Будь умным!


У вас вопросы?
У нас ответы:) SamZan.ru

человек планетарный вне времени и пространства помимо конкретноисторических общественных условий

Работа добавлена на сайт samzan.ru: 2015-07-10


Преподавателю социально-гуманитарных дисциплин

Человек, его внутренний и внешний мир

А. А. МИГОЛАТЬЕВ доктор философских наук, профессор

Повышенный интерес, который проявляется в последнее время к общечеловеческим проблемам, ценностям, интересам, вполне естественен и закономерен. Однако он ни в коей мере не означает, что в мире реально существует «человек планетарный», вне времени и пространства, помимо конкретно-исторических общественных условий. Любая историческая эпоха, всякое национальное общество имеет свое особое социальное лицо, и человек тоже. Ведь он не что иное, как общественный субъект, своего рода «ансамбль» или, говоря словами К. Маркса, «продукт общественных отношений».

Что это конкретно означает? Прежде всего то, что человек развивается и изменяется в процессе онтогенеза и филогенеза, в ходе истории, вместе с обществом. В результате, если отвлечься от естественных индивидуальных различий отдельных людей, они выступают типичными представителями общественной среды, в которой живут, или взятых в совокупности общественных отношений и связей (экономических, политических, культурных и т. д.). Далее, каждый человек индивидуализирует существующие общественные отношения, т. е. они находят свое специфическое преломление в его сознании и чувственно-предметной деятельности. Наконец, человекне только объект, но и субъект общественных отношений, он способен активно воздействовать на них, «производить общество», делать его сферой проявления и способом реализации своей собственной сущности. Другими словами, эволюция человека следствие эволюции общества и одновременно в человеке следует искать причины перемен во всех общественных делах. 40

Последнее обстоятельство необходимо подчеркнуть специально, ибо в нашей философской теории длительное время детерминация сущности человека системой общественных отношений трактовалась односторонне, в духе неотвратимого, «железного» закона, где по существу человеку не оставалось места для социального творчества. В метафизической интерпретации человек и общество ставились в такие условия, когда первый лишь выполнял роль ретранслятора второго. Формационная теория была приспособлена для схематичного объяснения того, как происходит в истории смена способов производства материальных благ, хотя главный ее смысл и итог раскрытие всемирно-исторического процесса движения человека по пути свободы, к самому себе, или самодвижение его к своей сущности.

Увлекшись искусственными проблемами «диалектики базиса и надстройки», мы упустили процессы действительной «обратной связи» человека и общества, личностное измерение всякого социального явления и действия, глубинный ход развития человеческой индивидуальности, становящейся личностью. Стало обычным, когда сама индивидуальность отождествлялась с индивидуализмом, противопоставлялась общественной природе человека, социальному становлению личности.

Расхожий тезис о человеке как функции общественного развития служит теоретическим аргументом, оправдывающим превращение его творца и созидателяв некий живой инструмент общества и государства, их «элементарную частицу». Чем менее демократично общество, тем большему числу людей уготована такая незавидная судьба, которую предвосхитил еще Платон в своем учении об идеальном государстве.

С демократизацией всех сфер общественной жизни создаются объективные условия для раскрепощения сущ-ностных сил человека, его субъективного волеизъявления, активного и целенаправленного вторжения в процесс и механизмы общественной детерминации собственной сущности. Человек получает возможность не на словах, а фактически преобразовывать общество, природу и самого себя. Результатом этих встречных движений в системе «общество человек» может быть построение гражданского общества и правового государства, высокий уровень развития личности, ее потенциальных способностей и потребностей. В науке прочно утвердилось положение о неоспори-

мой социальной сущности человека. Действительно, человек не полузверь Маугли и не Робинзон-оди-ночка, он все человеческое приобретает в обществе, через общество, благодаря ему. Вот почему, подчеркивал К. Маркс (1818-1883 гг.), «сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду» (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 3). В то же время общественная сущность человека не есть нечто надличностное и вне-личностное, противостоящее отдельному человеку в качестве абстрактно-всеобщей силы. Она является сущностью и каждого отдельного индивида, его собственной деятельности, жизни и собственного богатства.

Это означает, что человеческая сущность, присущая всем людям, персонифицируется, приобретая индивидуальные черты и особенности их носителей. Универсальная родовая сущность человека существует не сама по себе, а проявляется в общении между людьми, в отношениях между ними, в обмене их деятельностью и способностями. Тем самым общая социальная сущность человека или его универсальные родовые сущностные силы становятся собственностью индивидов. В интегрированном виде они складываются и развиваются исторически как созидательные силы, направленные на использование и преобразование собственных потенциальных возможностей, общества и природной среды.

По мнению польского философа Т. Ярошевского, термин «природа» («natura») по отношению к человеку может означать: 1) природу человека как биологического существа; 2) социальную природу человека; 3) историческую природу человека; 4) сущность человека как совокупность свойств, характеризующих его специфику по отношению к остальным природным существам; 5) специфические биопсихические свойства, характер, черты личности и т. п. данного конкретного индивида (см.: Ярошевский Тадеуш М. Размышления о человеке. М., 1984. С. 48-49).

Поскольку сущность человека проявляется во взаимодействии индивидов в различных областях, она может быть охарактеризована как процесс развертывания меры его бытия, взятого в историческом социоприродном контексте. Чем это бытие насыщеннее в материальном, интеллектуальном, нравственном и эстетическом отношениях, чем оно богаче и свободнее, тем, по общему правилу, должны быть содержательнее, свободнее про-

"2

живающие в данном обществе люди. И напротив, бытие людей, отягощенное бедностью (нищетой) и бездуховностью, порождает искаженный тип человеческого общения и более или менее массовые деформации сознания и поведения людей. На качестве этого общения сказываются, видимо, и какие-то специфические генотипные родовые моменты, сопровождающие развитие человека не одно поколение.

Сущностные силы человека, следовательно, носят объективный характер, поскольку они возникают и формируются в обществе; они субъективны, так как присваиваются людьми, становятся их собственностью, личным достоянием. Аналогичным образом предметы, созданные трудом людей, объективируются, отчуждаются от них, сохраняя в себе субъективность своих создателей. Тем самым человек само противоречие: он одновременно субъект и объект, творческий индивид и общественный продукт, властелин и раб своих собственных потребностей и способностей.

На противоречивую природу человека как бы накладываются все противоречия окружающих его микро- и макромира. Возможно, одно из самых глубоких противоречий социального развития на исходе XX в. состоит в том, что неудержимый процесс интернационализации производства и обменов, обобществления труда, роста взаимосвязи и взаимозависимости людей во все более расширяющихся рамках и разнообразных формах вступает в конфликт со многими сущностными проявлениями индивидуальности человека, его собственной ментальнос-тью, тонким и ранимым внутренним миром. Человек развивается внутри истории общества, внутри природы и своей собственной истории, в процессе движения к другим людям и самодвижения. И это движение не отличается гармоничностью, оно полно различных коллизий, несоответствий и антиномий.

Разумеется, проблема человека не исчерпывается указанием на перипетии его сущности. К тому же есть исследователи, которые предпочитают вообще не использовать эту философскую категорию. Не будучи агностиками, они тем не менее полагают, что проникновение в сущность человека мало что дает для его понимания. Э. Фромм свидетельствует: «Ныне идея человеческой природы, или сущности человека, пользуется дурной славой, частью из-за скептического отношения к метафизическим и абстрактным терминам типа «сущность челове-

ка», частью из-за утраты переживания человечности» {Фромм Э. Душа человека. М., 1992. С. 370).

Кредо самого философа: «Я верю, что сущность человека постижима». Однако трактовка ее весьма необычна. Для Фромма сущность человека является «противоречием. которое заложено в условиях самого человеческого существования» (там же. С. 87). Возникающий конфликт требует своего разрешения; на каждой новой ступени, достигнутой человеком, возникают «новые противоречия, которые принуждают его и далее искать новых решений. Этот процесс будет продолжаться, пока человек не достигнет своей конечной цели стать полностью человечным, пока он не станет совершенно единым с миром» (там же). Другими словами, человек реализует свою подвижную субстанцию, сущность в ходе длительной эволюции, становясь тем, кем он является потенциально: человек разумный превращается еще и в человека человечного.

Эта глубокая мысль конкретизирует тезис о социальной сущности человека, который выращивает себя как кристалл, осмыслив прошлое и созидая сущее; совершенствуется, достигая постепенно искомого результатабыть человечным. А может быть, это констатация применительно к человеку всеобщего закона развития от простого к сложному, от низшего к высшему? Ведь по Гегелю «предметы истинны, когда они суть то, чем они должны быть, т. е. когда их реальность соответствует их понятию» (Гегель Г. Наука логики. М., 1975. С. 401).

Человек сам творит свою сущность истинность, совершая при этом тяжкий путь познания, вырабатывая в себе новые подлинно человеческие качества, формируя новые силы, умножая способности, повышая потребности, раздвигая границы собственного гуманистического призвания ради торжества культуры, полной, всеобщей человечности в отношении свободных людей.

Справедливо утверждается, что личность это социальная составляющая чаловека или совокупность его социальных качеств. Личность сущностное в человеке. Но нельзя при этом игнорировать то, что все социальное в человеке испытывает разной степени влияние его биологического происхождения и развития. Социальное и биологическое в человеке нельзя ни отождествлять, ни подменять, ни отрывать одно от другого (см.: Дубинин Н. П. Что такое человек. М., 1983. С. 115-116). Они представляют собой определенную систему взаимодей-

ствующих элементов. Благодаря этому человек оказывается способным выполнять свои функции, используя такие инструменты сознания, как разум, волю и чувства. У обычного человека биологическое не только включено в социальное, но и подчинено ему. Доминантами философского сознания выступают человек и мир, следовательно, научное знание и мировоззренческая функция.

Биологическая организация человека венец природного развития, самое совершенное из того, что появилось на Земле за всю ее эволюцию. Однако превосходство человека над планетным животным и растительным миром связано отнюдь не с отмеченным совершенством, а с интеллектуальной мощью, теоретико-познавательными возможностями людей, их нравственными принципами. Объединяя в себе две формы материи, два реальных разнородных мира— природный и социальный, человек выступает в универсуме как микрокосмос.

Причем человек не «причуда природы», как полагают некоторые, и его появление связано не со слепым случаем во всеобщей эволюции. Человек естественная ступень развития неорганического мира и живой материи. Как подчеркивал В. И. Вернадский, человек не есть «независимое от окружающего (биосферы и ноосферы) свободно действующее природное явление. Он составляет неизбежное проявление большого природного процесса, закономерно длящегося в течение по крайней мере двух миллиардов лет» (Вернадский В. И. Размышления натуралиста. Научная мысль как планетное явление. М., 1977. С. 19).

Вот почему встает вопрос: не впадаем ли мы в односторонность, говоря о социальности человека, его бытия? Не игнорируется ли при этом биологический фактор? Еще Аристотель утверждал, что человек есть общественное животное. Тут схвачено и то и другое. Действительно, человек воплощенное единство биосоматического (телесного) и духовного начала, в содержание понятия «человек» входят, соответственно, две качественно неоднородные составляющие: биологическая и социальная.

Уже это предопределяет, что достижение гармонии между ними трудно достижимая цель, а обычно их взаимодействие изобилует различиями, несоответствиями, противоречиями, конфликтами, проявляющимися, однако, в рамках нерасторжимого единства, хотя и относительного. Человек, выйдя из природы и обретя социальную сущность, прервал нить собственно животного развития.

Он отделился от своих «братьев меньших»; изолировав себя от них, остался один на один с могущественной природой.

При этом человек и в созданном им обществе и государстве пока не обрел условий и возможностей для подлинно человеческого существования. Отсюда драматизм нашего бытия, отчужденность многих людей, их одиночество в толпе («чужой среди своих»), крайний индивидуализм, обособленность от всего и от всех, неустроенность, озлобленность, ностальгия по родству с праматерью-природой, неудовлетворенность настоящим и страх перед будущим. Эту реальность выражает экзистенциализм, отрицая сущностное определение человека. Представители этого философского направления (М. Хай-деггер, К. Ясперс, А. Камю, Ж.-П. Сартр и др.) отождествляют существование человека с его сущностью или полагают, что первое предшествует второму.

В экзистенциалистской интерпретации сущности человека она идентифицируется с целью его существования, последнее же является лишь «вечным шествием к бытию». Так полагал латиноамериканский философ К. Аст-рада.

Бессущностное определение человека не может быть признано научным, однако в нем содержатся и рациональные моменты. Идея о том, что человек, существуя, еще не обрел своей сущности, указывает на процесс становления личности. Существование человека есть его становление, в потенции переход в более высокое качество бытия. Существование человека в отличие от существования животных является осознанным. Человекуникум природы, это жизнь, которая впервые сама себя осознает.

Сознавая бренность, преходящий характер своего существования, фатальность жизни (характернейшая особенность жизни индивида состоит в том, что она проходит), люди поступают двояко. Аристотель язвительно отмечал, что одни люди копят, словно должны жить вечно, а другие тратят, словно тотчас умрут. Существование людей здесь отягощено не только объективными обстоятельствами жизни, но и собственными слабостями, субъективными страстями, личными пороками. Оно не приближает человека к его сущностному значению и предназначению, а отдаляет от них.

Среди людей есть немало и таких, которые стремятся к постижению своей подлинной сущности и овладению

ею, к всестороннему, гармоничному развитию. Этодвижение к тому, что охватывается формулой: духовное богатство, моральная чистота, физическое совершенство. Таков идеал человека, и люди различаются по степени приближения к своему идеальному состоянию, имманентной сущности или напротив по степени развертывания собственного Я в сторону своей антисущности.

По определению Паскаля, любовь не имеет возраста, она всегда в состоянии рождения. Если отвлечься от собственно природного процесса, данное определение условно можно отнести и к человеку в целом. Как писал наш известный философ М. К. Мамардашвили, «человек это, очевидно, единственное существо в мире, которое... находится в состоянии постоянного зановорожде-ния, и это зановорождение случается лишь в той мере, в какой человеку удается собственными усилиями поместить себя в свою мысль, в свои стремления...» (Мамардашвили М. К. Проблема человека в философии//0 человеческом в человеке. М., 1991. С. 17).

Таким образом, человек выступает одновременно как реальная действительность и как потенциальная возможность. Он существует как данность и содержит в себе собственную меру будущего, совершая выбор пути, на котором он стремится достичь поставленных целей. Чем свободнее общество, тем разнообразнее эти пути, шире веер альтернатив противоречивого движения человека к самому себе и к другим людям. Тем самым проблема выбора превращается из личностно-ориентационной в социально-детерминированную, не переставая быть собственно человеческой.

С этим связано ценностное, аксиологическое (аксио-логия общая теория ценностей) измерение личности. Оно имеет принципиально важное значение для понимания человека, особенно в современных условиях. Каким должен быть ценностный подход к живущим на Земле почти шести миллиардам человек ко всем и к каждому в отдельности?

Ценность человека должна быть признана абсолютной, т. е. высшей и безусловной. Этот гуманистический подход зиждется на признании самоценности жизни человека как таковой в силу его бытийности. С данным постулатом неразрывно связаны постановка и решение таких крупных проблем, как незыблемость неотъемлемых прав и свобод человека, обеспечение примата личности при решении современных социальных, экономических,

политических и других задач как внутреннего, так и международного развития (например, войны и мира).

Презумпция абсолютной ценности человека основной критерий и главный аргумент при определении степени демократичности того или иного общественного строя. Абсолютная ценность человека означает, что именно он должен быть целью, более того самоцелью, высшей целью всего социального развития, а не его средством или побочным продуктом. Как показывает исторический опыт, может быть, в особенности тысячелетний опыт развития российской социальности и государственности, вплоть до самого последнего времени, превращение человека в средство других людей, прежде всего власть предержащих, в меновую стоимость политических игр в мирное время и пушечное мясо на войне ведет к обесчеловечиванию, губительной деградации всех общественных структур и самого человека. Преступления против человечности самые тяжкие в международной общепринятой классификации преступлений. Все это должно стать аксиомой, принимаемым без доказательства положением, истинность которого установлена в результате длительной практической деятельности людей.

Наряду с этим философия человека признает и его относительную ценность, неравнозначную дифференцированную оценку конкретных индивидов. Она устанавливается в зависимости от того, сколь полезной, плодотворной или иррациональной, антиобщественной является их собственная деятельность как теоретическая, так и практическая. Человек есть то, что он делает. Бытие человека «есть его действие» егель Г. Феноменология духа//Соч. М., 1959. Т. 4. С. 172). И оно должно быть соответственно оценено людьми и обществом. Это справедливо. С библейских времен известно: «Итак, во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки» (Мф 7:12). Впоследствии эта мудрость получила философское обоснование в «категорическом императиве» И. Канта.

Относительная ценность человека обусловлена различными аспектами его деятельности. Есть люди эгоисты и эгоцентристы, которые усматривают смысл жизни, как уже отмечалось, в удовлетворении своих исключительно личных интересов и потребностей во все более значительных размерах. Жизнь в обществе они прагматично рассматривают как способ существования, обеспечиваю-

щий им максимум выгоды при минимуме собственных социально значимых усилий. Их экзистенция рвачей противоположна тому, о чем писал Э. Фромм в одной из своих наиболее известных книг: «Цель человека быть многим, а не обладать многим» (Фромм Э. Иметь или быть? М., 1986. С. 44).

Естественно, общество вправе адекватно оценивать деятельность таких людей, хотя на практике они обычно процветают, презрев общественную мораль. Что касается правонарушителей, людей, которые преступают закон, то отношение к ним общества и государства строится как на нравственных принципах, так и юридических законах, уголовно-правовых кодексах. К сожалению, число преступных элементов, опустившихся на социальное дно, людей, потерявших подчас человеческий облик, исчисляется не единицами, а миллионами.

Целостная философская концепция личности призвана интегрировать, во-первых, общие причины, определяющие социально-исторические тенденции развития человека и способы его связи с общественной жизнью; во-вторых, конкретные социально-экономические и духовные условия, в которых непосредственно и реально происходит процесс развития личности; в-третьих, внутренние духовные и социально-психологические процессы, представляющие собой систему знаний, убеждений, ориентаций, идеалов, синтезированных индивидуальным опытом человека (см.: Сычев Ю. В. Бытие человека: проблемы детерминации и самодетерминации//Социальная теория и современность. Вып. 5. М., 1992. С. 99).

Действительно, без учета в единстве общественно-исторических и индивидуальных особенностей развития человека невозможно себе представить реальный путь, который прошли люди, «постаревшие» ныне на четыре миллиона лет по сравнению со своими прародителями (см.: Ларичев В. Е. Древопознание. Беседы о мире и человеке. М., 1985. С. 108-111).

Изменения в жизни людей разительны по всем меркам и количественным, и качественным, хотя это нами мало осознается. По имеющимся оценкам средняя продолжительность жизни первобытного человека составляла 19-21 год, в рабовладельческом Египте — 22,5 года, в эпоху средневековья в Англии она была менее 30 лет и только в начале XX в. в развитых странах достигла 40 лет, а в наше время превысила 70 лет (в США, например, мужчин — 72 года, женщин — 79 лет) (см.: Руба-

кин ft.. И. Похвала старости. М., 1966. С. 71; Россет Э. Продолжительность челявеческой жизни. М., 1981. С. 197; Урланис Б. Ц. Эволюция продолжительности жизни. М., 1978. С. 28; Назаретян А. П. Население третьего возраста. М., 1986. С. 6). По решению Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), старым теперь считается возраст 75 лет, а население с 60 до 75 лет пожилым. В демографической литературе эти две группы людей объединяются в население «третьего возраста» или старое население.

Именно в общественной среде, а не в некоем историческом вакууме происходит последовательная реализация сущности человека, всех способов его жизнедеятельности. Здесь совершается процесс социализации приобщения человека к социальному опыту, который накоплен всеми предшествующими поколениями, формирования из индивида социального субъекта. Социально-исторические типы социализации человека обусловлены циви-лизационными и формационными условиями общественного развития, отражают многовековой путь его вхождения в социум от первобытных стадий до современных форм постиндустриальной трансформации.

Это путь человека от сущего к должному. Этодвижение от состояния, когда человек неадекватно осуществляет свою сущность, к отношениям в обществе людей друг к другу, адекватным сущности человека, т. е. к отношениям индивидуальностей, или человечности. Это развитие человека и человечества от действительного хода истории к долженствующим формам общественного устройства и собственно человеческого бытия.

В процессе социализации формируется универсальность личности, ее сущностных сил. Такая универсальность характеризует возможности человека в преодолении собственной односторонности, ограниченности, частичности; в присвоении общезначимых основных видов и форм социальной деятельности, в свободе их выбора и комбинирования в процессе данного присвоения, в развитии и совершенствовании человеком на этой основе своих личных качеств и своей самобытности, самодостаточности, самоценности.

Философская антропология призвана отразить данный процесс во всей его сложности, а также общезначимости. В нем много аспектов и граней, но философское понимание человека не следует смешивать ни с биологическим, ни с психологическим, ни с социологическим.

")о

«В этом смысле философия стремится выработать такое представление о человеке, которое отражало бы не его частное, исторически особенное и поэтому всегда ограниченное положение в мире, определяемое наличной, исторически преходящей ситуацией, а его всеобщее положение, его, так сказать, «родовую сущность» {Межу-ев В. М. Место проблемы человека в современной фи-лософии//Вопросы философии. 1980. № 7. С. 104).

В то же время философия человека интегрирует представления о нем частных наук. Так, требует философского осмысления выделение в структуре личности определенных уровней, обусловленных социальными и психологическими факторами: социально-типического и индивидуально-психологического. То же относится и к основным сферам проявления сущностных сил человека: производственной, общественной, духовной, воспроизводственной (продолжение рода).

Особое значение имеет философская трактовка труда, в разработку которой внес крупный вклад (правда, в мистифицированной форме развития духа) Гегель. Абсолютный дух у Гегеля, как тень, дублирует принципиальную структуру реального труда: его субъект, орудие, предмет, продукт, конечную цель. Труд рассматривается философом как единство двух взаимосвязанных процессов: опредмечивания и распредмечивания: как способ реализации созидательных сущностных сил человека, полагание человеком вовне самого' себя и через эту данность обретение и определение индивидом собственной сущности. Так получают философскую интерпретацию две великие тайны сущность труда и сущность человека.

В Новейшее время разработка философских проблем труда в значительной степени опиралась на работы классиков английской политической экономии У. Петти (1623-1687 гг.), А. Смита (1723-1790 гг.), Д. Рикардо (1772-1823 гг.), создавших теорию трудовой стоимости, и в особенности на труды К. Маркса, его философские взгляды на труд, учение о двойственном характере труда и о прибавочной стоимости. В начале XX в. развитие поточно-конвейерных линий в США привело к появлению новой системы организации труда, связанной с именем инженера Ф. Тейлора («система тейлоризма»), совмещавшей в себе последние достижения науки об организации производства с высокой степенью интенсивности труда рабочих. В работах крупнейшего английского экономиста Дж. Кейнса

(1883-1946 гг.) проблемы труда и занятости получили дальнейшую разработку применительно к современному рыночному хозяйству.

Ныне, когда научно-техническая революция вступила в технологическую и информационную стадии, проблема труда обрела множество новых аспектов, которые изучают с разных сторон ученые и специалисты: социологи, экономисты, психологи, философы, историки, кибернетики и др.

Современная НТР несет в себе колоссальный позитивный потенциал для общества и его граждан. С ростом наукоемкости производства усиливается процесс интеллектуализации и гуманизаций труда. Складывается новый тип работника, существенно отличающегося по своему общему и профессиональному уровню не только от «частичного» рабочего эпохи раннего индустриализма, но даже от «среднестатистического» производственного персонала 70—80-х гг. Личность и НТР, человек в «информационном обществе» темы, требующие обстоятельного философского подхода, социального исследования.

Особого внимания заслуживает тот факт, что в ходе НТР непосредственное управление производственным процессом переходит от квалифицированных специалистов к кибернетическим комплексам, снабженным устройствами с обратной связью. Если в прошлом революции в области производства энергоносителей (тепло, электричество, внутриатомная энергия) освобождали человека от больших затрат его мускульных усилий, а создание новой техники производило перевороты в функционировании рабочих машин, на которых трудились люди, то теперь развиваются технологические процессы, в которых человек, по существу, вообще высвобождается из непосредственного производственного процесса, точнее, становится рядом с ним, выполняя лишь сложные контролирующие функции.

В связи с этим встает ряд новых, нетрадиционных вопросов. Сохраняет ли человек свою роль субъекта производства и в чем она выражается? Каковы новые функции человека в качестве производительной силы? Какими последствиями сопровождается изменение места человека в системе производства, в сфере общественных отношений и связей, в материальном положении различных категорий работников, в потреблении ими духовных ценностей? Действует ли в комплексно-автоматизированном производстве принцип, согласно которому

52

мерилом общественного богатства является рабочее время или таким мерилом выступает уже свободное время, которое используется человеком в эвристических, творческих и гуманитарных целях? В чем могут состоять последствия кибернетизации производства в таких областях, как политическая организация и социально-классовая структура общества; взаимоотношения социума и природы; отношения стран и регионов с разным уровнем модернизации, быт, отдых, психология людей?

Решение этих и других проблем, порожденных НТР, может быть успешным лишь при условии тесной координации и интеграции многих наук, для которых философия призвана разработать общие теоретические подходы и соответствующую методологию исследований различного уровня и назначения.

Научно-техническому прогрессу сопутствует крупное выталкивание людей из любой сферы трудовой занятости, что тяжело сказывается на положении полностью или частично безработных, численность которых уже сейчас измеряется десятками миллионов. Тем самым тема труда расширяется за счет проблем данной категории трудящихся, оказавшихся в наиболее уязвимом положении среди массы лиц наемного персонала.

Как показывает опыт, «обвальная» технизация ведет к непропорциональному росту технократического элемента в мышлении, психике и ориентации людей в ущерб гуманитарным, нравственным и эстетическим, а также соци-оприродным началам; ослаблению способности людей к социальному и нравственному контролю за развитием техники. Эти вопросы также нуждаются в философском осмыслении и разрабстке необходимых рекомендаций в области воспитания и образования, где, социализируясь, человек преодолевает свои «природные барьеры» и обретает возвышающуюся над ними «вторую природу».

Внутренний мир человека формируется под влиянием внешних условий и собственной рефлексии, следовательно, в процессе воспитания, когда взаимодействуют воспитатель (субъект) и воспитуемый (объект), и в ходе самовоспитания. Последнее имеет место в результате внутренней активности личности, направленной на выработку качеств, которые она считает для себя полезными, желательными. Происходит метаморфоза превращения объекта воспитания в субъект, воспитывающий самого себя. При этом внешняя детерминация человека посредством деятельности институционализированных обществен-

ных и государственных институтов социализации (семья, школа, коллективы, средства массовой информации и др.) сочетается с самодетерминацией личности, ее самореализацией.

Таким образом, внешнее (объективное) и внутреннее (субъективное) в процессе воспитания и образования, социализации и самовыражения личности включены в естественный процесс ее становления и совершенствования. Действительно, «если человек хочет прийти к самому себе, его путь лежит через мир». Можно лишь уточнить это мудрое изречение через три мира: мир общества, мир природы и собственный мир. Человек ищет свои цели и смысл жизни вне себя и внутри себя.

Происходит своего рода наложение внешних по отношению к человеку факторов на его собственные внутренние источники свободного развития, их переплетение. Один из источников природные данные или наследственные задатки; другой социальный: общество, коллективы, где осуществляется социализация личности, ее обучение и воспитание; третий источник развития человека находится опять-таки внутри него самого: самообучение, самовоспитание, самосовершенствование, т. е. саморазвитие.

В благоприятных условиях эти источники несмотря на свою противоречивость должны слиться воедино, выявляя самое лучшее, человечное в человеке, формируя личность нового типа, всесторонне развитую и гармоничную, универсальную (безграничную в своем совершенствовании). Такая личность общее благо, предпосылка и результат социального прогресса.

«Хождение по мукам» в этом мире, овладение человеком собственной сущностью императивно требуют от него овладения знаниями, достижениями в области образования и науки, богатствами культуры. В обыденной жизни богатство тех или иных людей нередко отождествляется с их материальным преуспеянием, крупной денежной наличностью. Однако, не умаляя значения материального достатка в жизни индивидов, надо понять, что наряду с ним есть собственно человеческое богатство, имманентно присущее им и несводимое ни к каким денежным эквивалентам. Одновременно это и общественное достояние, ибо не только для отдельной личности, но и всего сообщества крайне важно, богат ли человек духовно, каков его внутренний мир. Реальный процесс жизни людей в условиях цивилиза-

ции небездуховен изначально, он не может и не должен быть вторичным по отношению к бытию. Духовный потенциал человека обобщенный показатель его внутренней целостности, незаменимый стержень жизни. Это безошибочное свидетельство внутренней культуры человека, степени развития всех его способностей и возможностей, уровень и критерий освоения действительности.

Духовный мир человека наиболее полно и всесторонне характеризуют ценности, которыми он располагает как личность, индивидуальность. Первая их группа это ценности познавательной деятельности, истины, науки. Овладение ими делает человека сильным, могущественным, интеллектуально способным к активной эвристической деятельности, что особенно важно в условиях современной НТР. Вторая группа нравственные ценности, или ценности морали, добра, особо чтимые в народе, в любом человеке, будь то обычный труженик или президент страны, студент или академик, солдат или маршал. Усвоение этих ценностей делает человека добрым, отзывчивым, гуманным, порядочным. Третья группа ценности культуры, или эстетические. Они украшают любого, кто им привержен, возвышая человека, делая его внутренне красивым, внешне привлекательным, способным к постижению красоты окружающего мира, его гармонии. Ценности культуры существуют для человека, если он «затронут ими, если воссоздал их для себя, включил в свой внутренний мир, сделал своим личным достоянием» (Мозговая Э. Я. «Эстетическая философия» X. Ортеги-и-Гассета//Социальная теория и современность. Вып. 10. М., 1993. С. 40).

Само собой разумеется, что духовно богатым, подлинно интеллигентным можно считать лишь того человека, кто умен, добр и культурен, хотя мера всего этого у индивидов весьма разная.

Историк русской философии Н. О. Лосский заметил, что о «мировом характере культуры можно говорить в том случае, если она выработала систему ценностей, имеющих всечеловеческое значение» (Лосский Н. О История русской философии. М., 1994. С. 13). Такой культурой он считал, в частности, античную, в новой истории английскую, французскую, германскую, американскую, русскую. Среди русских философов, глубоко разрабатывавших идею «всеединства», выделялся выдающийся ученый Владимир Сергеевич Соловьев (1853-1900 гг.), оказавший большое влияние на развитие во второй полови-

не XIX — начале XX в. религиозно-философской мысли в России. Он считал, что «окончательный фазис исторического развития, составляющий обшую цель человечества», должен дать «объективное удовлетворение всем коренным потребностям и стремлениям человеческой природы...» (Соловьев В. С. Соч. В 2 т. М., 1988. Т. 2. С. 176).

Вскрывая объективную зависимость человека от природы и общества, общую предопределенность типологии личности ступенями социального развития, важно одновременно установить пределы этой зависимости, т. е. меру относительности данной закономерности, самоценность свободы и независимости человека. История развивается таким образом, что альтернативность во многих своих разновидностях присуща человеку (его интеллекту, мировоззренческим взглядам, а также практической деятельности) в значительно большей степени, чем обществу в целом.

В то время, как общество не может «выскочить» за пределы своей эпохи, человек, реально живя в ту или иную эпоху, способен в социальном, интеллектуальном и нравственном отношении на столетия опережать ее, равно как и олицетворять время, которое уже давно ушло. В настоящем обществе есть прошлое и будущее, все краски и тона бытия, которые выражают люди, одаренные сознанием и волей.

В реестре ценностей у Ф. Ницше воля считается самой высокой и жизненно необходимой: «Жизнь это воля к власти» (Ницше Ф. Воля к власти. М., 1909. С. 89). Зато морали не повезло: мир, основанный на принципах морали, оказывается, не является истинным, он никуда не годится. Такой мир не соответствует интересам «сверхчеловека», которого немецкий философ считал «смыслом Земли». История и современность, однако, дают массу свидетельств, что когда люди берут на себя сверх того, что им дано по их природе, презирают мораль, гуманизм, справедливость и становятся «по ту сторону добра и зла», они фактически превращаются в нелюдей, живущих по безумным законам самоистребления. В наше время следование такой философии человека привело бы планету в преисподнюю. «Исторический процесс это бесконечный процесс континуум» (Го-бозов И. А. Введение в философию истории. М., 1993. С. 134). И он не должен быть прерван.

Типология людей с их делением на «сверхчеловеков», «человеков» и «недочеловеков» порочна в самой своей

•)б

основе, абсурдна со всех мыслимых точек зрения. Это относится и к расистским теориям, получившим свое систематическое изложение еще в четырехтомнике Ж. Го-бино «Опыт о неравенстве человеческих рас» (1853-1855 гг.). В современной биологии доказано, что расовые различия относятся к второстепенным признакам и не могут служить основой иерархизации людей. Основные биологические свойства человека вертикальное положение тела, строение скелета, развитие мозга, руки и т. д. являются общими для всех человеческих рас (белой, черной, желтой). В воспроизводстве признаков, отличающих одну расу от других, участвует около одного процента общего ччсла генов, и от них зависят лишь поверхностные признаки людей (см.: Политологический словарь. В 2 ч. М., 1994. Ч. II. С. 104). По материалам зарубежной печати, сеть нейронов мозга, изученная далеко не полностью, в 1400 раз сложнее созданной к настоящему времени телефонной сети на территории всего земного шара. А об огромных возможностях потенциального использования человеческого мозга говорит тот факт, что в нем пока обрабатывается лишь один процент информации, воспринимаемой органами чувств.

У человека позади и впереди гигантский путь эволюции.

Я человек, я посредине мира, За мною мириады инфузорий, Передо мною мириады звезд. Я между ними лег во весь свой ростДва берега связующее море, Два космоса соединивший мост. (Аре. Тарковский)

Представляется, что в этих словах поэта-философа антропоцентризм уравновешивается земным настоящим и космическим будущим человека, если он сумеет сохранить свои завоевания гения-демиурга и не поддаться безрассудству.




1. Исходные данные- размеры в плане по осям 187 х 26 м высота этажей в осях 42 м панели перекрытий пустотные
2.  почкастроение и виды почек
3. Возможности и необходимости развития социальной политики [0
4.  Заява Види заяв
5. Лабораторная работа- Theories of European Integration
6. Роль государства в регулировании ВЭД и перемещении товаров
7. Совершение информационных компьютерных преступлений организованными преступными группами.html
8. Лабораторная работа 1 Электроизмерительные приборы
9. і До основних відносять- визначення потреби в матеріальних ресурсах сировині матеріалах паливі енергії о
10. Экономические игры на электронных биржах
11. Домены подразделяются на простые и структурированные стандартные и нестандартные
12. с господа прошу вас ~ любезно сказал хозяин и царственным жестом указал на стол
13. Судовые компьютерные сети
14. Институциональные изменения
15. .8 billion rubles. Britin rnks sixth in Russi~s trde with dvnced countries fter Germny Finlnd Jpn Itly nd Frnce.
16. Общая рецептура
17. содержащих препаратов невозможно Терапия железодефицитных состояний должна проводиться преимуществен
18.  В программу входят разделы концепции современного маркетинга как целостной интегрированной системы зна
19. Оренбург фанфары
20. тема экономических отношений включающая образование за счет предприятий организаций и населения специаль