Будь умным!


У вас вопросы?
У нас ответы:) SamZan.ru

15 Как известно источниками трудового права России являются Конституция РФ законы указы Президента пост

Работа добавлена на сайт samzan.ru: 2016-03-13

Бесплатно
Узнать стоимость работы
Рассчитаем за 1 минуту, онлайн

Трудовое право переходного периода: новые источники. 15

Как известно, источниками трудового права России являются Конституция РФ, законы, указы Президента, постановления и распоряжения правительства, нормативные акты министерств и ведомств, органов местного самоуправления, акты локального регулирования, включая коллективные договоры. Для многих специалистов в области труда и трудовых от.ношений, ученых и практиков, этот перечень сохраняется без изменений в период перехода от плановой к рыночной экономике. Между тем жизнь идет вперед. Происходят изменения в трудовом праве, появляются новые источники. Далее они будут рассмотрены, так же как и новые проблемы коллизии источников права.

Судебные постановления - источники трудового права. Сразу оговорюсь: речь . пойдет о постановлениях судов высшей инстанции - Конституционного суда и Верховного суда РФ. Решения судов общей юрисдикции, находящихся ниже Верховного суда, в нашей правовой системе вряд ли являются источниками права, поскольку касаются дел, имеющих частную значимость.

Начнем с постановлений Верховного суда. В нашей юридической литературе сложилась точка зрения, утверждающая неправомерность признания постановлений Верховного суда в качестве источников права. Но правильна ли она? По моему мнению, она была не совсем точна в недалеком прошлом, тем более она требует корректировки в нынешних условиях перехода к рынку.

В обоснование названной точки зрения выдвигаются в основном два аргумента. Первый, традиционный, состоит в том, что Верховный суд осуществляет надзор за деятельностью нижестоящих судов, обеспечивает единство в их деятельности. Иначб говоря, он занимается правоприменением, а не правотворчеством. Второй аргумент, выдвигаемый уже в последнее время, состоит в том, что правотворчество пришло бы в противоречие с принципом разделения властей.

Действительно, Верховный суд применяет право, следит за единообразным применением закона. Это его основная и весьма важная функция. Но она отнюдь не исключает того, что в определенных случаях, главным образом при обнаружении пробелов в праве, суд может заниматься нормотворчеством, принимать решения, становящиеся источником трудового права. Тем не менее многие, отмечая судебную •деятельность по заполнению пробелов, не делают из нее логического вывода, ведущего к признанию правотворчества.

Вспомним несколько разъяснений Верховного суда, содержащих положения нормативного характера:

- в 1994 г. Суд при рассмотрении вопросов применения законодательства о компенсации морального вреда принимает решение, согласно которому суды "вправе обязать работодателя компенсировать причиненные работнику нравственные, физические страдания, в связи с незаконным увольнением, переводом на другую работу, необоснованным применением дисциплинарного взыскания, отказом

Профессор, доктор юридических наук, заслуженный деятель науки РФ.

в переводе на другую работу в соответствии с медицинскими рекомендациями и т.п."';

в 1992 г. в связи с необходимостью получения предварительного согласия профсоюзного органа на увольнение работника по инициативе администрации (ст. 35 КЗоТ) Суд указал, что такого согласия не требуется, если работник не является членом профсоюза, действующего на предприятии^

- в 1994 г. в связи с вопросом о предоставлении работникам дополнительного отпуска Суд решил, что все дополнительные отпуска должны присоединяться (полностью или частично) к отпуску в 24 рабочих дня^.

Все три положения являются не чем иным, как дополнением законодательства о труде. Первое из них восполняет в нем крупный пробел, существовавший до недавнего времени. Два других дополнили КЗоТ, как бы мы их ни квалифицировали, заполнением пробелов или исправлением ошибки в применении норм материального права. Речь шла по существу о дополнении ст. 35 относительно расторжения тру^ дового договора по инициативе администрации с предварительного согласия профсоюзного органа и ст. 67 и 68, касающихся отпусков.

Таким образом, практика идет по пути принятия положений нормативного характера в постановлениях Верховного суда РФ, ставших обязательными либо только для судов, либо не только для них, но и для предприятий, которые их уже фактически применяют. Это значит, что постановления стали источником трудового права, и с этим нельзя не считаться. Признав постановления Верховного суда источником права, мы придаем им больший авторитет в области регулирования труда и трудовых отношений, более точно определяем их природу и юридическую значимость.

Другое дело, хорошо это или плохо для правового регулирования труда и не противостоит ли становлению новой для нас модели разделения властей. Думаю, что хорошо. Ибо судебное нормотворчество позволяет более или менее оперативно и гибко восполнять пробелы в законодательстве. Так, Суд восстановил упомянутую выше норму относительно увольнения работника, не являющегося членом профсоюза, которая была в Союзном законе от 12 мая 1991 гЛ но по Закону РФ от 25 сентября 1992 г. ее не оказалось в КЗоТе-\

Очевидно, что от рассматриваемой практики Верховного суда не пострадало разделение властей, находящееся в стадии становления. Не страдает оно и на Западе от подобной практики. Не говоря уже о странах прецедентного права, в странах Запада, например в Германии и во Франции, решение судов высшей инстанции является источником права, несмотря на существующее разделение властей.

Думается, Верховному суду следовало бы предоставить новые возможности для дальнейшего совершенствования своей практики, ибо в условиях перехода к рыночным отношениям потребность в них будет возрастать. Новые возможности видятся в официальном предоставлении Верховному суду права давать толкование законов и в признании судебного правотворчества. Оно никогда не составит конкуренции законодателю, поскольку ограничено восполнением пробелов. Восполнение, естественно, полностью должно соответствовать действующим законам. Такое, однако, не всегда бывает. Например, в решении вопроса о дополнительных отпусках, на мой взгляд, не было юридической чистоты, хотя по существу вопрос решен правильно.

Постановлениб пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 г. - Бюллетень Верховного суда РФ, 1995, № 3, с. 10.

Постановление пленума Верховного суда от 22 декабря 1992 г., п. 16,- Вестник Верховного суда РФ, 1993, № 3.

^ Постановление президиума Верховного суда РФ. - Бюллетень Верховного суда РФ, 1994, № 8, с. 2. * Закон СССР о внесении изменений и дополнений в законодательные акты Союза ССР о труде. -Ведомости съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР, 1991, №21, с. 599.

' Закон РФ о внесении изменений и дополнений в КЗоТ РСФСР. - Ведомости съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ, 1992, № 41, ст. 2254. 44

Необходимость расширения возможностей подтверждается, если так можно сказать, историей. Ведь нынешняя практика Верховного суда в рассматриваемой области не всегда была такой. Было время, когда его разъяснения были отнюдь не обязательными и рассматривались многими всего лишь в качестве рекомендаций. В те времена они в самом деле не могли быть источником права.

После принятия в 1979 г. Закона о Верховном суде СССР разъяснения приобрели обязательный характер, и это было шагом в направлении приобретения ими качества источников права. Теперь, повторяю, целесообразно идти далее - от обязательного характера разъяснений к официальному наделению Верховногому суда РФ правом толкования законов. Такой переход явился бы, в частности, оформлением хотя и небольшой, но уже имеющейся практики.

Между разъяснением и толкованием грань очень хрупкая и подвижная. Не случайно в литературе правильно отмечалось, что разъяснения сами по себе являются средством судебного толкования законов, его видом^. Ведь разъяснение и толкование состоят в раскрытии смысла закона, применяемого в процессе судебной деятельности. Вопрос зачастую - в сфере действия: если разъясненения имеют узкую сферу, принимаются судом и для судов, то толкования обычно носят более общий характер. В практике Верховного суда последнее подчас уже имеет место. Так, разъяснения относительно увольнения работника, не являющегося членом профсоюза, и присоединения дополнительных отпусков, как мы видели, имеют широкую сферу действия.

В развитых зарубежных странах суды высших инстанций дают толкование законов, а не разъясненения по ним. Разъяснение - это "нашенское" изобретение, обусловленное, думаю, господством авторитаризма, отсутствием разделения властей и, как следствие этого, отсутствием подлинной самостоятельности судов. В свое время дача разъяснений с их ограниченной сферой действия обусловливалась подконтрольностью деятельности Верховного суда перед Президиумом Верховного Совета СССР, который был единственным органом, имевшим конституционное право давать толкование законов^.

Со временем мы привыкли к разъяснениям, и это нашло свое отражение в Конституции РФ 1993 г. (ст. 126). Вместо того чтобы дать Верховному суду право толковать законы, как это сделано применительно к Конституционному суду, Верховному суду предоставили возможность давать только разъяснения, находясь в плену ранее установившейся практики и старого мышления. В новых условиях такой менталитет неприемлем. Разделение властей должно привести к утверждению подлинной самостоятельности Верховного суда и к наделению его правом толкования законов, что будет способствовать в свою очередь утверждению его решений в качестве источников права.

Вопреки существующему мнению, дачу разъяснений следовало бы оставить за Министерством труда и в нрвых условиях, ибо практика показала, что иногда они просто необходимы. Вмест^с тем целесообразно придать разъяснениям их настоящую значимость административных актов. Во-первых, разъяснения не должны перерастать в толкование законов, которое случается подчас в ущерб работникам. Во-вторых, разъяснения должны быть подконтрольны Суду: следовало бы сделать нормой обжалование в судебном порядке работниками, профсоюзами или предпринимателями разъяснения, которое, по их мнению, расходится с законом о труде либо нарушает его.

Что же касается постановлений Конституционного суда РФ, it) их правовая природа ясно придает им качество источников права. Согласно Конституции РФ Суд "дает толкование" Конституции (ст. 125, п. 5). Поэтому в случаях, когда речь идет о

См.: Смоленцен Е.А., Добровольская Т.Н., Мазалов А.Г., Шейнин X.Б. Научно-практический комментарий к закону о Верховном суде СССР. М., 1981, с. 16. " Там же. 45

вопросах труда, предусмотренных ее ст. 37 и другими, постановления Суда являются источниками трудового права.

Толкование Конституции РФ - один аспект деятельности Суда. Другой аспект -проверка конституционности закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле (ст. 125, п. 4). Как известно, проверка осуществляется по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов. Является ли постановление Суда источником права в данном случае? Попытаюсь ответить на этот вопрос на примере постановления от 17 мая 1995 г. по делу о проверке конституционности части первой ст. 12 Закона СССР 1989 г. о порядке разрешения коллективных трудовых споров (конфликтов), согласно которой на предприятиях и в организациях гражданской авиации прекращение работы как средство разрешения-коллективного трудового спора не допускается.

Рассмотрев жалобу профсоюза летного состава РФ на нарушение Московским городским судом при разрешении его дела конституционного права на забастовку, Суд указал на крупный недостаток упомянутого Закона, состоящий в том, что часть первая ст. 12 "не предусматривает какой-либо дифференциации предприятий, подразделений, служб, категорий работников гражданской авиации с учетом характера их деятельности, а также значимости выполняемых ими работ"^. В этой связи, говорится в постановлении, запрет забастовок на предприятиях и в организациях гражданской авиации на основании одной лишь их принадлежности к определенной отрасли не соответствует ряду положений Конституции РФ. Из этого Суд пришел к выводу о том, что впредь до принятия федерального закона часть первая ст. 12 Закона 1989 г. должна применяться с учетом требований Конституции (ст. 17, ч. 3 И ст. 55, ч, 2 и 3).

Вывод Суда является, на мой взгляд, источником трудового права, хотя и временным - "впредь до принятия федерального закона". Ибо обязывает правопримени-тельные органы и дает право работникам при организации забастовок и ведении переговоров по разрешению трудовых споров использовать часть первую ст. 12 Закона 1989 г. с учетом требований упомянутых выше статей Конституции.

Представляется, что появление такого источника права обосновано, поскольку позволяет федеральному судебному органу при рассмотрении конкретного дела, имеющего общегосударственную значимость, устранять ошибки и пробелы в действующем законодательстве.

Международные договоры - источники трудового права. Конституция РФ 1993 г. внесла существенное новшество в российскую правовую систему. Согласно ее ст. 15 "общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются частые ^_правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора (п. 4). Следовательно, международные договоры России, должным образом ратифицированные; стали источниками всех отраслей российского права, в том числе трудового. Как и для других отраслей, для трудового права практически они могут быть довольно полезными. Об этом свидетельствует зарубежный опыт.

В мире имеется группа стран, правда, численно небольшая, в правовой системе которых международные источники играют немаловажную роль. К их числу относятся Греция, Испания, Франция, США, а также ряд стран Латинской Америки. Во всех этих странах международные договоры вообще, в частности по вопросам труда, становятся частью правовой системы и, естественно, источником права в силу их ратификации.

Международные источники трудового права способствуют повышению защищенности работников, улучшению условий труда. Они способствуют также унификации (иногда говорят: интернационализации) законодательства, что благотворно сказывается на праве в целом. Как отмечают французские юристы, развитие трудового права

" См.: Росс. газ.. 1995, 25 мая. 46

немыслимо, если оно не происходит параллельно в различных странах^. В условиях рынка и глобализации экономики унификация трудового права помогает оздоровлению на международной арене конкуренции между странами и предприятиями, поскольку ведет к выравниванию расходов на социальные нужды, которые зачастую очень различны. В общем же унификация (интернационализация) трудового права и ее последствия могут способствовать, хотя бы частично, социальному прогрессу. Сегодня этот процесс не следует переоценивать, но его надо иметь в виду.

К международным источникам трудового права относятся международные договоры и соглашения, двухсторонние или многосторонние, непосредственно посвященные труду или содержащие отдельные трудовые нормы. В настоящее время наиболее значительную группу международных договоров составляют конвенции МОТ. Они весьма многочисленны. На 1 января 1996 г. в этой организации принято 175 конвенций. Россией ратифицировано 50, из которых 43 конвенции - действующие.

По сравнению с межгосударственными договорами конвенции МОТ имеют свои особенности. Первой из них является институционный характер конвенций, обусловленный порядком их подготовки в Международной организации труда. Принятию конвенций не предшествуют дипломатические переговоры между государствами, они обсуждаются и принимаются на Генеральной конференции МОТ, имеющей некоторое сходство с национальным парламентом. Институционный характер проявляется также в правилах, касающихся подписания и сдачи на хранение грамот о ратификации. Конвенции не подписываются. Они принимаются на Генеральной конференции МОТ большинством в 2/3 голосов присутствующих делегатов. Обмен ратификационными грамотами не производится. Член Организации сообщает о состоявшейся ратификации Генеральному директору МВТ, который со своей стороны направляет ратифицированную конвенцию в ООН для регистрации. Толкование'конвенции осуществляется не государствами, являющимися ее участниками, а Международным судом ООН. Что же касается пересмотра конвенции, то он также осуществляется не государствами, а принявшей ее Генеральной конференцией МОТ.

Другой особенностью конвенции является то, что Генеральная конференция состоит не только из представителей правительства, подобно другим межгосударственным организациям, но и представителей национальных организаций предпринимателей и трудящихся. В силу этого обычно говорят, что МОТ основана на принципе трипартизма. Чтобы понять его смысл, замечу, что каждый из представителей имеет право голосовать самостоятельно. Зачастую это так и бывает.

Наконец, третьей особенностью конвенций является .стремление Организации придать им максимальную эффективность'^. Одним из показателей этого, пожалуй наиболее конкретным, являются общее количество ратификаций (на сегодня более 6 тыс.) и общее количество случаев приведения государствами своего законодательства в соответствие с ними (на сегодня более 2 тыс.)",

Отмеченные и некоторые другие особенности в свое время породили дискуссии в науке международного права относительно природы международных конвенций о труде. Начало им положил один из крупнейших французских специалистов в области международного права Ж. Ссель, который охарактеризовал конвенции как "международные законы"^. Однако такое понимание природы конвенций МОТ не встретило поддержки со стороны многих специалистов. Так, первый директор МВТ А. Тома в предисловии к работе Ж. Сселя заметил, что конвенции являются компромиссом между понятиями договор - сделка и договор - закон. Несогласие с точкой зрения Ж. Сселя .высказали позже и другие французские специалисты. Например, К.-А. Кольяр, также весьма крупный международник, в своем обстоятельном исследо-

" Си.: Lyon - Caen, Pelissier.J.. Supiot. A. Droit dii travail. Paris, 1994. p. 42. "' cm.: Valticos N. Droit international du travail. Paris. 1970, p. 143-144. " За период с 1964 по 1995 г. ^ Scelle. G. L' Organisation internationale du travailet ie BIT. Paris, 1930, p. 55, 182-185.

вании подчеркнул, что тексты, принимаемые койференцией "нельзя считать международными законодательными актами'"^.

Надо заметить, что и сегодня применительно к конвенциям МОТ иногда встречается термин "международное законодательство", однако, как представляется, он не имеет того смысла, который в свое время вкладывал в конвенции Ж. Ссель.

Так какова же природа международных конвенций о труде? Много лет назад мне уже приходилось отмечать, что особенности, присущие конвенциям МОТ, "принципиально не изменяют их характера как международных договоров" '^

В самом деле, конвенции подчиняются mutatis mutandis общепринятым положениям международного права. Они сохраняют некоторые традиционные черты: конвенция связывает только то государство, которое ее ратифицирует; введение в силу конвенции требует определенного минимума ратификаций; при пересмотре конвенции она продолжают связывать государство в своем первоначальном виде до тех пор, пок,а им не будет ратифицирован пересмотренный текст'^.

Не вызывает сомнений, что конвенции МОТ являются одним из видов международных договоров. Как мы видим, дискуссии шли вокруг законодательной силы конвенций, но никто не сомневался в их договорной природе. Столь определенный взгляд на конвенции в настоящее время обусловлен в первую очередь Венской конвенцией 1969 г. о праве международных договоров. В ней говорится: настоящая конвенция применяется "к любому договору, принятому в рамках международной организации" (ст. 5). Это положение полностью применимо к МОТ. Оно обязательно для России как правопреемницы СССР, ратифицировавшего Венскую конвенцию^.

Договорный характер конвенций МОТ, кроме того, вытекает из Федерального закона 1995 г. о международных договорах РФ, в котором сказано: "международный договор Российской Федерации" означает международное соглашение, заключенное Российской Федерацией с иностранным государством или государствами (ст. 2)^. В соответствии с упомянутой Венской конвенцией под это понятие подпадают конвенции МОТ. Следовательно, и с точки зрения внутригосударственного акта их также надлежит отнести к международным договорам.

Российские и зарубежные юристы в свою очередь рассматривают международные конвенции о труде в качестве международных договоров. К их числу следует отнести авторов учебника "Международное право"'^ и "Словаря международного права"'^, а также двух французских учебников трудового права. В одном из них говорится: "международные договоры или международные конвенции о труде не заключаются государствами, но принимаются МОТ"^. Согласно другому международные конвенции и договоры - это синонимы^'. Что же касается российских специалистов, по трудовому праву, то некоторые из них, к сожалению, высказывают сомнения или колебания относительно признания за конвенциями МОТ качества международных договоров^.

Конвенция МОТ целиком и полностью подпадают под действие ст. 15 Конституции РФ и должны рассматриваться в качестве источника российского трудового права. Это, повторяю, совершенно новый и прогрессивный источник, ранее не известный нашему праву. Для его признания и введения в действие нет необходимости в принятии дополнительных законодательных мер, ибо согласно той же ст. 15

^ Кольяр К.-А. Международные организации и учреждения. М., 1972, с. 459. ^ Иванов С.А. Проблемы международного регулирования труда. М., 1964, с. 42. ^ cm.: Vatticos. N. Op. cit., p. 145.

"" cm.: Ведомости Верховного Совета СССР, 1986, 37, ст. 772. '" См.: Росс. газ., 1995, 21 июля.

'* Международное право / Под ред. Ю.М. Колосова и В.И. Кузнецова. М., 1995, с. 125-126. ^ Словарь международного права. М 1982. "" Lyon - Caen, G., Pelissier. J., Supiot, A. Op. sit., p. 43. ^ Cu.:.l(ivilliei-. J.C. Droit du travail. Paris, 1990. p. 56. ^ cm.: СыроватскаяЛ.А. Трудовое право. М., 1995, с. 20. 48

Конституция имеет высшую юридическую Силу, прямое действие и применяется на всей территории России (п. 1).                                  '•

Признав конвенции МОТ, а также другие международные соглашения в качестве источников трудового права, мы тем самым приподнимем теорию и практику в области труда и трудовых отношений на более высокий уровень. Другое дело -фактическое использование нового для нас источника трудового права, ибо на пути реального применения конвенций, как мне уже приходилось писать, стоят большие трудности^. Быть может, широкое признание конвенций в качестве источника поможет их преодолению.

Коллизия источников трудового права. К сожалению, в нашей юридической литературе коллизия источников трудового права не рассматривается. И лишь в редких случаях на нее обращается некоторое внимание. Между тем за последнее время коллизий становится все больше, что способствует возникновению трудовых споров и затрудняет утверждение правопорядка в области труда и трудовых отношений.

Одним, из последних примеров этого является Федеральный закон об основах государственной службы-РФ от 31 июля 1995 г.^, который по ряду вопросов расходится с КЗоТ. Приведу два факта.

Первый. В то время как в Кодексе возраст приема на работу равен 16 годам и в нем точно указаны видь1 работ, на которых запрещается применение труда лиц моложе 18 лет (тяжелые, вреднее, опасные и подземные работы), в Федеральном законе право поступления на государственную службу имеют граждане не моложе 18 лет (ст. 21).

Второй факт. В то время как Кодекс не устанавливает предельный возраст трудовой деятельности, Закон его устанавливает. Согласно Закону предельный возраст нахождения на государственной должности государственной службы — 60 лет. При этом продление допускается решением руководства соответствующего государственного органа и заключением срочного трудового договора (ст. 25, п. 3).

Конечно, положение работника на государственной службе имеет свою специфику, и это должно найти свое отражение в Кодексе, коль скоро он "регулирует трудовые отношения всех работников" (ст. 4). Поскольку же этого не произошло и КЗоТ продолжает распространяться на государственных служащих (ст. 4, п. 3 Федерального закона), их правовое положение в области труда и трудовых отношений по ряду вопросов ему противоречит.

Другим примером является Закон о федеральном железнодорожном транспорте от 25 августа 1995 г., который по вопросу о забастовке противоречит Конституции РФ. Дело в том, что согласно Закону "прекращение работы как средство разрешения коллективных трудовых споров на железных дорогах не допускается" (ст. 17, п.^)^. В законе применительно к предприятиям и организациям железнодорожного транспорта воспроизводится часть первая ст. 12 Закона 1989 г. о порядке разрешения коллективных трудовых споров (конфликтов) с ее существенными недостатками. На них указал Конституционный суд в вышеупомянутом мною деле по жалобе профсоюза летного состава в связи с запрещением проведения забастовок работниками гражданской авиации.

Принимая закон, уже после постановления суда, законодатель не учел ни его аргументации, ни его постановления, которые помогли бы избежать коллизии закона с Конституцией РФ. Ибо в вопросе об использовании права на забастовку необходима дифференциация предприятий, подразделений и служб на железнодорожном транспорте, так же как и в гражданской авиации.

^ Иванов С.А. Применение конвенций МОТ в России в переходный период. Некоторые проблемы,-Гос. и право. 1994, № 8-9. ^ См. Росс. газ., 1995, Завг. "См.: Росс. газ., 1995, 30 авг. 49

Коллизия источников возникла и в связи с принятием президентского Указа от 2 сентября 1994 г. "О внесении изменений и дополнений в Положение о Государственном академическом Большом театре России"^. Согласно Указу прием на работу творческих работников театра и художественных руководителей его коллективов производится путем заключения с ними "контрактов в соответствии с гражданским законодательством РФ". Если ранее наем осуществлялся на основе трудового договора, то теперь - на основе гражданско-правового контракта. Аналогичным образом предусмотрено формирование труппы не только Большого, но и Мариинского театра в распоряжении правительства от 10 сентября 1994 г.^ и в Положении о Мариинском театре, утвержденном постановлением правительства от 6 октября 1994 г.^.

Все эти акты в части, касающейся найма, противоречат КЗоТ прежде всего по той причине, что предусматривают наем на работу на основании контракта, т.е. срочного трудового договора в случаях, Кодексом не предусмотренных. Действительно, КЗоТ указывает четыре случая, когда такой договор может быть заключен. В нем сказано: срочный трудовой договор (контракт) заключается в случаях, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок (а) с учетом характера предстоящей работы, или (б) условий ее выполнения, или (в) интересов работника, а также (г) в случаях, непосредственно предусмотренных законом (ст. 17, ч. 2).

Могут возразить: Указ, распоряжение правительства и Положение о Мариинском театре предусматривают наемна работу не по трудовому законодательству, а по гражданскому. Такое возражение несостоятельно, ибо КЗоТ, как уже отмечалось, регулирует трудовые отношения "всех работников", в том числе работников Большого и Мариинского театров. Если определенную категорию работников (то ли творческих, то ли государственных служащих) выводят, хотя бы частично, из под действия трудового законодательства, нужно изменить КЗоТ. В противном случае коллизии очевидны.

Кроме того, их можно было бы избежать, хотя бы формально, если бы перевод работников на срочный трудовой договор осуществлялся не указом и тем более не распоряжением правительства или положением о театре, а непосредственно законом, что допускается упомянутой ст. 17 КЗоТ.

Обращение к гражданскому законодательству, объективно говоря, имеет целью обойти законодательство о труде. Такое, естественно, неправомерно, отбрасывает регулирование труда на много десятилетий назад, к дооктябрьским временам, когда оно осуществлялось гражданским, а не трудовым законодательством^. Пока это произошло только в одной области - найма на работу, но выглядит, как тревожный признак в формировании трудового права переходного периода. Об этом следует сказать еще и потому, что согласно другому Указу Президента (от 10 июня 1994 г.) отношения правительства с руководителями федеральных предприятий регулируются в свою очередь на основе контрактов в соответствии с гражданским законодательством^.

Нормы гражданского права могут быть использованы в области труда лишь при наличии пробелов в законодательстве о труде. Именно так поступил, как говорилось выше, Верховный суд РФ в вопросе о компенсации морального вреда в связи с нарушением трудовых прав работников. Еще до принятия нового Гражданского кодекса судебная коллегия по гражданским делам, касаясь увольнения, отметила: "Поскольку трудовым законодательством отношения по возмещению морального вреда не урегулированы, при решении вопроса о его возмещении в случае незаконного

^ См.: Собрание законодательства РФ, 1994, № 19, ст. 2132. "Там же, №21, ст. 2446. ^ Там же, №25, ст. 2709.

^ См.: Таль Л .С. Трудовой договор (цивилистическое исследование). Ярославль, 1913. • См.: Указ Президента "О некоторых мерах по обеспечению государственного управления экономикой". - Собрание законодательства РФ, 1994, № 7, ст. 700. 50

увольнения работника следует руководствоваться соответствующими нормами Основ гражданского законодательства"^.

Однако нормы гражданского права не могут быть использованы, если регулирование того или иного вопроса труда предусмотрено действующим законодательством о труде. Подмена норм одной отрасли права нормами другой отрасли, да еще посредством положения о предприятии (Мариинском театре) или распоряжением правительства, не может быть оправдана ни теоретически, ни практически. Теоретически она несостоятельна, поскольку трудовое право является социальным правом, сложилось на базе не только частного, но и публичного Права, что придало ему своеобразный характер, и развивается главным образом по своим собственным законам, в значительной мере отличным от гражданско-правовых. Практически же такая подмена способна нанести прямо или косвенно ущерб интересам и правам работников, осложняет правовое регулирование трудовых отношений. В самом деле, Указ и нормативные акты о театрах предусматривают наем творческих работников по гражданскому законодательству, но не касаются увольнений, которые, следовательно, должны происходить по трудовому. Такую логику в регулировании труда выдержит не всякая правовая система.

Вообще-то представляется сомнительной практика принятия законодательных актов применительно к одному-двум предприятиям путем выделения их из числа многих других однородных предприятий. В связи с Указом от 2 сентября 1994 г. получилась странная ситуация. Два предприятия, два театра - Большой и Малый -находятся друг напротив друга через дорогу, но живут по разным законам: в первом прием на работу производится по гражданскому праву, во втором - по трудовому. Такое, думается, не стимулирует становление правового государства, о котором столь много говорят. Для сокращения числа коллизий между источниками трудового права было бы целесообразно закрепить в Трудовом кодексе иерархию источников, их правовой силы, которая должна неукоснительно соблюдаться как в правотворчестве, так в правоприменении. При ее несоблюдении нарушающие иерархию акты либо их отдельные нормы должны становиться недействительными.

Желательно специально оговорить недействительность норм о труде в отраслевых законах и других правовых актах при их несоответствии законам о труде, независимо от времени их принятия. Если эти нормы улучшают условия труда по сравнению с законодательством о труде, конечно же, коллизия це возникает. Но если снижают условия труда, ущемляют права работников, возникает коллизия. Ее решение возможно по аналогии со ст. 5 КЗоТ относительно недействительности договоров о труде, ухудшающих положение работников. При наличии коллизии решения призваны принимать помимо самого законодателя суды по жалобам заинтересованных лиц или организаций, когда коллизии препятствуют нормальному развитию трудовых отношений либо правильному разрешению индивидуальных или коллективных трудовых споров.

В компетенцию судов входит также решение проблемы, возникающей при несоответствии между законом и международным договором. Напомню: согласно Конституции РФ (ст. 15) "если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора". Применительно к конвенциям МОТ при решении упомянутой проблемы следует учесть очень важное обстоятельство, связанное с возможным несоответствием между законом, другим нормативным актом о труде, соглашением, коллективным договором и ратифицированной конвенцией: предоставление ими более благоприятных условий труда, чем те, которые предусмотрены конвенцией, ни в коем случае не должно вести к снижению этих условий. Сказанное прямо установлено в Уставе МОТ (п. 8 ст. 19).

Что касается иерархии источников, то надлежит заметить следующее. Появление новых источников изменяет традиционное представление о ней. Отныне все источники

Бюллетень Верховного суда РФ, 1994, № 1 1, с. 12. 51

трудового права можно разделить на внутренние (внутригосударственные) и международные. Среди внутренних источников помимо Конституции РФ верховенство Кодекса должно быть неоспоримо, поскольку в области правового регулирования труда это важнейший закон, имеющий фундаментальную значимость. К сожалению, это не всегда и не все понимают, вследствие чего подчас возникают коллизии между ним и законодательством, так или иначе касающимся труда. Внесение изменений и дополнений в Кодекс должно производиться не простыми законами, как это бывает, а специальными, подобно тому, как это было сделано в свое время Законом от 25 сентября 1992 г.^ Судебные постановления, думается, могли бы составить особую группу источников, поскольку они способны оказать влияние на формирование всех актов правового регулирования труда, вплоть до законодательных.

Международные источники российского трудового права могли бы также составить особую группу. Но поскольку Конституция РФ в случае несоответствия между законом и международным договором отдает, как мы видели, приоритет последнему, правильней будет в иерархии источников поместить договор сразу же вслед за Конституцией. В результате иерархия источников трудового права будет выглядеть так: на вершине - Конституция РФ, пониже -' международные договоры, включая конвенции МОТ, далее - трудовой кодекс, законы, указы Президента РФ, постановления правительства и т.д.

^ Закон РФ о внесении изменений и дополнений в КЗоТ РСФСР. - Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ, 1992, № 41, ст. 2254.


Диплом на заказ


1. Олигофренопедагогика
2. ОРЛОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ КАФЕДРА ЭЛЕКТРОСНАБЖЕНИЕ
3. Непрошедшее время
4. Плавания Виллема Баренца
5. Or основа супина глагольная основа супин суффикс ur основа прилагательного суффиксы ~ul culol
6. Волоконно-оптические датчики температуры на основе решеток показателя преломления
7. Тема сообщения едина как для доклада так и для эссе
8. .Своеобразие психического развития теория и практика спец.
9. Завдання типу Чорної скриньки
10. Система управления государственной собственностью в субъектах РФ (на примере Калужской области
11. развивать подвижность пальцев; закреплять знание о геометрических фигурах и цвете; побуждать желани
12. на тему- Разработка АСР давления пара в барабане котла ДКВр 20-13 Проверил- Попов В
13. п Виды отправлений и услуг Тариф вне зависимости от категорий пользователей ру
14. Реферат- Физический дисбаланс
15. Беладонна
16. атерос мякина кашица и склерос твёрдый плотный Стадии атеросклероза
17. а судьи и представителей народа народных присяжных или арбитражных заседателей; б нескольких профессио
18. Технологический процесс производства ромовой бабы
19. Ну погоди Слайд 1 Цель- продолжить работу над развитием читательской деятельности- выразительности
20. еллинских мудрецов