса в возникновении, динамике и

" прекращении субъективного гражданского права...........................  81

Глава 3. Категория интереса в отдельных институтах

гражданского права......................................................   104

§ 1. Страховой интерес.....................................................................  104

1.1 Понятие страхового интереса........................................................  104

1.2. Страховой интерес в имущественном страховании....................  108

1.3. Страховой интерес в личном страховании..................................  118

1.4. Соотношение категорий страхового интереса и имущества......... 120

1.5. Соотношение категорий страхового интереса и убытков ...........  121

1.6. Соотношение категорий страхового интереса и риска................  123

§ 2. Действия в чужом интересе без поручения..............................  127

§ 3. Заинтересованность в совершении сделки хозяйственным

" обществом........................................................................................  154

§ 4. Интерес и право на иск.............................................................  177

БИБЛИОГРАФИЯ.........................................................................  192

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящее издание посвящено одному из фундаментальных вопросов юридической науки - вопросу о роли и месте интереса в правовой надстройке общества. Автором исследования является молодой кандидат юридических наук - Семен Викторович Михайлов. Он родился в мае 1970 г. в селе Сунтар Якутской АССР. В 1995 г. окончил юридический факультет Якутского государственного университета. С 1995 по 2000 г. обучался в аспирантуре юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова при кафедре гражданского права, где под научным руководством одного из виднейших современных цивилистов России профессора Сергея Михайловича Корнеева подготовил и успешно защитил в июне 2000 г. диссертацию на тему: «Категория интереса в гражданском (частном) праве». В течение двух лет после защиты диссертации С.В. Михайлов продолжал работать над темой, в результате чего родилась книга, которая увидела свет в настоящем издании.

Кафедра гражданского права МГУ им. М.В. Ломоносова традиционно является одним из научных лидеров исследования проблем, связанных с ролью интереса в гражданско-правовом регулировании общественных отношений. Достаточно вспомнить фундаментальные исследования профессора В.П. Грибанова, который широко и всесторонне, с присущей ему глубиной исследовал категорию интереса как составляющую большой научной проблемы осуществления и защиты гражданских прав1. Поэтому книга С.В. Михайлова - это один из шагов в процессе поступательного, творческого развития позиций кафедры по сложнейшему вопросу правоведения.

Круг проблем, затронутых в книге С.В. Михайлова, далеко не тради-ционен. В литературе трудно найти источник, в котором бы детально освещались формы и способы проявления и закрепления интереса в конкретных гражданско-правовых институтах, а именно это получило подробное освещение в работе С.В. Михайлова. Автор книги сдержанно, но достаточно аргументированно и последовательно приводит свое понимание интереса; собственную позицию по соотношению интереса с

1 См.: Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Статут, 2000. С. 233-244.

8

субъективными правами и обязанностями; свой взгляд на значение интереса в механизме реализации гражданских правоотношений. Научные взгляды С.В. Михайлова отражают и его опыт юриста-практика. Благодаря этому многие абстрактные положения, касающиеся категории интереса, приобретают в его изложении практическое звучание.

Многие положения, защищаемые автором, несомненно послужат поводом для научных дискуссий. Это, наверное, закономерно. Ведь издательство «Статут» вводит в лоно большой цивилистической науки новое имя, обладающее новыми взглядами на научную проблему, которую можно смело отнести к числу вечных.

Научный редактор,

доцент кафедры гражданского права

МГУ им. М.В. Ломоносова,

кандидат юридических наук В-С. Ем

ВВЕДЕНИЕ

Жизнь человека представляет собой достижение целей, выбор которых зависит от его интересов. Поэтому справедливо утверждение, что ничто не осуществляется помимо человеческих интересов1. Доброе имя, общественное положение, семья, материальное благосостояние и многое другое входит в сферу частных интересов. Поэтому надежная защита сферы частных интересов нужна каждому человеку и обществу в целом.

Оптимальное юридическое закрепление демократических основ нашего общества по-прежнему является актуальной задачей. Но в общественное сознание глубоко въелись административно-правовые принципы. В противоположность этому ценности современного демократического общества основываются на взаимном уважении интересов каждой личности и отрицании произвольного силового вмешательства, в том числе со стороны государства, в сферу чужих интересов.

Взаимодействие механизма гражданско-правового регулирования с реальными общественными отношениями невозможно установить без всестороннего изучения категории интереса. Ибо для наполнения сухих юридических конструкций жизненным содержанием нужно иметь объективное представление о том, что такое интерес как научная категория.

Проблемой категории интереса в гражданском праве в разное время занимались многие российские ученые, в частности Ю.С. Гамбаров, Н.М. Коркунов, С.А. Муромцев, Л.И. Петражицкий, И.А. Покровский, Г.Ф. Шершеневич, С.Н. Братусь, А.В. Венедиктов, В.П. Грибанов, ЕЛ. Губин, B.C. Ем, О.С. Иоффе, И.Б. Новицкий, Ю.К. Толстой.

Но сложилось так, что практически нет исследований роли категории интереса в частном праве в современных условиях, хотя в одном только Гражданском кодексе Российской Федерации об интересе в разных аспектах упоминается более чем в 70 статьях.

Целью написания данной работы явилось рассмотрение комплекса вопросов, возникающих в связи с решением конфликтов и коллизий интересов субъектов права с помощью различных гражданско-правовых

1 Гегель Г.Ф. Соч. Т. 3. М., 1956. С. 288.

10

средств. Из них наиболее актуальными представляются вопросы о роли категории интереса в механизме гражданско-правового регулирования общественных отношений (интерес и объективное право); о месте категории интереса в гражданском правоотношении (интерес и субъективное право); о юридических особенностях, присущих категории интереса. Автор выражает искреннюю признательность своему научному руководителю заслуженному юристу Российской Федерации, доктору юридических наук, профессору Сергею Михайловичу Корнееву.

Глава 1. Интерес и гражданское право в объективном смысле

§ 1. Интерес как категория общественных наук

Обратимся к этимологии слова интерес. Латинское словосочетание inter esse означает «находиться между чем-нибудь», «различаться», «иметь важное значение». Это словосочетание преобразовалось в юридический термин interesse, использовавшийся римскими юристами для названия платы, начислявшейся в виде процентов, за предоставление займа. Во второй половине XIII в. термин римского права interesse был использован канонистами - создателями системы западноевропейского канонического права. Цель использования данного термина состояла в разграничении законной платы за предоставление займа и греха ростовщичества1. Из канонического права термин перекочевал в немецкий язык - возникло слово Interesse в значении «польза, выгода».

В русский язык слово интерес пришло из немецкого языка в начале XVIII в. Считается, что впервые его употребил Петр I в 1703 г.2 В Петровскую эпоху и до середины XVIII в. интерес понимали как «выгоду», «дело», «корысть». Более позднее значение слова интерес - «внимание,' проявляемое к кому-либо, чему-либо», «занимательность», «увлекательность», «важность», «значение», «польза» - возникло в русском языке под влиянием французского interet3.

Категория интереса исследуется разными науками: философией, социологией, психологией, экономикой, юриспруденцией и др. Это обстоятельство указывает на то, что интерес является общенаучной категорией. Но практически у каждой науки в соответствии с ее целями, предметом, методом изучения сложилось свое представление о категории интереса. Между тем с точки зрения формально-логического метода познания различное

^ Берман Г.Дж. Западная традиция права: эпоха формирования. М., 1998. С. 240. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. Т. 2 /' Пер с нем и доп. О.Н. Трубачева. 3-е изд. СПб., 1996. С. 136.

Этимологический словарь русского языка. Т. 2. Вып. 7 / Под ред Н М Шанского. М., 1980. С. 97-98; Дворецкий И.Х. Латинско-русский словарь. М, 1976 С. 548.

12

понимание социальными науками существа одной категории требует либо унификации трактовок, либо установления их соотношения, следовательно, признания того, что речь идет о разных категориях.

В связи с этим возникают вопросы. Какова сущность интереса? Корректно ли различное понимание существа одной категории разными науками? По каким критериям можно определить виды интересов? Какова роль интереса в юриспруденции? Попытаемся выявить существо общенаучной категории интереса, очертить сферу ее применения в юриспруденции, в том числе в науке гражданского права.

Ранее в отечественной общенаучной литературе было довольно много публикаций о категории интереса. Проблематикой категории интереса, ее различных трактовок занимались социологи: А.С. Айзикович, Г.М. Гак, Г.Е. Глезерман, А.Г. Здравомыслов, В.П. Лавриненко, Д.И. Чес-ноков и др.; психологи: Л.А. Гордон, В.Г. Иванов, С.Л. Рубинштейн и др.; экономисты: Л.И. Абалкин, Б.Я. Гершкович, В.В. Радаев и др. Сформировавшиеся в период 60-х и 70-х годов XX в. научные мнения о категории интереса не претерпели существенных изменений и сегодня.

Ученые-экономисты вполне обоснованно понимают интересы как непосредственные отношения между социальными субъектами по поводу воспроизводства продукта для удовлетворения экономических потребностей1. По их мнению, экономический интерес не есть некое психологическое явление, состояние индивидуального или общественного сознания, а форма необходимости реализации материальных, объективных потребностей2. Субъектами интересов экономисты признают человека, коллектив, общество, интересы которых определяются экономическим положением субъектов в общественном производстве3. Экономисты рассматривают интерес как стимул и мотивацию хозяйственной деятельности субъектов4, так как интересы отражают материальные ус-

1 Интересы в системе экономических отношений социализма / Отв. ред. Ю.И. Пал-кин, Ю.Н. Пахомов. Киев, 1974. С. 45.

2 Кронрод Я.А. Законы политической экономии социализма. Очерки методологии и теории. М, 1966. С. 545-546.

3 Радаев В.В. Экономические интересы при социализме. М., 1971. С. 68.

4 См., например: Интересы и стимулирование в современной российской экономике: Сборник научных работ / Отв. ред. Б.Я. Гершкович. Пятигорск, 1996. Деп. в ИНИОН РАН 30.09.96. № 51913; Егиазарян ГА. Материальная заинтересованность в период строительства коммунизма. М., 1961; Кронрод Я.А. Указ. соч. С. 549-550.

13

ловия общественного бытия людей и формируются под непосредственным воздействием потребностей1.

В отличие от экономистов, исследователи-психологи понимают интерес как определенное психическое состояние человека, как направленность его внимания на какой-либо предмет2. Но нужно отметить,, что базисом возникновения интереса они также указывают потребность3. Отличие интереса от потребности усматривается в том, что категория интереса неразрывно связана с интеллектуальной деятельностью человека, тогда как потребность не обладает таким признаком4. Для психологов субъектом интереса является человек как личность, познавательной активности которого ученые уделяют особое внимание. Некоторые авторы полагают, что в отличие от категорий необходимости, потребности и цели, наиболее существенной характерностью интереса человека является ориентировочно-исследовательский момент познания нового5.

Но сужение содержания интереса до эмоциональной окрашенности и познавательной активности, что характерно для ученых, отстаивающих «психологический» интерес, ведет в тупик. Взгляд на интерес как на нечто, представляющее собой эмоционально окрашенную направленность нашего сознания на определенные объекты6, мало что дает для понимания предмета исследования. Ведь всякое объективно существующее явление имеет свое содержание, сущность, причины возникновения и другие признаки, а не только абстрактную «эмоциональную окраску».

В психологической литературе указывается на научную преждевременность специального анализа физиологической структуры и динами-

1 Абалкин Л.И. Экономические законы, интересы и методы хозяйственной деятельности // Коммунист. 1967. № 6. С. 73.

2 Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии: В 2 т. Т. II. М., 1989. С. 111.

3 Гордон Л.А. Потребности и интересы // Советская педагогика. 1939. № 8-9. С. 129.

4 См. там же. С. 134.

5 См., например: Немое Р.С. Психология: Учебник для студентов высш. пед. учеб, заведений: В 3 кн. Кн. 1. Общие основы психологии. 2-е изд. М., 1995. С. 395.

6 Гордон Л.А. Указ. соч. С. 140. Критику этого определения см.: Иванов В.Г. Основные положения теории интереса в свете проблемы отношений человека // Ученые записки ЛГУ. Психология и педагогика. 1956. № 214. Серия философских наук. Вып. 9. С. 66-67.

14

ки интереса человека. Вместе с тем признается, что динамика интереса оказывается связанной с содержанием интереса и его общественной значимостью для личности и лишь затем с особенностями высшей нервной деятельности данного человека1.

Ученые-социологи дают различные определения категории интереса. Большинство исследователей считают, что интерес - это объективное отношение общества, групп или отдельных индивидуумов к условиям собственной жизни и наличным потребностям2. В качестве субъектов интересов социологи преимущественно рассматривают общественные группы: нации, классы, коллективы, общество в целом, подчеркивая, что потребности людей составляют главное содержание их интересов3. Следует отметить, что в социологической литературе подробно анализируется соотношение категории интереса с категорией потребности. Потребности — это объективные нужды, выражающие необходимую связь, зависимость человека от природы и от общества4. В этом смысле потребность является более широкой категорией, так как она присуща органической и социальной формам движения материи, а категория интереса применима только к общественной жизни5.

Действительно, даже удовлетворение материальных потребностей в пище, одежде и пр. у человека носит социальный характер, ибо для него важно, что он ест, как он это делает, какую одежду носит, - все это имеет определенное социальное значение. В этом заключается соотношение категорий потребности и интереса.

В философской концепции К. Маркса и Ф. Энгельса категория интереса предстает как движущая сила общественного развития, определяемая производственными отношениями данной исторической экономической формации. Разделив общество на большие общественные

1 Иванов В.Г. Указ. соч. С. 64.

2 ЧесноковД.И. Исторический материализм. Изд. 2-е, доработ. М, 1965. С. 127.

3 Лавриненко В.Н. Сочетание общественных и личных интересов как характерный принцип социалистических производственных отношений: Автореф. дисс. ... канд. философ, наук. М., 1964. С. 2.

4 Чинакова Л. И. К вопросу об интересе как социологической категории // Вопросы научного коммунизма и философии: Материалы теоретической конференции. Красноярск, 1965. С. 156.

5 См.: Здравомыслов А.Г. Интерес как категория исторического материализма // Вестник ЛГУ. 1959. № 17. Серия экономики, философии и права. Вып. 3. С. 164; Айзикович А.С. Важная социологическая проблема // Вопросы философии. 1965. № П. С. 165,167.

/5

группы (классы) по отношению к средствам производства, К. Маркс и Ф. Энгельс пришли к выводу о том, что у представителей одного класса существуют общие интересы, которые могут служить стимулом классовой политической борьбы, представлявшейся двигателем общественного прогресса. Ими было обосновано преимущество интереса определенного класса над интересами других классов, общественных групп и общества в целом. Понимая личность как совокупность всех общественных отношений1, К. Маркс и Ф. Энгельс включили в содержание категории интереса общественные отношения, проявляющиеся в виде потребностей, возникающих по поводу присвоения средств производства и возникающих по их поводу производственных отношений.

Как отмечается в научной литературе, в работах К. Маркса и Ф. Энгельса понятия интереса и потребности практически тождественны2.

Авторство введения в юриспруденцию категории интереса как социального основания системы права принадлежит немецкому правоведу Рудольфу фон Иерингу (1818-1892).

В философско-социальном плане Р. Иеринг различает два генеральных побудительных вектора деятельности человека. Первый обращен назад, в прошлое: сначала осознается нужда (причина), потом следует действие, т.е. субъект действует «потому, что» ему это необходимо. Другой обращен вперед, в будущее: сначала осознается представление о желаемом благе (цели), затем следует действие, т.е. субъект действует «для того, чтобы» достичь цель, в том числе правовую. Цели определяют функции субъекта, поэтому главным законом общественного развития Р. Иеринг признает «целевой закон», который он считает правооб-разующим фактором, правосозидающей силой.

В своем общественно-правовом учении Р. Иеринг устанавливает определенную субординацию интересов: человека, общественных групп, общества. Причем интересам большинства дается определенный приоритет. Право в историческом смысле он обосновывает системой принуждения, являющейся фактически системой субординации и согласования интересов различных социальных субъектов. Известны его определения права как совокупности жизненных условий общества, обеспечиваемых государственным принуждением3. По мнению Р. Иеринга,

1 Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 3.

2 См.: РадаевВ.В. Указ. соч. С. 72; Иванов ВТ. Указ. соч. С. 64.

3 Иеринг Р. Цель в праве. Т. 1. СПб., 1881. С. 315.

16

природа права заключается в необходимости общественного регулирования и согласования интересов различных социальных субъектов. Именно на это положение учения Р. Иеринга сделали акцент его последователи, среди которых автор «социологической юриспруденции» Рос-ко Паунд и представители школы «юриспруденции интересов» Ф. Гек, Г. Штоль, Р. Мюллер-Эрзбах1.

Определяя роль интереса в гражданском правоотношении, Р. Иеринг отмечает, что каждое субъективное гражданское право существует для того, чтобы доставлять человеку какое-либо имущественное или неимущественное благо, служащее удовлетворению его потребностей. Поэтому цель каждого субъективного права составляет какое-нибудь благо или какая-либо выгода. С представлением о благе связано понятие стоимости и интереса, причем стоимость дает меру годности блага, а интерес ставит стоимость в соотношение с целями и положением человека2.

Нужно отметить, что приведенные выше точки зрения различных ав-торов в основном не противоречат друг другу, так как содержанием ин-тереса признаются потребности субъекта, а формой существования ин-тереса - общественные отношения.

Основная проблема категории интереса состоит в определении ее природы. Взгляды ученых по этому поводу делятся на три группы.

Одни исследователи считают интерес категорией субъективной3, они рассуждают примерно так - если нет осознания интереса субъектом, то нет смысла говорить и о самом интересе. Другие - категорией объек-

1 См.: Завьялов Ю.С. Проблема интереса в марксистской теории социалистического права: Дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1968. С. 92; Куликов А.К. Категория интереса в социологической теории Роско Паунда // Правоведение. 1977. № 6. С. 89.

2 См.: Борзенко Л. Учредительство и железные дороги. Очерк железнодорожного права // Интерес и право. Сочинение д-ра Рудольфа фон Иеринга. Ярославль, 1880. С. 153; Тарановский Ф.В. Интерес и нравственный долг в праве. Варшава, 1899. С. 5.

3 См., например: Гош А. Материальные потребности и интересы // Экономические науки. 1971. № 7. С. 15; Заозеров М.И. Общественные и личные интересы и их сочетание при социализме // О диалектике развития советского социалистического общества / Под общей ред. В.Н. Пилипенко и Г.М. Штракса. М., 1962. С. 223.

тивной1, так как интересы существуют и вне зависимости от осознания их субъектом. Третья группа ученых полагает, что интерес - это диалектическая категория, в которой с необходимостью проявляются в единстве объективное и субъективное начала2.

На наш взгляд, интерес нельзя рассматривать как субъективную категорию, ибо интересы существуют и вне их осознания самим субъектом интереса. Например, ребенок по причине отсутствия знаний и жизненного опыта не может вполне осознавать свои интересы, но они вне зависимости от этого обстоятельства объективно существуют, поэтому закон их признает и охраняет3.

Утверждение о том, что категория интереса имеет субъективную природу опровергают следующие доводы. Во-первых, формой проявления интереса является общественное отношение. В свою очередь, общественное отношение так или иначе определяется совокупностью условий, «окружающих» субъекта. Поскольку для субъекта интереса эти условия составляют обстоятельства внешнего мира, то очевидно, что они не входят в его субъективную сферу.

Во-вторых, не вызывает сомнения, что у каждого субъекта существуют свои индивидуальные интересы, которые не совпадают с интересами других лиц. Но если согласиться с тем, что интерес - это субъективная категория, то Г.М. Гак, справедливо указывает на то, что такой подход предопределит основу и поле взаимодействия интересов различных субъектов - это психика человека, его отражение окружающей действительности. Таким образом получается, что говорить об отражении в сознании интересов - значит говорить об отражении в психике психического. Такой вывод означает, что все коллизии интересов есть

1 См., например: Гак Г.М. Общественные и личные интересы и их сочетание при социализме // Вопросы философии. 1955. № 4. С. 19; Глезерман Г.Е. Интерес как социологическая категория // Вопросы философии. 1966. № 10. С. 19; Ай-зиковичА.С. Указ. соч. С. 167.

2 См., например: Здравомыслов А.Г. Интерес как категория исторического материализма // Вестник ЛГУ. 1959. № 17. Серия экономики, философии и права. Вып. 3. С. 164; ЧтаковаЛ.И. Указ. соч. С. 169.

3 См.: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве: Дисс. ... докт. юрид. наук. Саратов. 1971. С. 44-45: Лавртен-ко В.Н. Интерес как категория исторического материализма // Вестник МГУ. Серия 8. Экономика, философия. № 1. С. 66.

18

явления сознания субъекта (человека)1. Но это полностью противоречит исходной посылке о том, что у каждого субъекта есть свои индивидуальные интересы, не совпадающие с интересами других субъектов. Следовательно, мы должны прийти к заключению: интерес - это не субъективная категория.

Из данного положения также следует и то, что проблема интереса практически сводится к проблеме личности, к ее возможностям по отражению окружающей действительности, к индивидуальным особенностям психики, интеллекта, жизненным обстоятельствам и т.д.2, поэтому естественно, что люди, занимающие одинаковое общественное положение, могут иметь разные субъективные интересы3.

Некоторые ученые считают интерес некоей объективной направленностью, стремлением субъекта4. Но надо отметить, что направленность, как и стремление, невозможна без целевой ориентации. Определение целей так или иначе основывается на отражательной и аналитической психической деятельности субъекта. Для этого необходимо оценить зависимость субъекта от тех или иных обстоятельств, определить способы снятия возникшей зависимости и выбрать наиболее подходящий вариант ее преодоления. Последнее положение свидетельствует о том, что направленность деятельности субъекта и целеполагание относятся к субъективным явлениям. В связи с данным положением, нужно сказать, что такие мнения сводятся к пониманию интереса как субъективной категории. Но как показано выше, субъективное понимание категории интереса является ошибочным.

Позиция ряда ученых, рассматривающих интерес как объективно-субъективную категорию, также представляется неверной.

Во-первых, согласно рассматриваемому положению под интересом понимается осознание субъектом своих объективных потребностей. Но Л.И. Бондаренко правильно указывает на то, что такая позиция означает, что интерес практически рассматривается как феномен сознания,

1 ГакГ.М. Учение об общественном сознании в свете теории познания. М., 1960. С. 63.

2 Бернацкий В.О. Субординация интересов как проблема исторического материализма: Дисс. ... канд. философ, наук. М., 1972. С. 7.

3 См. там же. С. 13.

4 См., например: Гришин Г.П. Экономические интересы и их реализация в условиях рынка // Интересы и стимулирование в современной российской экономике: Сборник научных работ / Отв. ред. Б.Я. Гершкович. С. 22.

19

хотя и с бессодержательным указанием на его объективную (материальную) основу. Поэтому такой подход по сути ничем не отличается от субъективного понимания интереса1.

Во-вторых, рассматриваемое мнение не выдерживает критики двойственности категории интереса, так как формально-логический метод познания не позволяет такой трактовки. Признав интерес объективно-субъективной категорией, мы придем к неизбежному выводу о том, что признаки интереса будут проявляться по-разному в зависимости от того, к какому аспекту явления мы обращаемся: к объективной или к субъективной стороне интереса. Но главное требование к выявлению сущности научной категории состоит именно в том, что признаки не могут зависеть от аспекта рассмотрения категории - они должны быть постоянными. Ведь именно широкое логическое обобщение признаков изучаемого явления позволяет оперировать научной категорией как формой логического мышления2.

Мы считаем правильным мнение о том, что интерес является объективной категорией. Г.Е. Глезерман справедливо указывает, что осознание интереса не добавляет к его содержанию ничего нового, так как он определяется жизненными условиями окружающими субъекта3. Интерес не порождается сознанием, а существует в действительности в форме связи субъекта с окружающими его условиями. Эта связь проявляется в виде общественных отношений, содержанием которых является потребность субъекта. Нужно отметить, что большинство ученых правоведов считает, что интерес - это объективная категория4.

1 Бондаренко Л. Интерес как категория политической экономии // Экономические науки. 1970. № 8. С. 14.

2 Кириллов В.И., Старченко А.А. Логика: Учебник для юридических факультетов и институтов. М, 1996. С. 46.

3 Глезерман Г.Е. Указ. соч. С. 18; Сабикенов С.Н. Об объективном характере интересов в праве // Сов. государство и право. 1981. № 6. С. 38.

4 См., например: Мальцев Г.В. Соотношение субъективных прав, обязанностей и интересов советских граждан // Советское государство и право. 1965. № 10. С. 20; ЧечотД.М. Субъективное право и формы его защиты Л., 1968. С. 28-29; Братусъ С.Н. Роль В.И, Ленина в становлении и развитии советского законодательства. М., 1969. С. 27; Сабикенов С.Н. Изучение категории интереса в праве // Советское государство и право. 1968. № 5. С. 112; Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970. С. 16; Степанян В.В. Выражение интересов общества и личности в социалистическом праве: Механизм: структура, функционирование. Ереван,

20

Поскольку интерес проявляется как общественное отношен   , то ряд

ученых считает, что общественное отношение cocтавляет содержание интереса . Такая позиция является спорной, так как она фактически означает тождество категории интереса и общественного отношения. Но так ли это?

Для ответа на этот вопрос обратимся к содержанию категории обще-

ственных отношений. В результате мы придем к выводу, что общественные отношения - это чрезвычайно широкая категория. Если, к примеру, взять ценностные  характеристики, то общественные отношения охватывают как положительные, так и отрицательные общественные связи. В этом смысле отрицательными могут быть, примеру, отношения, связанные с причинением вреда, отношения зависимости и т.д. Такие отношения являются противоположными интересу, мыслящемуся как положительное ценностное явление. Поэтому представляется, что соотношение категории интереса и категории общественных отношений заключается в том, что интерес, по сравнению с общественным отношением, - это более узкая по содержанию категория.

Соотношение интереса и потребности состоит в том, что потребность - это определенное взаимодействие организма с внешней материальной средой, характеризующееся физической зависимостью субъекта от условий жизнеобеспечения, присущей как человеку, таж и животному. Интерес же представляет собой потребность, присущую человеку как социальному субъекту, т.е. потребность, имеющую социальный характер. Именно такая потребность выступает в качестве интереса. Как утверждал И. Кант, только о разумном существе говорят, что оно проявявляет к чему-нибудь интерес, а существа, лишеннные разума, имеют только чувственные побуждения3. Именно разум является предпосылкой общественного характера интереса.

1983. С. 36-37; Экимов А.И. Политические интересы и юридическая наука //Государство и право. 1996. № 12. С. 5. и др. г

1 См., например: Иванов В.Г. Указ. соч. С. 6Т,Губин Е.П. Обеспечение интересов в гражданско-правовых обязательствах: Автореф. ... дисс. канд. юр. наук. М, 1980. С. 13; Сабикенов С.Н. Право и социальные интересы в период социализма, Алма-Ата, 1986. С. 18, 20; Сиренко В.Ф. Интересы - Власть - Управление , Киев, 1991 С.10. Киев, 1991. С. 10.

2 Айзикович А.С. Указ. соч. С. 167.

3 Кант И. Сочинения: В 8 т. Т. 4. М, 1994. С. 242.

21

Социальный характер потребности поднимает ее до нового качественного состояния - интереса. Под социальным характером в первую очередь понимается общественное значение и оценка потребности, ставшей интересом. Благодаря общественной среде потребности субъекта приобретают социальный характер. Несомненно, что интерес, вызванный к жизни общественными причинами, удовлетворяется также через общественные отношения1. Можно сказать, что в интересе зафиксирована особая, социально значимая форма удовлетворения потребности. Этим определяется социальная сущность интереса2.

Что касается категории цели, то нужно согласиться с большинством ученых, справедливо называющих целью тот сознаваемый и желаемый результат реализации выбранных субъектом возможностей, который направлен на удовлетворение потребности3. Поэтому цель не входит в содержание интереса, так как она является предметом, на который интерес направлен. Ведь интерес не есть нечто беспредметное. Само латинское слово inter esse, обозначающее «быть между чем-нибудь», свидетельствует, что интерес всегда проявляется по отношению к чему-нибудь, что желают осуществить, реализовать".

Но некоторые ученые понимают интерес как само благо5. Такой подход представляется лишенным логического смысла, так как объектом

1 Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970. С. 10.

2 См.: Экимов А.И. Интересы и право в социалистическом обществе. Л., 1984. С. 7. Илларионова Т.Н. Механизм действия гражданско-правовых охранительных мер: Учебное пособие. Свердловск, 1980. С. 23

3 См.: КеримовД.А. Категория цели в современном праве // Правоведение. 1964. № 3. С. 33; Экимов А.И. Интересы и право в социалистическом обществе. Л., 1984. С. 29; Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. Теоретические проблемы субъективного права. Саратов, 1972. С. 225.

4 Гордон Л.А. Указ. соч. С. 133.

5 См.: Хвостов В.М. Система римского права: Учебник. М, 1996. С. 58-59; Нечаев В.М. Интерес // Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И. А. Ефрона. Т. XII. СПб., 1894. С. 262; Гурвич М.А. Гражданские процессуальные правоотношения и процессуальные действия // Труды ВЮЗИ. Т. III. Вопросы гражданского процессуального, гражданского и трудового права. М., 1965. С. 86; Сабикенов С.Н. Сочетание общественных и личных интересов в советском праве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1969. С. 5; Горшенев В.М. Структура правового статуса гражданина // Правопорядок и правовой статус

22

интереса является, как правило, достижение некоего блага, пользы. Л.И. Бондаренко справедливо считает, что если интерес является благом, то он не может быть объектом самого себя, т.е. иметь целью самого себя1.

Данное положение указывает на то, что о благе можно говорить как об объекте интереса, который становится таковым благодаря своей способности удовлетворять интересы и потребности субъекта. В этом и заключается ценность имущественного или неимущественного блага для субъекта.

Иногда об интересах ошибочно говорят как о прибыли. Очевидно, что подобная интерпретация интереса охватывается вышеприведенным положением, поскольку она сводится к пониманию интереса как блага, ибо субъект рассматривает прибыль в качестве блага, к приобретению которого он стремится2.

Учитывая изложенное, можно сделать некоторые выводы. Во-первых, интерес — это объективная категория, по форме представляющая собой общественное отношение. Во-вторых, содержанием этого отношения является потребность, имеющая социальный характер (значение), что собственно и делает ее интересом.

Проблема интереса как общенаучной категории состоит в том, что науки, использующие категорию интереса, понимают ее по-разному. Дело дошло до того, что некоторые ученые отстаивают существование так называемых психологической и социологической трактовок понимания категории интереса3. При этом, конечно, получается, что психологическая трактовка называет интерес субъективной категорией, а социологическая трактовка называет интерес объективной или объективно-субъективной категорией.

Но на наш взгляд суть рассматриваемой проблемы состоит в соотношении между трактовкой научной категории и рассмотрением научной категории в том или ином аспекте.

личности в развитом социалистическом обществе в свете конституции СССР 1977 года. Саратов, 1980. С. 52.

1 Бондаренко Л. Указ. соч. С. 12.

2 ЭкимовА.И. Указ. соч. С. 11.

3 См., например: Лавриненко В.Н. Проблемы социальных интересов в ленинизме. Методологические аспекты анализа в свете ленинского теоретического наследия. М., 1978. С. 72-76; Патюлин В.А. Государство и личность в СССР. М., 1974. С. 81.

23

Дело в том, что трактовка научной категории - это понимание ее существенных признаков, проявляющихся постоянно вне зависимости от аспектов рассмотрения.

Под аспектом рассмотрения понимается значение той или иной категории для предмета, метода и основных целей научной дисциплины. При этом элементы (признаки) общенаучной категории по-разному взаимодействуют с категориальными аппаратами отдельных наук.

В связи с отмеченным, нужно различать трактовку научной категории и ее рассмотрение в том или ином аспекте. Логическая разница заключается в том, что из нескольких трактовок научной категории истинной может быть только одна, тогда как аспекты рассмотрения одной и той же категории буквально все могут быть истинными.

В связи с полученными данными, нужно согласиться с заключением М.В. Демина: интерес - есть изучаемое разными науками целостное явление, имеющее единую природу и общие закономерности своего бытия1.

Но надо отметить, что механическое перенесение общенаучной категории в понятийные аппараты отдельных социальных наук, также представляется необоснованным. Как сказано выше, возможны разные аспекты рассмотрения общенаучной категории многими науками. Поэтому признание интереса общенаучной категорией не исключает, например, психологического аспекта рассмотрения интереса в качестве отражения объективного интереса в человеческом сознании2.

О единой социальной природе интересов и их значении для системы права американский правовед Р. Паунд справедливо замечает, что правопорядок не создает интересы. Интересы в этом смысле существовали бы, даже если не было бы никакого правопорядка. Конфликты между интересами возникают из-за конкуренции индивидуумов друг с другом, конкуренции групп и ассоциаций друг с другом в стремлении удовлетворить потребности и желания3.

В связи с этим нельзя согласиться с позицией Е.П. Губина, который считает, что интерес вообще как общенаучная категория объективен, а в юриспруденции, сообразуясь с ее специфическими целями и задачами, интерес понимается как объективно-субъективная категория, поскольку

1 Демин М.В. К вопросу о природе интереса // Философские науки. 1972. № 3. С. 35.

2 Глезерман Г.Е. Указ. соч. С. 19-20.

3 Roscoe P. Social Control through Law. New Haven, 1942. P. 66-67.

24

в праве, в том числе в гражданском, не может быть интересов, которые не были бы предварительно осознаны'.

Но, во-первых, право признает интересы, которые не сознаются субъектами. Во-вторых, значимость для права субъективных проявлений интересов в поведении людей еще не означает, что категория интереса проявляется в юриспруденции иначе, нежели в других науках, поскольку субъективные проявления не входят в сущность категории интереса.

Требует пояснения вопрос о роли субъективных факторов и их воздействии на интересы субъекта. Здесь мы согласны с мнением Г.Е. Гле-зермана, различающего интерес как объективную категорию и субъективные процессы осознания и реализации интереса. Дело в том, что не сам интерес представляет собой единство объективного и субъективного, а процесс его реализации2. Условно можно сказать, что в действиях людей интерес проявляется в процессе его осознания и реализации субъектом. Вообще различается два процесса деятельности человека: осознание интереса и его реализация3. Учитывая, что эти два процесса тесно связаны, а также ввиду отсутствия в целях юридического анализа необходимости их различения, далее мы будем использовать термин «процесс реализации интереса» для обозначения обоих вышеуказанных процессов. Именно в процессе реализации интереса проявляются, с одной стороны, субъективные моменты, характеризующие личные качества человека: умственные способности, образование, культурное развитие и другие признаки; с другой стороны -объективные условия его жизни: общественные отношения, социальные ценности.

Поскольку процесс реализации интереса развертывается в психической сфере субъекта, то его можно было бы формально считать субъективным явлением. Но это субъективное явление имеет своей основой объективные социальные условия. Процесс реализации интереса представляет собой отражение объективного интереса в человеческом сознании, психике человека4, - этот процесс является одним из элементов

1 Губин Е.П. Обеспечение интересов в гражданско-правовых обязательствах: Автореф. ... дисс. канд. юрид. наук. С. 6.

2 Глезерман Г.Е. Указ. соч. С. 21.

3 Подробнее см. там же. С. 19-20.

4 См., например: Демин М.В. Указ. соч. С. 35; Баймаханов М.Т. Формы правового опосредствования противоречий между общественными и личными интере-

25

волевого поведения. Отражение интереса в психике проявляется в его осознании, в выборе целей и деятельности субъекта по достижению поставленных целей. Поэтому процесс реализации интереса в отличие от самого интереса является объективно-субъективной категорией, которую невозможно рассматривать «по отдельности», в отрыве субъективной части от объективной. Это обусловлено тем, что обе эти части постоянно взаимодействуют и влияют друг на друга.

Думается, что этот феномен можно объяснить тем, что процесс реализации интереса в отличие от самого интереса является динамической категорией. Поэтому к изучению реализации интереса применим диалектический метод, который в отличие от формально-логического метода (применяемого к статическим категориям) эффективен при исследовании динамических, развивающихся явлений и категорий. Такой динамической, перманентно развивающейся категорией, безусловно, является процесс реализации интереса. В этом смысле, конечно, с определенным абстрагированием, сам интерес нужно признать статической категорией.

С учетом изложенного можно сказать, что интерес есть по форме общественное отношение, имеющее содержанием потребность субъекта, носящую социальный характер и проявляющуюся в осознании и реализации целей.

§ 2. Роль категории интереса в гражданско-правовом регулировании общественных отношений

Право в объективном смысле является результатом волевой деятельности людей, т.е. образуется в результате сознательного регулирования общественных отношений. Интерес выступает в форме общественного отношения. Получается, что интерес и право имеют общее поле взаимодействия - это общественные отношения. Попробуем показать влияние категории интереса на правотворчество и механизм правового регулирования общественных отношений.

Решение поставленной задачи невозможно без классификации интересов. В научной литературе предлагается множество оснований классификации интересов: по носителям интересов, по сферам дейст-

сами в процессе реализации социалистического права // Известия АН Казахской ССР. Алма-Ата. Серия общественная. 1969. № 4. С. 11.

26

вия интересов, по времени существования интересов, по их общественной значимости, по степени достижимости и др.1 Для целей юридического анализа наиболее перспективными и научно выдержанными представляются классификации по видам общественных отношений и по субъектам интереса, что отнюдь не исключает классификаций по другим основаниям.

Классификация по видам общественных отношений представляется важной, ибо интересы всегда прилагаются к определенной сфере деятельности субъекта. С этой точки зрения можно говорить об экономических, политических, исторических, юридических интересах2.

В литературе иногда рассматривают правовой интерес как интерес к праву вообще, к различным правовым средствам. В этом смысле правовой интерес не опосредствуется нормой права или каким-либо правовым средством, а представляет собой отношение субъекта к ним3.

Н.И. Матузов такой правовой интерес выражает в качестве интереса государства, общества, личности в правовой регламентации общественных отношений, совершенствовании правовых форм, укреплению законности, правопорядка4. Такое утверждение не вызывает возражений, хотя и не имеет какого-либо специального юридико-технического значения.

Классификация интересов по субъектам общественных отношений объясняется тем, что интересы всегда имеют своего носителя, ибо в обществе нет ничьих интересов5. Отнесение субъекта к той или иной группе позволяет определить его интересы. Наоборот, несовпадение интереса субъекта с той или иной группой интересов позволяет индивидуализировать субъект. Это актуально, например, для понимания колли-

1 См., например: Глезерман Г.Е. Указ. соч. С. 22-25; Здравомыслов А.Г. Проблема интереса в социологической теории. Л., 1964. С. 30-35; Сиренко В.Ф. Обеспечение приоритета общегосударственных интересов (организационно-правовые вопросы). Киев, 1987. С. 29-30.

2 Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970. С. 13.

3 Губин ЕЛ. Обеспечение интересов в гражданско-правовых обязательствах: Дисс.... канд. юрид. наук. М., 1980. С. 25.

4 Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. Теоретические проблемы субъективного права. Саратов, 1972. С. 217.

5 Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности (теоретические вопросы). М., 1968. С. 98.

27

зии интересов участников хозяйственного общества или коллизии интересов хозяйственного общества и его участников, а также для рассмотрения других проблем коллизии интересов.

Перейдем непосредственно к классификации интересов по общественным отношениям. Сфера действия интереса предопределяет средства его удовлетворения. Экономические интересы удовлетворяются материальными (экономическими) средствами, духовные - духовными средствами и т.п. Соответственно, к юридическим относятся такие интересы, которые удовлетворяются юридическими средствами1. Поэтому юридически значимый интерес в широком смысле предстает как интерес к достижению различных социально-экономических целей в общественных отношениях с помощью возможностей, предоставляемых правовыми средствами, например, признанием правосубъектно-сти, установлением, изменением, прекращением субъективных прав и обязанностей, деятельностью судебных, правоохранительных органов и т.д.

Из этого следует, что можно выделить юридически значимый материальный (материально-правовой) интерес, т.е. интерес в достижении целей с помощью установления, изменения, прекращения субъективных прав и обязанностей.

Особо выделяется юридически значимый процессуальный (процессуально-правовой) интерес, состоящий в достижении целей с использованием деятельности судебных, нотариальных, правоохранительных органов2.

1 Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970. С. 13.

2 Подробнее о юридическом процессуальном интересе см.: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970; Викут М.А. Интерес как основание участия в гражданском деле // Материалы конференции по итогам НИР за 1963-64 гг. Саратов, 1965; Крашенин-никое Е.А. Охраняемые законом интересы // Ученые записки Тартуского государственного ун-та. Трупы по правоведению. Методология права: Общие проблемы и отраслевые особенности. 1988. Вып. 806; Гордон В.М. Отсутствие права на иск. Харьков, 1912. С. 6; Гурвич М.А. Право на иск. М., 1978. С. 16-22; Он же. Гражданские процессуальные правоотношения и процессуальные действия // Труды ВЮЗИ. Т. III. М., 1965. С. 86; Зейдер Н.Б. Гражданские процессуальные правоотношения. Саратов, 1965. С. 29; Ринг М.П. К вопросу о гражданских процессуальных отношениях // Ученые записки ВИЮН. № 16. М., 1963. С. 62; Чечот Д.М. Субъективное право и формы его защиты. Л., 1968. С. 34-42 и др.

28

Р.Е. Гукасян обоснованно характеризует юридический процессуальный интерес потребностью, носящей социальный характер, в возбуждении гражданского процесса и вынесении судебного решения1. Кроме того, к процессуальным интересам можно отнести, например, интерес в нотариальном заверении документа, интерес в оформлении и получении документа (справки, акта, протокола), интерес в получении той или иной лицензии и т.д. Следует отметить, что хотя Р.Е. Гукасян возражает против деления юридического интереса на материальный и процессуальный, но фактически сам пользуется такой классификацией. Например, он пишет, что процессуальный интерес не является самоцелью, а служит удовлетворению материального интереса2.

Очевидно, что материально-правовые интересы имеют свою дальнейшую систематизацию. Например, Ю.С. Завьялов усматривает отражение интереса в праве в двух аспектах. Во-первых, интерес как предпосылка, фактор, воздействующий на волю законодателя. Во-вторых, интерес как цель, к достижению которой стремятся субъекты права посредством использования правовых норм3.

Согласно этому положению получается, что значение категории интереса для гражданского права также можно рассматривать в двух аспектах. Во-первых, значение интереса для гражданского права в объективном смысле, где взаимодействие интересов субъектов общественных отношений с объективным правом включает и процесс правообразования. Во-вторых, значение интереса для субъективного гражданского права.

Рассмотрение материально-правового значения интереса в объективном праве следует начать с роли социально-экономических (фактических) интересов для правотворчества. Практически вся сознательная деятельность субъектов общественных отношений направлена на реализацию тех .или иных интересов, но в то же время объективным условием жизни является невозможность реализации интересов всех субъектов общества. В этом смысле общественная жизнь представляет собой сферу перманентного конфликта интересов. Поэтому для реализации своих

1 Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов. С. 47.

2 См. там же. С. 47; Гукасян Р.Е. Правовые и охраняемые законом интересы //

Советское государство и право. 1973. № 7. С. 114. 1 Завьялов Ю.С. Проблема интереса в марксистской теории социалистического права: Дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1968. С. 153.

29

интересов субъекту нужно научиться так или иначе считаться с интересами других субъектов общественных отношений, находить взаимовыгодные решения (компромиссы) с другими субъектами.

Как подчеркивал Н.М. Коркунов, основная задача права состоит в разграничении разнообразных, сталкивающихся между собой человеческих интересов'. В противном случае общество будет представлять собой коллизию эгоистических интересов, всякий раз приводящих к бессмысленному насилию.

А.Г. Здравомыслов по этому поводу справедливо отмечает, что рынок есть это не что иное, как открыто признаваемый конфликт в области экономических интересов при наличии правил торга, купли-продажи, сделки2. Отсюда следует вывод, что общество нуждается в системе разграничения интересов и механизме общественного регулирования коллизий интересов.

В основу механизма регулирования коллизий интересов заложена идея правового регулирования общественных отношений. Сущность ее заключается в установлении признаваемых и соблюдаемых всеми субъектами общества, в том числе и государством, объективных правовых норм, в разрешении на их основе конфликтов между субъектами права. Там, где скрещиваются интересы и побуждения отдельных людей, личности и государства, встает проблема согласования этих интересов с помощью права и возникает необходимость правотворче-ства3.

Как писал Г.Ф. Шершеневич, необходимо признать, что право существует, поскольку существует борьба интересов4. Основываясь на своих интересах, люди вступают в определенные отношения друг с другом, а потому именно с формирования и осознания субъектами своих интересов возникает и необходимость в правовом регулировании5.

1 Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. Изд. 8-е. СПб., 1908. С. 7.

2 Здравомыслов А.Г. Социология конфликта. М., 1996. С. 9-10,

3 См.: Сабикенов С. Право и социальные интересы в период социализма. Алма-Ата, 1986. С. 106; Шатенов Н.А. Правовое обеспечение интересов личности. С. 47.

4 Шершеневич Г.Ф. Общая теория права: Лекции профессора Московского университета Г.Ф. Шершеневича, читанные в Московском Коммерческом Институте в 1909/10 г. М., 1911.С. 83.

Степанян В.В. Выражение интересов общества и личности в социалистическом праве (Механизм: структура, функционирование). Ереван, 1983. С. 47.

30

Таким образом, существование права в объективном смысле выступает необходимым условием современной общественной жизни. Получается, что объективное право призвано обеспечить реализацию интересов субъектов общественных отношений с помощью правовых норм. Это есть главная цель правообразования - с помощью правовой регламентации общественных отношений предоставить их участникам механизм решения взаимных коллизий и конфликтов, а следовательно, и возможности реализации своих интересов.

Здесь мы исходим из общепринятой концепции о том, что право есть волевое явление. Право - это произведение человеческого мышления1. Следовательно, возникновение права находится в сфере волевой деятельности законодателя, в сознании которого отражаются объективно существующие интересы. Как справедливо отмечает В.А. Тархов, право в объективном смысле тоже субъективно, поскольку создается людьми, хотя их воля объективно обусловлена2.

Но учитывая, что интересы - это объективные явления, из приведенного положения следует, что право в объективном смысле - это отнюдь не результат произвольной деятельности законодателя.

А. Экимов отмечает, что право есть следствие существования определенных общественных отношений, жизненных обстоятельств3. Немецкий правовед Филипп Гек вслед за Р. Иерингом пишет, что общество само признает интересы как основу законотворчества4. Интересы порождают, формируют право и отражаются в нем5. Следовательно, право и правообразование должны считаться с объективными интересами и соответствовать им.

Для раскрытия механизма воздействия интереса на объективное право и правообразование важно понять, что реальные социально-экономические интересы субъектов, выражаемые в общественных от-

' Муромцев С.А. Определение и основное разделение права. М, 1879. С. 30.

2 Тархов В.А. Гражданское право. Общая часть: Курс лекций. Чебоксары, 1997. С.31.

3 Экимов А.И. Интересы и право в социалистическом обществе. Л., 1984. С. 15.

4 Heck Ph. The Formation of Concepts and the Jurisprudence of Interests // The Jurisprudence of Interests. Cambridge-Massachusetts, 1948. P. 131.

5 См.: Сокуренко В.Г., Орач ЕМ. Значение интереса и справедливости в советском праве // Вестник Львовского ун-та. Серия юридическая. Вып. 17. 1978. С. 24; Малеин Н.С. Охраняемый законом интерес // Советское государство и право. 1980. № 1.С. 27.

31

ношениях, представляют собой явления, по поводу которых и устанавливаются объективные правовые нормы. Последние предоставляют субъектам общественных отношений правовые средства (наиболее значимые средства - субъективные права) для реализации их интересов и тем самым достижения социально-экономических целей в общественных отношениях.

Получается, что правовая регламентация общественных отношений состоит в том, что законодатель, определяя приоритет реализации того или иного интереса, тем самым закрепляет, охраняет и стимулирует волевое поведение субъектов в этом общественном отношении. И наоборот, правовые запрещения означают ограничение реализации соответствующих интересов. Можно отметить, что первый прием правового регулирования характерен для основных начал гражданского (частного) права, второй - для публичного права.

Какие же интересы подвергаются правовой регламентации? Ведь объективное право не может установить по поводу каждого интереса и каждого общественного отношения правовую норму.

С.А. Муромцев отмечает, что ни одно сколько-нибудь развитое общество не представляет полного единства воззрений на должное поведение. Но все существующие в обществе воззрения, теоретически, могут быть реализованы в действующем правовом порядке. Процесс правообразования учитывает пожелания, которые составляют нечто среднее между пожеланиями наиболее поляризованных частей общества. Действующий правовой порядок уравновешивает разнообразие стремлений и интересов, выражая их средний уровень в данном обществе'.

В соответствии с этим положением законодатель выделяет наиболее важные, актуальные и типичные общественные отношения2.

Эти типичные интересы в широком смысле дают основу не только для формирования норм права, но и закрепляют в общественном сознании стереотипы поведения, формируют нормы морали и нравственности, а значит, дают обществу ценностную ориентировку. Ценностные ориентиры общества формируют представление о принципах справед-

Муромцев С.А. Определение и основное разделение права. С. 155. : См.: Грибанов В.П. Интерес в гражданском праве // Советское государство и право. 1967. № 1. С. 54; Мальцев Г.В. Соотношение субъективных прав, обязанностей и интересов советских граждан. С. 22; Патюлин В.А. Государство и личность в СССР. М., 1974. С. 109.

32

ливости. В свою очередь нормы объективного права, сформулированные законодателем, проверяются обществом на соответствие принципам справедливости.

Г.Ф. Шершеневич по поводу справедливости в праве говорил, что она должна лежать в основании законодательной, а не судебной и административной деятельности, так как о соответствии закона справедливости нужно думать при подготовке и принятии закона. Если действующие законы расходятся со справедливостью, то долг субъекта общества содействовать изменению несовершенных или устаревших правовых норм, но не подставлять чувство справедливости на место действующей нормы права1.

Таким образом, интересы осуществляют воздействие и на законодательство. Чтобы практически реализовать тот или иной интерес, используя правовые средства, нужно, во-первых, правильно осознать объективный интерес; во-вторых, установить надлежащее правовое средство (норму права), убедиться в том, что оно адекватно сущности интереса и может указать надлежащий способ его реализации.

В связи с этим Г.В. Мальцев отмечает, что в обществе устанавливается следующая зависимость: объективные интересы - общественное сознание - право2. К этому справедливому положению можно добавить, что при неверном осознании объективного интереса и неадекватном правовом регулировании указанная связь работает в обратном порядке. Поэтому право, будучи творением общественного сознания и законодателя, должно отражать объективные, типичные интересы.

Значение социальной проблемы выражения интересов в правовом регулировании очевидно. Законодатель должен понимать, что правовое регулирование, охрана и защита различных интересов меняются в зависимости от правовой идеологии общества. На уровне правовой идеологии осознание объективного интереса выражается обычно в намерениях, мотивах3. Поэтому в качестве ориентира правового регулирования законодатель должен иметь объективные интересы, а не волевые усилия отдельных социальных субъектов (в том числе государства), исполь-

1 Шершеневич Г.Ф. Общая теория права: Лекции, читанные в Московском Коммерческом Институте в 1909/10 г. М., 1911. С. 243-244.

2 Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности (теоретические вопросы). С. 101.

3 Экимов А.И. Политические интересы и юридическая наука // Государство и право. 1996. № 12. С. 5.

33

зующих правовые средства для достижения своих политических целей. Иначе говоря, чтобы избежать политико-идеологического влияния, пра-вотворчество должно иметь целью отражение и закрепление в нормах права объективных интересов. Вспомним утверждение К. Маркса, что «идея» неизменно посрамляла себя, как только она отделялась от «интереса»1.

В России советского периода право понималось как закрепленная в нормах и обеспеченная механизмом государственного принуждения классовая воля. Понятие справедливости также было классовым, и трактовалось как соответствие правовых установлений классовым интересам2. Сказанное тем более значимо, если учесть, что воля как субъективное явление может не отражать реальные интересы, которые существуют объективно и вне осознания их субъективной волей.

Представляется, что законодатель должен ориентироваться на типичные интересы, а потом оценивать их по степени важности. Важность того или иного интереса неизбежно оценивается по критерию соответствия социальному интересу, который, будучи абстрактным, зачастую заслоняет интересы частных лиц, которые для них никак не могут быть неважными или второстепенными. Поэтому, на наш взгляд, типичность частных интересов - более объективный критерий, нежели важность интереса.

Сказанное позволяет согласиться с утверждением В.Н. Кудрявцева о том, что от соответствия выражения интересов в нормах права реальным объективным интересам субъектов общества зависит эффективность правовой регламентации общественных отношений3.

Поскольку процесс реализации интереса, в отличие от самого объективного интереса, есть динамическое, постоянно находящееся в развитии, объективно-субъективное явление, то при определенных обстоятельствах, обусловленных теми или иными субъективными или объективными факторами, можно получить неверное представление об интересе. Фактически это означает, что объективный интерес не будет осознаваться субъектом, либо будет иметь место заблуждение субъекта, т.е. неадекватное отражение интереса в его сознании. При

' Маркс. К., Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 89.

2 См., например: Сокуренко В.Г., Орач ЕМ. Указ. соч. С. 24-25.

3 Кудрявцев В.Н. Взаимосвязь правового регулирования и социальных интересов // Вопросы философии. 1987. № 1. С. 44.

34

таких обстоятельствах процесс реализации интереса обречен на провал.

Проблему осознания интересов и выработки адекватных средств правовой регламентации для их успешной реализации можно решать с учетом приведенной выше трактовки интереса как потребности, имеющей социальный характер (значение). Дело в том, что сама потребность — это своего рода зависимость субъекта от условий, в которых он находится. Поэтому выявить эту зависимость можно с помощью социологических и экономических данных (анализы, прогнозы и др.), используя средства информации, в том числе печатной, электронной массовой информации, с помощью новых информационных возможностей и др. Существуют и правовые средства - плебисцит, создание и деятельность представительных органов, судебная практика и др.1

В самом общем виде механизм осознания и выработки адекватных средств правовой регламентации может выглядеть следующим образом. На первом этапе осознается та или иная проблема, которую можно решить с помощью механизма правового регулирования общественных отношений. Однако далеко не все социальные проблемы, коллизии и ситуации могут быть решены с помощью юридических средств. Например, многие социальные отношения не регулируются правом, подчиняясь лишь влиянию норм морали и нравственности.

На следующем этапе выявляются объективные количественные (цифровые) параметры намеченной проблемы, а затем на основании социологических и других научных гипотез вводится в действие правовая норма, представляющаяся наиболее адекватной для ее разрешения.

Третий этап представляет собой снятие новых количественных параметров, возникших после вступления в силу правовой нормы, и их сравнение с первичными данными. Здесь важно выявить зависимость изменения количественных параметров после вступления в силу правовой нормы, динамику и векторы выявленных изменений. Собственно говоря, в этих изменениях должна проявиться зависимость субъекта от условий, в которых он находится. При неудовлетворительной картине

! О выявлении общественных интересов и потребностей и их влиянии на право-творчество см.: Шершеневт Г.Ф. Общая теория права. Вып. 2. М., 1911. С. 237-238.

з* 35

воздействия правовой регламентации, в зависимости от полученных результатов, необходимо скорректировать формулу правовой нормы.

Учитывая изложенное, приходим к выводу, что, поскольку интересы существуют объективно и не зависят от их осознания, нормы объективного права должны наиболее адекватно отражать объективные интересы. Целью правотворчества является закрепление в законах положений, учитывающих объективные общественные отношения субъектов права, их интересы, а не только проявления их воли.

Нужно отметить, что проблема воли заключается в осознании и реализации своих интересов. Поэтому интерес, являющийся объективной категорией, является тем необходимым элементом, который наполняет волю определенным смыслом и содержанием.

Таким образом, при создании закона важно понимать, что для устойчивости и эффективности системы права, для ее соответствия естественному праву и справедливости необходимо ориентироваться в первую очередь на объективные интересы субъектов общественных отношений. Законодатель должен осознавать объективные интересы, чтобы закрепить в правовых нормах адекватные правовые средства, регулирующие общественные отношения, а следовательно, и реализацию интересов.

Наделение правом означает обеспеченную государством возможность удовлетворения интересов. Следовательно, право не только порождается интересами, выражает их, но также охраняет интересы. В этом смысле интерес выступает объектом правовой охраны, а право - охраняемым законом интересом1. Таким образом, в результате установления правовых норм, отражающих наиболее типичные интересы, субъекты общественных отношений для реализации своих интересов приобретают правовые средства в виде наделения их статусом участников правоотношений и возможностью реализации субъективных прав и обязанностей.

Остается открытым вопрос о нетипичных интересах, об интересах, показавшихся законодателю недостаточно важными для их опосредст-вования нормами права. Как известно, все то, на что лицо имеет право, дозволено; но не на все дозволенное оно имеет право, а лишь на то, возможность чего обеспечена соответствующей обязанностью2. Из этого следует, что далеко не все отношения, а следовательно, и интересы, на-

1 Малеин Н.С. Указ. соч. С. 27.

2 Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. С. 149.

36

ходят отражение в правовой регламентации. Как в таком случае реализуются интересы, не опосредованные нормами права? Неужели они не находят отражения в праве и не получают правовой охраны?

Большинство ученых считают, что понятие индивидуального интереса как объекта правовой охраны шире понятия интереса как объекта правового нормирования1. Поэтому за пределами правовой регламентации могут быть те или иные интересы, которые все-таки выступают объектами правовой охраны. В текстах правовых норм они обычно названы «законными интересами», «охраняемыми законом интересами», или просто упоминаются путем указания на защиту соответствующего интереса. Например, в норме ч. 2 п. 2 ст. 1 ГК РФ сказано, что гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. В норме ч. 1 ст. 13 ГК РФ говорится, что ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными. В норме п. 1 ст. 1 ФЗ «Об акционерных обществах» записано, что в соответствии с Гражданским кодексом РФ настоящий Федеральный закон определяет порядок создания, реорганизации, ликвидации, правовое положение акционерных обществ, права и обязанности их акционеров, а также обеспечивает защиту прав и интересов акционеров.

В литературе указывается на тождество понятий «охраняемый законом интерес» и «законный интерес»2. Нужно подчеркнуть, что этот вопрос поставлен в том смысле, что охватить правовым регулированием все интересы - невозможно.

1 Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности (теоретические вопросы). С. 134.

2 См.: Завьялов Ю.С. Проблема интереса в марксистской теории социалистического права: Дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1968. С. 157-158; Гукасян Р.Е. Правовые и охраняемые законом интересы // Советское государство и право. 1973. № 7. С. 105; Сиренко В.Ф. Обеспечение приоритета общегосударственных интересов (организационно-правовые вопросы). С. 48.

/7

Как отмечает Н.И. Матузов, закон берет их за одну скобку и ставит рядом с субъективными правами, соединяя, как правило, союзом «и». Отдельно от прав они, за редким исключением, не употребляются1. Некоторые авторы предлагают различать эти понятия по признаку различия формулировок текста закона2. В отмеченном выше смысле следует поддержать мнение Н.И. Матузова, ведь, действительно, сложилось так, что законодатель фактически не проводит различия между формулами этих юридических понятий.

По поводу категорий «законный интерес» и «охраняемый законом интерес» нужно сказать, что их необходимо различать как объекты правовой защиты. Тем самым мы имеем два объекта правовой защиты: субъективные регулятивные права и охраняемые законом интересы.

Последнюю категорию, строго говоря, следует именовать «защищаемые законом интересы». Законные интересы - это интересы, не противоречащие закону. Таковыми являются в том числе и охраняемые законом интересы. Но понятие «охраняемый (защищаемый) законом интерес» существует самостоятельно в качестве объекта правовой защиты.

В соответствии с концепцией, разработанной Е.А. Крашениннико-вым, можно отметить, что интересы как объекты правовой защиты существуют в нескольких группах субъективных прав, имеющих охранительную функцию.

Первая охватывает права, дающие возможность совершить односторонние действия управомоченным лицом (самозащита гражданских прав, меры оперативного воздействия). Здесь объектом охраны являются субъективные права. Их отличительная черта состоит в том, что право на охранительные действия реализуется без участия уполномоченных государственных органов.

Во вторую группу входят права, создающие возможность требования от обязанного лица совершения известных действий с помощью уполномоченных государственных органов. В этой группе выделяются две подгруппы.

Первая подгруппа составляет систему исковых прав. С точки зрения способов защиты исковые права подразделяются на исполнитель-

1 Матузов Н.И. Правовая система и личность. Саратов, 1987. С. 113.

2 См., например: Сабикенов С.И. Право и социальные интересы. Алма-Ата, 1986. С. 188-189.

38

ные (о присуждении), установительные (о признании) и преобразовательные (конститутивные) правомочия.

Объектом защиты в процессе реализации исполнительных правомочий являются субъективные гражданские права и охраняемые законом интересы. Например, в случае неправомерного уничтожения имущества собственника объекта права собственности уже нет, следовательно, согласно п. 1 ст. 235 ГК РФ прекращает существование субъективное право собственности, но собственник может защитить свой интерес в восстановлении имущественной сферы путем взыскания причиненных убытков с виновного лица.

Объектом защиты правоотношений по у станов отельным и преобразовательным правомочиям выступают охраняемые законом интересы, так как субъективные права являются объектами признания (подтверждения) и преобразования, соответственно, объектами защиты являются интересы.

Вторая подгруппа охранительных субъективных гражданских прав охватывает права, реализующиеся в порядке особого производства. Их особенность заключается в отсутствии спора о праве, поэтому суд предоставляет правовую защиту также охраняемым (защищаемым) законом интересам1.

В литературе приводятся разные классификации понятия законных интересов2. Обычно их критериями является регламентация интереса правом либо упоминание интереса в тексте юридических норм3.

В соответствии с критерием регламентации интересов правом понятие законных интересов принято делить на две большие группы.

К первой группе отнесены законные интересы, реализация которых урегулирована нормами права. Достижение этих интересов производится с помощью предоставленных объективным правом правовых средств. Это интересы, реализуемые с помощью норм объективного права и воз-

1 См. подробнее: Крашенинников Е.А. Охраняемые законом интересы // Ученые записки Тартуского государственного ун-та. Труды по правоведению. Методология права: Общие проблемы и отраслевые особенности. 1988. Вып. 806. С. 236-251.

2 Обзор и критику мнений о законных интересах см.: Малеин Н.С, Охраняемый законом интерес. С. 28-30

3 См., например: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970. С. 36-37; Матузов Н.И. Правовая система и личность. С. 135. '- - •

39

никающих на их основе субъективных прав. Для реализации своих интересов субъект социальных отношений получает юридический служебный инструмент, а сами интересы приобретают «правовую оболочку». Реализация (охрана, защита) интересов имеет место в рамках предоставленной субъективным правом меры возможного поведения упра-вомоченного субъекта.

Некоторые авторы в этой группе законных интересов выделяют отдельную подгруппу интересов, которые прямо названы в текстах правовых актов1. Например, норма ст. 514 ГК РСФСР 1964 г. предусматривает охрану интересов гражданина, изображенного в произведениях изобразительного искусства. Представляется справедливой позиция Н.С. Малеина, согласно которой нельзя выделять в отдельную группу нормы, прямо упоминающие об интересе, поскольку это слишком формальный критерий, ведущий к сужению понятия законных интересов. Непосредственное упоминание в нормах права интересов как объекта правовой защиты фактически приравнивает их к субъективным правам2.

Действительно, нет разницы, как будет названо в тексте закона средство правовой защиты - право или законный интерес, ибо установление обязанности соблюдать имущественные и неимущественные интересы лиц, изображенных в произведениях изобразительного искусства, свидетельствует о наличии у изображенных лиц именно субъективного права для защиты своих интересов. В данном случае мы имеем дело с обычным субъективным правом. С юридической точки зрения нет разницы, как назвать субъективное право: право или законный интерес. В любом случае оно продолжает оставаться субъективным правом, поскольку обладает всеми его отличительными признаками.

Ко второй группе отнесены законные интересы, которые не опосредованы правовыми нормами. Таким образом речь идет об обычных фактических (социально-экономических) интересах, не получивших «правовой оболочки» в виде норм права и возникающих на их основе субъективных правах и обязанностях.

1 См., например: Губин ЕЛ. Обеспечение интересов в гражданско-правовых обязательствах: Дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1980. С. 25-26; Чечот Д.М. Субъективное право и формы его защиты. С. 39-40.

2 Монет Н.С. Указ. соч. С. 28-29.

40

Почему же такие социально-экономические интересы становятся юридически значимыми и называются законными?

Например, Е.А. Лукашева считает, что законные интересы - это «внеправовая» или «доправовая» категория, поскольку интерес предшествует правам и обязанностям. Она объясняет это тем, что интерес воплощается не только в конкретных правовых предписаниях, но и в общих принципах права'.

Мы не согласны с данным мнением, так как категория интереса, несомненно, имеет непосредственное юридическое значение. На это указывают следующие обстоятельства. Во-первых, категория интереса и, конечно, категория законных интересов прямо упоминаются в законе. Например, в п. 2 ст. 1 ПС РФ записано, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Во-вторых, категория интереса, наличествуя в общественных отношениях, не может не воздействовать на формирование и развитие объективного права, а также на возникновение, динамику и прекращение субъективного права.

В литературе отмечается, что определение границ категории законных интересов конструируется с помощью отрицательного определения. К примеру, Н.В. Витрук об этом пишет, что законные интересы -это интересы, не противоречащие нормам права, правопорядка . Чтобы интерес личности был признан законным, он должен быть непротивоправным, т.е. его реализация не может нарушать нормы права, за которыми стоят интересы общества и государства, коллективов и отдельных граждан3.

Если же определить понятие законных интересов с помощью положительных признаков, то получится, что это интересы, которые соответствуют букве и духу закона; интересы, обеспечиваемые общими правовыми установлениями и основными началами соответствующих отраслей права. Поэтому Н.С. Малеин заключает, что законные интересы - это интересы к благам, которые не гарантированы законом, но и не

1 Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. М, 1995. С. 234.

2 Витрук Н.В. Основы теории правового положения личности в социалистическом обществе. М., 1979. С. 149.

3 Мальцев Г.В. Социалистическое право и свобода личности (теоретические вопросы). С. 135.

41

противоречат ему, а вытекают из общего смысла законодательства, буквы и духа закона1.

Может быть, в связи с признанием интересов законными, они приобретают какое-то новое существенное качество? Поскольку нормы права и возникающие на их основе субъективные права предоставляют субъектам общественных отношений только юридические средства для реализации своих интересов, то можно утверждать, что интересы, определяемые как законные интересы, все равно остаются тождественны сами себе и не приобретают в связи с этим каких-либо иных существенных качеств. По этому поводу С.А. Муромцев отмечал, что правовое отношение по своему существу остается тем же фактическим2. Аналогичное мнение - юридическое отношение есть то же самое бытовое отношение, только регулируемое юридической нормой - было высказано Н.М. Коркуновым3.

Чем обусловлено существование понятия законных интересов второй группы наряду с законными интересами первой группы, опосредствованными правовыми нормами? Многие исследователи признают существование трех основных причин: количественной, качественной и экономической4.

Количественная причина заключается в том, что не все интересы могут быть опосредствованы юридическими нормами. Это объясняется многообразием и широтой общественных отношений, а следовательно, и невозможностью охватить все интересы юридической регламентацией. Поэтому правовое опосредствование получают наиболее существенные, общественно значимые, типичные интересы5. Если бы право попыталось регламентировать все интересы, то превратилось бы в необозримую, сложную и малопригодную для практических целей систему6. Вследствие культурного, технического, информационного развития об-

1 Малеин Н.С. Указ. соч. С. 30; Патюлин В.А. Указ. соч. С. 112.

2 Муромцев С.А. Указ. соч. С. 91

3 Коркунов Н.М. Указ. соч. С. 137.

4 См.: Малеин Н.С. Указ. соч. С. 28-30; Ромовская З.В. Судебная защита охраняемого законом интереса // XXVI съезд КПСС и проблемы реализации советского права. Львов, 1983. С. 79-80; Малько А.В. Субъективное право и законный интерес. С. 65.

5 Матузов Н.И. Личность. Право. Демократия. Теоретические проблемы субъективного права. Саратов, 1972. С. 215.

6 Мальцев Г. В. Социалистическое право и свобода личности (теоретические вопросы). С. 140.

42

щества многие отношения устаревают и теряют свое значение, отдельные интересы не отражаются в правовых нормах по упущению законодателя, а для реализации некоторых интересов еще не созданы соответствующие условия (способы и средства реализации интересов)1. Вообще правообразование априори не может успевать за развитием общественных отношений, поэтому понятие «законные интересы» связано с неизбежными пробелами в праве2.

Качественная причина вызвана тем, что право не в состоянии «углубиться» в некоторые сферы, не поддающиеся юридическому нормированию3. Решая вопрос о том, подлежит ли некое общественное отношение правовому регулированию, законодатель должен учитывать природу данного отношения, его способность быть объектом правового регулирования. Например, семейное законодательство регулирует не только имущественные, но и личные неимущественные отношения между супругами. Между тем ясно, что за пределами правового регулирования остаются чисто интимные отношения, сама природа которых исключает возможность их законодательной регламентации4.

Трудно согласиться с мнением А.В. Малько, что качественная причина связана со значимостью, важностью интересов для общества5. Ошибочность этого положения ярко проявляется на примере частноправового регулирования общественных отношений. Постановка вопроса о первостепенной важности интересов общества противоречит основным началам частного права, ориентирующегося на юридическое равенство субъектов права, в том числе и государства, представляющего интересы общества.

Экономическая причина заключается в том, что зачастую государство, устанавливающее нормы права, сознавая важность реализации тех или иных интересов, своими экономическими возможностями обеспечивает исполнение правовых норм, следовательно, и реализацию урегулированных ими интересов. Это касается предоставления бесплатного среднего образования, бесплатной медицинской помощи гражданам,

1 См.: Степанян В.В. Выражение интересов общества и личности в социалистическом праве (Механизм: структура, функционирование). С. 46.

2 См.: Явич Л.С. Общая теория права. Л., 1976. С. 189; Экимов А.И. Интересы и право в социалистическом обществе. С. 83.

3 Экимов А.И. Указ. соч. С. 66.

4 Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. М, 1961. С. 182.

5 Малько А.В. Указ. соч. С. 66.

43

социального обеспечения пожилым людям и т.д. Государство действует по принципу - если есть общественный интерес и экономическая возможность обеспечения его реализации за счет средств государственного бюджета, то этот интерес необходимо отразить в праве, т.е. фактически предоставить юридическое средство реализации'.

Н.И. Матузов отмечает, что в качестве субъективных прав оформляются лишь наиболее важные, существенные, общественно значимые интересы, однако, считает он, было бы неправильно связывать существование законных интересов с пробелами в законодательстве, хотя с помощью применения аналогии и могут быть защищены соответствующие права и законные интересы граждан. Решающее значение все же имеют экономические причины2.

Н.С. Малеин в качестве основной причины, объясняющей появление понятия «законные интересы» выделяет экономическую причину, критикуя при этом выделение количественной и качественной причин3.

Но мы считаем, что эту причину можно было бы назвать ведущей для советского права, когда государство, являясь монопольным хозяйствующим субъектом, брало на себя полное обеспечение реализации интересов во многих сферах жизни, в том числе и интересов, сегодня возвращенных в сферу частного дела субъектов, например, большинства имущественных интересов.

Нужно отметить, что ведущие мыслители, в том числе русские цивилисты XIX в. предупреждали о возможности установления режима тотального государственного регулирования в результате бездумного увлечения социальными идеями как самоцелью, без выбора средств для их достижения4.

Сегодня реализация конкретного интереса обычно зависит от деятельности самих субъектов, в том числе от реализации их экономических возможностей. Поэтому экономическая причина существования

1 Малеин Н.С. Указ. соч. С. 31-32.

2 Матузов Н.И. Правовая система и личность. С. 128-129.

3 Малеин Н.С. Указ. соч. С. 31-32; Матузов Н.И. Правовая система и личность. С. ИЗ.

4 См., например: Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М, 1998. С. 47;Дурденевский В.Н. Субъективное право и его основное разделение // Правоведение. 1994. №3. С. 88-89. ,,...,. ., .....

44

второй группы законных интересов сегодня не может являться основной.

Но сказанное отнюдь не означает отрицания экономической причины, так как государственное обеспечение реализации социальной политики с помощью закрепления предоставляемых экономических возможностей реализации интересов субъектов в правовых нормах сегодня особенно важно для социально незащищенных и малообеспеченных слоев населения. Собственно в этих нормах и выражается социальная политика государства в отношении своих граждан - одна из основных функций государства1.

Можно согласиться с мнением А.В. Малько, не выделяющим какую-либо причину существования наряду с субъективными правами законных интересов в качестве основной или ведущей. Он замечает, что экономический критерий вовсе не исключает и не умаляет двух других -количественного и качественного2.

Причины, обусловливающие существование законных интересов наряду с субъективными правами, являются сложными, подчас не сразу уловимыми, разнообразными и взаимосвязанными, из которых порой трудно выделить какую-либо главную. В разных условиях главной причиной может стать любая из вышеназванных. Поэтому ее следует выявлять в каждом конкретном случае3.

Можно добавить, что те или иные из выделенных причин обусловливают существование законных интересов второй группы в зависимости от целей правого регулирования общественных отношений.

Некоторые авторы считают, что ко второй группе законных интересов относятся интересы, формально законом не охраняемые4. С такой позицией нельзя согласиться, ибо тогда происходит смешение понятия «охрана законных интересов» с понятием «защита законных интересов». Вообще охрана и защита субъективного права или охраняемого

1 Гаджиев Г.А., Пепеляев С.Г. Предприниматель - налогоплательщик - государство. Правовые позиции Конституционного суда Российской Федерации: Учебное пособие. М, 1998. С. 22-23.

2 Малько А.В. Указ. соч. С. 66.

3 Там же. С. 67.

4 См.: Патюлин В.А. Указ. соч. С. 112; Степанян В.В. Выражение интересов общества и личности в социалистическом праве (Механизм: структура, функционирование). С. 52-53.

45

законом интереса - не одно и то же: охраняются они постоянно, а защищаются только тогда, когда нарушаются. Защита есть момент охраны, одна из ее форм, но понятия эти не совпадают1.

Категории охраны и защиты прав и законных интересов четко разграничил О.С. Иоффе. Он подчеркивал, что гражданско-правовая охрана интересов личности - категория более объемная, чем одна только сфера борьбы с гражданскими правонарушениями, хотя она и не тождественна всем видам и способам законодательного регулирования имущественных и личных неимущественных отношений2.

Действительно, хотя интересы второй группы не опосредованы субъективными правами, но правовые предпосылки для реализации, в том числе защиты, этих законных интересов имеются. Ведь охрана прав и законных интересов включает и их правовое регулирование в виде предоставления правовых средств: наделения их носителя статусом участника юридических отношений (правосубъектностью), закрепления их в основных началах гражданского права, - а следовательно предоставления возможности обращения за судебной защитой при нарушении этих интересов.

Поэтому правовое регулирование в виде общих гарантий прав личности, основных правовых начал (принципов), предоставления права судебного разрешения споров (коллизий интересов) и других общих правовых установлений касается и второй группы законных интересов, в этом смысле можно сказать, что они являются охраняемыми законом интересами.

В связи с этим вообще данную неопосредованность интересов второй группы нормами права нужно понимать весьма условно, так как даже если законные интересы конкретно и не опосредованы правовыми нормами, все равно они подвержены правовому регулированию, а следовательно, они являются объектами правовой охраны, а при определенных условиях и объектами правовой защиты.

Возможность непосредственной судебной защиты законных интересов второй группы обусловлена тем, что субъективные гражданские права и обязанности могут возникать на основании общих начал и смысла гражданского права. Это положение закреплено в норме п. 1 ст. 8 ГК РФ, предусматривающей, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными пра-

1 МатузовН.И. Правовая система и личность. С. 130-131.

2 Иоффе О.С. Гражданско-правовая охрана интересов личности. М, 1969. С. 4.

46

новыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают права и обязанности. Эта норма отражает гражданско-правовой принцип, гласящий: что законом не запрещено, то разрешено.

Важно подчеркнуть, что этот принцип органически присущ именно гражданскому (частному) праву, поэтому его распространение на другие отрасли права (тем более на сферу публичного права) может быть чрезвычайно непродуктивным и даже опасным.

Таким образом, в силу указанного выше принципа, при обращении в суд за защитой интересов, прямо не урегулированных в законе, дело может быть решено на основании общих начал и смысла гражданского законодательства; получается, что в данном случае имеет место аналогия права. Что касается законных интересов второй группы как объектов защиты, то по данному вопросу нужно обратиться к мнению Е.А. Флейшиц, справедливо отмечающей, что предоставление судебной защиты интересам необходимо предполагает два условия. Во-первых, личный интерес, притязающий на защиту, не должен быть интересом противоправным. Во-вторых, противоправным должно быть то действие, от которого личный интерес в каждом отдельном случае охраняется1.

Таким образом, можно сделать вывод, что под законными интересами в широком смысле нужно понимать обе выделенные группы, а в узком смысле под законными интересами можно понимать интересы второй группы2. Получается, что понятие законных интересов в широком смысле совпадает по объему с социально-экономическими (фактическими) интересами, не противоречащими нормам права, основам правопорядка и нравственности. Такое понимание законных интересов через отрицательное определение наиболее соответствует основным началам гражданского права, основанного на диспозитивном регулировании отношений юридически равных субъектов.

1 Флейшиц Е.А. Личные права в гражданском праве Союза ССР и капиталистических стран. М, 1941. С. 113.

2 См., например: Степанян В.В. Выражение интересов общества и личности в социалистическом праве. С. 52; Губин Е.П. Обеспечение интересов в гражданско-правовых обязательствах: Дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1980. С. 25; Гука-сян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970. С. 36-37.

47

Интересен вопрос о соотношении субъективных прав и законных интересов. В литературе распространено ошибочное мнение, что законные интересы, как и субъективные права, являются правовыми средствами1, юридическими возможностями2, способами достижения благ, формами удовлетворения потребностей3, юридическими инструментами и дозволениями4, - т.е. фактически однопорядковыми категориями5.

А.В. Малько пишет о том, что законные интересы - это своеобразное «усеченное право», «усеченная правовая возможность»6. Он считает, что субъективное право и законный интерес - различные формы правового опосредствования интересов. Субъективное право - это просто более высокий уровень и более совершенная форма такого опосредствования7.

Как ошибочно отмечает Н.И. Матузов, законные интересы - это своего рода предправа, могущие трансформироваться в права, когда для этого созревают необходимые условия8.

Н.С. Малеин также считает, что законный интерес по сути является правом. Однако, в отличие от субъективного права, которое проявляется в правоотношениях конкретного типа, законный интерес является одним из элементом общей способности к правообладанию, составляющей содержание правоспособности и проявляющейся в правоотношениях «общего типа»9.

1 Шатенов Н.А. Правовое обеспечение интересов личности. Свердловск, 1980. С. 130.

2 Ромовская З.В. Судебная защита охраняемого законом интереса // XXVI съезд КПСС и проблемы реализации советского права. С. 77.

3 Матузов Н.И. Правовая система и личность. С. 123.

4 Малько А.В. Указ. соч. С. 58, 62.

s А.И. Экимов называет их «рядоположенными» категориями (см.: Экимов А.И. Указ. соч. С. 82).

6 Малько А.В. Указ. соч. С. 64.

7 Там же. С. 68.

8 Матузов Н.И. Правовая система и личность. С. 113.

9 Малеин Н.С. Охраняемый законом интерес. С. 32-34.

48

Аналогичное спорное мнение о том, что законные интересы - это элементы правоотношений «общего типа», высказали С.С. Алексеев и Н.А. Шайкенов1.

До «логической завершенности», ставящей знак равенства между субъективным правом и законным интересом, эту точку зрения развивает Н.В. Витрук. Он определяет законный интерес как возможность личности пользоваться различными благами, возможность, выражающуюся в правомочиях действовать определенным образом, требовать определенного поведения от обязанных лиц, а также обращаться за защитой к компетентным государственным органам2.

С такой позицией, фактически отождествляющей субъективное право и законные интересы, нельзя согласиться. Невозможно отождествлять средство реализации (субъективное право) и само явление (интерес), нуждающееся в инструменте его реализации. Подобный подход противоречит логике, поскольку субъективное право гарантирует создание необходимых социальных (правовых) условий для удовлетворения интересов управомоченного лица. Отсюда следует, что субъективное право служит охране интереса, а интерес, охраняемый субъективным правом, и есть охраняемый законом интерес3.

Соотношение субъективного права и законных интересов заключается в том, что субъективное право является юридическим служебным средством реализации социально-экономических интересов4, а законные интересы - это, как и отмечено, те же социально-экономические интересы с той лишь разницей, что они вовлечены в юридическую сферу, поскольку определяются как интересы, не противоречащие нормам права и правопорядка. С.А. Муромцев по этому поводу спра-

1 См.: Алексеев С.С. Общая теория права. В 2 т. Т. П. М., 1982. С. 116-117; Шайкенов Н.А. Категория интереса в советском праве: Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. Свердловск, 1980. С. 13-17.

2 Права личности в социалистическом обществе. М., 1981. С. 109.

3 См.: Гукасян Р.Е. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. Саратов, 1970. С. 17-18; Завьялов Ю.С. Личность, интересы, право // Советская юстиция. 1967. № 15. С. 6.

4 См.: Категория «юридические средства» была разработана Б.И. Пугинским // Пугинский Б.И. Гражданско-правовые средства в хозяйственных отношениях. М., 1984. С. 85-87.

49

ведливо отмечает, что право относится к потребностям жизни как средство к цели1.

Если все-таки согласиться с господствующим мнением, отождествляющим субъективное право и законные интересы, то мы столкнемся с двумя противоречиями. Во-первых, поскольку сторонники позиции, согласно которой субъективные права и законные интересы тождественны, сами определяют законные интересы как те же фактические социально-экономические интересы с той лишь разницей, что определяют их как не противоречащие нормам права и правопорядку2, то при признании законных интересов в качестве «форм правового опосред-ствования» получается, что фактические интересы благодаря одному лишь этому определению становятся тождественны правовым средствам, в том числе субъективным правам. Во-вторых, поскольку законные интересы приравниваются к юридическим средствам, то очевидно, что для реализации своих интересов, кроме субъективных прав, лицо может воспользоваться и законными интересами. Получается, что законные интересы реализуют (опосредствуют) сами себя. Этот ложный вывод наглядно свидетельствует о неверности посылки о тождестве категории законных интересов и категории субъективных прав.

Отождествление законных интересов с субъективными правами ведет к искажению картины связи интереса с правом как в объективном смысле, так и с правом в субъективном смысле. Эта ошибка ведет исследователей по непродуктивному пути количественного подсчета общих и отличительных признаков между субъективными правами и законными интересами.

Например, А.В. Малько выделяет десять общих признаков между субъективными правами и законными интересами3. Н.И. Матузов называет пять признаков, отличающих законные интересы от субъективных прав4.

Если же принять нашу концепцию соотношения категорий субъективного права и законного интереса, то очевидно, что все общие и

1 Муромцев С.А. Определение и основное разделение права. С. 30.

2 См.: Малько А.В. Указ. соч. С. 63; Малеин Н.С. Указ. соч. С. 32; Матузов Н.И. Правовая система и личность. С. 109. '

3 Малько А.В. Субъективное право и законный интерес. С. 63-64. '^

4 Матузов Н.И. Правовая система и личность. С. 112-113. -•'   ' -'  -М

отличительные признаки логически обусловлены ею и следуют из нее.

Дело в том, что предлагаемое нами соотношение рассматриваемых категорий проводится по функциональному назначению этих категорий, т.е. по признаку, определяющему структуру рассматриваемых понятий, тогда как другие признаки, являясь частными, логически следуют из него. Поэтому без особого труда перечисление отличительных и общих признаков, предлагаемых А.В. Малько и Н.И. Матузовым, можно продолжить, хотя вряд ли это даст нам качественно новое отражение исследуемого явления.

Наше понимание субъективного права как юридического средства реализации законных интересов опирается на существо соотношения рассматриваемых категорий. Из данного соотношения субъективного права и законного интереса как объективного явления и средства его реализации следует вывод, что объектом правовой охраны всегда выступают законные интересы субъекта. Можно сказать, что в социальном плане, в отличие от юридико-технического, право защищает не инструмент реализации интересов (субъективное право), а то явление, которому оно служит, - законные интересы, в качестве которых и выступают социально-экономические интересы.

Любопытно соотношение законных интересов с юридически значимым интересом. Как показано выше, законные интересы, являющиеся объектами правовой охраны и защиты, - это те же самые фактические социально-экономические интересы, не противоречащие нормам права и правопорядка.

Для их реализации используются юридические средства: признание правосубъектности носителей интересов, предоставление субъективных прав и обязанностей и другие средства. Представляется справедливым утверждение С.С. Алексеева о том, что правовые средства - это весь диапазон правовых феноменов различных уровней с той лишь особенностью, что они выделяются с учетом их функционального предназначения, тех черт, которые характеризуют их как инструменты решения экономических и социальных задач1. Поэтому интерес субъекта общественного отношения в том или ином правовом средстве (инструменте), возникающий в процессе реализации обычного соци-

1 Алексеев С.С. Теория права. М, 1995. С. 217.

5/

ально-экономического интереса, и будет являться юридически значимым интересом.

Получается, что юридически значимые интересы по существу про-изводны от социально-экономических интересов и базируются на них, с одной стороны, и нормах объективного права, с другой стороны. Юридический интерес возникает на основе социального интереса и соответствующей нормы объективного права. Норма права конкретизирует социальный интерес, определяя те субъективные права и обязанности, которые может приобрести заинтересованное лицо'.

Таким образом, соотношение законного интереса с юридически значимым интересом заключается в том, что последний является интересом в том или ином правовом «инструменте», возникающим в процессе реализации законного интереса. Субъект общественных отношений в процессе реализации социально-экономического интереса, не противоречащего нормам права и правопорядку, обращается к юридической сфере, предоставляющей юридические средства и способы реализации интересов. Таковыми выступают юридические установления, формы, конструкции, возможности субъективных действий, предусмотренные нормами объективного права.

На основе сделанных выводов можно определить юридически значимый материально-правовой интерес. Поскольку в юриспруденции признается, что содержание правоотношения всегда составляют взаимные права и обязанности сторон, то, на наш взгляд юридически значимый интерес — это по форме общественное отношение, имеющее содержанием потребность субъекта, носящую социальный характер и проявляющуюся в установлении, изменении, прекращении, защите субъективных прав и обязанностей в правовом отношении с использованием юридических средств для достижения поставленных цепей.

Таким образом, согласно положениям, изложенным в настоящей главе, можно сделать следующие основные выводы. Мнение о том, что юриспруденция, и гражданское право в частности, может располагать в понятийном аппарате «своей» категорией интереса, которая по существенным признакам отличается от общенаучной категории интереса, не соответствует действительности.

Чечот Д. М. Указ. соч. С. 36. >',.'№• ••

52

Гражданское право для эффективного и корректного научного познания должно пользоваться общенаучным пониманием сущности категории интереса. Но сказанное ни в коем случае не означает механической экстраполяции признаков общенаучной категории интереса на науку гражданского права. Категория интереса в гражданском праве должна использоваться в специфическом для гражданско-правовой материи аспекте с учетом юридического значения категории интереса, основных начал и смысла гражданского права, но на основании существа общенаучной категории интереса. Именно такая позиция дает основание для разработки определений материального юридически значимого интереса и даже определений юридически значимых интересов, применимых для отдельных институтов права.

Глава 2. Интерес и субъективное гражданское право

§ 1. Интерес как критерий разграничения частноправовых и публично-правовых отношений

Противопоставление сферы частных интересов отдельных лиц публичным интересам общества в целом, имеющее юридическое выражение в разграничении правоотношений на публичные и частные, известно с древних времен.

Аристотель в «Риторике» отметил, что действия, имеющие юридическую значимость, по отношению к лицам можно разделить на два вида: действия, касающиеся всего общества, и действия, затрагивающие определенное лицо. Поступки, согласные со справедливостью или противные ей, также могут быть двух родов: они могут касаться одного лица либо целого общества. Например, человек, совершающий прелюбодеяние или наносящий побои, поступает несправедливо по отношению к одному определенному лицу, а человек, уклоняющийся от отбывания воинской повинности, поступает несправедливо по отношению ко всему обществу'.

Демосфен в речи «Против Тимократа» говорит, что есть два ,вида правовых отношений, отраженных в законах. Во-первых, отношения между согражданами и существующие между ними связи. На их основе решаются частные дела и регулируется жизнь отдельных сообществ людей. Во-вторых, отношения, определяющие, как люди должны вести себя по отношению к государству, чем должен руководствоваться гражданин, собирающийся выступить на политическом поприще и проявляющий заботу о государственных делах2.

Разделение права на две сферы четко определено римским юристом Ульпианом, сформулировавшим следующее: публичное право относится к положению Римского государства, а частное - к пользе отдельных лиц (Publicum jus est, quod ad statum rei Romanae special, privalum, quod

1 Аристотель. Риторика. СПб., 1894. С. 64.

2 Демосфен. Речи: В 3 т. Т. I. M., 1994. С. 295.

54

ad singulorum utilitatem pertinet)1. В этой формуле интерес выступает как категория, дающая ключ к разграничению сфер частных и публичных правоотношений2.

Почти до конца XIX века такое объяснение разграничения правоотношений удовлетворяло юридическую науку и практику. Но с развитием науки тезис об интересе как критерии разграничения правоотношений подвергся критике. Более того, под вопрос было поставлено само разделение системы права на частное и публичное.

Однако и в наши дни формула Ульпиана не утратила своего значения. Как подчеркивают В. Бергман и Е.А. Суханов, принципиальное различие двух подходов к содержанию правового регулирования сохраняет свое господствующее положение, хотя далеко не во всех случаях его можно провести. С одной стороны, некоторые публично-правовые запреты неизбежно вторгаются в частноправовую сферу; с другой стороны, публичное право испытывает на себе определенное воздействие частноправовых начал, предоставляя гражданам в своей области некоторые права требования, иногда даже защищаемые судом3.

Казалось бы, проблема критериев разграничения правоотношений на частные и публичные давно должна быть решена. Между тем она до сих пор является предметом острейших дискуссий, оставаясь одной из самых сложных в теоретическом и практическом аспектах.

В советском праве публично-правовые нормы имели приоритет перед частноправовыми, соответственно, преобладало императивное регулирование. Демократические преобразования общественных отношений естественным образом поставили вопрос о том, что отечественная правовая система должна оставить верховенство публичного права, имевшего политическое основание.

Сегодня признано, что публичное и частное право не должны находиться в соподчинении, поскольку являются двумя равными правовыми системами со своими сферами и методами регулирования4. Это принципиально важное положение позволяет объективно подойти к

1 Дигесты Юстиниана. М, 1984. С. 23 (D. 1. 1. 1. 2.).

2 Петражицкип Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. Изд. 2-е, испр. и доп. Т. II. СПб., 1910. С. 657.

3 Германское право. Ч. I. M., 1996. С. 7.

4 Суханов Е.А. Система частного права // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 1994. №4. С. 27. ,                  - -.,         •.••'•'-•

55

решению сложнейших теоретических и практических проблем права, преодолеть присущее административно-командной экономике смешение частноправового и публичноправового регулирования общественных отношений.

Объясняется это тем, что различие частноправового и публично-правового воздействия следует в силу объективных, естественных свойств самих общественных отношений. Как поясняет Г.Ф. Шерше-невич, противоположение мира частных интересов общественным интересам представляется каждому настолько естественным, что им пользуются как основанием для различия между публичным и частным правом1.

Сегодня развитие общественных отношений поставило задачу: найти баланс между публичными и частными интересами. Решение данной проблемы обеспечит стабильное эволюционное развитие нашего общества. Эта задача требует наличия объективного представления о роли категории интереса в разграничении частного и публичного права, что особенно важно для выяснения вопроса о коллизии частных и публичных интересов.

В литературе традиционно выделяются формальная и материальная теории классификации правоотношений на частные и публичные. Поскольку в настоящем параграфе рассматривается роль категории интереса в таком разграничении правоотношений, думается, целесообразно ограничиться представлением двух классических видов формальной и материальной теорий, наиболее адекватно отражающих их логику2.

Формальную теорию сформулировал немецкий правовед Тон3, она основывается на различии формально-юридического (процессуального)

1 Шергиеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М., 1995, С. 9.

2 Обзоры различных видов теорий разграничения частного и публичного права: Агарков М.М. Ценность частного права // Правоведение. 1992. № 1. С. 30-41; Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. Изд. 8-е. СПб., 1908. С. 165-177; Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. Изд. 2-е испр. и доп. Т. II. СПб., 1910. С. 647-687, 718-726; Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., 1998. С. 37—42; Черепахин Б.Б. К вопросу о частном и публичном праве. Иркутск, 1926. С. 3-17; Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Т. 2. Вып. 2, 3, 4. М., 1995.С. 123-139.

3 Thon. Rechtsnorm u. subj. Recht, S. 108 ff. (цит. по: ЭннещерусЛ. Курс германского гражданского права. Т. I. Полутом I. M., 1949. С. 125).

56

положения субъектов правоотношений, на принадлежности инициативы в защите прав при их нарушении. Поддерживая эту концепцию, С.А. Муромцев отмечает, что порядок защиты нарушенных юридических отношений различается весьма существенно. Публичные отношения защищаются по инициативе органов общественной власти, гражданские - по инициативе частного лица - субъекта отношения1.

Б.Б. Черепахин справедливо указал на существенные недостатки данной концепции. Во-первых, теория инициативы защиты, перенося критерий разграничения к моменту нарушения права, берет болезненное состояние права (правоотношения), а не правоотношение как таковое, само по себе. Во-вторых, возбуждение уголовного преследования возможно и по частной инициативе. В-третьих, нередко наиболее затруднительным является именно выяснение вопроса, кому в конкретном случае предоставлена инициатива защиты: правовая норма часто не дает никаких, даже косвенных, указаний для разрешения этого вопроса; в особенности, это следует сказать о нормах обычного права2.

Главную причину неуспеха этой концепции М.М. Агарков усматривает в очевидном логическом пороке - definitio per idem - гражданское право есть право, охраняемое гражданским иском, а гражданский иск есть способ охраны гражданского права3.

В отличие от формальной теории материальная теория разграничения частных и публичных правоотношений обращена к содержанию регулируемых общественных отношений. Например, Д.И. Мейер гражданское право ограничивает правами, определяющими отношение лиц к имуществу, т.е. имущественными правами. Таким образом, он полагает, что науку гражданского права следует считать наукой об имущественных правах4.

К.Д. Кавелин также берет за основу классификации различие имущественных и неимущественных прав. По его мнению гражданское право в системе права должна вытеснить новая отрасль с признаками, связанными единством общего начала. Таковыми являются юридические отношения между лицами по поводу имущественных ценностей,

1 Муромцев С. А. Определение и основное разделение права. М, 1879. С. 185.

2 Черепахин Б.Б. К вопросу о публичном и частном праве. С. 12.

3 Агарков М.М. Ценность частного права//Правоведение. 1992. № 1. С. 31.

4 Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. Ч. 1. М., 1997. С. 32.

57

стоимость которых может быть определена на деньги1. Будучи радикальным сторонником материальной теории, он заявил, что традиционное деление права на частное и публичное нужно решительно преодолеть, так как исторически сфера гражданского права определялась случайно, без должного рационального основания. Широко известно заявление К.Д. Кавелина о том, что гражданское право, с его непонятным названием, есть ветхое здание, построенное из разнопестрого материала, по ошибочному методу, при начертании которого недоразумения и случайности играли немаловажную роль. Поэтому старую храмину следует разобрать сверху донизу, хорошенько перебрать материал и воздвигнуть вновь на правильных теоретических основаниях2. Таким образом, по мнению К.Д. Кавелина из гражданского (частного) права должны быть исключены все отношения, не имеющие имущественного характера, например, семейные отношения; с другой стороны, гражданское право должно охватить все имущественные отношения без исключения, например, налоговые и таможенные3.

С таким подходом к определению сферы гражданских (частных) правоотношений согласиться нельзя. Как подчеркнул Н.М. Коркунов, гражданское право есть именно та отрасль права, в которой замечается наибольшая общность и единство, в которой всего слабее отражаются различия исторических эпох и национальностей. Такое свойство уже само по себе может служить достаточно рациональным основанием для выделения данных отношений в особую группу". Дискутируя с К.Д. Кавелиным, он отметил, что предлагаемая им система права представляет серьезные неудобства для изложения, ибо неизбежно ведет к смешению того, что разделено естественным образом. Например, обязательственные отношения станут тождественны взысканию податей и налогов5.

Очевидно, что в силу отмеченной выше логической ошибки формальная теория, в ее классическом виде, не дает надлежащего об^ясне-

1 Кавелин К.Д. Права и обязанности по имуществам и обязательствам в применении к русскому законодательству: Опыт систематического обозрения. СПб., 1879. С. 2.

2 Кавелин К.Д. Что есть гражданское право и где его пределы? Один из современных юридических вопросов. СПб., 1864. С. 132-134.

3 См. там же. С. 30-32, 44-46, 48-49. ..,-,,..•.

4 Коркунов Н.М. Указ. соч. С. 169. ,,,,,,,,;    • ,-            ,.^

5Тамже.С. 171.

58

ния разделению правоотношений. Более перспективной представляется материальная теория, однако она нуждается в корректировке и последовательном развитии. Думается, что исследование роли категории интереса в материальной теории сможет дать ориентир для определения качественных признаков, характеризующих частные и публичные правоотношения.

Материальная теория обращает внимание на содержание общественных отношений. Г.Ф. Шершеневич отмечает, что различие между публичным и частным правом обосновано различием в природе общественных отношений. Характер нормируемых отношений определяет характер правовых норм1. Думается, что приведенное мнение является правильным, поэтому попробуем проанализировать содержание общественных отношений, вовлекаемых в сферу гражданско-правового регулирования.

Смысл установления гражданских прав заключается в достижении человеком определенных благ, которые по своей природе могут относиться не только к материальной сфере, но и к идеальной (духовной) сфере. В этом плане интерес составляет содержание отношения между человеком и благом, ведь интерес как объективная категория, присущая каждому субъекту, представляет собой социальную потребность в достижении благ - и прежде всего, имущественных благ, достижение которых способно «снять» его зависимость от окружающих социальных условий, приспособить его к ним. Всякий объект имеет экономическую ценность в связи с его потреблением, использованием. В конечном счете ради такого потребления существует экономический оборот2.

Главным качеством блага как предмета субъективного гражданского права является способность удовлетворения тех или иных интересов субъекта, а поскольку, как показано выше, интересы - это потребности, носящие общественный характер, то не только материальные, но и идеальные блага должны быть включены в предмет гражданского права. Последние, как правило, неразрывно связаны со своими создателями или носителями, т.е. носят личный характер. Например, авторство литературного произведения в силу объективных причин не может быть ус-

1 Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Т. 2. Вып. 2, 3, 4. С. 140.

2 Дозорцев В. Исключительные права и их развитие // Права на результаты интеллектуальной деятельности. Авторское право. Патентное право. Другие исключительные права: Сборник нормативных актов. М, 1994. С. 15.

59

туплено другому лицу. Тем не менее данные объекты могут использоваться как товары, а складывающиеся по поводу такого их использования отношения приобретая товарную форму, становятся имущественными1.

Отметим, что неимущественные отношения не всегда связаны с имущественными и имеют денежное выражение. Например, жизнь, здоровье, честь, имя, семейные отношения, деловая репутация человека и другие нематериальные блага объективно не являются товаром. Однако они вовлечены в сферу гражданско-правовых отношений именно в силу своей способности быть благом, т.е. возможности удовлетворять интересы людей. Регулирование этих отношений гражданским правом выражается в их охране и защите различными правовыми средствами. В этом плане, гражданское право обладает определенными преимуществами по защите этих благ в сравнении с другими отраслями права. К примеру, в гражданском праве действует презумпция виновности лица, причинившего вред, в отличие от права уголовного, в котором действует презумпция невиновности лица, привлекаемого к ответственности.

На сновании полученных данных, можно заключить, что категория интереса, устанавливая связь между лицом и благами (представляющими для него ту или иную ценность), определяет предмет гражданского права, коим являются не только имущественные, но и личные неимущественные отношения, связанные и не связанные с имущественными. Имущественное обеспечение, являясь основой индивидуальной свободы человека, дает ему возможность реализации неимущественных, духовных интересов.

Конечно, определив предмет гражданского права, мы еще не получим представления о сфере частноправовых отношений, поэтому надлежит снова обратиться к роли категории интереса, но уже в определенных нами отношениях, являющихся предметом гражданского права.

Поскольку интересы представляют собой социальные потребности, определяемые условиями существования субъекта, а блага являются целями, предметами интереса, то понятие «блага» подразумевает стоимостные и эквивалентно-возмездные отношения по их поводу между субъектами интересов. О.С. Иоффе отметил, что имуществен-

1 Гражданское право: В 2 т. Т. 1 / Отв. ред. Е.А. Суханов. М, 1998. С. 31 (автор главы - Е.А. Суханов). .,.,,..

60

ные отношения - это прежде всего отношения эквивалентного характера1. Справедливость этого мнения основана на том, что блага - это как правило потребляемый, ограниченный ресурс, поэтому достижение благ происходит в условиях конкуренции, регулятором которой в цивилизованном обществе выступают прежде всего рыночные отношения. Здесь роль интереса заключается в том, что, являясь отношением субъекта к благу, интерес определяет его ценность, благодаря которой благо (предмет интереса) получает товарно-денежное выражение. Таким образом, интерес субъекта к определенному благу по мере его становления как участника рынка трансформируется и приобретает товарно-денежный характер.

Меру ценности блага в денежном выражении дают экономические, рыночные отношения. Между различными субъектами, обладающими различными благами, возникают экономические отношения, характеризующиеся самостоятельным, инициативным поведением их участников, действующих в своих интересах. Таким образом, содержание интереса определяет его связь с категорией стоимости, отражающей товарно-денежный характер этих отношений. Рынок посредством категории стоимости (цены), а значит, приданием благу (предмету интереса) свойства быть товаром, дает обществу механизм координации и сочетания экономических интересов субъектов имущественных отношений.

Наиболее ярко значение содержания экономических отношений для определения метода частного права дано К.П. Победоносцевым, отметившим, что гражданское право призвано облечь эти отношения в юридическую форму, ибо они определяются самой экономической жизнью и ее условиями. Право (закон) стремится только отразить эти условия и обеспечить правилом свободное развитие экономических отношений, подобно тому как в сфере семейных отношений правило стремится к обеспечению нравственных начал, следуя за ними и к ним примеряясь, так как их характер - по преимуществу нравственный, тогда как свойство имущественных отношений прежде всего — экономическое2.

1 Иоффе О.С. Гражданско-правовая охрана интересов личности в СССР // Советское государство и право. 1956. № 2. С. 57.

2 Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Первая часть. Вотчинные права. 2-е изд., с перем. и доп. СПб., 1873. С. 1-2.

61

При потере субъектами экономической свободы и самостоятельности экономические отношения становятся крайне неэффективными. При централизации отношений, т.е. придании одному или нескольким участникам отношений властных полномочий применительно ко всем другим субъектам, имущественные отношения теряют свое естественное качественное состояние - служить интересам субъектов отношений, что ведет к системной дисгармонии, означающей потерю их экономической, хозяйственной целесообразности и эффективности. Получается, что без своего интереса субъекты экономических отношений неизбежно теряют «путеводную нить Ариадны», воплощенную в свободном, рыночном регулировании поведения участников экономических отношений.

Таким образом, субъекты правоотношений действуют, реализуя свои интересы, руководствуясь взаимной выгодой всех участников конкретного правоотношения, иначе отношения просто не возникают. Иными словами, действует принцип координации интересов участников отношений. Поэтому для адекватного регулирования общественных отношений частное право применяет в основном диспозитивные нормы. Существо последних заключается в том, что закон не предписывает субъекту четко заданных, жестких правил поведения, но он устанавливает свободный выбор правовых средств для реализации своих интересов. Как справедливо отмечает В.Ф. Яковлев, частноправовой метод регулирования общественных отношений характеризуется предоставлением субъектам правоотношений инициативы использования правовых средств для удовлетворения их материальных и духовных интересов1.

Особенно ярко дозволительный частноправовой метод регулирования общественных отношений проявляется в договорных правоотношениях в связи с действием принципа свободы договора. Субъекты правоотношений самостоятельно, по своему усмотрению выбирают тот или иной предоставленный законом вариант возможного поведения. Согласно норме п. 2 ст. 1 ГК РФ участники гражданских правоотношений свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. В соответствии с нормами п. 2 ст. 421 ГК стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не

1 Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений. Свердловск, 1972. С. 64-69.

62

предусмотренный законом или иными правовыми актами. Выбранный вариант в виде закрепленных в договоре обязательств становится для них законом. В этом проявляется автономия воли субъектов гражданских отношений.

Принцип автономии воли (саморегулирования взаимных правоотношений), тесно связанный с принципом свободы договора, закреплен законом. Согласно норме п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Упоминание категории интереса здесь основано на двух моментах.

Во-первых, частное право предоставляет меру возможного поведения управомоченного лица в своем интересе - к своей выгоде, ибо интерес всегда наличествует в социально-экономических отношениях. Под своим интересом понимаются частные интересы субъекта, т.е. свои, отличные от интересов других субъектов, - в этом и состоит один из основных аспектов «субъективности» субъективного права. Например, как указывал А.В. Венедиктов, для права собственности характерно то, что оно осуществляется своей властью и в своем интересе1.

Во-вторых, следует обратить внимание на принцип индивидуализма частного права, который недопустимо понимать в вульгарном смысле, т.е. как эгоистичное отношение к чужим личным или общественным интересам. Индивидуализмом частного права мы называем его ориентацию на свободу выбора, инициативность и самостоятельность субъектов правоотношений. М.М. Агарков видит существенные черты принципа индивидуализма частного права в том, что самому субъекту предоставлено определение тех целей, которые он желает достичь путем осуществления своего права2.

Разделяя мнение М.М. Агаркова по этому вопросу, мы хотим подчеркнуть, что именно в ситуации выбора проявляется индивидуальность лица. Иными словами, индивидуализм частного права сопряжен с созданием ситуации, при которой субъект, имея право выбора, становится самостоятельным центром целеполагания (сам выбирает цель в общественном отношении). Именно такое юридическое состояние субъекта качественно характеризует частноправовой дозволительный метод ре-

1 Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. М.; Л., 1948. С. 37-38.

2 Агарков М.М. Ценность частного права // Правоведение. 1992. № 2. С. 38.

<•*..*.<: 63

гулирования общественных отношений. Таким образом, гражданское право как система юридической децентрализации по самой своей структуре покоится на предположении множества маленьких центров, свободных в выборе установления и реализации правовых отношений на началах координации1.

Из сказанного следует заключение о том, что именно интересы определяют метод правового регулирования имущественных (экономических) отношений, характеризующийся диспозитивностъю и равенством участников имущественных отношений.

Учитывая изложенные положения, можно сделать следующий вывод. Проблему нахождения критерия разделения правоотношений на частные и публичные можно решить с помощью презумпции. Поскольку нормальное возникновение, развитие и существование имущественных (экономических) отношений представляет собой условия, необходимые для материального поддержания личности (индивидуальности) лица2, то интересы, служащие объективным условием установления таких отношений, должны предполагаться частными, а имущественные отношения - частноправовыми. Таким образом, имущественные (экономические), а также личные Неимущественные отношения должны предполагаться частноправовыми отношениями, если иное не установлено законодателем в публичных интересах или не определено решением суда по определенному правоотношению.

Данный вывод подтверждается также и тем, что для разграничения частноправовых и публично-правовых отношений весьма актуальна проблема определения сферы публичного права. Дело в том, что в соответствии с диспозитивным характером частноправового метода регулирования общественных отношений сфера частного права не может определяться путем указания дозволенных с точки зрения права вариантов поведения, ибо эти варианты в правовом обществе просто неисчислимы. Работает принцип - все, что не запрещено, то дозволено.

Поэтому для четкого определения сферы частноправовых отношений необходимо определить границы публично-правовых отношений, установленных носителем публичной власти, в которых, напротив, работает другой принцип - все возможные варианты поведения субъ-

1 См.: Покровский И.А. Указ. соч. С. 107; Черепахи» Б.Б. К вопросу о публичном и частном праве. С. 26.

2 Покровский И.А. Указ. соч. С. 85, 309. ,,                     ,                    !*

64

ектов общественных отношений должны быть санкционированы законом.

Получается, что четкое закрепление принципов, предмета, метода, т.е. сферы публичного права, позволит наиболее точно определить область частного права, а следовательно, границы личной свободы индивидуума в конкретном общественном отношении.

Думается, что, как и в гражданском праве, специфика публичного права основана прежде всего на специфике регулируемых им общественных отношений.

В этом плане представляется спорным мнение Ю.А. Тихомирова о том, что публичное право характеризуется специфическим пониманием природы права в сфере власти и социально-политических институтов и признанием их роли в обеспечении общественных интересов. По его мнению публичное право выступает как способ юридического мышления, как проявление правовой культуры1. Уязвимость приведенного утверждения состоит в том, что хотя оно и содержит указание на необходимость выявления специфики публичного права, но отнюдь не проясняет ее. Между тем специфика в публичноправовых отношениях, безусловно, имеется, и раскрыть ее нам поможет категория интереса.

На наш взгляд, специфика общественных отношений, складывающихся в публичной сфере, заключается в том, что они установлены в интересах всех и каждого, т.е. в общих интересах. Такие интересы называются публичными. В этом плане публичный интерес является совокупностью общих интересов, включающих в себя индивидуальные интересы, но он никоим образом не является простой арифметической суммой индивидуальных интересов, поскольку публичный интерес -это интерес, присущий обществу как единому целому.

Единым организующим центром общества, проявляющим его волю и выступающим стороной в конкретных правовых отношениях, является государство. В связи с этим Ю.А. Тихомиров о роли государства справедливо пишет, что именно государство является особым субъектом права, потому что оно призвано выражать публичные интересы, сочетающие, с одной стороны, интересы организаций, наций, социальных слоев* общества в целом и, с другой стороны, частные интересы2.

1 Тихомиров Ю.А. Публичное право. М, 1995. С. 27-28.

2 Там же. С. 54-55. ,»

Получается, что категория интереса и в публичном праве позволяет определить предмет правового регулирования — общественные отношения, складывающиеся по поводу реализации интересов общества как единого целого, т.е. общественные отношения с участием государства.

Но такое положение, конечно, не дает четкого представления о сфере публично-правовых отношений, ведь государство может быть участником и частноправовых отношений. Поэтому необходимо обратиться к методу публично-правового регулирования отношений.

Применительно к публичной сфере общественных отношений также справедливо утверждение, что методы правового воздействия определяются предметом правового регулирования.

По мнению Л.И. Петражицкого, если субъект действует руководствуясь мотивом социального служения на общую пользу, и направление его сознания социоцентрическое, то это публичные правоотношения1. Приведенная позиция представляется спорной. Конечно, для права важны субъективные волевые побуждения людей в процессе реализации интересов, но такие обстоятельства приобретают значение, например, при определении вины как основания юридической ответственности. Критерий социального служения находится в сфере психических переживаний и объективно недоступен третьим лицам, следовательно, это субъективный критерий, непригодный для определения публично-правовых отношений. Вместе с тем, его достоинство заключается в том, что он позволяет наглядно выявить социоцентризм публично-правовых отношений.

Отмеченный социоцентризм публичноправовых отношений проявляется в принципе подчинения интересов частных лиц интересам общества как единого целого, что обусловливает наделение государства властно-административными полномочиями в отношении всех других участников общественных отношений.

В подтверждение этого тезиса можно привести слова С.М. Корнеева о специфическом положении государства как участника публично-правовых отношений. Дело в том, что государство как политический суверен пользуется исключительными полномочиями: принимает юридические нормы, определяет права и обязанности других субъектов, в установленных случаях пользуется специфическими методами принуж-

1 Петражицкий Л.И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. Т. II. С. 702-712, 727-745.

66

дения и т.д. Эти властные полномочия определенным образом ограничены, но границы установлены самим государством'.

Таким образом, в публичной сфере государство является единым консолидирующим субъектом, поэтому для централизации общественных отношений государство использует императивный метод регулирования, основанный на субординации интересов.

Говоря о перспективе развития публичного права, Ю.А. Тихомиров справедливо отмечает, что предстоит по-новому осмыслить понятие публичности в обществе, не сводя его к обеспечению государственных интересов. Это - общие интересы людей, разного рода сообществ, объединений (политических, профессиональных, территориальных и др.), это — объективированные условия нормального существования и деятельности людей, их организаций, предприятий, общества в целом2.

Категория публичного интереса определяет границы реализации компетенции госорганов и иных лиц. Во-первых, публичные права всегда имеют в основе реализацию общественного интереса. Юридически это выражается в том, что государственные органы имеют специальную правосубъектность и обладают определенной компетенцией. Во-вторых, поскольку целеполагание имеет своей основой реализацию интереса, то государство, будучи юридическим проявлением общества, призвано к реализации интересов общества, а не каких-либо других. Здесь важно, что общество как единое целое не является тождеством государства, поэтому волевые действия государства (его госорганов) могут и не совпадать с целями общества.

Таким образом, границы вмешательства государства в частные правоотношения, а значит, в процесс реализации частных интересов, объективно ограничены интересами общества (публичными интересами).

Основным документом страны, отражающим объективированный публичный интерес в конкретных целях и задачах государства, является Конституция России, занимающая высшее место в иерархии законодательных актов. Конституция определяет функции органов, действующих от имени государства, воплощенных в виде объективных правовых норм. Соответственно, действия госорганов, не совпадающие и не кор-

1 Корнеев СМ. Право государственной социалистической собственности в СССР. М., 1964. С. 120,123.

2 См. там же. С. 25. .,,,,       сд-s

67

релирующие с целями, нормативно закрепленными в Конституции РФ и соответствующих ей законах, по своей направленности не соответствуют реализации интересов общества. Такие действия должны получать адекватную юридическую оценку.

Пределы вмешательства государства в частные правоотношения указаны в нормах ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, определяющей, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Например, возможные ограничения гражданских прав предусмотрены нормами п. 2 ст. 1 ГК РФ. Вне этих пределов вмешательство в частные правоотношения является недопустимым, так как оно является противозаконным.

Государство, будучи механизмом реализации интересов всего общества, не должно использоваться в интересах отдельных лиц или групп. Метод публично-правового регулирования общественных отношений с его властно-административными полномочиями в руках государства, субординацией интересов обусловливает «привязку» публичного права к государству, к государственной власти, следовательно, к интересам господствующих политических сил, доминирующих элит.

Указанная «привязка» публичного права к государству и его органам (особенно к их полномочиям) создает возможность для неправомерного использования государственного механизма различными лицами и группами лиц в своих политических, эгоистических, меркантильных интересах. Сегодняшняя действительность дает много примеров подобного использования государственного механизма. Нужно признать, что факты, свидетельствующие о диссонансе действий государства и его органов с общественными интересами, должны получить юридическую оценку, так как государство и его органы своими действиями призваны следовать только интересам общества в целом.

Для решения проблемы субординации интересов в публичноправо-вых отношениях важно уяснить, что понятие публичного интереса шире понятия государственного интереса, так как носителем общественного интереса все-таки является общество, а не государство1. Та-

1 Степанян В.В. Социальная справедливость и социалистическое право. Ереван, 1987. С. 82.

68

ким образом, гражданское общество является определяющим по отношению к государству1. Государство обязано ориентироваться в первую очередь на интересы общества. Если имеется диссонанс государственных интересов с общественными интересами - налицо неэффективность государственного регулирования и несовершенство государственного механизма.

Из сказанного можно сделать вывод: для содержания публичного права категория интереса является необходимой. В случае отсутствия в действиях государства (в лице его госорганов) направленности на реализацию общественных интересов, такие действия не должны иметь юридической силы, а в случае нарушения норм права должны повлечь юридическую ответственность.

Действия субъектов публичного права (реализация публичных прав) всегда должны иметь своей основой категорию публичного интереса, т.е. интереса, имеющего юридическое значение для всего общества.

В практическом плане необходимо сопоставить публичные интересы с реализацией соответствующими государственными или муниципальными образованиями, государственными органами, а также лицами, осуществляющими функции власти от имени государства, своих полномочий, предусматривающих собственное чиновничье усмотрение. Каждый госорган имеет определенную Конституцией РФ и законами РФ компетенцию. Кроме того, цели, задачи, полномочия и функции госоргана отражены в документе, на основании которого он приобретает пра-восубъектность и осуществляет свою деятельность (закон, положение, устав и др.). Таким образом, в своей деятельности государственные органы руководствуются законами, инструкциями, предписаниями, правилами и другими правовыми актами, предписывающими им правила поведения в конкретных ситуациях при осуществлении функций власти. Но все случаи реальной жизни не могут быть предусмотрены в таких актах, поэтому зачастую органы уполномочены руководствоваться своим чиновничьим усмотрением. Именно оно является предметом рассмотрения при решении вопроса о действиях госоргана в интересах общества.

С точки зрения теории права усмотрение госоргана действовать тем или иным образом является одновременно его юридической обя-

Тихомиров Ю.А. Указ. соч. С. 10.

69

занностью', так как он должен действовать в общественных интересах. Если он не исполняет эту обязанность или исполняет плохо, такие действия должны стать предметом юридической оценки. О совпадении права и обязанности в публичной сфере Н.М. Коркунов пишет: в публичном праве власть распоряжения не составляет содержание права; она составляет содержание обязанности. Так, дорожная администрация властна распоряжаться дорогой, но это ее обязанность. Она не может не пользоваться этой властью, она должна ею пользоваться и притом в общем, а не в своем частном интересе2. Содержанием этой публичной «право-обязанности» являются действия в интересах всего общества. Если использовать терминологию Л.И. Петражицкого, то можно сказать, что их существо заключается в служении социальным интересам.

Получая своего рода мандат закона на выполнение властных, управленческих и иных функций, субъекты публичного права действуют по своему усмотрению в пределах предоставленных полномочий3. Если действиями, предпринятыми в рамках чиновничьего усмотрения, нарушены закон или иной правовой акт, то как всякий субъект права, государственный орган должен нести установленную юридическую ответственность.

При неудовлетворительном осуществлении государственным органом своих функций по реализации интересов общества, его действия должны стать предметом административного рассмотрения и применения мер к виновным лицам дисциплинарной ответственности (предупреждение, увольнение и т.п.).

В случае нарушения уголовных законов уголовную ответственность должны нести лица, принявшие конкретные решения в рамках предоставленных им полномочий.

1 См.: Покровский И.А. Указ. соч. С. 38-39; Петражицкий Л.И. Указ. соч. С. 728; Гурвич М.А. Гражданские процессуальные правоотношения и процессуальные действия // Труды ВЮЗИ. Т. III. Вопросы гражданского процессуального, гражданского и трудового права. М., 1965. С. 64; Гаджиев Г.А., Пепе-ляев С.Г. Предприниматель — налогоплательщик - государство. Правовые позиции Конституционного суда Российской Федерации: Учебное пособие. М., 1998. С. 238, 314.

2 Коркунов Н.М. Указ. соч. С. 180.

3 Тихомиров Ю.А. Указ. соч. С. 48. .(!'• .J .   , ...-•• ^                        Л

70

Возмещение государством вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе путем издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, предусмотрено ст. 16 и ст. 1069 ГК РФ. Кроме того, ст. 12 ГК РФ устанавливает возможность неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону. Нормы ст. 13 ГК РФ предоставляют возможность признать ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления недействительным, а в случаях, предусмотренных законом, также нормативный акт, если он не соответствует закону или иным правовым актам и нарушает гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица.

Такая юридическая оценка действий государственного органа в рамках чиновничьего усмотрения, на наш взгляд, позволяет объективно оценить соответствие действий государственных органов интересам общества, установить пределы их вмешательства в частные общественные отношения.

Разрешение проблемы коллизии частных и публичных интересов в конкретных правоотношениях имеет не только теоретическое, но и практическое значение. Важно знать, в какой мере государство может вмешиваться в частную жизнь и ограничивать возможность данного субъекта действовать по своей воле и в своем интересе.

А.Л. Маковский формулирует общие принципы, позволяющие определить, в каких случаях гражданское законодательство применяется к публичноправовым отношениям1.

Во-первых, к отношениям, урегулирование которых невозможно в актах разных отраслей законодательства. Например, правило ст. 855 ГК РФ, устанавливающее очередность списания денежных средств с банковского счета клиента при их недостаточности для удовлетворения требований кредиторов, применяется ко многим правоотношениям: трудовым, налоговым, гражданским и др. Очевидно, что если дело касается каких-либо платежей (взысканий) из имущества лица, очередность

1 Маковский А.Л. Надо ли вносить изменения в гражданский кодекс? Маленькая иллюстрация к большим вопросам // Право и экономика. 1998. № 1. С. 27.

71

всех видов платежей (взысканий) должна быть строго определена гражданским законом1.

Во-вторых, к публично-правовым отношениям, основой существования которых является гражданский оборот: налоговым, таможенным и пр., существующим благодаря товарно-денежным, имущественным отношениям.

В-третьих, к отношениям, возникающим из причинения вреда госорганом, исполняющим властные функции. Причинитель вреда должен нести ответственность по правилам о гражданском деликте, т.е. находиться на одном уровне, быть юридически равным с потерпевшим лицом. Такой подход позволит наиболее полным образом обеспечить защиту прав и интересов частных лиц.

Со стороны частных лиц также могут последовать действия, вторгающиеся в охраняемые законом интересы общества и других лиц. Для решения коллизии частного и публичного интересов в конкретном правоотношении важно установить пределы осуществления и защиты гражданских прав. В.П. Грибанов определяет пределы (границы) осуществления субъективных гражданских прав, следовательно, пределы реализации частных интересов, следующими рамками:

Во-первых, субъектные границы осуществления гражданских прав, определяемые рамками гражданской дееспособности субъектов гражданского права.

Во-вторых, осуществление гражданских прав предназначено для таких целей, которые не только обеспечивали бы интересы самого упра-вомоченного лица, но были бы совместимы также и с интересами всего общества. Данное положение В.П. Грибанов основывал на принципе, содержавшемся в ч. 1 ст. 5 Основ Гражданского законодательства Союза ССР 1961 г., предписывавшем необходимость осуществления гражданских прав в соответствии с их назначением.

Современное российское гражданское законодательство не содержит прямого аналога этой нормы, так как она была связана с политическим строем советского общества. Однако общее принципиальное требование осуществления гражданских прав в соответствии с их назначением содержится и в современном гражданском законодательстве.

Например, советское гражданское законодательство не знало понятия «шикана», закрепленного в действующем российском законодатель-

1 Маковский А.Л. Указ. соч. С. 27.

72

стве. Нормы ст. 10 ГК РФ прямо говорят о запрете действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости злоупотребления правом, в том числе доминирующим положением на рынке. Кроме того, осуществление субъективных прав в гражданском праве оценивается на предмет соответствия принципам солидарности интересов и делового сотрудничества1.

В-третьих, осуществление гражданских прав ограничено определенными временными границами. Действующее законодательство устанавливает в необходимых случаях определенные сроки существования и осуществления гражданских прав.

В-четвертых, пределы осуществления гражданских прав определяются в зависимости от использования того или иного способа осуществления права. Так, право распоряжения имуществом может быть реализовано собственником путем его продажи, дарения, передачи по наследству, сдачи внаем и т.п. В ряде случаев закон еще более конкретизирует способы осуществления субъективных прав. Например, при продаже доли в общей собственности продавец должен соблюсти определенные правила, в частности, известить других собственников о продаже доли и т.п.

Наконец, пределы осуществления субъективного права определяются характером и пределами предоставляемых управомоченному лицу средств принудительного осуществления или защиты принадлежащего ему субъективного права, например, пределами необходимой обороны, подведомственностью того или иного спора, пределами использования управомоченным лицом мер оперативного воздействия и др.2

В литературе есть и другие мнения об определении границ осуществления субъективных прав. Так, В.В. Степанян называет три случая противодействия норм права реализации интересов субъектов.

Во-первых, реализация интереса способом, наносящим ущерб общественным интересам. В этом случае правовыми нормами затрудняется не вообще реализация данного интереса, а его реализация данным конкретным способом. Одновременно правовые нормы создают необходи-

1 Гражданское право: В 2 т. Т. 1 / Отв. ред. Е.А. Суханов. С. 388-389 (автор главы -B.C. Ем).

2 Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М., 1972. С. 49-51.

73

мые социальные условия для реализации того же интереса, но иными способами, соответствующими или, по крайней мере, не наносящими ущерба общественным интересам1.

Во-вторых, реализация интереса, основанного на так называемых извращенных потребностях. В этих случаях законодатель прямо запрещает удовлетворение подобных потребностей и интересов (потребление наркотиков) или же ограничивает их (потребление алкоголя).

В-третьих, реализация гипертрофированного интереса, т.е. при нарушении общественных интересов, охраняемых законом интересов других субъектов, нарушении субъектом своих юридических обязанностей2.

В.В. Степанян приходит к выводу, что вне этих пределов противодействие с использованием правовых или иных средств реализации интересов различных субъектов социального общения, не должно признаваться справедливым3.

Резюмируя приведенные положения о .границах осуществления субъективных гражданских прав, следует сделать вывод о том, что субъективное частное право отнюдь не беспредельно. Более того, «гиперболизация» частного интереса и другие действия лиц, пусть даже формально соответствующие предоставленным им гражданским правам, но имеющие указанные выше признаки, не охраняются правом, так как совершаются за рамками субъективных гражданских прав (т.е. лица действуют, не имея субъективного права4), либо по сути являются неправомерными.

Неправомерность поведения обусловлена осуществлением права в противоречии с его назначением. «Злоупотребление правом» есть разновидность неправомерного поведения, следовательно, гражданское правонарушение. Как указывает В. П. Грибанов, злоупотребление правом есть особый тип гражданского правонарушения, совершаемого управомоченным лицом при осуществлении им принадлежащего ему права, связанный с использованием недозволенных конкретных форм в рамках дозволенного ему законом общего типа поведения. >

1 Степанян В.В. Указ. соч. С. 79. '                                        '"**

2 См. там же.

3 См. там же.

4 Например, при истечении срока действия субъективного права или попытке реализации того или иного интереса за рамками имеющейся у лица дееспособности.

74

|9 Как правило, все это относится к законодательному установлению пределов осуществления субъективных гражданских прав. Реальная жизнь предоставляет и более «каверзные» случаи коллизии частных и публичных интересов в конкретных правоотношениях. Поэтому В.П. Грибанов подчеркивает, что пределы осуществления гражданских прав, следовательно, случаи злоупотребления правом, не ограничиваются шиканой и осуществлением права в противоречии с его назначением. Понятие пределов осуществления права значительно шире понятия осуществления права в противоречии с его назначением и не может быть сведено к последнему1.

Очевидно, что нормы права не могут охватить все варианты возможного поведения субъектов права. Поэтому мы должны руководствоваться двумя взаимосвязанными формулами: а) дозволено не только то, что прямо предусмотрено законом; б) не все, прямо законом не запрещенное, признается дозволенным2.

Сказанное приобретает значение при разрешении конфликта публичных и частных интересов, который не может быть решен, исходя только из внешних, установленных законом, пределов реализации субъективных гражданских прав. Иными словами, этот конфликт не предусмотрен диспозициями объективных норм, не решен объективным правом. Подобная ситуация может сложиться и при коллизии гражданско-правовых и публично-правовых отношений.

Какой интерес должен получить приоритет, следовательно, судебную защиту в таких случаях? Существуют ли критерии, позволяющие разрешить такую коллизию?

Поскольку оценке подлежат действия лиц, связанные с осуществлением принадлежащего им права или законного интереса, то ответ на интересующий нас вопрос нужно искать в характере самого поведения лица по осуществлению субъективного права и реализации законных интересов. Поведение людей включает в себя две стороны: объективную, которая представляет собой само фактически совершаемое лицом действие (или бездействие); и субъективную, связанную с осознанием своего поведения.

1 Грибанов В.П. Указ. соч. С. 51

2 См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1950. С. 198; Гражданско-правовая охрана интересов личности. М., 1964. С. 5 (автор главы -О.С. Иоффе).

75

Думается, что в случаях, когда объективные границы поведения, выходящего за пределы осуществления субъективных прав, законом не указаны, видимо, следует обратиться к признакам, относящимся к субъективной (психической) стороне действий субъекта права. Таковыми в гражданском праве являются признаки, определяющие разумность действий и добросовестность управомоченного лица.

Нормы п. 3 ст. 10 ГК РФ устанавливают презумпцию разумности действий и добросовестности субъектов гражданских правоотношений, но только для случаев, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно. Очевидно, что презюмируемая добросовестность и разумность в реальных действиях участников отношений может и отсутствовать.

Если суд установит, что в определенной ситуации лицо действовало с нарушением принципа добросовестности и разумности, тогда публичный интерес должен получить приоритет над частным интересом, пусть даже формально опосредованным субъективным гражданским правом. Во всех других случаях, пока судом не установлено иное, реализация частного интереса не может быть ограничена в пользу публичных интересов. Как видим, презумпция разумности и добросовестности действий участников гражданских отношений имеет значение при коллизии публичных и частных интересов. Чтобы правомерно ограничить осуществление лицом принадлежащего ему субъективного гражданского права, необходимо обосновать недобросовестность действий этого лица в конкретном правоотношении.

Некоторое представление о содержании категории добросовестности дает нам толкование нормы ст. 302 ГК РФ, предусматривающей, что добросовестным приобретателем является тот, кто возмездно приобрел имущество у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать. Стало быть, недобросовестным можно признать поведение лица, знающего о том или ином пороке реализуемого им субъективного права.

Важно, что разумность действий и добросовестность - категории оценочные. Поэтому их конкретное содержание должно устанавливаться судом с учетом всех объективных и субъективных обстоятельств по каждому отдельному спору. Из сказанного следует, что оценить наличие или отсутствие разумности действий и добросовестности участника конкретного гражданского правоотношения может только суд, рассмот-

76

рев предоставленные стороной доказательства недобросовестности действий другой стороны. Таким образом, более точно определить содержание принципа разумности действий и добросовестности, должна судебная практика. В этом нам видится повышение значения судебного решения и его роль в приближении позитивного права к реальным социальным интересам.

Значение категории добросовестности для разрешения коллизии частноправовых и публично-правовых отношений подтверждается судебной практикой. Так, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 13 апреля 2000 г. вынесла определение1, использующее категорию добросовестности для определения соотношения публичных прав с правами частными.

Гражданка Ж. приобрела импортный автомобиль, впоследствии конфискованный таможенными органами. Выяснилось, что данный автомобиль, ввезенный 5 июля 1994 г. на территорию России, не прошел таможенного оформления. Тем не менее 27 июля 1994 г. с использованием подложного таможенного удостоверения он был поставлен на учет в органах госавтоинспекции. В феврале 1998 г. Санкт-Петербургская таможня вынесла постановление, которым неустановленное лицо было признано совершившим нарушение таможенных правил, влекущее ответственность, предусмотренную ч. 1, 2 ст. 254 Таможенного кодекса РФ2. Автомобиль как непосредственный предмет правонарушения у гражданки Ж. был конфискован.

Ж. обратилась в суд с иском о признании ее добросовестным приобретателем и истребовании конфискованного имущества. Суд первой инстанции на основании п. 2 ст. 218 ГК РФ иск Ж. удовлетворил, отметив, что Ж. является добросовестным приобретателем. Кассационная инстанция отменила решение, указав, что таможенное оформление автомобиля не было завершено, поэтому автомобиль не мог быть объектом купли-продажи, а потому право собственности на него к истице перейти не могло.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ в определении по данному делу указала, что поскольку в деле нет доказательств того, что в момент приобретения автомобиля истице было

1 Использован текст, содержащийся в базе документов «Консультант Плюс: Судебная практика».

2 Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1993. №31. Ст. 1224.

77

известно о незаконности его ввоза, то на основании ст. 302 ГК РФ истицу следует признать добросовестным приобретателем автомобиля.

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ также отметила, что согласно ст. 304 ГК РФ собственник имеет право требовать устранения всяких нарушений его права.

Здесь отметим, что, сославшись на негаторное и виндикационное правомочия (ст. ст. 302, 304 ГК РФ), входящие в состав субъективного права собственности, суд недвусмысленно признал возникновение у гражданки Ж. права собственности на приобретенное имущество, ранее не вовлеченное в сферу гражданско-правовых отношений,

Обратим внимание на то, что суд констатирует уже возникшее к моменту судебного разбирательства право собственности. Последнее могло возникнуть только как следствие возникновения комплекса юридических фактов, имеющих две составляющие: 1) сделка приобретения гражданкой Ж. автомобиля от лица, не имевшего права на его отчуждение согласно публичноправовым нормам (ст. 131, 380 ТК РФ); 2) добросовестность Ж. при совершении вышеуказанной сделки. Получается, что при данных обстоятельствах, благодаря субъективному фактору добросовестности гражданки Ж., реализация частноправового отношения (частного интереса) получает приоритет перед публично-правовым отношением (публичным интересом), несмотря на то, что до приобретения истицей автомобиля он был объектом публично-правовых (таможенных) отношений, более того - являлся предметом правонарушения.

Рассматривая дело, суд применил также нормы публичного права -ч. 8 ст. 124 ТК РФ, согласно которой при незаконном перемещении товаров и транспортных средств через таможенную границу Российской Федерации солидарную ответственность за уплату таможенных платежей несут лица, незаконно перемещающие товары и транспортные средства; лица, участвующие в незаконном перемещении, если они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения; а при ввозе - также лица, которые приобрели в собственность или во владение незаконно ввезенные товары и транспортные средства, если в момент приобретения они знали или должны были знать о незаконности ввоза.

Как отмечено в определении суда, в деле нет доказательств, что в момент приобретения автомобиля истице было известно о незаконности ее ввоза. Суд указал, что при таких обстоятельствах Ж. является доб-

78

росовестным приобретателем и не имеет отношения к нарушению таможенных правил, поэтому конфискация у нее автомобиля противоречит закону.

Постановлением Конституционного суда РФ от 14 мая 1999 г. № 8-П1, нормы Таможенного кодекса РФ о конфискации как санкции за таможенное правонарушение признаны соответствующими Конституции России. Думается, что противоречия здесь нет, ибо в своем постановлении КС РФ высказался о сути норм, содержащихся в ст. 131 ТК РФ (об ограничении распоряжения и пользования имуществом, таможенное оформление которого не завершено) и ст. 380 ТК РФ (об определении конкретных составов правонарушений, за которые может быть назначена конфискация), но не о ситуации, связанной с возможностью возникновения права собственности у добросовестного приобретателя имущества - частном случае последствия сделки по отчуждению имущества, таможенное оформление которого не завершено.

В.А. Рахмилович справедливо подчеркивает отмеченное различие. Признав статьи 131, 380 ТК РФ соответствующими Конституции, а нарушающие требования этих статей сделки незаконными и недействительными, Конституционный Суд РФ указал, что регулирование последствий таких сделок лежит за пределами обсуждаемых Конституционным судом норм и осуществляется на основе других законоположений, в частности норм Гражданского кодекса РФ2. Таким образом, возникновение права собственности у добросовестного приобретателя основано на нормах ст. 302, 304 ГК РФ.

Приведенное мнение полностью подтвердил и сам Конституционный Суд РФ Определением от 27 ноября 2001 г. № 202-О «Об официальном разъяснении Постановления КС РФ от 14 мая 1999 г. по делу о проверке конституционности положений части первой статьи 131 и части первой статьи 380 ТК РФ»3. В нем указано, что положения ст. 131, 380 ТК РФ означают: товары и транспортные средства, ввезенные на

1 Использован текст, содержащийся в базе данных «Консультант Плюс: Судебная практика».

2 Рахмилович В.А. О праве собственности на вещь, отчужденную неуправомо-ченным лицом добросовестному приобретателю (к вопросу о приобретении права от неуправомоченного лица) // Проблемы современного гражданского права: Сборник статей. М, 2000. С. 141.

3 Использован текст, содержащийся в базе данных «Консультант Плюс: Судебная практика».

79

территорию России с нарушением таможенных правил, предусматривающих возможность конфискации, не могут быть конфискованы у лиц, которые приобрели их в ходе оборота на территории РФ, если эти лица не могли каким-либо образом влиять на соблюдение требуемых при перемещении товаров и транспортных средств через таможенную границу таможенных формальностей, поскольку не были в тот период участниками каких-либо отношений, включая таможенные, по поводу данного имущества, при том что, приобретая его, они не знали и не должны были знать о незаконности ввоза.

Получается, что в ситуациях, связанных с возможностью конфискации имущества, явившегося предметом совершения таможенного правонарушения, имеется два варианта развития судьбы права собственности на имущество, таможенное оформление которого не завершено.

Первый вариант связан с фигурой недобросовестного лица, сознательно идущего на нарушение таможенного законодательства. К примеру, лицо приобрело за рубежом какое-либо имущество (соответственно, стало его собственником), но, ввезя его на территорию России, сознательно укрыло это имущество от таможенного оформления. Поскольку лицо сознательно (виновно) нарушает таможенные нормы, оно теряет возможность пользоваться средствами частноправовой защиты (например, ст. 304 ГК РФ) от действий публично-правовых органов. В данной ситуации собственник должен нести публично-правовую ответственность за нарушение норм таможенного права, а имущество, явившееся предметом совершения правонарушения, может быть конфисковано уполномоченными органами. Отсутствие добросовестности в поведении такого собственника дает приоритет реализации публично-правовых отношений, связанных с ответственностью за нарушение таможенного закона.

Второй вариант связан с фигурой добросовестного приобретателя имущества, таможенное оформление которого не завершено. Добросовестный приобретатель, став собственником, вправе требовать устранения нарушений своего права собственности, поскольку его поведение было добросовестным, что создало возможность применения частноправовых отношениям по защите собственности. Согласно ст. 304 ГК РФ конфискация имущества на основании норм публичного права становится невозможной, поскольку добросовестный приобретатель иму-

80

щества, не прошедшего таможенного оформления, не может нести пуб-личноправовой ответственности.

Необходимо подчеркнуть важность индивидуальности каждого случая, поскольку условием возникновения права собственности у добросовестного приобретателя является субъективный фактор - его поведение, которое надлежит исследовать. Поэтому дела такого рода должны рассматриваться в судебном порядке, и право собственности добросовестного приобретателя должно подтверждаться решением суда.

Существует еще один «вариант» развития событий, когда недобросовестный приобретатель, знающий, что имущество не прошло таможенного оформления, тем не менее умышленно приобретает его. Наряду с лицом, незаконно отчуждающим такое имущество, его недобросовестный приобретатель становится соучастником таможенного правонарушения и должен нести ответственность за нарушение норм таможенного законодательства, т.е. на него возлагается публичноправовая ответственность. Строго говоря, в приведенном случае никакого отчуждения и приобретения имущества не происходит, так как возникновение права собственности не может явиться последствием ничтожной сделки (ст. 168 ГК РФ). Поэтому конфискация имущества производится у недобросовестного собственника, пытавшегося произвести «отчуждение» имущества недобросовестному приобретателю.

Изложенные положения позволяют сделать общий вывод о том, что коллизии частноправовых и публично-правовых отношений могут разрешаться по следующей формуле. Реализация лицом частного интереса не может быть ущемлена в пользу публичного интереса, если лицо действует добросовестно, разумно (субъективно безупречно) и в пределах (границах), предоставленных ему гражданским правом юридических возможностей. Ограничение реализации частного интереса в пользу публичного интереса в конкретном правоотношении может быть произведено только по решению суда.

§ 2. Роль категории интереса в возникновении, динамике 5 и прекращении субъективного гражданского права

Интересы воздействуют на объективное право, предоставляющее субъектам права юридические средства для реализации интересов в конкретных правоотношениях. В связи с этим возникают вопросы: как

соотносятся категории «субъективное гражданское право» и «интерес»? Какова роль категории интереса в гражданском правоотношении?

Проблема соотношения субъективного гражданского права и интереса традиционно формулируется так: входит ли категория интереса в содержание субъективного права? Мнения цивилистов по этому вопросу разделились. Некоторые ученые считают, что интерес входит в содержание субъективного права и является его ведущим элементом1. Другие исследователи полагают, что интерес не может входить в содержание субъективного права, ибо представляет собой предпосылку и цель субъективного права2.

Для конструктивного разрешения поставленного вопроса нужно предпринять краткий экскурс в историю развития учения о субъективном праве.

В начале XIX века Фридрих Карл фон Савиньи сформулировал волевую теорию, согласно которой существо субъективного права составляет принадлежащая отдельному лицу власть (Macht), т.е. область, в которой господствует воля этого лица, причем с согласия его контрагента. Эта власть называется правом лица, что равнозначно его правомочию (Befugniss) или праву в субъективном смысле3. В работе «Обязательственное право» Савиньи определяет категорию обязательства как господство над чужим лицом, но не над всем лицом (иначе оно вело бы к уничтожению личности), а только над его одиночными действиями, которые могут быть представлены выделенными из свободы этого лица и подчиненными нашей воле4.

1 См., например: Хвостов В.М. Система римского права: Учебник. М, 1996. С. 59; Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. М.; Л., 1948. С. 36-39; Иоффе О.С. Советское гражданское право (курс лек-г ций). Т. I. Л., 1958. С. 73; Толстой Ю.К. К теории правоотношения. Л., 1959.. С. 43-46.

2 См., например: Братусь С.Н. О соотношении гражданской правоспособности и субъективных гражданских прав // Советское государство и право. 1949. № 8. С. 34; Грибанов В.П. Интерес в гражданском праве. С. 55; Серебровский В.И. Вопросы авторского права. М., 1956. С. 95.

3 Savigny F.C. System des heutigen Romishen Rechts. I Bd., 1840, S. 7 (цит. по: Венедиктов А.В. Указ. соч. С. 36). (

4 Савиньи Ф.К. Обязательственное право / Пер. с нем. В. Фукс и Н. Мандро. М., 1876. С. 5.

82

Бернгард Виндшейд, последователь учения Савиньи, сформулировал волевую теорию более кратко и емко. По его мнению, субъективное право (управомочие) есть установленная юридическим порядком дозволенность воли (Wollen-Durfen)1.

Необходимо отметить, что несмотря на то, что Савиньи является основателем научной и идеологической концепции исторической школы права (сформировавшейся в противовес концепции естественного права), вместе с тем, обосновывая теорию воли, он испытал определенное влияние господствовавших в то время философских взглядов об идеальном социальном устройстве, берущих свое начало в идеалах, исповедуемых философией естественного права.

Это положение обусловлено следующими обстоятельствами. Во-первых, в литературе отмечено, что концепция волевой теории исходит из философско-правовых взглядов, основанных на построениях немецкой классической философии, имеющих в виду метафизическую волю как выражение идеальной свободы. Этот факт известен как восприятие исторической школой протеста философов по поводу того, что юриспруденция ввергнута в область мелочных исследований и отклонилась от разработки широких обобщений. В итоге историческая школа права восприняла положение немецкой философии, по которому право составляет необходимое развитие начала свободной метафизической воли2.

Во-вторых, известно, что взгляды представителей немецкой классической философии (в частности, Канта и Гегеля) на право непосредственно основаны на естественно-правовых принципах эпохи Возрождения, трактующих волю в качестве свободы, признаваемой за каждым человеком как таковым в силу его естественной природы3.

Позже, с развитием позитивно-правовой теории, правоведение отошло от философских концепций, обосновывавших юридические положения. Поэтому абстрактная, с точки зрения философии, воля, положенная в основу субъективного права, стала пониматься юриспруденцией в более конкретном, юридико-техническом смысле.

Фактическое изменение содержания волевой теории немедленно привело к целому ряду логических противоречий. Поэтому концепция

1 Виндшейд Б. Учебник пандектного права. Т. I. Общая часть. СПб., 1874. С. 82.

2 См. подробнее: Шершеневич Г.Ф. Общая теория права, Т. 2. Вып. 2, 3, 4. С. 195; Муромцев С. Указ. соч. С. 23; Виндшейд Б. Указ. соч. С. 22-23.

3 Алексеев С.С. Философия права. М., 1997. С. 85-87. ,.    дд

83

субъективного права, понимаемого как господство воли, столкнулась с суровой критикой.

Во-первых, если последовательно проводить теорию воли, то становится непонятно, в силу чего обладают правоспособностью малолетние и душевнобольные лица, у которых отсутствует воля как таковая. Немецкий правовед Тон отметил, что если субъективное право - это воля управомоченного лица, то как возможно существование субъективного права при отсутствии воли у волеспособного лица. Например, кредитор, не желающий принимать платеж от должника, все же остается обладателем субъективного права'.

Во-вторых, объективное право не в состоянии поставить никаких пределов желанию, т.е. воле, понимаемой в психологическом смысле. Желать можно беспредельно, нельзя только осуществлять свою волю в действиях2.

В-третьих, по смыслу теории воли, всякое действие лица в рамках субъективного права считается одобренным волей общества, содержание которой составляет норму права. Но разве могут быть одобренными обществом действия субъектов, соответствующие нормам права, но не соответствующие нормам нравственным3.

Много позже, в 1918 г., В. Н. Дурденевский отметил, что, считаясь с этими возражениями, новейшие исследователи вопроса о субъективном праве видят его сущность не в воле субъекта, а в возможности юридически значимого действия. Таким образом, Wollendurfen Виндшейда преобразовалось в Handelnkonnen Биндера4.

Ввиду отмеченных противоречий, в середине XIX в. против теории воли решительно выступил Рудольф фон Иеринг. Он заявил, что воля не есть цель и двигательная сила прав; понятие воли и власти не в состоянии дать практическое понимание прав. Право как продукт общественной жизни, образующийся вследствие борьбы между различными субъектами с целью установления человеческого общежития, существует не

1 Thon. Rechtsnorm und subjectives Recht. 1878. S. 220 (см.: Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Т. 2. Вып. 2, 3, 4. С. 196).

2 Шершеневич. Г.Ф. Общая теория права. Т. 2. Вып. 2, 3, 4. С. 195.

3 Михайловский И.В. Очерки философии права. Т. I. Томск, 1914. С. 440.

4 Binder. Das problem der juristischen Personlichkeit. Lpz., 1907. S. 38, 54 (см.: Дурденевский В.Н. Указ. соч. С. 81).

84

только для того, чтобы осуществлять идею абстрактной правовой воли, а для того, чтобы служить интересам и целям гражданского оборота1. • Тем самым Иеринг сформулировал теорию интереса, согласно которой субъективное право есть юридически защищенный интерес. По мнению Иеринга, понятие права образуют два момента. Во-первых, субстанциональный, в котором лежит его практическая цель, т.е. польза, выгода, прибыль, призванные обеспечиваться правом. Во-вторых, формальный, который является лишь средством достижения этой цели, т.е. защита права, иск. Первый есть зерно (Kern) права; второй - защищающая его скорлупа (Schale). Понятие права покоится на правовой обеспеченности пользования (auf der rechtlichen Sicherheit des Genusses), права - это юридически защищенные интересы (Rechte sind rechtlich geschutzte Interessen)2.

Концепция объективного и субъективного права Р. Иеринга произвела своеобразный переворот во взглядах на субъективное право. В отличие от позитивистской теории воли, теория интереса Иеринга вполне резонно поставила вопрос о соответствии схоластического права пандектистов реалиям складывающихся в жизни социальных отношений.

В работе «Борьба за право» Р. Иеринг справедливо указывает, что право - это не абстрактные определения права или умозаключения законодателя. Право образуется как результат борьбы субъектов общества за свои интересы. В этом его необходимый источник, форма установления и развития.

Считается, что приведенный тезис дает обоснование праву, защищающему более сильных в экономическом и фактическом плане субъектов. Но следует подчеркнуть, что данная мысль есть лишь следствие генеральной концепции Р. Иеринга. По его мнению, существование и эволюция права в реальной социальной жизни обусловлены тем, что правовые нормы должны соблюдаться всеми субъектами общества, в том числе государством. В случае нарушения правовых установлений каждый должен бороться за свои права. Благодаря этой повсеместной

1 Ihering R. Geist des romischen Rechts auf den verschiedenen Stufen seiner Entwick-lung, Teil III. 1865. S. 327 (см.: Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Т. 2. Вып. 2, 3,4. С. 196).

2 Ihering R. Geist des romischen Rechts auf den verschiedenen Stufen seiner Ent-vicklung. Teil III. 1865. S. 316-317, 327 (см. Венедиктов А.В. Указ. соч. С. 36-37).

85

борьбе за права поддерживается правовой режим в обществе. Получается, что все субъекты общества должны жить согласно правовым принципам1.

В отечественной цивилистике теорию интереса Р. Иеринга поддержали многие правоведы. В частности, Н.М. Коркунов указывает, что юридические нормы, разграничивая людские интересы, неизбежно ограничивают осуществление отдельных интересов, налагая на людей обязанности ради обеспечения воможности осуществления чужих интересов2.

Но и сама теория интереса встретила вполне обоснованные возражения. В отечественной юридической науке наиболее ярко и точно их сформулировал И.В. Михайловский, который отметил, что наши права и наши интересы - вещи разные: сплошь и рядом можно иметь огромный интерес в чем-либо и не иметь на это никакого права. Напротив, можно иметь какое-нибудь право, не только не приносящее обладателю никакой пользы, но даже нарушающее его интересы3. Действительно получается, что интерес - это далеко не всегда тот момент, который свидетельствует о наличии или отсутствии у лица субъективного права.

Наряду с теориями воли и интереса как сущности субъективного права в литературе иногда выделяется теория свободы. Так, Е.Н. Трубецкой, сторонник теории свободы, считает, что право в субъективном смысле есть та сфера внешней свободы, которая отводится отдельному лицу нормами права4. Однако нужно сказать, что принципиальных расхождений между сторонниками теории свободы и теории воли как сущности субъективного права не усматривается.

Обе концепции основаны на взглядах сторонников естественного права XVII-XVIII вв., которые понимали право как законодательное установление свободы воли индивида, устраняющее вторжение одной личности в естественно существующую свободу другой. Развивая этот тезис, И. Кант считал основным правовым началом, из которого логически вытекают все юридические нормы, веление каждому действовать

1 Иеринг Р.Ф. Борьба за право. Пер. с послед. (17-го) нем. изд. В.И. Лойко. СПб., 1912; Шершеневич Г.Ф. О чувстве законности: Публичная лекция, читанная 10 марта 1897 г. Казань, 1897.

2 Коркунов Н.М. Указ. соч. С. 139.

3 Михайловский И.В. Указ. соч. С. 88-89.

4 Трубецкой Е.Н. Энциклопедия права. СПб., 1999. С. 156. •   '

86

так, чтобы его свобода совмещалась со свободой всех и каждого1. Н.М. Коркунов подчеркивает, что такое понимание права сослужило важную историческую службу, явившись ответом на чрезмерное стеснение личной свободы государственным вмешательством, освобождением от средневековых представлений о праве2.

Как отмечает А.В. Венедиктов, несмотря на то, что теория интереса в том виде, в каком сформулировал ее Иеринг, не была поддержана даже многими из его последователей, но «удар», нанесенный Иерин-гом теории воли, был так силен,' что в дальнейшем решительное преобладание получили так называемые комбинационные теории, объединяющие в понятии субъективного права оба элемента: интерес и волю3.

Наибольшую популярность приобрела комбинационная теория немецкого правоведа Еллинека, определившего субъективное право как признанную и защищенную правопорядком власть человеческой воли, направленную на какое-либо благо или интерес4.

Среди отечественных правоведов, например, И.В. Михайловский считал, что теории воли и интереса дополняют друг друга. Если сопоставить теорию внешней свободы как сущности субъективного права с теориями воли и интереса, то окажется, что обе последние могут быть примирены с первой: теория воли верна, поскольку осуществление субъективного права зависит от воли управомоченного, а теория интереса верна, поскольку субъективное право является средством для осуществления определенного интереса5.

С того времени многие исследователи, в том числе авторы трудов по общей теории права, безосновательно формулируют субъективное право на основе различных комбинационных теорий. Так, М.Н. Марченко считает, что субъективное право есть предоставляемая и охраняемая государством мера возможного (дозволенного) поведения лица по удовлетворению своих законных интересов, предусмотренных объективным правом6. В.И. Леушин и В.Д. Перевалов пишут, что субъективное право

1 Кант И. Сочинения: В 4 т. Т. I: Трактаты и статьи (1784-1796). М., 1994. С. 95.

2 Коркунов Н.М. Указ. соч. С. 41-43.

3 Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. С. 37.

4 Jellinek G. System der subjectiven uffentliche Rechte. 2 Aufl. 1905. S. 44 (цит. по: Венедиктов А.В. Указ. соч. С. 37).

5 Михайловский И.В. Указ. соч. С. 443.

6 Марченко М.Н. Теория государства и права: Учебник. М., 1996. С. 355.      ,»к

87




1. Тема- Основные понятия объектноориентированного программирования ООП
2. Шлюмбергера, Декабрист, Варварина коса
3. Комплексные соединения
4. Тематический план семинаров
5. Горнодобывающая промышленность Соединенных Штатов Америки
6. Организация производства мототехники и средств малой механизации на территории свободной экономической з
7. на самом видном месте
8. МУЛЬТИМЕДИЙНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ КАК СРЕДСТВО ПОВЫШЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ ОБУЧЕНИЯ В ШКОЛЕ
9. Об утверждении Инструкции по делопроизводству в региональных центрах по делам гражданской обороны чрезвыч
10. Модуль 1 Фізіологія та психологія праці в галузі фізичної реабілітації та спорту
11. Лабораторная работа 15 Определение коэффициента вязкости жидкости по методу Стокса Физические поня
12. На тему- Влияние глобализации на экономику России
13. Борецкая Марфа
14. Аналіз інноваційної діяльності підприємств України за період 2002-2008 рр
15.  Загальні версії- самозайманння підпал Окремі версії- 1 Пожежа відбулася внаслідок дії з
16. ТЕМАТИЧЕСКИЙ ПЛАН По дисциплине ОСНОВЫ ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В ОВД для курсантов слуша
17. тематического и программного обеспечения
18. Вступ Вибір електродвигуна і кінематичний розрахунок привода Розрахунок зубчатої передачі П
19. ЗатверджуюПроректор з науковопедагогічної роботи ЖДТУГ
20. на тему- Конвертируемость национальных валют- виды и пути достижения