Будь умным!


У вас вопросы?
У нас ответы:) SamZan.ru

методигеским объединением по специальностям педаюгигеского образования в кагестве угебника для студен

Работа добавлена на сайт samzan.ru: 2015-07-05


Д. Н. ИСАЕВ

ПСИХОПАТОЛОГИЯ ДЕТСКОГО ВОЗРАСТА

Учебник для вузов

Рекомендовано угебно-методигеским объединением

по специальностям педаюгигеского образования

в кагестве угебника для студентов высших угебных заведений,

обугающихся по специальностям: 031500 —тифлопедагогика,

—сурдопедагогика, 031700 —олигофренопедагогика,

—логопедия, 031900 —специальная психология,

—специальная дошкольная педагогика и психология

Санкт-Петербург

СпецЛит

УДК 378 371 376 616.8 И85

Автор приносит искреннюю и глубокую благодарность всем тем, кто ободрял, помогал и в конегном итоге сделал возможным написание угебника. В первую огередъ это относится ко всему профессорско-преподавательскому коллективу Института специальной педагогики и психологии и его ректору профессору Людмиле Михайловне Шипицыной.

Автор:

Исаев Дмитрий Николаевых —доктор медицинских наук, профессор Института специальной педагогики и психологии Международного университета имени Рауля Валленберга. Основные научные интересы сосредоточены в области психического недоразвития и его динамики у детей, соматогенных и психосоматических расстройств у детей, психосексуального развития и полового воспитания, особенностей внутренней картины болезни у детей и др. Результатом исследований автора явились более 250 публикаций, в числе которых 12 руководств и монографий.

Исаев Д. Н.

И85       Психопатология детского возраста: Учебник для вузов.- СПб.: СпецЛит, 2001.-463 с- ISBN 5-299-00187-8

Учебник создан по образовательному стандарту Министерства общего и профессионального образования.

Основные идеи книги —влияние жизненных ситуаций на развитие психических нарушений; участие в их формировании как наследственных механизмов, так и внешних факторов; наличие принципиальных возрастных различий в клинических картинах психических расстройств. В учебнике изложены психопатологические симптомы и синдромы, а также их возрастное своеобразие. Даны представления об особенностях психических расстройств в раннем возрасте, в детстве и у подростков. Описаны методы и методики, используемые для диагностики нервно-психических расстройств у детей.

УДК 378 371 376 616.8

ISBN 5-299-00187-8

 © Издательство «СпецЛит», 2001

ПРЕДИСЛОВИЕ

Учебник профессора Д. Н. Исаева «Психопатология детского возраста» является итогом многократно прочитанных и переработанных лекций, которые предназначены для будущих специальных психологов и педагогов.

Содержание предлагаемого учебника подготовлено в соответствии с Государственным образовательным стандартом профессионального высшего образования по специальностям 031900 —специальная психология, 031300 —социальная педагогика, тифло- и сурдопедагогика, 031700 - олигофренопедагогика, 031800 —логопедия, 032000 —специальная дошкольная педагогика, утвержденным Министерством образования РФ 14 апреля 2000 года.

Образовательный стандарт предопределил название учебника —«Психопатология детского возраста», однако логика изложения материала и сам стандарт потребовали осветить происхождение, распространенность, систематику, динамику и элементы терапии расстройств психики у детей и подростков, в связи с этим автор вынужден был выйти за рамки того, что является в узком смысле содержанием психопатологии. Полагаем, что это увеличение объема учебника улучшает содержание книги, дает возможность автору более углубленно излагать материал, что в конечном итоге сделает более понятным для будущего специалиста значимость этого предмета и расширит его кругозор. Особую ценность книга представляет для тех, кто будет работать с подрастающим поколением, поскольку во всех главах очень подробно излагаются особенности психопатологических симптомов, синдромов и психических болезней в детском возрасте. Более того, для того чтобы показать существующую специфику детской психопатологии, выделено несколько глав, в которых более подробно описаны психические расстройства у детей младенческого, раннего, дошкольного, школьного и подросткового возраста. Следует также подчеркнуть, что, удовлетворяя потребности будущих специальных психологов и педагогов в практических рекомендациях, автор дает указания по коррекционной развивающей педагогической работе при выявленных психопатологических синдромах и приводит патопсихологические характеристики некоторых психических заболеваний. Успешно реализована идея —показать связь возникающих у детей психических расстройств с социальными и психологическими факторами. Это безусловно воспитывает у учащихся стремление во всех случаях организовывать психотерапевтическую, психокоррек-ционно-педагогическую и социальную помощь.

Красной нитью проводится мысль о том, что невозможно категорично разделять психические расстройства и отклонения в развитии на эндогенные и экзогенные болезни. Убедительно показано, что в действительности возникающая психопатология определяется как внутренними условиями, так и провоцирующими их манифестацию внешними факторами. Различие состоит лишь в том, какие из этих факторов преобладают. Понимание студентами этой закономерности приведет к выводу о том, что необходимо разностороннее вмешательство при всех психических расстройствах вне зависимости от выявленной причины.

В процессе подробного анализа эмоциональных стрессов (психогенных воздействий) раскрыто значение и механизм действия таких социальных факторов, как трудные жизненные обстоятельства.

Все изложенное в учебнике должно привести будущего специалиста к мысли о приоритете профилактики перед коррекционной, развивающей и психотерапевтической работой. Осознание этого поможет специалисту уделять больше внимания первичной профилактике, т. е. предупреждению возникновения нервно-психических расстройств и патологических состояний, вторичной профилактике (предупреждению обострений уже имеющихся расстройств) и третичной профилактике (появлению новых болезней у инвалидов).

Современный характер предлагаемого учебника определяется тем, что его клиническая часть структурирована на основе Международной классификации болезней 10-го пересмотра (1992 г.). В то же время не игнорируются и традиционные нозологические представления отечественных ученых о систематике психических болезней.

С целью ознакомления студентов с детской психиатрией как наукой, которая играет большую роль в диагностике, индивидуализации коррекционной работы, реабилитации психически больных и имеющих отклонения в развитии детей, излагаются ее история и связи с другими науками.

Расширению знаний о применяемых в психиатрии методических приемах и использовании их в психолого-педагогической работе будут способствовать представленные методы обследования детей с дизонтогенезом и больных с психическими расстройствами.

Разделы учебника, посвященные описанию симптомов, синдромов, патологических состояний и заболеваний, иллюстрированы выдержками из истории болезни, что облегчает возможность студентам получить практические навыки по своевременному выявлению первых признаков психических расстройств.

Каждый раздел учебника сопровождается тестами или вопросами для самостоятельной проработки усвоенного материала, а также рекомендуемой литературой, которая может оказаться по-

лезной не только для студентов, но и для уже завершивших образование специалистов.

В заключение следует сказать, что учебник профессора Д. Н. Исаева, преподающего в высших учебных заведениях почти полвека, восполняет давно существующий недостаток учебных пособий по психопатологии для специальных психологов и педагогов. В связи с указанными достоинствами он может быть рекомендован для использования в учебном процессе при преподавании психопатологии детского возраста не только будущим специальным психологам и педагогам, но и другим специалистам педагогических вузов, социальных факультетов, которые будут работать с детьми, имеющими ограниченные возможности здоровья и жизнедеятельности.

Учебник будет полезен также педиатрам, детским невропатологам и психиатрам, нейрофизиологам и нейропсихологам, а также всем, кто по роду своей деятельности имеет дело с больным и здоровым ребенком.

Ректор Института специальной педагогики и психологии Международного университета семьи и ребенка имени Рауля Валленберга, действительный глен Нью-Йоркской Академии наук, заведующая кафедрой специальной психологии Санкт-Петербургского государственного университета профессор, доктор биологигеских наук Л. М. ШИПИЦЫНА

ВВЕДЕНИЕ

Роль детской психиатрии в подготовке специальных психологов и других специалистов, работающих с детьми, имеющими отклонения в развитии

Следует развеять достаточно распространенное заблуждение о том, что психолог, как и другие специалисты-непсихиатры, не должен заниматься психическими больными, так как он с ними не встречается, а если это и происходит, то ему необходимо сразу направить больного в психиатрическую больницу, не принимая участия в его судьбе. В действительности это большая ошибка. Существует множество патологически измененных личностей, которые или никогда, или редко лечатся. Они находятся среди психически здоровых людей. Значительное их число среди подростков с деви-антным поведением, отклонениями в развитии, нарушениями органов чувств. Они часто нуждаются лишь в коррекционных педагогических мерах. Кроме того, даже настоящие психически больные, требующие лечения, могут долгое время до выраженного проявления заболевания находиться в обществе, прежде чем им будет поставлен диагноз. Обе эти группы психических расстройств требуют психиатрического подхода, который возможен лишь при понимании границ психического здоровья и болезни. Изучение этих границ —задача пограничной психиатрии. Последняя —«область несравненно более тонкая, область более сложная, требующая гораздо большего опыта, навыков и знания, чем психиатрия большая, где речь идет о душевнобольных в узком смысле слова» [Ганнушкин П. Б., 1924]. Одно из приложений психиатрических знаний —выявление разнообразной психопатологической симптоматики, нередко наблюдающейся у лиц с отклонениями в развитии, речевой патологией, нарушениями органов чувств.

В то же время если некоторые психологи и педагоги считают себя вправе не овладевать психиатрией в достаточной степени, то человек безо всякого психологического образования (администратор, юрист, просто обыватель) полагает, что он весьма компетентен в этой отрасли медицинских знаний, и пытается делать свои заключения, которые нередко приносят вред тому, кого они касаются.

Детская психиатрия, объединяя медицинские знания, дает профессионалу, работающему в области специальной психологии и педагогики, необходимые предпосылки для формирования его мировоззрения. Она снабжает поучительными и полезными для профессионалов сведениями. Главной целью преподавания этой клинической дисциплины является развитие мышления, покоящегося на биологическом основании. Нет соматической медицины, с одной стороны, и психиатрии - с другой; медицина, так же как и объект ее изучения —больной человек,—едина; но практическая жизнь, клиника все же разделяют эти две стороны одного и того же дела. При этом психиатрическая клиника имеет свои особенности, которые не встречаются в других отраслях клинической медицины. Психиатрическое мышление по необходимости и очень углубленное, и очень широкое. Оно не может игнорировать общего состояния организма. Наука, всесторонне изучающая ребенка, исследуя в неотрывной связи его биологическую сущность и душевную организацию, дает неоспоримые доводы в пользу необходимости всестороннего изучения клиента (больного).

Каждый нервно-психический больной —в то же время и соматический больной. По мнению Д. Д. Плетнева (1989), нет соматических болезней без психических, из них вытекающих отклонений, как и-нет психиатрических заболеваний, изолированных от соматических симптомов. В этой связи обследованию психики обязательно должно предшествовать изучение соматического состояния любого консультируемого ребенка, даже не имеющего статуса больного.

Защищая свою самостоятельность, психиатрия в начале своего формирования в качестве самостоятельной науки стремилась уйти подальше от соматической медицины. В настоящее время все хорошо понимают, что от связи психиатрии с общей медициной выиграют обе науки, лучше будет понят больной, а потому и эффективнее будет ему помощь. Примером плодотворности такого взаимодействия могут служить используемые в теории и практике концепции: внутренней картины болезни, соматизации нервно-психических нарушений и психосоматических расстройств.

Психика каждого больного ребенка не остается безучастной при любом соматическом заболевании. В этом случае реакция личности направлена на само заболевание, соответственно страданиям и боли, в то же время она соответствует личностным особенностям больного. Более точно и всесторонне под названием внутренней картины болезни (ВКБ) описал психическое состояние соматического больного Р. А. Лурия (1935). Он считал, что ВКБ —это «все то, что испытывает и переживает больной, всю массу ощущений, не только местных болезненных, но его общее самочувствие, самонаблюдение, представление о своей болезни, о ее причинах, все то, что связано для больного с приходом его к врачу,—весь тот огромный внутренний мир больного, который состоит из весьма сложных сочетаний восприятия и ощущения, эмоций, аффектов, конфликтов, психических переживаний и травм». Вся эта комплексная реакция должна учитываться психологом и всеми, кто работает с детьми, во время их даже кратковременных болезней, не боясь ни недооценить психическое состояние, ни переоценить его. При этом оценка психического состояния больного будет тем правильнее, чем точнее будет определен тип личности заболевшего.

Феномен «соматизации», т. е. появление таких симптомов нарушения телесных функций, как головные боли, бессонница, исчезновение аппетита, боли в животе, вялость, слабость и т. д., часто наблюдается при нервно-психических расстройствах. Он является эквивалентом психопатологических проявлений и может служить убедительной иллюстрацией существующей тесной связи между телом и психикой, которая обнаруживается в процессе заболевания.

Широко распространены «болезни адаптации», или психосоматические расстройства: гипертоническая болезнь, язва желудка, бронхиальная астма, психическая анорексия и др. болезни. Их распространенность у детей достигает 40% всех соматических расстройств, с которыми обращаются к педиатру. Они являются нарушениями деятельности различных органов и систем тела, происхождение которых в большей или меньшей степени связано со стрессами (накоплением отрицательных эмоций в связи с переживанием житейских трудностей). Эти болезни являются еще одним убедительным доказательством существующей у людей взаимосвязи соматического и психического. Сказанное можно обобщить следующим образом: без осознания профессионалом факта целостности душевного и телесного невозможно успешно распознавать нервно-психические расстройства, помогать больным и консультировать здоровых детей.

Общая психопатология, являющаяся частью психиатрии, изучающей симптомы душевных болезней и их сочетания, представляет материалы, необходимые для понимания больного, для диагностики заболеваний.

Изучение распространенности психических заболеваний обнаруживает все увеличивающееся число психических больных у взрослых и детей. Первичная инвалидность вследствие психических заболеваний в 1990 г. была 2,51 человека на 100 ООО населения, в 1996 г.—,88, то есть выросла на 54,6%. Каждый год в отдельных регионах России число суицидов увеличивается на 10%. По сравнению с 60-ми годами в настоящее время риск родить умственно отсталого ребенка увеличился в 1,5—раза. Выявление причинных факторов, приводящих к возникновению нервно-психических расстройств, констатирует существование широкого круга вредностей: от материнской депривации до региональных экологических катастроф. Все это должно привести специального психолога и педагога к выводу о необходимости проведения в дет-ско-подростковой популяции, являющейся контингентом повышенного риска, психопрофилактики. Вместо признания важности профилактической работы слушателю необходимо использовать методики выявления контингентов детей повышенного риска. В частности, ему придется изучить эпидемиологические методы. Более того, он должен знать, что никакая превентивная деятельность невозможна без организации соответствующей работы среди педиатров, педагогов, воспитателей, служащих открытых и закрытых детских учреждений, администраторов, без привлечения добровольных помощников из местной общественности, верующих, родителей больных, представителей фондов и других организаций, готовых помогать страждущим. Специальным психологам и др. специалистам, работающим с детьми, следует освоить методические приемы для работы с членами семей, где воспитываются дети, с тем чтобы помочь в создании благоприятного психологического климата, столь необходимого для адекватного воспитания и тем самым для сохранения здоровья детей. Следует организовать совместную деятельность с педиатрами, педагогами, обучить анализу отношений в семье и методике помощи ее членам, что расширит круг специалистов, помогающих семье укреплять душевное благополучие и правильно воспитывать детей. Консультирование соматически больных детей позволит улучшить вторичную профилактику, распознать неразвернутые формы или начальные проявления соматогенных нервно-психических расстройств. Кроме того, следует направить внимание на психологические проблемы, возникающие у хронически больных и особенно у умирающих детей и подростков, а также у физически неполноценных инвалидов-детей и подростков. Большую роль психолог может сыграть в реабилитации больных детей после перенесенных соматических болезней. Значительных успехов в сохранении и укреплении психического здоровья детей можно добиться организацией психопрофилактики непосредственно в детских садах и школах, привлекая для этой цели воспитателей и учителей. Педагогов следует проинформировать о возрастных психологических особенностях детей, о различных психических состояниях и типичных проявлениях некоторых отклонений. Дети и особенно подростки тоже смогут участвовать в укреплении своего здоровья, для этого их придется также ознакомить с элементами психологии и некоторыми проявлениями нервно-психических расстройств. Через педагогов возможно также привлечение к психопрофилактической работе всех тех, кто работает с детьми в часы досуга (инструкторов кружков, тренеров спортивных секций, хореографов и т. д.), а также родителей и других членов семьи. Следует дать слушателям необходимые знания по психологии семьи, без чего невозможно анализировать процессы, происходящие в семье и оказывающие решающее влияние на формирование личности ребенка, укрепляющие или разрушающие ее защитные силы. Знания социальной динамики позволят правильно понять действие на семью положительных и отрицательных факторов, а также управлять ими. Для специальных психологов и др. работающих с детьми это имеет особое значение, так как примерно 80% психогенных расстройств (неврозов, нарушений поведения), возникающих в детском возрасте, обусловлено неблагоприятной семейной ситуацией. Психопрофилактика должна быть приоритетной по отношению к любым другим видам деятельности: консультированию, коррекционно-педагогическим мерам больных или аномальных детей и подростков и др.

Знания по детской психиатрии необходимы для определения границ компетентности непсихиатров в отношении курируемых детей и очертаний этого контингента. Полученные сведения позволят уточнить особенности психического состояния детей, а также учесть возрастную специфику патопсихологии, без которой невозможен эволюционный подход к диагностике созревающей личности, понимание динамики заболевания и лечение в соответствии с возрастом больного.

Определенная психиатрическая подготовка даст будущим специалистам возможность правильно определить, имеются ли у детей отклонения, и направить их при необходимости в то или иное детское учреждение с учетом наличия или отсутствия психопатологических симптомов.

Для совместной работы с врачами (педиатром, психиатром, неврологом) необходимо также разбираться в симптоматике нервно-психических расстройств. Не ориентируясь в ней, невозможно правильно составить психологическое заключение в случае подозрения на наличие психического заболевания. Консультируя родителей, педагогов и других специалистов, работающих с детьми, имеющими отклонения в развитии, психологи должны использовать сведения из области возрастной психиатрии. Эти сведения могут иметь большое значение для успешной абилитации и реабилитации больных детей и подростков.

Знакомство с отдельными симптомами, их сочетаниями в форме синдромов и наиболее часто встречающимися заболеваниями позволит правильно ориентироваться в психопатологии. Откроется путь для более точной и ранней диагностики различных вариантов нарушений поведения и патологического развития личности. Появится возможность разобраться во всех оттенках переживаний невротических больных и научиться отграничивать их от психотических расстройств. Исчезнет опасность не распознать у детей появление припадочных состояний и даже нетипичных проявлений эпилептической болезни. Соматические заболевания больных детей не будут рассматриваться в отрыве от их душевного состояния, от которого эти болезни в той или иной степени зависят.

Особенное значение освоенные знания по психиатрии имеют для анализа психических аномалий при речевой патологии, некоторых поведенческих нарушений, парциальных форм психического недоразвития и задержек психического развития. Они позволят без больших ошибок диагностировать структуру психических расстройств, имеющихся при различных степенях умственной отсталости, задержках психического развития и парциальных нарушениях психики. Этот анализ облегчит составление рекомендаций по коррекционной педагогике и абилитации детей с отклонениями в развитии.

Изучая психиатрию, учащийся получает очень важные знания по клиническим и другим методикам изучения психически больного ребенка, а также его семьи. Происходит обучение пониманию необходимости этих исследований для диагностики и оценки динамики психических нарушений под влиянием терапии. Осваивается специфика сбора субъективного анамнеза жизни и болезни, полученного от больного ребенка. Из объективного анамнеза, собранного не от самого больного, а от его окружающих, по возможности незаинтересованных свидетелей его болезни, прежде всего от родителей и родственников, может быть получен материал, который, возможно, станет решающим для установления диагноза. Анамнез также является источником сведений о родителях больного. Учащийся овладевает схемой обследования психически больного, фактически представляющей структурированную беседу, с помощью которой он обучается выявлять отдельные симптомы и даже распознавать заболевание. При этом необходимо иметь в виду, что умение беседовать с психически больным дается не только знанием и опытом, но и определенными психическими качествами (вдумчивостью, внимательным отношением к больному, правдивостью, простотой в общении, лишенной лицемерия и слащавости). Именно это приходится осваивать тому, кто учится собирать анамнез. Существенное значение имеет наблюдение за поведением больного. В связи с большой длительностью психических заболеваний, повторностью приступов, возможностью неполного выздоровления особенную роль играет катамнез (прослеживание судьбы больного), исследованию которого следует также научиться.

Психологам крайне необходимы знания методов патопсихологической диагностики. Для оценки уровня интеллектуального функционирования, особенностей созревания личности в целом, выявления психотравмирующих комплексов, диагностики психических дефектов, установления функционального диагноза психологи должны освоить и использовать соответствующие методики и правильно их интерпретировать.

Уровень профессионального мастерства не может быть высоким без знания современных систематик заболеваний: «Международной классификации болезней (10-го пересмотра) —МКБ-10», «Диагностического и статистического руководства по психическим заболеваниям» Американской ассоциации психиатрии (DSM-IV) и других. Освоение этих систематик позволит специалисту не только правильно кодировать психические расстройства, но и успешно проводить их диагностику и дифференциальную диагностику.

Эта книга дает представление об основных электрофизиологических, рентгенологических, биохимических и других лабораторных методиках. Сведения об этих параклинических исследованиях и получаемых в результате данных необходимы для понимания важности изучения биологических основ психических заболеваний с целью их диагностики. Они используются также для проникновения в этиологию и патогенез (механизм развития) диагностируемых болезней.

Осваивая психопатологию, будущий специалист поймет необходимость приобретения навыков психологического и нейропси-хологического исследования, способного в сомнительных случаях уточнить диагноз, облегчить дифференциальный диагноз заболевания, а также оценить течение заболевания и степень успешности его лечения.

Жизненно необходимо освоить принципы социальной психиатрии. Она ставит своей целью учитывать появление в популяции психически больных, что позволяет иметь представление о распространенности различных форм психопатологии. Без этих знаний невозможно оценить степень опасности того или иного заболевания, очень сложно осуществлять превентивные меры в отношении групп повышенного риска. В настоящее время это особенно актуально, так как очень быстрые социальные и экономические изменения в стране, которые до сих пор не стабилизировались, приводят к росту нервно-психических расстройств, алкоголизации и наркотизации. Так, половина дошкольников эмоционально неустойчива, треть —беспокойна, агрессивна или, напротив, боязлива. 16—% детей 6-летнего возраста не готовы к обучению в школе. У трети школьников наблюдаются невротические расстройства. Только 15—% детей заканчивает школу практически здоровыми, остальные страдают язвой желудка, гастритом, колитом, неврозами, гипертонической болезнью и др. психосоматическими заболеваниями и нервно-психическими расстройствами. Столь раннее нарушение детского здоровья объясняется в первую очередь неблагополучием в семьях, нестабильностью материального положения, конфликтами между ее членами, пренебрежением родительскими обязанностями и т. д.

Социальная психиатрия разрабатывает правовые нормы, защищающие права несовершеннолетних больных и регламентирующие работу с ними. Она же формулирует правила, определяющие, кого из детей, как и когда следует консультировать у детско-подростко-вого психиатра, кто и при каких условиях направляется в стационарные учреждения. Взаимодействие с психиатрической службой позволяет успешнее помогать больным, если у них распознаются

нервно-психические расстройства и они своевременно направляются к психиатру для лечения. Кроме того, специалисты, сотрудничающие с психиатром, могут получить информацию о совпадении своих заключений о предполагаемых расстройствах с врачебной диагностикой, а также и о динамике состояний детей, направленных на лечение. Это поможет проконтролировать уровень психопатологических знаний и тем самым будет способствовать их улучшению. Существует понимание важности проблем умственной отсталости и задержек психического развития, однако не у всех завершивших высшее психологическое образование достаточно умения без больших ошибок диагностировать эти и другие состояния. Освоение- приведенного здесь комплекса знаний и умений должно ликвидировать этот пробел, дать необходимые знания и предоставить возможности для получения необходимого опыта.

Изменение структуры семьи, новое положение женщины в обществе, более свободная сексуальная мораль, акселерация подростков, опасность заболевания СПИДом и другими заболеваниями, передающимися половым путем, —все это у детей и особенно подростков в процессе возрастных изменений создает психологические трудности, а иногда и приводит к нервно-психическим расстройствам. Это вместе с другими факторами —важные аргументы в пользу преподавания психологам закономерностей психосексуального развития и его аномалий, а также основ полового воспитания.

Не только правовым, но и нравственным ориентиром может служить принятый в 1992 г. закон Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании». Основные его положения, касающиеся детей, требуют скрупулезного их соблюдения, и именно это будет создавать единственно возможный деонтологический климат в процессе работы с детьми, имеющими отклонения в развитии, и их семьями. Детальное изучение других официальных документов также должно являться не только укреплением юридических знаний, но и способствовать созданию обязательной высокой моральной атмосферы, являющейся необходимым условием оказания помощи душевнобольным детям и подросткам.

Глава 1 ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ДЕТСКОЙ ПСИХИАТРИИ

ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ ПСИХИАТРИИ КАК НАУКИ

Ознакомление с формированием психиатрии, ее достижениями и крупнейшими учеными, создавшими науку, имеет большое познавательное значение. Наряду с этим понимание пути психиатрии, прошедшей от наказаний и изоляции душевнобольных до гуманного их лечения и реабилитации, будет способствовать воспитанию бережного отношения к пациенту, клиенту, ученику и его семье.

Изучение истории психиатрии показывает, что развитие представлений о психических расстройствах связаны с господствующими в ту или иную эпоху философскими взглядами. В этой связи можно выделить три основные существующие и развивающиеся тенденции.

  1.  Магигеасий подход —рассмотрение необъяснимых явлений в психике как магических. В примитивном обществе ответственными за болезни души и тела считали духов. В Средние века возникновение помешательства связывали с кознями дьявола или с добровольным общением с ним. В некоторых культурах и в настоящее время все еще психоз считают результатом одержимости бесовскими силами, вселения в человека дьявола.
  2.  Органигеский подход —объяснение душевных болезней телесными причинами. Греческий философ Гиппократ (IV в. до н. э.), как и некоторые другие его современники, связывал появление психических расстройств с материальными явлениями (смешением соков в организме). Мозг он считал органом познания и приспособления человека к среде: «Надо знать, что, с одной стороны, наслаждения, радость, смех, игры, а с другой стороны, огорчения, печаль, недовольства и жалобы —происходят от мозга... От него мы становимся безумными, бредим, нас охватывают тревога, страхи, либо ночью, либо с наступлением дня». В XIX веке Т. Мейнерт (1833—) уже определенно связывал возникновение психозов с болезнями больших полушарий мозга. В. Гризингерг (1814—) указывал на то, что многие нервно-психические болезни обязаны своим происхождением соматическим заболеваниям. В XX веке достигнут такой уровень развития психиатрии, что, например, А. Фёллинг (1934) смог объяснить происхождение фенилкетонурий (формы умственной отсталости) отсутствием фермента фени-лаланингидроксилазы.
  3.  Психологигеский подход —обнаружение психологических причин психических нарушений. Возникновение взгляда на психические расстройства как на последствие людских страстей и пороков можно представить как трансформацию средневековых представлений о влияниях злого духа на душу и поведение людей. В начале XIX веке представители «Психической школы» —И. Гей-нрот (1773—), рассматривавший религиозную мораль как причину психических расстройств, В. Иделер (1795-1860), отстаивавший в этом качестве чистую мораль, Бенеке (1789—), видевший в крайнем психологизме ответ на вопрос об этиологии психических расстройств, и др. —этиологию психических расстройств сводили к психическим факторам. В конце XIX —начале XXвека. З.Фрейд (1856-1939) конкретизировал характер психологических воздействий, способных привести к возникновению неврозов и психозов, ими он считал вытесненные из сознания эмоции и побуждения. В течение XX века это направление, связанное с изучением глубинных психологических механизмов, которые могут являться, в частности, причиной нервно-психических расстройств, разрабатывалось трудами его учеников и последователей: К. Юнга (1875-1961), А.Адлера (1870-1937), Е. Блейле-ра (1857-1939), К. Хорни (1885-1953) и многих других.
  4.  Интегральный подход —понимание психических расстройств как изменение работы сложного физиологического механизма (организма) и осознающего себя индивида (личности) под влиянием трудных жизненных обстоятельств и связанных с ними эмоциональных стрессов, тревоги, гнева, страха, безнадежности. Г. Селье (1946) при так называемом адаптационном синдроме выявил цикл органических реакций в ответ на внешние раздражители. Его учение наряду с работами И.П.Павлова (1849—) и 3. Фрейда легло в основу клинических и экспериментальных исследований взаимодействия между душой и телом. Возникло психосоматическое направление в медицине (Дойч Ф., 1884—, ГроддекГ., 1886-1934, Данбар Ф., 1902-1959, Александер Ф., 1891—и др.), рассматривающее соматические расстройства в неразрывной связи с состоянием психики, а психические болезни неотрывно от телесных изменений По сути, этот подход —отражение признания того, что не существует ни психической, ни соматической болезни. Практически у больного человека имеются представленные в разных пропорциях сочетания как психических, так и соматических нарушений. От преобладания одних или других зависит диагноз душевного или телесного заболевания. Преимущество этого подхода в том, что вне зависимости от того, расстроена психика или возникло соматическое заболевание, он предполагает необходимость использования не только лекарственных препаратов, действующих на соматические симптомы, но и на обязательности применения средств психотерапии.

Развитие психиатрии определяется также потребностями общества в организации помощи душевнобольным, социальными условиями, связанными как с преобладающими представлениями об этиологии душевных расстройств, так и с материальными возможностями государства и его общественных институтов.

В Средние века, когда в рамках феодальных государств стали развиваться города, из-за скученности проживания людей возникла необходимость изоляции психических больных. Однако из-за преобладания в это время взгляда на душевные болезни как на одержимость дьяволом больных содержали в монастырях. А в некоторых странах психических больных даже подвергали уничтожению на кострах инквизиции.

Позже, в XV—XVII веках, в бывших тюрьмах и казематах стали организовывать убежища для психических больных, где их содержали в неприспособленных для существования людей помещениях, избивали, не кормили и приковывали цепями.

В конце XVIII —начале XIX века буржуазная революция во Франции провозгласила защиту прав человека. В соответствии с гуманистическими идеалами того времени Ф. Пинель (1745—) в Париже начал превращать полутюремные убежища для сумасшедших в медицинские учреждения для душевнобольных. Одно из важных его нововведений на пути превращения последних из отвергаемых обществом монстров в ранг больных —ликвидация цепей. Все же в обиходе больниц оставались смирительные рубашки и другие меры стеснения больных. Продолжил борьбу с ограничениями свободы больных британский психиатр Д. Конол-ли (1794—). В Англии он ввел режим нестеснения психических больных, который оказал большое влияние на создание более гуманного отношения к пациентам психиатрических больниц во всем мире. В других странах также были сделаны первые шаги по организации психиатрических больниц. В США первая психиатрическая больница была открыта в штате Вирджиния (1773). Бэтой стране преобразования в психиатрии связывают с именем Б. Раша (1745-1813).

В России никогда не обращались с душевнобольными так жестоко, как в странах Западной Европы. Обвинения в «бесовской порче» и казни психических больных были единичными. Больных чаще воспринимали как «Богом наказанными» и потому не относились к ним как к враждебной силе. Уже в IX—XI веках организовывалось призрение душевнобольных в монастырях Киева и позже в Москве. В царствование Петра Великого было запрещено направлять «сумасбродных» в монастыри и предлагалось помещать в специальные больницы. Однако первые психиатрические больницы были открыты в 1876 г. в Новгороде, Риге и Москве, в

1879 г. организовано отделение в Санкт-Петербурге. Гуманистические преобразования особенно активно проводил главный врач психиатрической больницы в Москве (с 1828 г.) В. Ф. Саблер. При нем были уничтожены цепи, организованы досуг и трудовая терапия больных, заведены истории болезни, рецептурные книги, появились врачи примерно с теми же обязанностями, что и в настоящее время. В Санкт-Петербурге такие же изменения в судьбе больных произвел И. М. Балинский (1827-1902), первый русский профессор психиатрии (с 1857 г.). Отсталое психиатрическое учреждение он превратил в передовую клинику. С его участием создавались проекты новых психиатрических больниц. Реформы в российских психиатрических учреждениях связаны с именем С. С. Корсакова (1854—), одного из основателей российской научной психиатрии и нозологического направления. В его московской психиатрической клинике были ликвидированы все меры стеснения, упразднены изоляторы, были сняты решетки с окон отделений, введены постельное содержание острых больных и занятия на открытом воздухе для больных с затяжными болезнями.

После 1917 г. осуществлялись попытки превращения медицины, задачей которой было только лечение, в здравоохранение, целью которого стало бы еще и предупреждение болезней. В русле этих преобразований в 1919—гг. было начато создание вне-больничной психиатрии. Опережая зарубежные страны, отечественные психиатры (Бехтерев В. М., 1857—, Ганнушкин П. Б., 1875-1933, Розенштейн Л. М., 1884-1935 и др.) создали научное обоснование психопрофилактики, организовали психоневрологические институты и диспансеры, предназначив их для оказания медицинской, консультативной и социальной помощи больным, страдающим психозами, неврозами и прочими пограничными психическими заболеваниями. Их функциями стали:

  1.  активное выявление и учет больных, наблюдение за ними и амбулаторное лечение;
  2.  восстановление здоровья психических больных и своевременное направление в больницу в случае необходимости;

  1.  проведение психиатрической экспертизы больных;
  2.  оказание консультативной помощи другим специалистам;

  1.  правовая, социальная и патронажная помощь больным, находящимся под наблюдением диспансера;
  2.  реабилитация психических больных, вовлечение в трудовую деятельность и трудоустройство больных с остаточной трудоспособностью.

Дальнейшее развитие психиатрической помощи пошло по пути уменьшения крупных больниц, организации дневных и ночных стационаров, создания профильных лечебных учреждений (детских, подростковых, геронтологических), изменения структуры и назначения старых лечебных учреждений с целью максимального приближения служб к населению и специализации предлагаемых услуг. Эти изменения позволяют проводить реабилитацию больных, используя многоступенчатое их обслуживание. Повышает эффективность лечения и реабилитации больных привлечение для этого все большего круга профессионалов: врачей-непсихиатров, медицинских и специальных психологов, логопедов, социальных работников, педагогов, инструкторов по лечебной физкультуре.

В кратком очерке не упомянуты имена таких зарубежных и отечественных психиатров, усилиями которых создавалась психиатрическая наука (Кандинский В. X., Крафт-Эбинг Р., Крепелин Э., Кречмер Э., Морель Б., Маньян В., Мержеевский И. П., Сербский В. П., ЭскирольЖ. и др.), разрабатывались новые терапевтические средства (Вагнер-Яурегг И., 1917; Делей Ж., Деникер П., 1952; Закель М., 1933; Каннабих Ю. В., 1974 и др.) и осуществлялось совершенствование психиатрической помощи населению (Кащенко П. П., Маляревский П. П. и др.). В разделе об истории формирования детской психиатрии будут приведены имена многих из тех ученых, которые внесли свой вклад как в детскую, так и в общую психиатрию.

ФОРМИРОВАНИЕ ЗАРУБЕЖНОЙ ДЕТСКОЙ ПСИХИАТРИИ

Возникновение детской психиатрии, как и любой другой науки, смогло стать возможным только тогда, когда для этого появилась соответствующая потребность и созрели необходимые условия. Уменьшившаяся детская смертность к концу XVIII —началу XIX века привела к увеличению популяции подрастающего поколения, в том числе и с различными отклонениями в развитии. Одновременно пришло понимание того, что дети —не уменьшенная копия взрослых, а своеобразный развивающийся организм. Изменившееся мнение о сути душевной организации детей привело к новому взгляду на аномального ребенка, созданию новой науки. Для этого возникли и условия —появились педагоги и врачи (психиатры), которые уже могли отличать ребенка с отстающим развитием или отклоняющимся поведением от психически здорового ребенка. Все же процесс формирования науки о нарушениях психики у детей проходил сложно —через несколько этапов в течение более ста лет. По мнению Д. Дюше (1990), рассвет современной детской психиатрии связан с проникновением в мир детства и наступившим у людей пониманием его особенностей. Это в значительной мере определялось опубликованием биографий выдающихся людей (Ж. Ж. Руссо, Шатобриан, Дидро), литературных произведений, в которых героями были дети или которые были написаны для детей  (Ростопчина, В. Гюго, Ж. Санд, Г. Мало,

А.Доде, Ч.Диккенс и др.), и, наконец, научных трудов о детях [Песталоцци, 1828; Ч. Дарвин, 1876].

Во второй половине XVIII века начали появляться отдельные описания детей с врожденной или приобретенной «душевной слабостью», проживавших в горной местности (кретинизм), или возникавшей спорадически (идиотия). Ж. Итар в 1798 г. провел первую попытку обучения умственно отсталого. В начале XIX века стали создаваться подходы к воспитанию и обугению умственно отсталых детей [СегенЭ., 1846]. Этот процесс, происходивший в спорах о перспективности занятий с дефектными субъектами, о принципах обучения, привел в дальнейшем к организации специальных угебных заведений и изугению психиъеского развития [Прей-ер У., 1882; Холл С, 1891]. При этом возможность возникновения психозов у детей категорически отрицалась, как думали в то время, из-за элементарности их психики и отсутствия у них переживаний трудностей жизни и опыта бурных страстей.

Только на границе XVIII и XIX столетий начали описывать единичные случаи острых психических расстройств у детей [Грединг, 1781; Перфект, 1794; Хаслем Дж., 1809]. Несмотря на эти наблюдения, К. Карус (1809) все еще утверждал, что дети могут страдать лишь слабоумием, но у них не может быть помешательства.

Накопление сообщений о психозах у детей позволило Э. А. Целлеру высказать мысль о том, что у них душевные болезни протекают так же, как и у взрослых, т. е. начальная меланхолия переходит в манию, а затем завершается деменцией. Шольц (1846) наблюдал ребенка с детским церебральным параличом, а Тор (1840) —с галлюцинациями.

Возможность возникновения психозов у детей стала доказанным фактом во второй половине XIX века. Вест (1860) описал ребенка со слабоумием, припадками и «истинным помешательством». Дюран-Фардель (1855) обнаружил у детей самоубийства. В Париже открыли психиатрическое детское отделение. Помье там же защитил первую диссертацию о психических расстройствах у детей (1856). О случаях детских психозов появились сообщения в Германии, Англии, Швейцарии, Америке. Первая монография о детских психических расстройствах была написана Берканом в 1864 г.

Конец XIX столетия —поворотный пункт в истории детской психиатрии; X. Модели (1867) пришел к выводу, что возраст может быть причинным фактором, он систематизировал известный опыт в области детской психопатологии и предложил свою классификацию детских психических расстройств.

Началом современной детской психиатрии считается выход в Германии книги X. Эммингхауза (1887) «Психические расстройства детского возраста» и руководств во Франции —П. Моро де Тур  (1889),  Н. Манхаймера  (1899),  в  Англии - В. Айрленда

(1889), в Германии - Инфельда (1902), Г. Т. Циена (1902), В. Штромайера (1910) и А. Гомбургера (1926).

События, сыгравшие наиболее важную роль в формировании зарубежной детской психиатрии в XX веке, можно сгруппировать следующим образом.

  1.  Были получены определенные знания о психическом развитии и его гетерогенности у детей. Для оценки психической зрелости и степени обучаемости детей созданы психологигеские методики -тесты [БинеА., 1905; Симон Т., 1905; ТерменЛ. М., 1921; Векслер Д., 1949]. Начали проводиться регулярные исследования психигеского развития детей [ГезеллА., 1925], которые позволили понять закономерности нормального формирования личности и научиться выявлять отклонения. Общественные движения, возглавленные психиатрами и психологами США (А. Майер, У. Джеймс), положили начало развитию психогигиены, а затем —движению за детскую психопрофилактику [Хили У., 1909; АйхорнА., 1918 и др.], что способствовало становлению детской психиатрии.
  2.  Развитие динамигеской психиатрии, связанное с изучением всего случившегося на жизненном пути больного, всех его переживаний, повысило значение детства, нередко отягощенного серьезными психическими травмами, которые стали рассматриваться как возможные этиологические факторы психических заболеваний (Э. Крепелин, 3. Фрейд, А. Майер).
  3.  Начатое в конце XIX века изугение подростковой преступности и нарушений поведения у детей привело к введению в юридическую практику детских судов (в Австралии —в 1895 г.; в США —в 1899 г.). Для оценки причин правонарушений потребовалось изучение личности детей и среды, из которой они вышли. С целью предупреждения детской преступности организовывались воспитательные дома для детей, лишенных родительской опеки. Для облегчения приспособления к жизни умственно отсталых стали создаваться программы специального обучения.
  4.  Первые амбулаторные психиатригеские угреждения —консультирующие клиники (Child Guidance Clinics) —были созданы в Бостоне (США) в 1921 г., в Великобритании —в 1926 г. Клиническая команда, работавшая в них, состояла из психиатра, психолога и социального работника. Руководство служб просвещения играло большую роль в развитии этих клиник, хотя часть из них и организовывалась в больницах. Перешли от изучения психологии обучения и интеллектуальных различий детей к психологии социального развития детей, что должно было помочь распознавать и исправлять поведенческие нарушения, выявлять эмоциональные факторы, лежащие в их основе. Появились учителя, подготовленные для работы с семьями, имеющими детей с отклонениями поведения.

5. Наблюдения за детьми сменились активной работой с ни-
ми,
исправлением их поведения и легением. Пришло понимание значения симптомов нервно-психических расстройств для анализа больных детей. 3. Фрейд в 1905 г. изложил свои взгляды на детский невроз и его психоаналитигеское легение. Г. фон Хуг-Хельмут (1919) показала, что ребенок лучше выражает себя в игре, и предлагала ее использовать для изучения у него бессознательных психических процессов. М. Кляйн (1932) в психоанализе детей вместо свободных ассоциаций использовала игры. Она впервые начала истолковывать ранние психодинамические процессы младенцев. А. Фрейд (1927) применяла психоанализ у детей лишь для лечения неврозов, считала установление положительных отношений с детьми и понимание их переживаний обязательными условиями терапии, их игру истолковывала как приспособление к реальности, работала в контакте с родителями. Она не только интерпретировала переживания детей, но и, будучи педагогом, оказывала на них воспитательное воздействие.

  1.  Для понимания развивающейся личности и психопатологических механизмов у ребенка много сделали Л. Каннер (1935), Р. Спитц (1947), Дж. Боулби (1951) и др., изучавшие отношения мать—дитя. Возникло учение о материнской депривации как о бедной эмоциональными стимулами среде, препятствующей нормальному психическому развитию младенцев и приводящей к его задержке. Были сделаны выводы о роли ранних психических травм в происхождении нервно-психических расстройств в более старших возрастах.
  2.  Большое влияние на понимание детского поведения и на развитие детской психопатологии оказали труды И. П. Павлова об условно-рефлекторной деятельности, Э. Торндайка и Дж. Уотсона о научении, Н. Миллера и Дж. Долларда о социальном научении, Г. Петтерсона и др. об интеракционном анализе и социально-когнитивном анализе. Связанные с этими именами теории не только объясняли происхождение отклоняющегося поведения детей, но и служили основой создания методов исследования и легения. Применение научного аппарата этологии (науки о поведении): территориального поведения, мотиваций, групповых структур, имп-ритинга —в детской психиатрии углубило понимание поведенческих расстройств.
  3.  Изучение клинических особенностей нервно-психических расстройств у детей привело к созданию современных систематик психических болезней у детей. Уточнение описания клинических картин и роли некоторых этиологических факторов привело к выделению новых клинигеских форм (синдромы гиперактивности, трудности обучения, дефицита внимания, детского аутизма и др.).
  4.  Детская психиатрия перестала быть только отдельной специальностью, работающей со своими больными, —она проникла в суть профессии детского врача, психолога, педагога. Любой из них использует знания психопатологии для повышения эффективности своей деятельности. Педиатру знания психиатрии облегчают понимание эмоционального развития и состояния детей, без которого невозможна оценка происхождения и течения многих (психосоматических) болезней. Педагог, используя психопатологический анализ, раскрывает причины расстройств поведения. Возникла так называемая связующая психиатрия, которая изучает нервно-психические осложнения соматических заболеваний и психологические ситуации, возникающие в процессе заболевания, а также участвует в их лечении. Выявление психотравмирующих обстоятельств у детей с соматическими болезнями привело к выделению в детском возрасте психосоматигеских расстройств (психической анорексии и булимии, привычных рвот и руминации, энуреза, бронхиальной астмы и др.), изучению механизмов их происхождения и лечения.

10. Изучение эмоциональных расстройств у детей обнаружило, что депрессии у них встречаются чаще, чем предполагалось в этом возрасте, и что проявляются они атипично —в форме соматических или поведенческих эквивалентов. Описан «синдром жестокого обращения с детьми» родителей и других лиц, воспитывающих детей, при котором детей отвергают, лишают перспективы, понимающего, любящего отношения и при этом грубо обращаются, эксплуатируют, истязают, избивают, а иногда и используют в качестве сексуального объекта.

Детская психиатрия за двести лет прошла путь от отвергания специфичности душевных проявлений в норме и патологии у детей и подростков до признания их своеобразия, систематизированного описания и изучения причинных факторов, а также в значительной степени эффективного лечения, сформировавшись в последние 100 лет в самостоятельную, но тесно связанную с другими науку.

[?1 Вопросы для самостоятельной работы    ,

1. Каковы основные события в XIX веке, предшествующие появлению детской психиатрии? 2. Когда появились первые обобщающие труды по детской психиатрии? 3. С какого времени и в связи с какими событиями ведется отсчет начала науки—детской психиатрии?

  1.  Какие этапы развития прошла детская психиатрия в XX веке?
  2.  Какой вклад в формирование детской психиатрии сделали психологи? 6. Какие психиатры создавали детскую психиатрию?

ЭТАПЫ РАЗВИТИЯ ДЕТСКОЙ ПСИХИАТРИИ В РОССИИ

Научный интерес к детским психическим болезням в России появился в начале XIX века. Впервые были описаны душевные заболевания у детей Е. Н. Смельским, С. Ф. Хотовицким (1847) и др.

Первые работы об умственно отсталых в России - «Очерки об истории нищенства» И. Г. Прыжова с социальным анализом их положения и «Ученики с медленным пониманием» Н. А. Добролюбова (1858), где описана психология этих детей и даны рекомендации по их обучению. Первое лечебно-педагогическое учреждение для умственно отсталых и эпилептиков в России было открыто в 1854 г. Ф. Плацом в Риге.

На первой российской психиатрической кафедре, открытой в 1857 г. в Медико-хирургической (ныне - Военно-медицинской) академии, были заложены основы развития детской психиатрии в нашей стране. Основатель этой кафедры И. М. Балинский начал изучение олигофрении. Его преемник И. П. Мержеевский —зачинатель исследования соматического происхождения психических расстройств. Он доказал, что психическое недоразвитие —не атавизм, а следствие болезней головного мозга (1871). Там же С. Н. Данилло опубликовал первую в нашей стране статью о детском психозе: «О детской кататонии» (1892).

Супруги И. В. и Е. X. Маляревские создали до того несущество-вавшую детскую психиатрическую службу и медицинскую педагогику. В 1882 г. они открыли врачебно-воспитательное заведение для аномальных и психически больных детей. С 1904 г. это дело продолжал их сын —М. И. Маляревский. Б. В. Томашевский (1892), сопоставляя симптоматику с анатомическими данными, установил возможность хронического течения воспалительных заболеваний головного мозга, обусловливающих слабоумие.

О судьбе умственно отсталых и психически больных детей, которые бродяжничали, лишались свободы из-за отсутствия необходимых учреждений, писали В. И. Яковенко (1897), И. А. Сикор-ский (1904), П. И. Ковалевский (1906).

М. Брезовский (1909), исследуя психозы у детей, объяснил их более редкое возникновение, чем в юношестве, «громадным запасом жизненной энергии» и малым числом вредностей. С. С. Корсаков (1893) изучал у детей микроцефалию и состояния «преходящего слабоумия».

Педология (всестороннее изучение детей), возникшая в России в 1904 г. (А. П. Нечаев, Н. П. Гундобин, В. И. Вартанов), дала еще один импульс развитию детской психопатологии.

Рождение детской психиатрии как самостоятельной науки относится к началу XX века. В. М. Бехтеревым в Петербурге (1908) был создан Психоневрологический институт с детским отделением при нем, где работали его ученики и последователи, внесшие большой вклад в детскую психиатрию,—Р. Я. Голант (1927), С. С. Мнухин (1929) и др. Там Н. М. Щелованов разработал объективный метод изучения физической и психической эволюции ребенка. К. И. Поварнин (1911) изучал воспитание человека с первых дней его жизни. Б. И. Воротынский и Н. Н. Тарасевич развивали детскую психологию и экспериментальную педагогику, а А. В. Владимирский, И. Г. Оршанский и др.—детскую психоневрологию.

За обязательное обучение психически отсталых детей и организацию школ для них боролись Е. К. Грачева (1902), О. Б. Фельц-ман (1912), Н. П. и М. П. Постовские (1908), Н. В. Чехов (1923). С1906 г. в Москве стали организовываться вспомогательные классы и школы, которыми руководили упомянутые энтузиасты. Они, а также А. Н. Граборов (1915), Л. С. Выготский (1924) и др., изучая психическое здоровье детей, создавали фундамент возникавшей специальности. В 1907 г. В. П. Кащенко открыл школу-интернат для обучения умственно отсталых детей. Он изучал социальную среду, в которой они воспитывались, и разрабатывал способы охраны их психического здоровья. А.С.Грибоедов (1914), изучая «дефективных детей», разрабатывал принципы воспитания и обучения их в семье и школе. А. Ф. Лазурский методом естественного эксперимента исследовал индивидуальные особенности детей. К1911 г. вспомогательные классы уже созданы во многих городах России. В 1904 г. были организованы специальные исправительные колонии для малолетних преступников, а в Петербурге в 1910 г. начал заседать первый детский суд.

Г. И. Россолимо, учредивший Московский институт детской психологии и неврологии (1911), возглавил работу группы психопатологов: С. Я. Рабинович, И. М. Присман, А. Д. Суркова, Ф. Д. За-гина и др. Г. И. Россолимо в 1910 г. разработал «психологический профиль», предназначенный для количественной оценки основных особенностей души ребенка: психического тонуса, точности и прочности восприятия и ассоциативных процессов.

В 1912 г. А. Н. Бернштейн описал такие случаи раннего слабоумия, «когда больные рождаются на свет с готовой болезнью». Г. Я. Трошин в книге «Антропологические основы воспитания. Сравнительная психология нормального и ненормального» (1915) показал разницу между олигофреническим и постпсихотическим слабоумием. Эти расстройства он анализировал сравнительно-возрастным методом.

В. А. Гиляровский исследовал порэнцефалию при идиотии (1908), доказав ее травматическое и сосудисто-воспалительное происхождение, занимался положением «ненормальных детей в России» (1915), «лечением и призрением душевнобольных и дефективных детей» (1919), открыл клинику для психически больных детей (1922). В своем руководстве он описал олигофрению, шизофрению, маниакально-депрессивный психоз и эпидемический энцефалит у детей. Он и его ученики А. И. Винокурова, В. П. Кудрявцева, В. Н. Русских, Т. П. Симеон и др. своими трудами заложили основы отечественной детской психиатрии.

М. О. Гуревич (1927) опубликовал первый в нашей стране учебник по психопатологии детского возраста. В России он и его сотрудники - Н. И. Озерецкий, Е. А. Осипова, Г. Е. Сухарева - основатели детской психиатрии. В эти годы детских психиатров было еще очень мало, в связи с этим, как уже было сказано, детскую психопатологию формировали педиатры и педагоги, работавшие с аномальными детьми. Именно этим можно объяснить три-направ-ления в развитии отечественной детской психиатрии.

Одно направление было тесно связано с педологией и дефектологией. Это направление не было успешным, так как не обеспечивалось общепсихиатрической основой, развивалось без достаточной клинической базы, хотя и обогащалось экспериментально-психологическими исследованиями. Его представители рассматривали большинство отстающих детей как необратимо дефектных.

Другое —связанное с общей психиатрией —было более плодотворным в связи со скрупулезным изучением симптоматики и динамики болезней, сосредоточением не столько на дефекте поражения, сколько на сохранившихся структурах психики, а также из-за осознания того, что у больных детей обратимые состояния встречаются чаще, чем стойкие.

Третье направление, обязанное своим происхождением педиат-
рии, чаще и лучше других увязывало нервно-психические рас-
стройства детей с соматической патологией и видело обратную за-
висимость —соматизацию нервно-психических заболеваний в дет-
ском возрасте. Становление детской психиатрии находилось в
зависимости от степени изученности соматического здоровья де-
тей, понимания педиатрами психических расстройств при телес-
ных заболеваниях, с одной стороны, и приближения психиатриче-
ской помощи к населению, с другой.
 v

В 1920—-е годы одной из самых важных задач детской медицины была проблема соматических заболеваний и психических расстройств при них. Изучению последних при пороках сердца, ревматизме, кори, дизентерии, гриппе, туберкулезе, токсоплазмозе, сифилисе, менингоэнцефалитах, дистрофии и др. посвятили свои исследования Н. Н. Боднянская (1936), М. О. Гуревич (1925), С. С. Мну-хин (1945), Н. И. Озерецкий (1934), Е. А. Осипова (1934), Т. П. Сим-сон (1924), Г. Е. Сухарева (1928) и др.

В 1950—-е годы превалировали исследования у детей рези-дуально-органических психических расстройств, что определялось трудностями их диагностики, отсутствием эффективного лечения и в связи с этим частым возникновением инвалидизирующих нарушений. Большую роль в приоритете этих исследований сыграла невозможность в то время изучения генетических и психологических аспектов -психических заболеваний. Последствиям перенесенных менингоэнцефалитов, травм головного мозга были посвящены работы М. О. Гуревича (1948), К. М. Кандаратской (1936), С. С. Мнухина (1935), Е. А. Осиповой (1946), М. С. Певзнер (1934), Р. А. Харитонова (1961) и др.

Значительная распространенность судорожных явлений в детстве определила интерес к ним преимущественно в 1960—-е годы. Были изучены наследственная предрасположенность, этиопа-тогенез и возрастные особенности клиники детской эпилепсии. Получены обнадеживающие результаты при лечении. Наибольший вклад в решение этих проблем внесли Г. Б. Абрамович (1972), Г. И. Берштейн (1936), А. И. Болдырев (1990), А. Г. Земская (1971), В.К.Каубиш (1965), А.М.Коровин (1984), С.С.Мнухин (1929), К. А. Новлянская (1957), М. А. Успенская (1962), Р. А. Харитонов (1961), Г. Г. Шанько (1986).

В течение всех предшествующих десятилетий неуклонно увеличивалась распространенность состояний общего психического недоразвития —стойкого инвалидизирующего недуга. Необходимость борьбы с ним требовала его многостороннего изучения. В результате были исследованы этиология, клиника психического недоразвития в зависимости от возраста и выявлены особенности динамики дефекта. Разработана проблема задержек психического недоразвития. Особенно много в этом направлении сделали Д. И. Азбукин (1936), Л. С. Выготский (1925), Л. В. Занков (1932), Е.С.Иванов (1968), Д.Н.Исаев (1965), А.Р.Лурия (1956), К. С. Лебединская (1969), В. И. Лубовский (1963), Г. С. Маринчева (1969), С. С. Мнухин (1945), М. С. Певзнер (1949), Г. Е. Сухарева (1965) и др.

Своеобразное нарушение психического развития —детский аутизм —в нашей стране долгое время понимался как проявление детской шизофрении или психопатии. Подробное изучение этиологии, клинических форм, симптоматики, способов терапии и кор-рекционной педагогики детского аутизма привели к выделению его в качестве самостоятельного синдрома [Иванов Е. С.,1997; Каган В. Е., 1976; Лебединская К. С, Никольская О. С, 1991; Мнухин С. С, Зеленецкая А. Е., Исаев Д. Н., 1967].

Очень большое практическое (из-за широкой распространенности) и не меньшее теоретическое значение имеет изучение у детей и подростков пограничных расстройств, т. е. находящихся на грани здоровья и явных психических нарушений. Пониманию нарушений поведения, развития аномальных личностей, реакций на трудную жизненную ситуацию, происхождения неврозов способствовали достижения общей психиатрии, нейрофизиологии и возрастной подход к анализу клинических фактов. Однако было бы правильнее (и это способствовало бы выработке более эффективного лечения), если бы наряду с изучением симптоматики больше внимания уделялось особенностям личности больных детей, ее формированию и участию в симптомообразовании. Несмотря на несоблюдение в первое время этих основных условий, отечественные детские психиатры: А.И.Захаров (1971), В. И. Гарбузов (1966), В. А. Гурьева (1968), Е. И. Кириченко (1974), В. В. Ковалев (1968), М.В.Коркина (1959), А.Е.Личко (1973), Т. П. Симеон (1934), Е.Е. Сканави (1934), Г.Е.Сухарева (1934), Г.К.Ушаков (1958) и др.- достигли значительных успехов.

За последнее время (1980-90-е годы) на передний план выдвинулась проблема аддиктивного поведения (злоупотребления веществами, изменяющими психическое состояние), тесно связанная с саморазрушающим поведением, и разные формы психической зависимости (алкоголизм, токсикомания и наркомания). Наиболее заметный вклад в изучение аддиктивного поведения и зависимости от психоактивных веществ у подростков и детей внесли В. С. Битенский (1988), Н. Е. Буторина (1978), В. Я. Гиндикин (1980), В. Т. Кондратенко (1988), А.Е.Личко (1976), И. Н. Пятницкая (1971), П. И. Сидоров (1976).

Шизофрения и аффективный (маниакально-депрессивный) психоз у детей и подростков встречаются редко и потому в психиатрической практике занимают небольшое место. Однако инвали-дизация большинства больных, необычные и нередко опасные проявления детской шизофрении послужили причиной интенсивного ее изучения. Сыграло роль и желание сравнить ее с шизофренией взрослых. В результате очерчены границы детской и подростковой шизофрении, разработана классификация, описаны возрастные особенности, предложено лечение. Наибольший вклад в этом направлении сделан В. М. Башиной (1980), М. Ш. Вроно (1971), А.Е.Личко (1989), В. Н. Мамцевой (1979), Т. П. Симеон (1948), Г. Е. Сухаревой (1937). Такому же серьезному изучению маниакально-депрессивного психоза мешало представление о невозможности его возникновения у детей и подростков. Однако оказалось, что этот психоз в детско-подростковой популяции встречается нередко, но не распознается из-за его атипичного протекания в форме соматических или поведенческих эквивалентов. Все же попытки изучения аффективных психозов у детей и подростков делались [Дмитриева И. В., 1974; Иовчук Н. М., 1986; Лапи-дес М. И., 1940; Ломаченков А. С, 1968; Мнухин С. С, 1940; Сосю-кало О. Д., Ермолина Л. А., Волошин В. М., 1988].

Последние десятилетия в связи с большим сближением психиатрии с общей медициной ознаменовались повышенным интересом к психосоматическим расстройствам (болезням адаптации). Выяснилось, что происхождение этих болезней определяется не одними психотравмирующими обстоятельствами, а многими факторами, их симптоматика полиморфная, стойкая, а успех лечения возможен лишь при изучении отношения личности к болезни в содружестве педиатра и психотерапевта. Из изучения психосоматических отношений у детей и подростков сделан радикальный вывод: в происхождении, течении и лечении практически всех заболеваний участвуют накапливающиеся отрицательные эмоции, из чего следует необходимость психосоматического подхода (выявления этих факторов) при любой патологии. В разработке этого нового направления участвовали Д. Н. Исаев (1976), М. В. Коркина с сотр. (1963), В. И. Крылов (1992), Б. Е. Микиртумов (1985), А. А. Северный (1984) и др.

В настоящее время большое достижение детской психиатрии - возобновившийся после Т. П. Симеон, изучавшей нервно-психические расстройства раннего возраста (1924), интерес к этой проблеме. Это направление позволяет изучать ребенка как часть диады, совместно с матерью, и тем самым лучше понимать факторы, влияющие на формирование психики, и воздействовать на семью при наличии отклонений, что сулит большие возможности для психопрофилактики и лечения. К числу наиболее интересных работ в этом направлении относятся исследования Л. Т. Журбы, Е. М. Мастюковой (1981), Е. И. Кириченко (1982), И. А. Козловой (1967), Г. В. Козловской (1995), Н. В. Римашевской (1989).

Приведенный обзор показывает, что еще в начале века не было отечественной детской психиатрии. За сто лет, опираясь на достижения многих дисциплин, и в первую очередь на общую психиатрию, педиатрию, педологию детскую психологию и др., она прошла путь от собирания фактов до формирования собственных представлений и обобщающих теорий. Сегодня, будучи самостоятельной наукой, детская психиатрия вносит большой вклад в создание служб психического здоровья, предупреждение психических заболеваний и их лечение, продолжая в то же время проникать в суть психических расстройств и отклонений в развитии.

f?1 Темы для самостоятельной работы

1. Первые работы в области изучения психических заболеваний у детей. 2. Основные направления в развитии детской психиатрии. 3. Первые организаторы психиатрической службы. 4. Организация помощи умственно отсталым. 5. Вклад психиатров в развитие детской психиатрии. 6. Роль психологов и педологов в развитии учения о психических болезнях детства. 7. Основные проблемы детской психиатрии и их разработка. 8. Хронологические этапы формирования детской психиатрии.

|ВД) Рекомендуемая литература

Александер Ф., Селесник Ш. Человек и его душа.—М.: Прогресс, 1995. Гиляровский В. А. Психиатрия.—М., 1954. КаннабихЮ.В. История психиатрии.—М.: Госмедгиз, 1928. Ковалев В. В. Психиатрия детского возраста.—М.: Медицина, 1995.-С. 5-12.

Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В. Социодинамигескаяпсихиатрия.—М.: Ака-демигеский проект, 2000.- С. 8—.

Озерецкий Н. И. Психопатология детского возраста.- Л., 1938.

Руководство по психиатрии/ Под ред. Г. В. Морозова. В 2 т.- М.: Медицина, 1988.- С. 24-51.

Руководство по психиатрии/ Под ред. А. В. Снежневского. В 2 томах.—М.: Медицина, 1983.

Сухарева Г. Е. Клинические лекции по психиатрии детского возраста.—М.: Медицина, 1955.

Ушаков Г. К. Детская психиатрия.- М.: Медицина, 1973.- С. 12-32.

Юдин Т. И. Очерки истории отечественной психиатрии.—М.: Медгиз, 1951.

Глава 2 ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ПСИХОПАТОЛОГИИ ДЕТСКОГО ВОЗРАСТА

Детская психиатрия —клиническая дисциплина, изучающая этиологию, патогенез, клинику, распространенность детских и подростковых психических заболеваний, разрабатывающая методы их клинической и лабораторной диагностики, вопросы прогноза, профилактики, критерии экспертизы, порядок проведения социальной реабилитации.

Детская психопатология —раздел детской психиатрии, изучающий общие закономерности и развитие детских и подростковых психических заболеваний, психопатологических процессов и состояний, а также особенности наблюдаемых при них симптомов и синдромов.

Психигеская болезнь —это заболевание всего организма с преимущественным поражением мозга и нарушением мозговой деятельности. П. Б. Ганнушкин (1924) уточняет: «Душевная болезнь связывается с состоянием всего организма, с врожденной конституцией индивидуума, с состоянием его обмена веществ, с функционированием эндокринной системы, наконец, с состоянием нервной системы, как цереброспинальной, так и вегетативной».

При психической болезни извращается, нарушается отражательная деятельность, что ведет к нарушению познания. Она выражается в искаженном, неправильном, неадекватном восприятии и осмыслении объективной действительности, влечет за собой неправильное поведение больного, затруднение приспособления к среде, в которых чаще всего и проявляется.

Распознавание психических расстройств и последующее их лечение, а также реабилитация (абилитация) больных требуют более точного, дифференцированного подхода к нарушениям психики. С этой целью используются понятия болезни (нозос) и патологии (патос).

Болезнь (нозос) —болезненный процесс, динамическое, текущее образование. Она в связи с определенным комплексом факторов имеет нозологическую специфичность, типичный для нее механизм возникновения, стереотип развития, течения, склонность к прогредиентности, эволюции или регрессу. От психического здоровья к болезни существует скачок, т. е. новая качественная ступень. Примерами болезни (нозоса) в психиатрии являются шизофрения, соматогеннный и инфекционный психоз.

Патология (патос) —патологическое состояние, стойкое изменение, результат патологических процессов или порок, отклонение развития. Это состояние - патологическое образование, не склонное к каким-либо существенным трансформациям, не имеющее определенных этиологических факторов и патогенетических механизмов, а также обладающее устойчивостью, резистентностью по отношению к терапии, стабильностью. От болезни к патологическому состоянию —плавный, иногда незаметный переход от одного состояния к другому. Иллюстрацией того, что такое патос (патологическое состояние), могут быть отклонения в развитии (умственная отсталость, общее недоразвитие речи, инфантилизм), психопатия (расстройства формирования личности), дефектные состояния, возникающие как следствие психозов (шизофрении), мозговых инфекционных заболеваний (энцефалитов), травматических повреждений мозга. Для того чтобы диагностировать психическое состояние, необходимо констатировать, что психопатологический синдром не развивается и не регрессирует в течение более 6 месяцев.

В описанные понятия «нозос» и «патос» не укладываются все обнаруживаемые расстройства. Так, например, кратковременное, продолжающееся не более 6 месяцев изменение психики называется психигеской реакцией. К такого рода реакциям относятся эпилептическая реакция, которая может возникнуть у ребенка во время заболевания, протекающего с очень высокой температурой тела, или невротическая реакция, возникшая при столкновении ребенка с трудными жизненными обстоятельствами (разлука с родителями).

Психигеское развитие —патологический процесс с внутренними, т. е. определяемыми этим процессом, закономерностями симптомообразования. К этому типу нарушений относится, например, невротическое (истерическое, ипохондрическое, астеническое) развитие, т. е. изменения личности, развивающиеся у индивида в процессе длительно протекающего или не поддающегося терапии невроза.

При обнаружении отклонений в психике у ребенка работающий с ним психолог (педагог) может заподозрить различные расстройства —психоз, если предполагает серьезные нарушения, или невроз (эмоциональные, поведенческие нарушения), если считает их легкими. Однако для таких диагностических предположений, которые необходимы для оценки социально значимых сторон деятельности индивида, требуются твердые знания того, в чем особенности этих расстройств психики.

Психоз —тяжелое нарушение психики, характеризующееся неадекватностью реакций, нарушением отражения окружающего, исчезновением критики к своим поступкам, неспособностью осмысления происходящего, неспособностью руководить собой, своими действиями и психическими проявлениями. Иными словами, психоз проявляется нарушением сознания, грубыми изменениями личности или дезинтеграцией всей психической деятельности.

Непсихотигеские расстройства (например, невроз) —это симптомы и синдромы, сопровождающиеся критикой, адекватной оценкой окружения, а поведение больного, страдающего этими расстройствами, соответствует социально принятым нормам.

Диагностика психических расстройств не может быть точной без понимания типа реагирования личности и организма на ту или иную вредность. Это важно не только для определения необходимого терапевтического вмешательства, но и для прогноза возникшего психического нарушения.

Экзогенный тип психического реагирования —психические реакции, заболевания, состояния, развитие, своим происхождением обязанные органическим поражениям головного мозга. Органические поражения мозга —вредности (черепно-мозговые травмы, опухоли, сосудистые и инфекционные заболевания мозга, интоксикации), непосредственно действующие на мозг. Наиболее характерные клинические проявления: судорожный синдром, психоорганический синдром, амнестический синдром, синдромы расстроенного сознания.

Психогенный тип психического реагирования —психические реакции, заболевания и развитие, возникающие при переживании трудных (разрушение семьи, измена близкого человека и т. д.) или катастрофических (пожар, землетрясение, дорожно-транспортное происшествие) жизненных обстоятельств. Примером этого типа реагирования может быть псевдодементный синдром, нередко возникающий у подростков, находящихся под угрозой потерять свой социальный статус.

Эндогенный тип психического реагирования —психические реакции, заболевания, состояния и развитие, причиной которых являются внутренние (эндогенные), наследственно-конституциональные факторы. Наиболее типичный пример этого типа реагирования —передача по наследству (через гены или хромосомы) предрасположения или самого заболевания (шизофрения, некоторые формы эпилепсии, умственная отсталость, связанная с нарушениями метаболизма или зависящая от хромосомных аберраций). Очень характерен для этого типа реагирования синдром психического автоматизма.

Приводя эти традиционно выделяемые типы реагирования, следует сказать, что в чистом виде эти реакции встречаются не часто. Наиболее вероятно возникновение экзогенного или психогенного типа реагирования на фоне неблагоприятной наследственности или своеобразной конституции (совокупности относительно устойчивых анатомических и функциональных свойств человека, обусловленных наследственностью, а также длительным влиянием

окружающей среды). В то же время возникновение эндогенных реакций, как правило, определяется провокацией экзогенными факторами (инфекционными заболеваниями, травматическими поражениями мозга, интоксикациями). Естественно, клиническая картина в этих случаях несет черты и эндогенного, и экзогенного типов реагирования. Это обстоятельство необходимо учитывать, в частности, потому, что такое сочетание приводит к изменению классических клинических форм реагирования, затруднению диагностики и повышению резистентности в отношении применяемой терапии. Действительно, в последнее время все больше и больше встречается таких экзогенных типов реакций, которые напоминают эндогенные. Они получили название эндоформных синдромов, или клинических картин, и во многих случаях протекают менее благоприятно.

Течение психических заболеваний. Непрерывное теъе-ние —неуклонное нарастание и усложнение психических расстройств (соматогенный психоз).

Приступообразное тегение —чередование приступов заболевания и промежутков, свободных от болезненных проявлений (аффективные психозы).

Смешанное тегение —нарастание изменений личности, на фоне которого эпизодически возникают обострения (сдвиги) заболевания. После каждого сдвига появляются все более выраженные изменения личности (шизофрения).

Волнообразное тегение проявляется периодами ослабления или исчезновения симптоматики, однако в дальнейшем под влиянием дополнительных факторов появляются ранее исчезнувшие проявления болезни, обычно в форме новых нарастающих симптомов и синдромов (невротические расстройства).

Пароксизмалъное тегение —остро возникающие кратковременные приступы заболевания (эпилепсия).

Прогредиентное тегение —постепенное нарастание и усложнение симптоматики с появлением стойких психических нарушений (шизофрения).

Регредиентное тегение —с каждым последующим приступом заболевания сокращается число синдромов и симптомов, ослабляется и исчезает бывшая ранее симптоматика (психические расстройства при черепно-мозговых травмах).

Как уже указывалось, исход психического заболевания может быть различным. Неблагоприятно протекающее заболевание может завершиться дефектом —продолжительным, стойким нарушением —одной (познавательной, аффективной) из психических сфер или общим нарушением формирования психики (слабоумие вследствие энцефалита).

Выздоровление является полным восстановлением организма после возникших в процессе психического заболевания рас-

2 Зак. 4344

 33

стройств. Вопреки существующим заблуждениям именно выздоровление —наиболее частый исход психических расстройств. Однако вероятность полного выздоровления находится в зависимости от преморбидного (доболезненного) состояния индивида. В тех случаях, когда психическая реакция или заболевание возникает на фоне отягощенного преморбида (умственная отсталость, психопатия, перенесенная в прошлом черепно-мозговая травма), степень восстановления психических функций будет зависеть от выраженности остаточных явлений после ранее перенесенной вредности или от тяжести психического состояния, имевшегося до заболевания.

Третий вариант исхода — переход в хронигеское состояние, в течение которого продолжают оставаться хотя и менее выраженные, но преобладающие в клинической картине продуктивные симптомы.

Продуктивные симптомы —выражение деятельности неповрежденных слоев нервной системы, они отражают относительно неспецифическую реакцию организма на этиологические факторы, вызвавшие заболевание. Это кагественно новые, связанные с возникновением заболевания психигеские проявления, которые в то же время не могут быть возрастными особенностями больного. К этим симптомам относятся астенические, депрессивные, маниакальные, навязчивые, галлюцинаторные, бредовые, кататони-ческие и др. проявления психических реакций, болезней, состояний.

Негативные симптомы —симптомы, вызванные самим патологическим процессом и связанные с этиологическим фактором. В связи с этим в большинстве случаев они отражают нозологическую специфику заболевания; таким образом, их выявление облегчает диагностику. К негативным симптомам относятся следующие: истощаемость психических процессов, субъективно осознаваемая измененность «Я», дисгармония личности, снижение энергетического потенциала, снижение уровня личности, регресс личности, амнестические расстройства, тотальное слабоумие.

Особенность детского организма —непрерывный и неравномерный процесс созревания структур и функций всего организма. Это характерно, как указано выше, и для развития психики, формирующейся в процессе взаимодействия со средой. Возникающие нарушения при психических заболеваниях —в значительной степени результат расстройства биологического и/или психического созревания. В связи с этим методологический подход к изучению нервно-психических заболеваний должен быть эволюционно-ди-намическим (онтогенетическим). Этот подход к анализу нервно-психических заболеваний был впервые разработан Г. Модели, X. Джексоном. Физиологический фундамент он получил в работах И. М. Сеченова.

Другой принцип, на котором строится клинический анализ в детской психопатологии, —единство биологического и социального в человеке в процессе формирования личности (В. Н. Мяси-щев). Социально-психические явления (сознание, свойства личности, характер, некоторые бессознательные явления) непрерывно взаимодействуют с природно-психическими явлениями (темпераментом, инстинктами, влечениями, потребностями). Природно-психическое в человеке - непосредственное отражение нейрофизиологических процессов в организме человека. В процессе эволюции человека и общественного развития природно-психическое все больше и больше опосредуется социально-психическим. В онтогенезе человека это повторяется: преобладающие в психике ребенка раннего возраста элементарные потребности в еде, сне, примитивные эмоции удовольствия-неудовольствия с возрастом оттесняются и поглощаются социально-психическими явлениями. Ведущая роль в этом движении принадлежит воспитанию в широком смысле слова.

В процессе развития психического заболевания существенно изменяются взаимоотношения биологического и социального. Временно или на более продолжительный период усиливаются природно-психические явления. Примером этого могут быть, в частности, расторможение влечений при психопатоподобных состояниях. Другой пример —регресс психики на более ранний уровень развития при органических заболеваниях, шизофрении, а иногда и при психогенных (истерических) расстройствах. В этих случаях появляются двигательные стереотипии, эхопраксии, эхолалии, моторные автоматизмы, утрата двигательных навыков, возвращение лепетной речи, утрированная боязливость.

Дизонтогенез. Еще один вид разлада между психическим и социальным, который может лежать в основе возникновения некоторых симптомов —различные типы общего и психического дизонтогенеза [Ковалев В. В., 1979]. Психический дизонтогенез выражается в различных нарушениях темпа, сроков развития психики в целом и отдельных ее частей, а также в нарушении соотношения компонентов развивающейся психики ребенка и подростка. Психический дизонтогенез может быть детерминирован биологическими (генетическими и экзогенно-органическими) или неблагоприятными микросоциальными и психологическими воздействиями. Биологические факторы участвуют в формировании нервно-психического состояния, взаимодействуя с факторами социально-психологической среды, а вызванные средовыми воздействиями отклонения психики в своей основе имеют механизм перехода социально-психического через природно-психическое в нейродинамические изменения.

Психический дизонтогенез в форме задержанного или искаженного (диспропорционального) развития психики может быть основой доманифестной (до развертывания выраженных симптомов) шизофрении (Т. Е. Сухарева) или ее сутью (Л. Бендер).

Шизофренигеасие нарушения развития (дизонтогенез) М. Ш. Вро-но (1979) систематизирует, например, следующим образом:

  1.  Шизофренический дизонтогенез генетического происхождения, чаще всего проявляющийся аутизмом или аутистической психопатией. Биологическое происхождение его —либо скрытое течение шизофренического процесса, либо самый его начальный этап, либо постпроцессуальный дефект.
  2.  Олигофреноподобный дефект при злокачественном течении детской шизофрении.
  3.  Регресс речи и поведения при неблагоприятно, но не злокачественно протекающей шизофрении. Уровень функционирования психики в сравнении с доманифестным периодом постоянно в течение шизофренического процесса снижается, тогда как при оли-гофреноподобном дефекте, раз возникнув, остается неизменным.
  4.  Психофизический инфантилизм, связанный с относительно благоприятно протекающими формами шизофрении, характеризуется незрелостью, главным образом, эмоционально-волевой сферы. Он неравномерен, сочетается с аутизмом и другими шизофреническими изменениями личности.

Эти типы дизонтогенеза —различные варианты асинхронии развития, т. е. сосуществования задержки своевременного развития одних функциональных систем и обгоняющего развития других систем.

Другой вариант дизонтогенеза —ретардация [Ушаков Г. К., 1973] —задержка своевременного развития или созревания одной или нескольких функциональных систем организма. Определяется ретардация по отставанию развития системы от паспортного, биологического или психического возраста. В патогенезе психических заболеваний детского возраста могут участвовать механизмы общей и парциальной ретардации развития. Примеры ретардации: умственная отсталость, задержка психического развития, включая общий и частичный (парциальный) психический инфантилизм. В перечисленных случаях имеет место запаздывание перехода (оформления) природно-психических функциональных систем в более сложные социально-психические образования, что приводит к недостаточности последних, при этом больше всего страдают познавательные функции. От степени недоразвития нейрофизиологических механизмов зависит формирование психосоциальных образований, причем процесс социализации обычно выявляет потенциальные возможности высшей нервной деятельности и способствует облегчению развития компенсаторных механизмов.

В. В. Ковалев различает эволютивные и процессуальные формы психического дизонтогенеза. К числу первых относятся состояния психического недоразвития, психический инфантилизм, невропатия, психопатии, являющиеся следствием разных типов нарушения развития психики. Ко вторым —олигофреноподобные, психопатоподобные состояния, возникающие в ходе шизофрении, экзогенно-органических заболеваний (энцефалиты), а' также процессуальный инфантилизм.

В основе формирования дизонтогенетических симптомов лежит задержка, замедление, остановка или искажение развития нервно-психических функций. К дизонтогенетическим симптомам относятся отставание развития познавательных функций при умственной отсталости, симптомы недоразвития и задержки речи, проявления задержки психомоторных функций: «моторная де-бильность» (Дюпре), «моторный инфантилизм» (Гомбургер), це-ребеллярно-двигательная, экстрапирамидная, фронтальная моторная недостаточность [Гуревич М. О., 1932]. Дизонтогенетические симптомы, связанные с механизмом искажения развития психики,- это главным образом различные проявления диспропорционального [Сухарева Г. Е., 1959] развития темперамента, влечений, инстинктивных потребностей и эмоционально-волевых свойств формирующейся личности при невропатии, детском аутизме, психопатиях.

Дизонтогенетические симптомы не являются специфичными и характеризуют период онтогенеза, в котором произошло повреждение структуры или тяжелое нарушение функции развивающегося мозга. Не все дизонтогенетические симптомы являются стойкими. Некоторые из них отличаются преходящим характером.

Наряду с проявлениями дизонтогенеза, задерживающими формирование нормальной психики, наблюдаются и явления акселерации. В этом случае формирующаяся функциональная система или несколько систем отличаются тем, что развиваются и созревают более быстрыми темпами, чем в норме. Ускоренное половое созревание, например, способно повлиять (сделать его более злокачественным, тяжелым)- на течение таких заболеваний, как шизофрения, эпилепсия и т. д. Акселерация ускоряет появление первых симптомов шизофрении и способствует ее обострению в периоды ремиссии. У ребят-акселератов чаще встречается острое или подострое начало заболевания и в дальнейшем большая вероятность приступообразно-прогредиентного течения, аффективных нарушений, сенестопатически-ипохондрических и дисморфофоби-ческих проявлений [Сосюкало О. Д., Большаков А. Г., Кашнико-ва А. А., 1978.].

КЛАССИФИКАЦИЯ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ

Классификации психических расстройств отражают в краткой форме достижения психиатрии, методологию этой науки, перспективы ее развития, теоретические основы и практические подходы.

Одни классификации предназначаются для теоретических, другие —для клинико-диагностических, а третьи - для статистических целей. Принципы, на которых строились систематики, по мере развития психиатрии менялись. Первоначально они основывались на преобладающих психопатологических проявлениях, т.е. по синдромологическому принципу.

Классификация В. Morel (1857) пронизана идеями о вырождении (дегенерации), согласно которым синдромы, отмечаемые у родственников, утяжеляются из поколения в поколение.

W. Grisinger (1867) в своей систематике различные психопатологические проявления рассматривал как стадии одного и того же единого психоза.

Е. Krepelin (1899) создал нозологическую классификацию, в которой впервые появились психические болезни, имеющие определенную этиологию, динамику развития клинической картины и исход. Эта систематика с учетом национальных особенностей наук стала прототипом клинических классификаций нервно-психических заболеваний в нашей и некоторых других европейских странах. Нозологические систематики нередко критикуются на том основании, что сегодня неизвестны причины почти всех психических расстройств, а потому и невозможно их группировать, основываясь на том, что еще не открыто. Другой упрек этому подходу —чрезмерное увлечение клиническими описаниями в ущерб изучению личности, ее истории развития и ее участию в болезненном процессе.

A. Meyer (1922) выявлял типы реакций личности (эргазии), являющиеся результатом приспособления к определенным условиям жизни, и вместо болезней группировал их. Американские классификации психических болезней были основаны на этих идеях. Эти систематики основаны на антинозологических позициях, при которых размываются границы между нормой и патологией. В них не делается различий между основными и сопутствующими факторами, участвующими в возникновении психических расстройств, многими психиатрами они оцениваются скептически.

Международная классификация психических расстройств детского возраста. В 1969 г. создана первая международная классификация психических расстройств детского возраста [Rut-terM., LeboviciS., EisenbergL. et al.]. В ней предложена трехосевая классификационная схема, где первая ось — клинигеский психи-атригеский синдром, вторая ось — интеллектуальный уровень, третья ось —сопутствующие или этиологигеские факторы. Несовершенство этой систематики видят в отсутствии связи с классификацией психических заболеваний взрослых, в недостаточной клинической дифференцированное™ и разграничении ряда рубрик [Ковалев В. В., 1995]. В следующей классификации детских психических расстройств [Rutter М., Shaffer D., Shepherd М., 1975] были учтены замечания и введена четвертая ось - биологигеских факторов. В 1988 г. была предложена еще одна - пятая о с ь -психосоциалъная. Таким образом, классификация детских психических расстройств стала многоосевой.

Первая ось — клинигеский психиатриъеский синдром.

  1.  Нормальные отклонения,
  2.  Адаптационные реакции.
  3.  Специфические расстройства развития.
  4.  Поведенческие расстройства.
  5.  Невротические расстройства.
  6.  Психозы.
  7.  Расстройства личности.
  8.  Психосоматические расстройства.
  9.  Другие клинические синдромы.
  10.  Проявления легких психических отклонений.

Вторая ось — интеллектуальный уровень.

  1.  Нормальные варианты интеллекта.
  2.  Легкая отсталость.
  3.  Умеренная отсталость.
  4.  Тяжелая отсталость.
  5.  Глубокая отсталость.
  6.  Отсталость, степень которой невозможно оценить.
  7.  Неизвестно, отсталый ребенок или нет.

Третья ось — биологигеские (соматигескиё) факторы.

  1.  Неневрологические состояния.
  2.  Инфекционные и постинфекционные иммунологические заболевания центральной нервной системы.
  3.  Новообразования (опухолевые) и сосудистые заболевания.
  4.  Нарушения питания и обмена веществ, поражающие центральную нервную систему.
  5.  Хромосомные аномалии.
  6.  Врожденные пороки центральной нервной системы.
  7.  Семейные наследственные и дегенеративные заболевания центральной нервной системы.
  8.  Специфические нарушения развития.
  9.  Хронические неврологические синдромы.
  10.  Нарушения органов чувств, спинного мозга и периферических нервов.

Четвертая ось — сопутствующие влияния.

Пятая ось — психосоциальная.

  1.  Нормальная психосоциальная ситуация.
  2.  Нарушенные внутрисемейные отношения.
  3.  Психические расстройства, отклонения или инвалидность у воспитателей детей.
  4.  Неадекватная или искаженная внутрисемейная коммуникация.
  5.  Плохое качество воспитания.
  6.  Нарушенное непосредственное окружение.
  7.  Неблагоприятные жизненные события.
  8.  Социальные стрессоры.
  9.  Хронические межперсональные трудности, связанные со школой или работой.
  10.  Стрессогенные события, ситуации, вызванные инвалидностью или расстройствами, имеющимися у ребенка.

В этой классификации почти не использована нозологи-чески-этиологическая ось, а заболевания заменены отдельными симптомами или группой симптомов.

Отечественная классификация детских психических расстройств. В. В. Ковалев и О. Д. Сосюкало (1984) предложили для клинико-диагностических целей классификацию, основанную на четырех осях.

  1.  Патогенетигески-динамигеская ось систематизирует психические расстройства: а) патологические реакции и неэволютивные состояния; б) нарушения психического развития и эволютивные патологические состояния; в) болезненные процессы.
  2.  Патогенетигески-уровневая ось обозначает: а) психотический уровень; б) непсихотический уровень.
  3.  Клинико-нозологигеская ось позволяет отнести психическое расстройство к тому или иному заболеванию (шизофрения, эпилепсия, органические заболевания головного мозга, психогенные заболевания головного мозга).
  4.  Клинико-синдромологигеская ось определяет синдромы заболеваний: формы шизофрении (кататоническую, гебефреническую, простую, параноидную), клинические варианты неврозов (невроз страха, истерический невроз, невроз навязчивости, астенический невроз) и т. п. К сожалению, в этой классификации не нашли места оценка интеллектуального уровня, неврологические и соматические расстройства, личностные особенности больного ребенка и социальные влияния.

Американская классификация (DSM-IV, 1994), используемая во многих странах, предназначена для систематизации психических расстройств у взрослых и детей. Она оценивает психического больного по пяти главным осям:

ось 1 —клинигеские синдромы;

ось 2 —расстройства лиъности, умственная отсталость; ось 3 —соматигеские заболевания; ось 4 —психосоциальные проблемы;

ось 5 —наивысший уровень функциональной адаптации в meze-ние истекшего года.

Из 17 разделов DSM-IV первый посвящен расстройствам младенческого, детского или подросткового возраста. Он состоит из 10 подразделов:

  1.  умственная отсталость;
  2.  расстройства обучения;
  3.  расстройство развития моторных навыков;
  4.  расстройства общения;
  5.  общие расстройства развития;

  1.  расстройство с дефицитом внимания и расстройство с деструктивным поведением;
  2.  расстройства пищевого поведения в младенчестве и в раннем детстве;

  1.  расстройства в виде тика;
  2.  расстройства, связанные с выделениями организма;

10) другие расстройства младенческого, детского или подрост-
кового возраста.

Одна из задач этой диагностической системы —создание облегчающего диагностику инструмента связи как между специалистами, участвующими в лечении, воспитании и коррекционной педагогике, так и между учреждениями. Другая важная задача —способствовать целостному подходу к анализу психических расстройств у детей на основе многоосевой систематики.

Международная систематика болезней взрослых и детей (МКБ-10, 1992) и в частности, ее пятая, или F, глава, создана для унификации (в клинических, образовательных и служебных целях) диагнозов психических расстройств в разных странах. Основное ее назначение —статистический учет заболеваний, необходимый для организации служб помощи психическим больным. Она используется также для сравнения заболеваемости в разных регионах одной страны или в различных государствах, что может улучшить выяснение причин психических расстройств. В десяти разделах пятой главы МКБ-10 психическая патология представлена не болезнями, а синдромами, исключение составляют лишь де-менции и употребления психоактивных веществ. Из-за этих ее особенностей она адаптируется для применения в клиниках нашей страны. Психические расстройства, характерные для детского и подросткового возраста, группируются в разделах F80—F89 (нарушения психологического развития) и F90—F98 (поведенческие и эмоциональные расстройства, начинающиеся обычно в детском и подростковом возрасте). Некоторые расстройства, кодируемые в других разделах, могут возникать почти в любом возрасте, и их коды могут использоваться и у детей, и у подростков. Примерами могут служить расстройства пищевого поведения (F50), сна (F51) и половой идентификации (F64). Кроме того, для кодирования психических расстройств используются рубрики и других глав. Например, при наличии, у ребенка припадков могут быть использованы рубрики G40, при страдании головными болями - рубрики G43—G44 из седьмой(С) главы. Здесь полностью приводятся разделы F80-F89 и F90-F98.

F8 НАРУШЕНИЯ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

F80 Специфические расстройства развития речи

F80.0 Специфические расстройства артикуляции речи F80.1 Расстройство экспрессивной речи F80.2 Расстройство рецептивной речи

F80.3 Приобретенная афазия с эпилепсией (синдром Ландау-Клеффнера)

F80.8 Другие расстройства развития речи

F80.9 Расстройства развития речи, неуточненные

F81 Специфические расстройства развития школьных навыков

F81.0 Специфическое расстройство чтения

F81.1 Специфическое расстройство спеллингования

F81.2 Специфическое расстройство навыков счета

F81.3 Смешанное расстройство школьных навыков

F81.8 Другие расстройства школьных навыков

F81.9 Расстройство развития школьных навыков, неуточненное

F82 Специфическое расстройство развития двигательных функций

F83 Смешанные специфические расстройства

F84 Общие расстройства развития

F84.0 Детский аутизм F84.1 Атипичный аутизм F84.2 Синдром Ретта

F84.3 Другое дезинтегративное расстройство детского возраста F84.4 Гиперактивное расстройство, сочетающееся с умственной отсталостью и стереотипными движениями F84.5 Синдром Аспергера F84.8 Другие общие расстройства развития F84.9 Общее расстройство развития, неуточненное

F88 Другие расстройства психологического развития

F89 Неуточненное расстройство психологического развития

F9 ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ И ЭМОЦИОНАЛЬНЫЕ РАССТРОЙСТВА, НАЧИНАЮЩИЕСЯ ОБЫЧНО В ДЕТСКОМ И ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ

F90 Гиперкинетические расстройства

F90.0 Нарушение активности внимания F90.1 Гиперкинетическое расстройство поведения F90.8 Другие гиперкинетические расстройства F90.9 Гиперкинетическое расстройство, неуточненное

F91 Расстройства поведения

F91.0 Расстройство поведения, ограничивающееся условиями семьи F91.1 Несоциализированное расстройство поведения

F91.2 Социализированное расстройство поведения

F91.3 Оппозиционно-вызывающее расстройство

F91.8 Другие расстройства поведения

F91.9 Расстройство поведения, неуточненное

F92 Смешанные расстройства поведения и эмоций

F92.0 Депрессивное расстройство поведения

F92.8 Другие смешанные .расстройства поведения и эмоций

F92.9 Смешанное расстройство поведения и эмоций, неуточненное

F93 Эмоциональные расстройства, специфические для детского возраста

F93.0 Тревожное расстройство в связи с разлукой в детском возрасте F93.1 Фобическое тревожное расстройство в детском возрасте F93.2 Социальное тревожное расстройство в детском возрасте F93.3 Расстройство сиблингового соперничества F93.8 Другие эмоциональные расстройства детского возраста F93.9 Эмоциональное расстройство детского возраста, неуточненное

F94 Расстройства социального функционирования с началом, специфическим для детского возраста

F94.0 Элективный мутизм

F94.1 Реактивное расстройство привязанности детского возраста F94.2 Расторможенное расстройство привязанности детского возраста F94.8 Другие расстройства социального функционирования детского возраста

F94.9 Расстройство социального функционирования детского возраста, неуточненное

F9S Тикозные расстройства

F95.0 Транзиторное тикозное расстройство

F95.1 Хроническое двигательное или голосовое тикозное расстройство F95.2 Комбинированное голосовое и множественное двигательное

тикозное расстройство (синдром де ля Туретта) F95.8 Другие тикозные расстройства F95.9 Тикозное расстройство, неуточненное

F98 Другие поведенческие и эмоциональные расстройства, начинающиеся обычно в детском и подростковом возрасте

F98.0 Неорганический энурез

F98.1 Неорганический энкопрез

F98.2 Расстройство питания в младенческом возрасте

F98.3 Поедание несъедобного (симптом пика) в младенчестве и детстве

F98.4 Стереотипные двигательные расстройства

F98.5 Заикание

F98.6 Речь взахлеб

F98.8 Другие специфические поведенческие и эмоциональные расстройства, начинающиеся обычно в детском и подростковом возрасте

F98.9 Неуточненные поведенческие и эмоциональные расстройства, начинающиеся обычно в детском и подростковом возрасте

F99 Психическое расстройство без других указаний

В заключение следует подчеркнуть, что без знания классификационных рубрик систематик и понимания их содержания невозможно овладеть элементами детской психопатологии, уметь правильно оценивать психическое состояние детей и плодотворно обсуждать их проблемы со всеми, кто воспитывает и защищает их интересы.

ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ДЕТСКОЙ ПСИХИАТРИИ И ЕЕ СВЯЗЬ С ДЕФЕКТОЛОГИЕЙ И ДРУГИМИ НАУКАМИ

Детская психиатрия родилась как самостоятельная наука, ответвившись от общей психиатрии. Однако такое ее происхождение стало возможным лишь после того, как психология, с одной стороны, а педиатрия, с другой —доказали принципиальные отличия детского организма и психики. Изучение детских психических расстройств продолжается в тесной связи с достижениями многих наук.

От общей психопатологии детская психиатрия получила накопленный опыт описания симптомов и синдромов душевных расстройств и механизмов их возникновения, а от частной психиатрии —опыт изучения происхождения, течения, диагностики и лечения. Свою лепту в эффективность новой специальности внесли психофармакология (лечение душевных расстройств медикаментами) и психотерапия (воздействие на психику и через психику на организм больного). Достижения детской психологии используются для понимания своеобразия психопатологии детской личности, отличающейся своими возрастными особенностями и реакциями на средовые ситуации от взрослых. Педагогика (педология) обогатила психопатологию своими достижениями в области изучения ребенка (например, экспериментально-психологическими методами). Детская психопатология особенно тесно связана с дефектологией (специальной педагогикой) —наукой о закономерностях развития, воспитания и обучения детей, имеющих физические и психические недостатки. Взаимодействие специалистов по детской психопатологии с дефектологами происходит в разных сферах их деятельности и в различных направлениях.

Во-первых, на основе знаний о симптомах и синдромах состояний умственной отсталости, детского церебрального паралича, нарушений развития речи и органов чувств у детей эта патология выявляется с тем, чтобы педагоги могли участвовать в абилитации этих детей. Так, например, при обнаружении отставания в развитии речи, самообслуживания, игровых навыков у ребенка дошкольного возраста родители, как правило, по направлению педиатра обращаются именно к детскому психиатру (психопатологу). В его компетенцию входит решить, действительно ли отставание ребенка является патологией, или это отклонение темпа развития носит временный характер. Если это необходимо, то он совместно с дефектологом (специальным педагогом) создает план абилитации, который осуществляется в коррекционной учреждении и семьей под руководством педагогов.

Во-вторых, особенное значение в психопатологии придается отграничению стойких состояний недоразвития от психических заболеваний. Возникающие у детей даже выраженные и относительно длительно сохраняющиеся «психические симптомы» (например, неспособность овладеть школьной программой) могут быть проявлением преходящих расстройств, не связанных с нарушением развития (психическая слабость, связанная с повторными соматическими заболеваниями). Естественно, от правильной дифференциальной диагностики будет зависеть дальнейшая судьба ребенка: направление на лечение или в коррекционное учебное заведение.

В-третьих, детско-подростковые психиатры, будучи специалистами в этой отрасли знаний, не только диагностируют у детей отставание развития, но и в своих заключениях более подробно описывают и наиболее поврежденные, и сохранные сферы психики. Так, в этих заключениях могут найти отражение, например, преимущественные поражения зрительной памяти, произвольного внимания, снижение работоспособности и интеллектуальные нарушения, что имеет большое значение для эффективности работы дефектолога (специального педагога) с ребенком, имеющим нарушения в развитии.

В-четвертых, знания педагога о нормальном формировании личности детей и об особенностях отклоняющегося развития психики позволяют управлять абилитационным (реабилитационным) процессом детей, имеющих нарушения в развитии. Контроль специалистов за успешным формированием личности ребенка, освоением навыков и приспособлением к окружающей среде возможен лишь при наличии ориентиров. Периодическая оценка развития детей позволяет при необходимости усиливать стимуляцию ребенка, менять методические подходы или признавать, что его потенциальные возможности исчерпаны. Сама дефектология (специальная педагогика) как наука развивается, опираясь на достижения многих научных дисциплин, и не в последнюю очередь на психопатологию, используя не только фактические данные, но и ее методические приемы.

Успехи социальной психологии, изучающей поведение людей в группах, также необходимы для понимания причин нервно-психических расстройств, возникающих в семьях, детских коллективах учебных заведений. Связь детской психиатрии с психогигиеной и психопрофилактикой позволяет выработать успешные меры по предупреждению нервно-психических расстройств у детей. Опираясь на клинико-биологические науки, выявляют вредности, действующие на ЦНС и вызывающие их повреждения. Акушерские знания дают информацию о факторах, влияющих на еще не рожденного ребенка в течение беременности и во время родов. Соматические и неврологические болезни у детей, изучаемые педиатрией и неврологией, вызывают нервно-психические осложнения, знание о которых очень важно для расширения психиатрического опыта. Современная детская психиатрия для диагностики и установления механизмов развития психических болезней использует материалы генетических, нейрофизиологических, биохимических, иммунологических и др. исследований, в результате достижения этих наук значительно повышают терапевтические возможности. Таким образом, освоение современной детско-подростковой психиатрии —это использование всех знаний о больном и здоровом ребенке, так как в нервно-психических расстройствах и отклонениях в развитии проявляются все возрастные закономерности.

Как видно из вышесказанного, в науке о детских психических расстройствах на разных этапах развития преобладали то одни, то другие взгляды. Современность также отличается относительным разнообразием преобладающих в разных странах направлений.

Нозологигеское направление (гр. nosos —болезнь) объединяет психиатров, выделяющих из массы расстройств отдельные заболевания: шизофрению, маниакально-депрессивный психоз, алкогольный, сифилитический психоз и другие. Эти специалисты вслед за Э. Крепелиным, первым выделившим психические болезни, полагают, что у каждой болезни свои причины, механизм развития, симптоматика, течение и исход, при этом допускаются различные варианты развития и клинические типы. Это направление также называется дескриптивным (описательным) из-за стремления к тщательному описанию клинической картины и особенностей течения. К сожалению, не оправдалось предположение, что для каждого заболевания будет найдено лечение, воздействующее на причину. В подавляющем большинстве случаев эффективна терапия определенных синдромов или симптомов вне зависимости от принадлежности к тому или иному заболеванию. Так, например, имеются препараты, которые успешно лечат депрессию разного происхождения. В то же время некоторые психические расстройства не укладываются в имеющиеся представления о существующих болезнях. Промежуточное положение между шизофренией и маниакально-депрессивным психозом занимают, например, шизоаффек-тивные психозы.

Синдромологигеское направление отличается тем, что психиатры, признающие его, ставят диагноз по совокупности наблюдающихся симптомов (синдрому). В связи с этим депрессия, делирий, деменция, галлюциноз, тревожное состояние, бредовое расстрой-

ство и др., будучи диагностическими категориями, определяют избранную терапию, а это при использовании определенных психотропных медикаментов может оказаться эффективным. Однако это направление не предполагает детального изучения клинической картины и целеустремленного выявления этиологии психического расстройства.

Психодинамигеское направление объединяет тех, кто представляет психические расстройства как нарушения организации целостной личности, возникающие под влиянием органических, конституциональных, неврогенных, ситуационных, психогенных и социальных факторов, в результате чего возникают эргазии (реакции). Группировка последних, заменяющих представления о болезни, используется для их систематики. Вместо изучения клинических особенностей и этиологии психических расстройств предлагается поиск психологического смысла симптомов. В связи с этим психотерапия становится практически единственным средством лечения.

Психоаналитигеское направление разделяют последователи 3. Фрейда. Они понимают психические расстройства как следствие неудачной борьбы сознательного с бессознательным, в результате чего психологическая защита оказывается неспособной предупредить прорыв в сознание замаскированных инстинктов и влечений в виде психопатологических симптомов. Естественно, и способом борьбы с этими «комплексами» может быть только глубинная или психоаналитическая психотерапия.

Эклектигеское направление представляет смешение разных взглядов на психические расстройства. Оно не только наиболее популярно во многих странах, но и является основой Международной классификации психических болезней (МКБ-10) и американской классификации психических расстройств (DSM-IV). В этих систематиках психические расстройства с известной причиной выделяются по нозологическому принципу: сосудистые, старческие, алкогольные и др. Психические расстройства с неизвестной причиной группируются по синдромологическому принципу (нарушения поведения, эмоциональные расстройства, бредовые расстройства и др.) или по психоаналитическому принципу (диссоциативные расстройства).

РП Рекомендуемая литература

Классификация психических и поведенческих расстройств. МКБ-10-

СПб.: АДИС, 1994. Клиническая психиатрия/ Под ред. Г. Каплана, Б. Сэдока —М.: Гэотар

Медицина, 1998.

Ковалев В. В. Психиатрия детского возраста.- М.: Медицина, 1995. КоркинаМ.В., Лакосина Н. Д., ЛигкоА.Е. Психиатрия.-М.: Медицина 1995.

Короленко Ц. П.,   Дмитриева Н. В.    Социодинамическая   психиатрия.-

М.: Академический проект. 2000. ОзерецкийН. И. Психопатология    детского    возраста.—Л.:    Учпедгиз

1938.-328 с.

Руководство по психиатрии/ Под ред. А. В. Снежневского. В 2 томах. -

М.: Медицина, 1983. Сухарева Г. Е. Клинические лекции по психиатрии детского возраста.

В 3 т.—М.: Медицина, 1965. Ушаков Г. К. Детская психиатрия.—М.: Медицина, 1973.

Глава З ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ У ДЕТЕЙ

ФИЗИОЛОГИЯ ВЫСШЕЙ НЕРВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Впервые идеи о рефлекторном характере деятельности высших отделов головного мозга, составляющих основу поведения человека, были изложены И. М. Сеченовым. Развивая эти представления, И. П. Павлов создал учение о высшей нервной деятельности. Он доказал, что в подкорковых ядрах, мозговом стволе, спинном мозге осуществляются врожденные рефлекторные реакции, а в коре большого мозга нервные связи вырабатываются заново в процессе индивидуальной жизни человека в результате сочетания множества воспринимаемых корой раздражений.

Установлено, что у человека вырабатываются условные рефлексы на различные сигналы внешнего мира или внутреннего состояния организма, при соответствующих условиях возникает безусловное или условное торможение, наблюдаются иррадиация и концентрация возбуждения и торможения, индукция, динамическая стереотипия и т. д. Производится анализ и синтез сигналов предметов и явлений окружающего мира, приходящих от зрительных, слуховых и других рецепторов и составляющих первую сигнальную систему. В процессе социального развития у человека появилась и усовершенствовалась вторая сигнальная система, связанная с речью. Способность понимать, а затем и произносить слова развивается у ребенка в результате ассоциации определенных звуков (слов) со зрительными, тактильными и другими впечатлениями о внешних объектах.

Формирование в коре головного мозга временных связей первой сигнальной системы у ребенка, родившегося в срок, начинается уже через несколько дней после рождения. В 7—-дневном возрасте могут быть выработаны первые условные рефлексы. Сосательные движения губ младенца появляются еще до того, как сосок груди вложен в рот. К концу 1-го месяца могут быть выработаны условные рефлексы на звуковые, а на 2-м месяце на световые сигналы.

Скорость образования условных рефлексов с возрастом быстро возрастает. Если в месячном возрасте для создания временной связи нужно произвести много сочетаний условного и безусловного раздражителей, то в 2—-месячном для этого достаточно нескольких сочетаний. Условное торможение у ребенка вырабатывается несколько позже —на 2—-м месяцах, при этом разные формы торможения появляются неодинаково быстро. Раньше возникает дифференцйровочное торможение, позднее —запазды-вательное. По мере развития ребенка различные виды условного торможения вырабатываются все быстрее.

Первые признаки развития второй сигнальной системы появляются у ребенка во второй половине 1-го года жизни. Если многократно называть и показывать какой-либо предмет, то при слове, его обозначающем, у ребенка на него появляется реакция. Вначале появляется узнавание слов, а затем ребенок учится сам называть предметы. Позже он начинает пользоваться приобретенным запасом слов для воздействия на других людей. Так, если он хочет взять игрушку, но не может до нее дотянуться, то он называет ее, пока не получит желаемое. Вторая сигнальная система в это время уже становится средством общения.

Развитие речи требует координации деятельности дыхательных мышц, мышц гортани, языка, глотки и губ. До развития соответствующего взаимодействия речевого аппарата ребенок произносит звуки и слова неправильно. Задерживает формирование речи отсутствие образцов для подражания, снабжение которыми обычно осуществляют родители. Речь становится орудием высшей ориентировки человека в окружающей среде и в самом себе. Человек, обозначая все, что воспринимает, при помощи рецепторов, может отвлечься от конкретных предметов и явлений, именно это и становится основой для развития отвлеченного, человеческого мышления.

Формирование второй сигнальной системы связано с общественной жизнью человека. Эта система —результат сложных взаимоотношений индивида с социальной средой. Речь и язык, являющиеся средствами общения, развились в процессе коллективного труда. Без общения с другими людьми вторая сигнальная система сформироваться не может. Так, дети, выросшие в зверином логове, не понимают речи, не научаются говорить.

У детей после образования условного рефлекса на звонок или свет красной лампы слова «звонок», «красный свет» вызывают сразу (без предварительного сочетания с безусловным раздражителем) выработанный рефлекс. Этот же условно-рефлекторный ответ возникает, если сам испытуемый произносит слово вслух или мысленно. Механизм таких условно-рефлекторных реакций состоит в том, что в процессе формирования речи (до проведения этих экспериментов) уже возникли прочные связи между корковыми пунктами, воспринимающими сигналы от различных предметов, и центрами речи, воспринимающими словесные обозначения предметов. Это явление называют элективной иррадиацией, т. е. передачей возбуждения из областей мозга, воспринимающих сигналы первой сигнальной системы, в области, воспринимающие слова, и обратно.

Слово воспринимается человеком не как сумма звуков, не как звуковой раздражитель, а как определенное понятие, т. е. усваивается его смысл. Если выработать условный рефлекс на какое-то слово, например «дом», то и заменившее его слово-синоним «здание» вызовет ту же реакцию.

Первая и вторая сигнальные системы после сформирования у ребенка речи не отделимы друг от друга. У человека все восприятия, представления и большинство ощущений связаны с определенным словом. Возбуждение первой сигнальной системы, вызываемое конкретным сигналом от предмета и явлений природы, передается во вторую сигнальную систему.

Конкретно-чувственное отражение окружающего мира и состояния организма (ощущения) возможно благодаря первой сигнальной системе.

Временная связь —важнейшее физиологическое, а вместе с тем и психическое явление, то, что в психологии называется ассоциацией. В результате образования временных связей на основе получения многих сигналов от одного и того же предмета (или явления) достаточно ощущения части свойств предмета (или явления), чтобы возникла такая же реакция, как на предмет или явление в целом. Это следствие генерализации возбуждения в коре мозга. В процессе дальнейших восприятий происходит дифференцирование— различение отдельных свойств предметов. Сложные восприятия связаны с анализом и синтезом комплексных раздражений.

Возникновение представлений —результат происходящих в коре мозга анализа и синтеза следов от сигналов, действовавших ранее. Эта более совершенная форма отражения мира вырабатывается на основе системности, т.е. динамической стереотипии. В основе представлений лежат цепи ассоциаций, т. е. более сложные временные связи.

Способность мыслить посредством отвлеченных понятий, выражаемых словами, задуманными, произнесенными или написанными (вторая сигнальная система), сделало возможным возникновение абстрактно-обобщенного отражения окружающего мира, которое дает человеку преимущества в познании мира и приспособлении к нему.

Различные проявления высших нервных функций, связанные с интеллектом человека, имеют определенную локализацию в мозге. Обнаружено неодинаковое значение в функциях второй сигнальной системы левого и правого полушарий головного мозга. Левое полушарие у правшей является доминирующим, и поражение определенных его участков (например, в результате травмы) влечет за собой нарушение речи, функций узнавания и целенаправленного действия, т. е. функций, связанных со второй сигнальной системой. Левое полушарие обеспечивает развитие отвлеченного логического мышления (восприятие, переработку, анализ и синтез сигналов второй сигнальной системы). Правое полушарие ответственно за восприятие, переработку, анализ и синтез сигналов первой сигнальной системы, т. е. непосредственных впечатлений от окружающей действительности. Преобладание у людей логического или образного мышления связано с доминированием функции соответствующего полушария. При нормальном взаимодействии обоих полушарий осуществляется взаимосвязь первой и второй сигнальных систем, возможность их непрерывного взаимодействия. Разделение функций полушарий относительно, оно возникло в процессе обучения человека языку и усугубляется по мере развития логического мышления. Нормальная психическая деятельность осуществляется всем мозгом.

Физиологические механизмы поведения человека —результат совместной деятельности обеих сигнальных систем, подкорковых и стволовых образований мозга. Человек может произвольно затормаживать свои безусловные реакции, сдерживать многие проявления инстинктов и эмоций. Он может подавлять оборонительные, пищевые и половые рефлексы. В то же время подкорковые ядра, ядра мозгового ствола и ретикулярная формация своими импульсами активируют деятельность коры головного мозга, поддерживают ее нормальный тонус.

Функции, связанные с речью, ее пониманием, произнесением слов, осмысленным узнаванием предметов, целенаправленной деятельностью и предвидением ее результата осуществляются сложными, совместно работающими структурами коры мозга и подкорковых центров, образующих функциональные системы из очень большого количества нейронов.

Адекватное взаимодействие человека с окружающей средой и соответствующая ей деятельность могут происходить лишь при условии, что органы чувств снабжают центральную нервную систему информацией, объективно отражающей воспринимаемый мир. Большое значение для обеспечения достоверности восприятия имеет сопоставление показаний одних анализаторов с показаниями других. Например, восприятие величины предметов, расстояния до них, их движения или покоя достигается благодаря одновременному поступлению в мозг сигналов от органов зрения, осязания и проприоцепторов. Ребенок с раннего возраста интегрирует в единое целое полученные разнообразные сведения, проверяя их в процессе своей активности. Таким образом, формируется непреклонная уверенность в правильном восприятии реального мира. В коре головного мозга приходящие извне сигналы взаимодействуют не только с теми, которые идут в настоящее время, но и со следами, оставленными в ней раздражителями, действовавшими на организм прежде. Это обеспечивает оценку явлений, протекающих и в пространстве, и во времени.

Поведение человека не сводится к комплексу рефлекторных реакций. Оно представляет собой не просто приспособление к изменяющимся условиям среды с целью сохранения своего постоянства, а активное преобразование среды. Деятельность человека связана с четким представлением о задаче, цели и ожидаемом результате действия, который необходимо достигнуть. Цели, которыми руководствуется человек в своей деятельности, определяются его биологическими и социальными потребностями. Удовлетворение их —основное условие, обеспечивающее жизнь человека.

Нейрофизиологическая структура целенаправленной деятельности и контроль ее адекватности, способствующей оптимальному приспособлению к среде, очень сложна. П. К. Анохиным предложена концепция функциональной системы, объясняющей механизм саморегуляции физиологических процессов и структуры поведенческих реакций. В соответствии с этой концепцией перед началом любой целенаправленной деятельности осуществляется афферентный синтез. Это означает, что проводится анализ и синтез приходящей информации: биологической мотивации (имеющихся потребностей), оценки обстановки (условий окружающей среды), причины необходимости начала деятельности и памяти (жизненного опыта). Афферентный синтез заканчивается формированием программы действия: 1) эфферентной программы действия (последовательности нервных команд, поступающих к исполнителям: мышцам, внутренним органам) и 2) акцептора результата действия (нейронной модели предполагаемого результата, к которому должно привести данное действие). Осуществление действия приводит к результату, который оценивается с помощью полученных сигналов об эффективности действия, т. е. обратной связи. Это звено замыкает разомкнутую рефлекторную дугу в кольцо. Информация о полученном результате действия сравнивается с прогнозом, закодированным в акцепторе результата действия. Если полученный результат соответствует ожидаемому, данная функциональная система перестает существовать, так как это означает, что цель, стоявшая перед организмом, достигнута.

Таким образом, поведение строится не по типу стимул—реакция, а по принципу непрерывного кольцевого взаимодействия организма и среды. Любая деятельность начинается с создания плана и программы определенной поведенческой реакции и нейронной модели ее предполагаемого результата. При этом рефлекторная дуга не упраздняется, она органически вписывается в кольцо, представляя собой его часть. Сами реальные механизмы работы мозга еще сложнее, чем пытаются это представить.

Человек —продукт не только биологической эволюции, но и социальной среды. Деятельность человеческого мозга детерминирована всем прошлым опытом человечества (условиями социальной жизни).

Взаимодействие в коре головного мозга процессов возбуждения и торможения, формирования типов высшей нервной деятельности, механизмы возникновения стенических и астенических отрицательных эмоций, взаимодействие сознания и подсознания, творческое озарение, т. е. способность принимать мгновенно правильные решения, догадка и многие другие явления высшей нервной деятельности человека также пока не могут быть объяснены существующими моделями поведенческих реакций.

GD Вопросы для самостоятельной работы

I. Что такое условный рефлекс? 2. Что такое безусловный реф-
лекс? 3. Что такое первая сигнальная система? 4. Что такое вторая
сигнальная система? 5. В каком возрасте появляются первые услов-
ные рефлексы? 6. В каком возрасте появляется условное торможе-
ние? 7. Что такое элективная иррадиация? 8. Каков нейрофизиоло-
гический механизм представлений? 9. Каково значение правого по-
лушария в функциях сигнальных систем? 10. Какая сигнальная
система   представлена  преимущественно   в   левом   полушарии?

II. Что такое афферентный синтез? 12. Что такое акцептор резуль-
тата действия?

ПАТОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ У ДЕТЕЙ

Изучение физиологических основ (патофизиологических механизмов) психических расстройств особенно интенсивно проводилось И. П. Павловым и его школой. Были получены материалы, касающиеся многих психических заболеваний. В дальнейшем интерес к этим исследованиям упал, и они не получили большого развития. В этой связи здесь будут приведены результаты изучения патофизиологических механизмов психических расстройств, полученных, главным образом, физиологами, учениками и последователями И. П. Павлова.

Выявлены следующие общие закономерности нарушений высшей нервной деятельности (ВНД), которые могут обусловливать психические расстройства.

Ослабление основных нервных процессов и нарушение их отношений. Если ослабление возбудительного или тормозного процесса перейдет определенный предел, если они перестанут уравновешивать друг друга и их подвижность, смена одного другим станет или чрезмерно легкой, или, напротив, крайне затрудненной, то это может явиться основой для возникновения психического расстройства.

Охранительное торможение и гипнотигеские фазы. Торможение может иметь важное защитное, охранительное значение. Сверхсильные, превышающие возможности нейронов раздражения затормаживают, выключают их, освобождают от реагирования на эти раздражения и тем самым спасают от гибели. Во время такого торможения нейроны отдыхают и становятся снова работоспособными. Охранительное торможение различается по своему распространению в мозгу, по глубине и интенсивности. Если торможение охватывает всю кору больших полушарий и нижележащие отделы мозга, если оно настолько глубоко, что психическая деятельность прекращается и мозг на раздражения не реагирует, наступает сон. Промежуточные состояния между сном и бодрствованием называются гипнотическими фазами. В этих фазах мозг на раздражения реагирует иначе, чем в здоровом состоянии. В гипнотических фазах рефлекторные реакции извращены. Эти извращенные реакции мозга на воздействия внешней или внутренней среды могут стать основой возникновения психических расстройств.

«Изолированные больные пункты» в коре больших полушарий. Распространенность областей в мозгу, в которых могут происходить срывы высшей нервной деятельности, различны. Иногда возникают очень ограниченные «изолированные больные пункты». В них происходит избирательное болезненное реагирование только на определенный раздражитель, при этом реакция может быть самой различной: то в форме чрезмерной инертности или лабильности одного из основных процессов, то в несоразмерном его усилении или ослаблении. Формирование больного пункта может стать основой психического расстройства.

Разобщенная деятельность отделов мозга и его сигнальных систем. Целостное функционирование мозга осуществляется нормальным соотношением и отсутствием разобщенности между корой и «подкоркой», с одной стороны, и первой и второй сигнальными системами, с другой. Распространение возбуждения и торможения посредством индукции, иррадиация или концентрация нервных процессов, болезненное их ослабление, лабильность или инертность, возникновение гипнотических фаз —все это может стать причиной разобщенной деятельности мозга и явиться основой психического расстройства.

Единство физиологигеских мер защиты и патологии. В ответ на различные вредности, действующие на мозг, требования, превышающие работоспособность и выносливость, нейроны защищаются с помощью охранительного торможения, гипнотических фаз и т. п. Однако в то же время эти же структуры выключаются из нормальной деятельности мозга. Вследствие этого деятельность различных отделов мозга становится разобщенной, а реакции мозга извращенными. Эти защитные механизмы нейронов обеспечивают сопротивление болезням, но и сами приводят к расстройствам психической деятельности.

Физиологические основы психогенных расстройств (неврозов). Развитию психогенных расстройств предшествует переработка личностью психотравмирующих переживаний. Возникнувший комплекс переживаний, заряженный отрицательным аффектом (страхом, чувством неуверенности и т. д.) провоцирует образование компенсаторных механизмов. Если способность личности к преодолению психотравмирующих переживаний недостаточна, развиваются психогенные расстройства. Расстройство отношений личности называют неврозом. Физиологической основой психогенных расстройств (неврозов) являются срывы высшей нервной деятельности в результате «перенапряжения нервных процессов» или их «ошибки».

Для истерии характерны: 1) чрезвычайная подверженность гипнотическим состояниям, обусловленная тем, что даже обычные жизненные раздражения оказываются сверхмаксимальными, вызывают запредельное торможение разлитого характера по типу парадоксальной фазы; 2) чрезвычайная фиксированное^ и концен-трированность нервных процессов в отдельных пунктах коры, обусловленные влиянием подкорки; 3) чрезмерная сила и распространенность отрицательной индукции, которая зависит от слабого тонуса коры. Возникновение истерии отмечается у индивидов со слабым типом нервной системы и у представителей более или менее сильных типов, но подвергшихся «ударам жизни».

При психастении имеется общая слабость основы взаимоотношений организма со средой, т. е. первой сигнальной системы, эмоциональности и подкорковых отделов мозга. Основа этого невроза —в слабости этих двух инстанций мозга, следствием чего является как нарушение взаимодействия корковой и подкорковой деятельности, так и нарушения взаимосогласованной работы сигнальных систем. Преобладание у психастеников пассивно-оборонительных реакций объясняется тем, что эти реакции, будучи самыми ранними, врожденными, в дальнейшем подавляются другими инстинктами. Но так как последние слабы у психастеника, то сохраняются пассивно-оборонительные реакции. Для психастеников характерна также инертность раздражительного процесса. В происхождении частых у психастеников навязчивостей помимо инертности отчетливо выступает роль фазовых состояний.

Неврастения —невроз, развивающийся у индивида со слабым типом ВНД в комбинации со средним человеческим типом, т. е. для ее возникновения помимо общей слабости нервной системы необходимо еще и равновесие между сигнальными системами, отсутствие преобладания одной из них. При неврастении выступают черты слабости во всех трех инстанциях соотношения организма с окружающей средой: в пищевых, оборонительных и половых безусловных рефлексах, во всей корковой деятельности - и в первой, и во второй сигнальных системах. При этом слабый раздражительный процесс лабилен, взрывчат и сочетается с недостаточностью тормозного процесса. Слабость обоих процессов проявляется также и в застойности раздражительного процесса. У одних больных преобладает раздражительный процесс (слабость внутреннего торможения), у других —слабость раздражительного процесса, а у третьих —апатия и вялость в связи с развитием охранительного торможения [Иванов-Смоленский А. Г., 1971].

Невротические расстройства могут обнаруживаться в детском возрасте, в этом случае в их происхождении участвует врожденная слабость нервной системы, ранние неоднократные заболевания или нарушения питания.

Психотравмирующая ситуация оказывает патогенное влияние при наличии таких особенностей личности, которые придают особое значение возникшим неблагоприятным обстоятельствам жизни. Фактором, способствующим возникновению невроза, оказывается отсутствие подвижных, быстро приспосабливаемых к меняющимся условиям среды установок [Узнадзе Д. Н., 1966]. Одним из механизмов возникновения невроза могут быть расстройства сна, не выполняющего в связи с этим важной роли психологической защиты. Активизирующие и синхронизирующие аппараты мозга участвуют во взаимодействии психотравмирующей ситуации с особенностями структуры личности при формировании невротического конфликта. Большое значение имеет участие мотивационных систем, лимбических механизмов и межполушарного взаимодействия. М. Г. Айрапетянц и А. М. Вейн (1982) считают характерным патофизиологическим механизмом для неврозов синдром дезинтеграции, который складывается из нарушенных физиологических взаимоотношений между отдельными функциональными системами мозга и внутри них.

Физиологические основы расстройств личности (психопатий). Для понимания формирования расстройств личности может помочь то, что ее составляющими, как и здоровой личности, являются темперамент и характер.

Характер —«совокупность стержневых психических свойств человека, накладывающих отпечаток на все его действия и поступки, тех свойств, от которых прежде всего зависит, как ведет себя человек в различных жизненных ситуациях» [Теплов Б. М., 1954]. Характер —это сплав врожденных и приобретенных свойств личности.

Темперамент —это врожденные особенности ВНД, выражающиеся эмоциональным реагированием и двигательной активностью, включающие в себя тонус и темп психических проявлений и характеризующиеся силой, подвижностью и уравновешенностью основных нервных процессов. В основу выделения типов нервной системы положены следующие признаки: сила возбуждения и торможения, уравновешенность и подвижность (насколько легко осуществляется переход нейронов из состояния возбуждения к состоянию торможения). Последнее качество определяет, насколько легко образовываются новые и тормозятся старые условные рефлексы.

И. П. Павловым описано четыре основных типа ВИД: 1) сильный уравновешенный подвижный тип, характеризующийся силой возбуждения и торможения, а также их легкой сменяемостью;

  1.  сильный уравновешенный неподвижный тип, отличающийся трудностью переключения процессов возбуждения и торможения;
  2.  сильный неуравновешенный тип (безудержный), характеризующийся преобладанием возбуждения и относительно слабым торможением; 4) слабый тип, характеризующийся слабостью обоих нервных процессов и невыносливостью.

Выделены также специальные, свойственные только человеку три типа ВИД: 1) средний тип, характеризующийся уравновешенностью и гармоничным сочетанием первой и второй сигнальных систем; 2) «художественный»' тип, отличающийся относительно более сильной первой сигнальной системой в сравнении со второй и конкретным образным мышлением; 3) «мыслительный»' тип, обнаруживающий относительно сильную вторую сигнальную систему в сравнении с первой и отвлеченное, словесное мышление.

Болезненным нарушением формирования описанных типов ВНД объясняют происхождение расстройств личности (психопатий). Полагают, что астенигеские психопатии соответствуют слабому типу нервной системы. Возбудимые психопатии рассматривают как патологический вариант сильного неуравновешенного типа. Паранойяльную психопатию расценивают как такую патологическую личность, которая отличается склонностью к образованию очагов застойного возбуждения во второй сигнальной системе. При этом повышенная их эмоциональность —фактор, поддерживающий тонус возбуждения в очаге патологической инертности. Патофизиологическая основа гипертимигеских пси-хопатигеских лигностей —нарушение тех отделов мозга, от которых преимущественно зависят эмоции (подкорковые узлы и связанные с ними структуры коры большого мозга). За возникновение психастенигеских лигностей ответственна при общей слабости нервной системы, эмоциональной слабости крайняя степень преобладания второй сигнальной системы над первой. Ее развитие связано также с развитием в нервной системе «парадоксальной стадии парабиоза», поэтому реальные раздражения извне производят меньшее действие, чем физиологически слабые словесные стимулы. Истероидная психопатия —продукт формирования такого патологического развития, при котором на фоне общей слабости высших отделов головного мозга особенно слаба вторая сигнальная система, а первая сигнальная система оказывается доминирующей. Относительное преобладание активности подкорковых образований мозга обусловливает необычную эмоциональность, бурность проявления аффектов и, с другой стороны, яркость образов фантазий (первая сигнальная система).

Физиологические основы эпилепсии. Согласно мнению И. П. Павлова, изменение ВНД при эпилепсии выражается в склонности к образованию в каком-либо пункте мозга сильного возбуждения с чрезвычайной инертностью. Большой пункт в мозгу у эпилептика характеризуется патологическим накоплением исключительно сильного возбуждения, его инертностью и периодической разрядкой этого возбуждения в форме взрыва. Сила, взрывчатость и периодичность —характерные черты ВНД больных эпилепсией. Во время эпилептического приступа разрядка накапливающегося в очаге инертного сильного возбуждения протекает при динамической смене основных нервных процессов как в коре, так и в нижележащих отделах мозга —в «подкорке» и в стволе, преимущественно участвующих в разных фазах припадка. Взрыв возбуждения в двигательном анализаторе проявляется в судорожной фазе припадка, развертывается на фоне быстро развивающегося торможения всей остальной части коры (в порядке отрицательной индукции), результатом чего является потеря сознания. Спускающаяся волна возбуждения в двигательном анализаторе сопровождается отрицательной индукцией (в форме торможения) и в нижележащих отделах мозга, о чем свидетельствует отсутствие во время эпилептического припадка реакции зрачков на свет и стремительное падение больного вследствие резкого ослабления мышечного тонуса. Физиологическая основа типичных изменений личности при эпилепсии (тугоподвижность, прилипчивость, вязкость) —преобладание инертности в процессах высшей нервной деятельности.

Физиологические основы шизофрении. Главным в патологических изменениях ВНД при шизофрении считается наличие в больших полушариях мозга различных гипнотических фаз, дробного и расположенного в отдельных пунктах мозга торможения. Расщепление психики объясняется тем, что по мере увеличения таким образом измененных и ослабленных пунктов в мозгу возрастает «разложение коры полушарий, расщепление нормальной, связанной работы их». Отмечается, что «всякое мышление, не соответствующее и отвлеченное от действительности, есть аутисти-ческое». Аутизм больных шизофренией коренится в преобладании внутренних следовых раздражений над внешними в силу измененного реагирования нейронов полушарий головного мозга, находящихся в состоянии гипнотического торможения. Аутизм в более поздних стадиях* шизофрении связывается с «прорешливостью полушарий». Физиологические механизмы атактического расстройст-

ва мышления и разорванности речи больного шизофренией можно охарактеризовать высказыванием И. П. Павлова (1949): «Его (больного шизофренией) речь беспутна, потому что в коре уже есть больные пункты, из-за которых получаются перескоки мыслей, ненормальные переходы от одной к другой». В основе ката-тонии у больных шизофренией лежит длительное торможение в отделах мозга, управляющих движением человека. Заторможены те нервные центры, с деятельностью которых связаны произвольные и непроизвольные движения, а также способность к устной и письменной речи. Причиной такого торможения является слабость нервных клеток коры головного мозга, в которых легко наступает истощение, так как для них и нормальные раздражения являются сверхсильными. Истощение же ведет к торможению, которое имеет защитный, охранительный характер и предотвращает угрозу разрушения нейронов коры мозга.

0 Темы для самостоятельной работы

1. Охранительное торможение и гипнотические фазы. 2. Физиологи- ; ческие основы психогенных расстройств (неврозов). 3. Физиологиче- , ские основы расстройств личности (психопатий). 4. Физиологические \ основы эпилепсии. 5. Физиологические основы шизофрении.

Ш Рекомендуемая литература

Айрапетянц М. Г. Неврозы в эксперименте и в клинике.—М.: Наука, 1982.- 272 с.

Анохин П. К. Биология и нейрофизиология условного рефлекса.—М.: Медицина. 1968.- 547 с.

Бехтерева Н. П. Нейрофизиологические аспекты психической деятельности человека.—Л.: Медицина, 1974.—с.

Иванов-Смоленский А. Г. Очерки экспериментального исследования высшей нервной деятельности человека.—М.: Медицина, 1971.—с.

КосицкийГ.И. Лекции по клинической физиологии.—М.: Изд. 2 ММИ, 1974.- 144 с.

Павлов И. П. Лекции о работе больших полушарий головного мозга.

Поли. собр. соч., т. 4.- М.- Л., Изд. АН СССР, 1951.- 451 с. Сегенов И. М. Рефлексы головного мозга.—М. Изд. АН СССР, 1961.—с. Теплое Б. М. Типологические свойства нервной системы и их значение для

психологии.- М.: ВНИТИ, 1962. Узнадзе Д. Н. Психологические исследования.—М.: Наука, 1966.—с.

Глава 4 ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ДЕТСКОЙ ПСИХОПАТОЛОГИИ

Детская психопатология вступила в XXI век, завершив свое формирование в качестве научной дисциплины. Однако дальнейшее ее развитие находится в зависимости от использования достижений смежных дисциплин, на которые она традиционно опирается. В первую очередь это касается психологии. В процессе подготовки специалистов, работающих с детьми, следует учитывать, что они будут нуждаться в инструменте для понимания и управления как нормальными детьми, так и детьми с отклонениями. Специальные же психологи и педагоги не смогут обойтись без знаний и умений, которые должны позволить им дифференцировать нормальное и аномальное развитие, проводить коррекцию выявленной патологии и прослеживать эффективность этой работы.

В связи со сказанным освоение психопатологии должно опираться на понимание того, что такое психическое здоровье. Его оценка должна быть всесторонней и складываться из оценок степени нормальности психического развития, душевного состояния, реакций индивида на окружение, поведения в целом, взаимоотношений с другими.

Психическое здоровье составляет важную, но все-таки часть общего здоровья индивида. Поэтому приведем здесь его определение из преамбулы устава ВОЗ. «Здоровье —это состояние полного физического, духовного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней или физических недостатков или физических дефектов».

Из существующих определений психического здоровья или психической нормы обратим внимание только на некоторые из них. Так, дефиниция, сформулированная психиатрами и философом, звучит следующим образом: «Психическая норма —индивидуальная динамическая совокупность психических (индивидуально- и социально-психологических) свойств конкретного человека, которая позволяет ему адекватно своему возрасту, полу и социальному положению познать окружающую действительность, адаптироваться к ней и выполнить свои биологические и социальные функции соответственно возникающим личным и общественным потребностям, общепринятой морали» [Бачери-ков Н. Е., Петленко В. П., Щербина Е. А., 1985.]. Подходы к оценке того, что считать нормой, могут быть разными. У врачей это —но-

зоцентрический подход. Психиатры исходят из предположения, что- при исследовании индивида для определения его нормальности следует исключить отклонения от нормы в его развитии, поведении, способности адаптироваться к окружающей среде. Иными словами, необходимо убедиться в отсутствии симптомов психических расстройств, и проблема будет решена. Нормоцентрический подход, которым пользуются главным образом психологи, состоит в сопоставлении полученных данных исследования психики у конкретного индивида с имеющимися нормативами.

Первый, нозоцентригеский, подход таит в себе опасность обнаруживать симптомы заболеваний чаще, чем они на самом деле существуют, так как имеется соблазн любые отклонения толковать как болезненные. Существенно и то, что такой подход, рассматривая нарушения поведения как «симптомы и заболевание», превращает индивида в больного, пренебрегая динамикой его поведения и переживаниями. Индивид, получив этикетку «больного», не оценивается как личность, переживающая трудные жизненные обстоятельства и реагирующая невротическим или даже психотическим поведением с целью избавления от стрессов.

Второй, нормоцентригеский, подход на практике может привести к желанию все обнаруженные особенности психики понимать как вариант отклонения от нормы. Попытки объяснения любых психических отклонений в терминах психологии может привести к пренебрежению необходимой в некоторых случаях медикаментозной терапией. Из этого следует, что диагностика для большей объективности требует применения обоих инструментов.

Для установления факта психического здоровья или выявления имеющихся отклонений необходимо выработать критерии оценки здоровья [Никифоров Г. С, 1998].

  1.  Критерий психигеского равновесия позволит судить о характере функционирования психики индивида с разных сторон (познавательной, эмоциональной). Например, можно будет оценить равновесие личности с социальным окружением.
  2.  Гармонигность организации психики, которая может быть, например, оценена по соотношению развития познавательных процессов и дифференцированное™ эмоциональной реактивности, - существенный показатель перспектив социального приспособления.
  3.  Адаптивные возможности лигности не менее важный индикатор психической нормы. Только конечный результат того, как приспосабливается индивид к своему окружению, имеет для него жизненное значение, а вовсе не то, насколько хорошо у него развиты интеллект, воля или аффективная сфера.

Более плодотворной альтернативой отдельным критериям нормы является комплексный подход к оценке психического здоровья по свойствам, состояниям и процессам психики. 62

Для оценки свойств нормальной личности чаще всего используются следующие показатели: оптимизм, сосредоточенность, уравновешенность, нравственность, адекватная притязательность, уверенность в себе, необидчивость, неленость, независимость, естественность, ответственность, чувство юмора, доброжелательность, терпеливость, самоуважение, самоконтроль.

Нормальными психическими состояниями считают эмоциональную устойчивость, зрелость чувств, совладание с негативными эмоциями, свободное проявление чувств, сохранность оптимального самочувствия.

Нормальные психические процессы должны адекватно отражать окружающую действительность, позволять адекватно воспринимать самого себя, устойчиво концентрировать внимание, удерживать информацию в памяти, быть способным к логической обработке информации, обеспечивать критичность мышления, креативность, управление мыслями.

При этом важно, чтобы психические функции были интегрированы, гармоничны, уравновешены. Личность следует оценивать по степени ее духовности, приоритету гуманистических ценностей, ориентации на саморазвитие. Нормальная самоуправляемая личность целеустремленна, энергична, обладает адекватной самооценкой.

В то же время психическая норма не является чем-то застывшим, неизменным. В попытках самовыражения индивид нередко сталкивается с необходимостью выбора между адаптацией и развитием своих потенциальных возможностей. Эта ситуация может оказаться настолько трудной, что вызовет либо тяжелую тревогу, либо сильную депрессию, если борьба для достижения цели окажется бесполезной. Нормально, если возникнут механизмы психологической защиты, облегчающие состояние личности. Жизнь нормального человека —смена разных нормальных психических состояний: активации, апатии, гиподинамии, депрессии, напряжения, подъема и т. д.

Констатация психической нормы не является завершением оценки. В практических целях производится подразделение индивидов, не страдающих явными психическими отклонениями, на группы здоровья. Это позволяет, зная уязвимые сферы личности (группы здоровья), индивидуализировать меры, защищающие ее от возможных психических нарушений, и сделать их более эффективными.

Для детской психопатологии оценка психической нормы представляется особенно важной по ряду соображений. Во-первых, в процессе развития постоянно меняются функциональные возможности детской личности, и это потребует диагностики с учетом возрастной динамики. Во-вторых, в связи с лабильностью детской психики всякая оценка должна производиться с учетом возможных отрицательных внешних воздействий, которые способны исказить истинное психическое состояние. В-третьих, психическая норма развивающейся личности зависит и от кризисов, возникающих в процессе ее формирования. В-четвертых, от оценки соответствия психики ребенка норме зависит его будущая судьба, так как диагностика определит его обучаемость, место учебных занятий и программу обучения.

Темперамент. Психопатологическое исследование не сможет выполнить свою задачу, если не оценит врожденные психические качества (темперамент) исследуемого ребенка.

Темперамент представляет собой особый контур саморегуляции психической деятельности, поддерживающий баланс уровня и разнообразия психической активности и тем самым обеспечивающий, с одной стороны, неразрывность, континуальный характер психической деятельности, возможность самого ее осуществления в любой интервал времени существования индивидуума, а с другой —уровень ее квантования, качественной дискретизации, возможности и темпы взаимопереходов, смены видов психической активности [Маничев С. А., 1998].

Темперамент как способ формально-динамической интеграции и саморегуляции психической деятельности в свою очередь интегрирован в структуру личности. Об этом говорят, с одной стороны, факты зависимости проявлений темпераментных свойств от отношений личности: темпераментные различия проявляются при активном отношении индивидуума к ситуации, т. е. когда энергетические и темповые характеристики психической деятельности приближаются к граничным для индивидуального темперамента значениям. Темпераментные различия проявляются также в экстремальных ситуациях, когда действует сильный мотив, требуются предельное, близкое к граничному, напряжение сил и быстрые изменения способов действий. С другой стороны, свойства темперамента оказывают влияние на формирование личности. Например, чувствительность индивидуума к жизненным критическим событиям, само определение события как критического определяется наряду с другими факторами темпераментными свойствами тревожности и активности, эргичности. Поскольку критические жизненные события связаны с появлением личностных новообразований (отношений, мотивов и т.д.), постольку темпераментные свойства оказывают опосредованное влияние на формирование личности.

Особенности темперамента оказывают влияние на то, как дети справляются с учебной программой. Одни медленно усваивают материал, другие непоседливы, третьи не способны на длительную концентрацию внимания. Только понимание этих особенностей детей сможет защитить их от ярлыка умственно отсталых.

ВОЗРАСТНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПСИХИКИ ДЕТЕЙ

Формирование психопатологических расстройств находится в прямой зависимости от возрастных особенностей психики детей. В этой связи без знаний закономерностей развития психики невозможно ни диагностировать, ни понять симптоматику детских нервно-психических расстройств.

Психика детей в процессе развития постоянно меняется, приобретая в каждом возрасте свои характерные черты. Возрастное развитие характеризуется метрическим и топологическим свойствами [Ананьев Б. Г.].

Метригеское свойство —длительность протекания тех или иных процессов или состояний, а также временная характеристика изменений в психике. При этом установлено, что развитие происходит неравномерно. Отдельные психические функции и качества формируются разными темпами, то ускоряясь в своем развитии, то замедляясь. В определенный период времени ребенок может отставать в развитии (ретардация), затем под влиянием стимуляции в процессе обучения или спонтанно развитие ускоряется. Возможно также и ускорение развития (акселерация), которое не обязательно будет продолжаться весь период детства или подростни-чества. С другой стороны, развитие гетерохронно, т. е. разные психические функции проходят одни и те же этапы возрастного развития в разное время. Более часто гетерохрония наблюдается у детей раннего возраста или у подростков. У тех детей, у которых она особенно выражена, диагностируют асинхронию развития.

Топологигеское свойство —определенность того или иного состояния, фазы или периода развития.

При составлении периодизаций используются оба свойства развития: метрическое и топологическое. Классификации психического развития —большое подспорье для диагностики психических расстройств. Так, например, классификация развития интеллекта Ж. Пиаже (1969) должна использоваться для суждения о нормальном или отклоняющемся формировании интеллектуальных функций ребенка.

Ведущие типы деятельности являются критерием классификации Д. Б. Эльконина. Они являются ориентиром для оценки пред-метно-манипулятивной, игровой, учебной или профессиональной деятельности детей и подростков и выявления отклонений при различных формах патологии психики.

Выявлению патологических отклонений в процессе развития личности способствует классификация Э. Эриксона (1996). Анализируя формирование «Я» у ребенка или подростка, можно в соответствии с этой классификацией оценить характер нарушений, время возникших отклонений и наметить пути коррекции.

Другие классификации (Ш. Бюллер, 1924, А. Гезелла, А. Валло-

3 Зак. 4344

 65

на и др.), квалифицирующие развитие по нескольким параметрам, дают материал для многосторонней оценки формирующейся психики. Так, например, в классификации А. Валлона (1967), который концентрируется на формировании поведения и личности, используются четыре критерия развития: 1) двигательная деятельность; 2) речь; 3) приспособительные реакции; 4) личностно-социальное поведение. Хотя А. Валлон утверждает, что не существует единого ритма развития у всех детей, но и он констатирует существование периодов, характеризующихся «своими признаками, своей специфической ориентацией и представляющих собой своеобразный этап в развитии ребенка». Им выделяется семь стадий. Импульсивная стадия (до 6 мес.) —стадия рефлексов, автоматически возникающих в ответ на стимул. Эмоциональная стадия (6—мес.) —накопление репертуара эмоций. Сенсомоторная стадия (10—мес.) —появление практического мышления. Проективная стадия (14 мес—3 года) —появление способности исследовать мир и воздействовать на объекты. Персоналистская стадия (3—лет) —развитие независимости и обогащение «Я». Угебная стадия (от 6 до 12—лет) —мышление становится более объективным, возрастает независимость. Стадия полового созревания —сосредоточение на своей персоне и потребностях собственного «Я». Из концепции автора следует, что весь ход развития обусловлен взаимодействием между индивидом и социальной средой. Именно это делает полезной классификацию для использования в диагностических целях.

Наряду с психологами детские психиатры [Ушаков Г. К., 1973, Ковалев В. В., 1984] внесли свою лепту в создание периодизации развития психики; Они исходили из наблюдений, что выделенные ранее периоды формирования психики детей отличаются преимущественными для определенного возраста формами реакций и особенностями поведения.

По мнению В. В. Ковалева, существуют гетыре основных возрастных уровня реагирования: 1) соматовегетативный (0—года); 2) психомоторный (4-10 лет); 3) аффективный (7-12 лет); 4) эмоционально-идеаторный (12-16 лет).

Для первого уровня характерны повышенная общая и вегетативная возбудимость, склонность к расстройствам пищеварения, питания, сна, навыков управления сфинктерами мочевого пузыря и прямой кишки. В связи с этим преобладающей клинической формой в этом возрасте является невропатия. Более того, и при других нервно-психических заболеваниях на первом плане оказывается неспецифическая для них соматовегетативная симптоматика.

Второму уровню свойственны общие или локальные двигательные расстройства в форме гиперкинезов, тиков, заикания, мутизма. Частая форма психопатологии в этом возрасте гипердинамический синдром. Но даже и при других заболеваниях (например, невроз) двигательная расторможенность или суетливость скрывают менее выраженную симптоматику, свойственную основной болезни.

Для третьего уровня наиболее типичны страхи, явления повышенной аффективной возбудимости, уходы, бродяжничество. У детей в этом возрасте обычно встречающиеся нарушения поведения, как правило, сочетаются с выраженными эмоциональными расстройствами и т. д.

Основная форма реагирования, присущая четвертому уровню,—склонность к возникновению сверхценных образований (реакций протеста, эмансипации, ипохондрических переживаний, психической анорексии, дисморфомании). Обычно эта, присущая возрасту психопатология и является характерной для подростков, даже если она и несвойственна основному заболеванию. Знание возрастных особенностей реагирования психики и преобладающих в соответствующем возрастном периоде симптомов позволяет увидеть за ними симптоматику, патогномоничную основному заболеванию.

Кризисы развития. В определенных возрастах, судя по статистическим данным, дети чаще заболевают нервно-психическими расстройствами. Эти возрасты суть кризисы развития психики. Возрастные кризисы встречаются в момент смены одного возрастного периода другим. Они могут происходить достаточно бурно, сопровождаться трудностями и эмоциональными переживаниями, сопутствующими возникновению качественных перемен в жизнедеятельности человека. Сущность этих кризисов —переход количества в новое качество: происходящие изменения в психических и личностных образованиях порождают новое качество. Этот переход может происходить резко, скачкообразно, что затрудняет благополучное его завершение. Основной трудностью детства является несамостоятельность, зависимость от взрослых. Трудности подросткового возраста —противоречие между потребностью быть взрослым, происходящим самоопределением, формирующейся концепцией взрослого «Я» и несоответствующими им потенциалами подростка. Типичные психологические кризисы в этих возрастных периодах возникают именно вокруг этих проблем. Если трудности переходного возраста сочетаются с переживанием неприятной жизненной ситуации, то появляется высокий риск возникновения тех или иных нервно-психических расстройств.

Периодизация возрастных кризисов Э. Эриксона (1996) рассматривает кризис как поворотный момент в жизни, возникающий вследствие достижения определенного уровня психологической зрелости и предъявляемых к индивиду социальных требований. На каждом возрастном этапе возникает своя специфическая, требующая решения проблема. Успешное разрешение кризиса - залог дальнейшего развития здоровой личности и необходимый фактор эффективного проживания последующих стадий.

Во время первого кризиса (от рождения до 1 года) жизни формируется чувство доверия. Препятствия, встречающиеся на пути благополучного ее завершения, например материнская депри-вация, почти всегда приводят к болезненным формам отклонения развития. Причем от степени тяжести препятствий обычно зависит выраженность патологии (от тревожного состояния до отставания в развитии).

Во втором кризисе (от 1 до 3 лет) если не удовлетворяется потребность ребенка в получении самостоятельности, автономии, то в дальнейшем ребенок становится неуверенным, конформным.

В третьем кризисе (от 3 до 6 лет) центральным становится конфликт предоставления возможности проявлять собственную инициативу. Если ребенок своевременно не получил разрешения для проявления своих интересов и отстаивания их перед другими, то недостаток инициативы в последующем может стать основой для формирования зависимого расстройства личности.

В четвертом кризисе (8-12 лет), когда должно сформироваться чувство трудолюбия, активного отношения к работе, обучению, применению знаний и навыков, препятствия, возникшие на этом пути, могут привести к чувству собственной несостоятельности.

В пятом кризисе (подростковый возраст) происходит самоопределение, формируется чувство тождественности «Я», своего целостного и ценного «Я». Неспособность благополучно разрешить этот кризис может привести к нарушению процесса идентификации (в рамках невроза или даже психоза).

Поведение человека не может развиваться вне связи с другими людьми. Взаимоотношения с другими определяются потребностью в общении. Эта потребность прежде всего реализуется в стремлении играть с детьми своего возраста. Общаясь друг с другом, дети создают свою субкультуру, которая является очень важной и в значительной степени незаменимой. Группы детей, действуя в стороне от взрослых, обучаются определенной самостоятельности, независимости от постоянно их опекающих и лишающих инициативы взрослых. В процессе общения дети облегчают сверстнику восприятие новой информации, расширяют свое представление о мире. Начиная с самого младшего возраста, ребенок понимает «инакость» других людей. Тольке в игре со сверстниками удается удовлетворить потребности развивающейся личности. Детям удается создать организацию и выразить свои коллективные интересы. Они обучают друг друга поведению в трудных жизненных ситуациях. Для этой цели они используют либо фольклор, либо образцы поведения, передающиеся из поколения в поколения. Уже дети 5-10 лет осваивают необходимые образцы поведения, позволяющие им быстрее действовать и избегать излишнего эмоционального напряжения. Им удается улучшить свои навыки коммуникации за счет тренировки стандартных ситуаций, которые они создают в игре. Они получают навык управления своим эмоциональным состоянием, защищаясь от обид и обзываний. Происходит испытание на психологическую прочность, во время которого ребенок приобретает навыки эффективной защиты. Как констатирует М. Осорина (1999), «в детской субкультуре можно наблюдать последовательные фазы знакомства с чувством страха, проживания его в разных обстоятельствах и попытки совладания с ним в ситуациях возрастающей трудности, фактически это спонтанно складывающаяся тренинговая программа, которая разворачивается в игровых формах, характерных для детской традиции». Анализ детской субкультуры позволяет сделать следующие выводы. Ребенок, лишенный детского общества, в меньшей степени подготовлен к встрече с трудностями жизни, и, таким образом, у него выше риск возникновения нервно-психических расстройств. При оценке детских переживаний следует учитывать, что сюжеты детского фольклора и ритуальные игры не проявления психопатологии, а элемент детской субкультуры.

В завершение этого раздела можно сказать, что детский психопатолог основывает диагностику нервно-психических расстройств, оценку их развития, исхода и возможные вмешательства через призму возрастной психологии. Особенно большое значение приобретает последняя при анализе того, какую роль играют возрастные особенности личности ребенка в формировании симптоматики нервно-психических расстройств. Не менее существенно учитывать своеобразие возрастных кризов, как правило, ослабляющих защитные силы организма и личности.

(3 Темы для самостоятельной работы

1. Психическая норма. 2. Нормоцентрический подход. 3. Нозоцент-рический подход. 4. Критерии психического здоровья. 5. Психическое состояние. 6. Темперамент. 7. Периодизация психического развития. 8. Асинхрония. 9. Акселерация. 10. Ретардация. 11. Психический дизонтогенез. 12. Возрастной криз. 13. Природно-психическое. 14. Социально-психическое. 15. Эволютивный дизонтогенез. 16. Процессуальный дизонтогенез. 17. Психическая болезнь. 18. Детская психопатология.

РД Рекомендуемая литература

Валлон А. Психическое развитие ребенка.- М.: Просвещение, 1967.

Вассерман Л. И., Дорофеева С. А., Меерсон Я. А. Методы нейропсихологиче-ской диагностики.—СПб., 1997.

Выготский Л. С. Проблемы дефектологии.- М., 1994.

Детская патопсихология. Хрестоматия.- М.: Когито-Центр, 2000.

Зейгарник Б. В. Очерки по психологии аномального развития личности- М.: МГУ, 1980.

Карвасарский Б. Д. Медицинская психология.- Л.: Медицина, 1982.

Кляйн М. и др. Воспитание детей и психоанализ.- М.: Рефл-бук, 2000.

Лакосина Н. Д., Ушаков Г. К. Медицинская психология.-М.: Медицина, 1984.

Лангмейер К, Матейъек 3. Психическая депривация в детском возрасте. -

Прага.: Авиценум, 1984. Лебединский В. В. Нарушения психического развития у детей.—М.: МГУ,

1985.

ОсоринаМ.В. Секретный мир детей в пространстве мира взрослых. -СПб.: Питер, 1998.

Пожар Л. Психология аномальных детей и подростков - патопсихология.- М.: Воронеж, 1996.

Поляков Ю. Ф. Патология познавательной деятельности при шизофрении- М., 1974.

Пиаже Ж. Избранные психологические произведения.—М., 1969. Психология/ Под ред. А. А. Крылова —М.: Проспект, 1998. Психология подростка/ Под ред. Ю. И. Фролова —М.: РПА, 1997. Психотерапия детей и подростков/ Под ред. X. Ремшмидт —М.: Мир, 2000.

Психическое здоровье детей и подростков/ Под ред. И. В. Дубровиной -Екатеринбург: Деловая книга, 2000.

РаттерМ. Помощь трудным детям.- М.: Прогресс, 1987.

Ремшмидт X. Подростковый и юношеский возраст.—М., 1994.

Справочник по психологии и психиатрии детского и подросткового возраста/ Под ред. С. Ю. Циркина - СПб.: Питер, 1999.

СтреляуЯ. Роль темперамента в психическом развитии.—М.: Прогресс, 1982.

Фрейд А. Психология «Я» и защитные механизмы.- М.: Педагогика, 1993. Эйдемиллер Э. Г., Юстицкис В. В. Психология и психотерапия семьи. -

СПб.: Питер, 1999. ЭльконинД.Б. Детская психология.—М.: Учпедгиз, 1960. ЭриксонЭ. Идентичность: юность и кризис—М.: Прогресс, 1996. ЭриксонЭ. Детство и общество.- СПб.: Университетская книга, 1996.

Глава 5 ЭТИОЛОГИЯ И ПАТОГЕНЕЗ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ В ДЕТСКОМ ВОЗРАСТЕ

МЕХАНИЗМ ДЕЙСТВИЯ ЭМОЦИОНАЛЬНОГО СТРЕССА И ФАКТОРЫ, СПОСОБСТВУЮЩИЕ ВОЗНИКНОВЕНИЮ ПСИХИЧЕСКИХ И ПСИХОСОМАТИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ

СТРЕСС И ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ СТРЕСС. МЕХАНИЗМЫ ИХ РАЗВИТИЯ

Наиболее характерная черта ребенка —его эмоциональность. Он очень живо откликается на негативные и положительные изменения в его окружении. Эти переживания в большинстве случаев носят позитивный характер. Они имеют очень большое значение в приспособлении ребенка к изменяющейся жизни. Однако при определенных условиях чувства могут играть и отрицательную роль, приводя к нервно-психическим или соматическим расстройствам. Это происходит в тех случаях, когда сила эмоции достигает такой степени, что становится причиной развития стресса.

Эмоциональный стресс —состояние ярко выраженного психоэмоционального переживания человеком конфликтных жизненных ситуаций, которые остро или длительно ограничивают удовлетворение его социальных или биологических потребностей [Судаков К. В., 1986].

Понятие стресса ввел в медицинскую литературу Н. Selye (1936) и описал наблюдающийся при этом адаптационный синдром. Этот синдром может пройти в своем развитии три стадиии:

  1.  стадию тревоги, во время которой осуществляется мобилизация ресурсов организма;
  2.  стадию резистентности, при которой организм сопротивляется стрессору, если его действие совместимо с возможностями адаптации;
  3.  стадию истощения, во время которой истощаются запасы адаптационной энергии при воздействии интенсивного раздражителя или при длительном воздействии слабого раздражителя, а также при недостаточности адаптивных механизмов организма.

Н. Selye описывал эустресс —синдром, способствующий сохранению здоровья, и дистресс - вредоносный или неприятный синдром. Этот синдром рассматривается как болезнь адаптации, возникающая в связи с нарушением гомеостаза (постоянства внутренней среды организма).

Биологическое значение стресса - мобилизация защитных сил организма. Стресс, по Т. Коксу (1981),- феномен осознания, возникающий при сравнении между требованием, предъявляемым к личности, и ее способностью справиться с этим требованием. Отсутствие равновесия в этом механизме вызывает возникновение стресса и ответную реакцию на него.

Специфика эмоционального стресса состоит в том, что он развивается в условиях, когда не удается достичь результата, жизненно важного для удовлетворения биологических или социальных потребностей, и сопровождается комплексом соматовегетативных реакций, а активация нейроэндокринной системы мобилизует организм на борьбу.

К действию повреждающих факторов наиболее чувствительными оказываются эмоции, которые первыми включаются в стрессовую реакцию, что связано с их вовлечением в аппарат акцептора результатов действия при любых целенаправленных поведенческих актах [Анохин П. К., 1973]. Вследствие этого активируется вегетативная система и эндокринное обеспечение, регулирующее поведенческие реакции. Напряженное состояние при этом может быть вызвано рассогласованием в возможности достижения жизненно важных результатов, удовлетворяющих ведущие потребности организма во внешней среде.

Вместо того чтобы мобилизовать ресурсы организма для преодоления трудностей, стресс может оказаться причиной серьезных расстройств. При неоднократном повторении или при большой продолжительности аффективных реакций в связи с затянувшимися жизненными трудностями эмоциональное возбуждение может принять застойную стационарную форму.

В этих случаях даже при нормализации ситуации эмоциональное возбуждение активизирует центры вегетативной нервной системы, а через них расстраивает деятельность внутренних органов и нарушает поведение.

Наиболее важную роль в развитии эмоционального стресса играют расстройства в вентромедиальном отделе гипоталамуса, ба-зально-латеральной области миндалины, перегородке и ретикулярной формации.

Частота эмоциональных стрессов нарастает по мере развития научно-технического прогресса, ускорения темпа жизни, информационных перегрузок, нарастающей урбанизации, экологического неблагополучия. Устойчивость к эмоциональным стрессам различна у разных людей. Одни более предрасположены, другие —весьма устойчивы. Однако развитие у ребенка вследствие возникновения жизненных трудностей нервно-психических или соматических заболеваний зависит от психических и биологических особенностей индивида, социального окружения и стрессора (события, вызвавшего эмоциональную реакцию).

СОЦИАЛЬНОЕ ОКРУЖЕНИЕ

Многократно перенесенные в прошлом трудные ситуации в семье и вне ее неблагоприятно сказываются на последствиях эмоционального стресса. При этом имеют значение частота и тяжесть переживаемых событий. Для психического и соматического здоровья опасен не только один трагический инцидент, подобный смерти близких родственников, но и несколько менее драматичных, происшедших за короткий промежуток времени, так как это тоже снижает возможности приспособления. Однако при этом следует учитывать, что ребенок в мире не один, что другие люди могут облегчить приспособление к ситуации. Наряду с предшествующим жизненным опытом существенное значение имеют и актуальные житейские обстоятельства. При несоразмерности личностных реакций на изменяющийся мир возникает опасность для здоровья. Такой подход предполагает комплексное рассмотрение человека и окружающей его среды.

Развитию заболевания после эмоционального стресса способствует состояние беспомощности, когда окружение воспринимается небезопасным, не доставляющим удовольствия, а человек чувствует себя покинутым. В то же время если окружение индивида разделяет его оценки и мнения и он у него может всегда найти эмоциональную поддержку, то вероятность болезнетворного действия эмоционального стресса уменьшается. Для человека (в особенности в детском возрасте) наличие социальных связей столь важно, что даже только их недостаточность может стать причиной развития стресса.

Привязанность, возникающая между детьми и их родителями в самый чувствительный для этого период —вскоре после рождения, имеет колоссальное значение не только в качестве цементирующего механизма, объединяющего группы людей, но и в качестве механизма, обеспечивающего их безопасность.

Формирование этого социального механизма основано на врожденных образцах поведения, что и определяет не только прочность привязанностей, но и их большую защитную силу. В тех же случаях, когда родительская забота была недостаточной, а социальные отношения нарушались или отсутствовали, у детей в дальнейшем недостает необходимых жизненных социальных качеств. Чувство беззащитности и неспособности оградить себя от опасности приводит к часто возникающим тревожным реакциям и почти постоянным нейроэндокринным изменениям. Такое состояние повышает риск неблагоприятного воздействия эмоционального стресса.

СТРЕССОР

Причинами возникновения эмоционального стресса могут быть как позитивные, так и негативные события. В связи с тем, что вредностями считают лишь неблагоприятные факторы, в качестве потенциальных стрессоров систематизируют лишь отрицательные события.

С. А. Разумов (1976) разделил стрессоры, участвующие в организации эмоционально-стрессовой реакции у человека, на четыре группы:

  1.  стрессоры активной деятельности: а) экстремальные стрессоры (боевые действия); б) производственные стрессоры (связанные с большой ответственностью, дефицитом времени); в) стрессоры психосоциальной мотивации (экзамены);
  2.  стрессоры оценок (оценка деятельности): а) «старт»-стрессоры и стрессоры памяти (предстоящие состязания, воспоминание о горе, ожидание угрозы); б) победы и поражения (победа, любовь, поражение, смерть близкого человека); в) зрелища;
  3.  стрессоры рассогласования деятельности: а) разобщение (конфликты в семье, в школе, угроза или неожиданное известие); б) психосоциальные и физиологические ограничения (сенсорная депривация, мускульная депривация, заболевания, ограничивающие общение и деятельность, родительский дискомфорт, голод);
  4.  физигеские и природные стрессоры: мускульные нагрузки, хирургические вмешательства, травмы, темнота, сильный звук, качка, жара, землетрясение.

Сам факт воздействия еще не обязательно предполагает наличие стресса. Более того, стимул действует, как указывал П. К. Анохин (1973), на стадии афферентного синтеза очень разнообразных по количеству и качеству суммирующихся раздражителей, поэтому оценить роль одного из факторов исключительно трудно. В то же время восприимчивость к некоторым стрессорам у людей может быть очень различной. Новые впечатления для одних непереносимы, а другим необходимы.

НЕБЛАГОПРИЯТНЫЕ ПСИХОСОЦИАЛЬНЫЕ ФАКТОРЫ

Гпіи°^ЬНЬ,Є И обп<ественньіе неблагоприятные факторы.

Среди глобальных психосоциальных факторов страхи у детей перед возникновением войны появляются отчаст^как^рГжение тревог родителей и прародителей, отчасти как собственные впечатления, полученные через средства массовой информации об уже идущих вооруженных столкновениях. При этом дети, в отличие от взрослых, неправильно оценивая степень реальной опасности, считают, что война уже на пороге их дома. В связи с загрязнением почвы, воды и воздуха ожидание экологической катастрофы становится новым глобальным страхом, поражающим не только взрослых, но и детей. К числу вредоносных этнических факторов могут быть отнесены межнациональные противостояния, столь обострившиеся за последнее время. При воздействии таких региональных психосоциальных факторов, как стихийные бедствия —землетрясения, наводнения или промышленные катастрофы, наряду с физическими факторами, приводящими к травмам, ожогам и лучевой болезни, возникает паника, охватывающая не только взрослых, но и детей. При этом психогенный эффект может быть отсроченным во времени и проявиться после исчезновения непосредственной опасности для жизни.

В отдельных населенных пунктах наблюдаются жизненные местные трудности. Например, добровольный или вынужденный отъезд из привычных мест обитания. При этом дети-беженцы как под влиянием собственных трудностей, так и под воздействием тревог близких оказываются тяжело психически травмированными. Эти трудности значительно усугубляются, когда миграция осуществляется в местности, где иные взаимоотношения людей, иначе воспитывают детей или говорят на другом языке. Большой риск психического расстройства возникает, если переезд семьи влечет за собой утрату социального статуса ребенка. Такое случается в новой школе, где он может быть непринятым и оказывается отвергнутым.

В районе, в котором живет ребенок, он вне дома может подвергаться нападениям, издевательствам или сексуальным злоупотреблениям. Не меньшую, а ббльшую опасность для ребенка представляют эпизодические или постоянные угрозы, которые приходится терпеть от сверстников или более старших детей из того же учебного заведения или близлежащего района. Тяжелый след в душе ребенка оставляют преследования или дискриминация в детском коллективе за принадлежность к определенной этнической, языковой, религиозной или какой-то другой группе.

Неблагоприятные факторы, связанные с детскими учреждениями. Школа, составляющая социальную среду, в которой дети находятся в течение значительной части времени, нередко оказывается причиной четырех комплексов проблем. Первый из них связан с поступлением в школу, из-за перехода от игры к труду, от семьи к коллективу, от нестесненной активности к дисциплине. При этом степень трудности приспособления зависит от того, как ребенка готовили к учебе.

Во-вторых, ученику приходится приспосабливаться к давлению, оказываемому на него требованиями учебного процесса. Нажим родителей, учителей, одноклассников тем сильнее, чем более развито общество и сознание необходимости образования.

В-третьих, «технизация» общества, требующая усложнения учебных программ, ее компьютеризация резко увеличивает трудности освоения школьных знаний. Положение ученика еще больше осложняется, если он страдает задержкой развития, дислексией, нарушением перцепторно-двигательных функций или воспитывался в условиях социальной депривации, в неблагоприятной социально-культурной среде. Ухудшает положение ребенка «наклеивание на него ярлыка больного», так как отношение к нему в соответствии с диагнозом меняется, а ответственность за его успешную учебу перекладывается с педагогов на медиков.

В-четвертых, из-за присутствия в школе элемента соревнования, связанного с ориентацией на высокие показатели, отстающих учеников неизбежно осуждают, в дальнейшем к ним относятся враждебно. У таких детей легко развивается самопораженческая реакция и негативное представление о собственной личности: они смиряются с ролью неудачников, неуспевающих и даже нелюбимых, что препятствует их дальнейшему развитию и увеличивает риск возникновения психических расстройств.

К школьным стрессовым ситуациям можно добавить неприятие детским коллективом, проявляющееся в оскорблениях, издевательствах, угрозах, или принуждение к той или иной неприглядной деятельности. Следствием неспособности ребенка соответствовать желаниям и деятельности сверстников становится почти непрекращающееся напряжение в отношениях. Серьезной психической травмой может стать смена школьного коллектива. Причина этого кроется, с одной стороны, в потере старых друзей, а с другой —в необходимости подлаживаться к новому коллективу и новым педагогам.

Большой проблемой для ученика может стать негативное (враждебное, пренебрежительное, скептическое) отношение учителя или несдержанное, грубое, излишне аффективное поведение невоспитанного или невротичного воспитателя, пытающегося справиться с детьми только с позиции силы.

Пребывание в закрытых детских учреждениях —яслях, домах ребенка, детских домах, интернатах, больницах или санаториях —представляет для психики ребенка и его тела большое испытание. В этих учреждениях воспитывает постоянно сменяющаяся группа людей, а не один-два родственника. К такому калейдоскопу лиц маленький ребенок не может привязаться, почувствовать себя защищенным, что приводит к постоянной тревоге, страху, беспокойству.

Семейные неблагоприятные факторы. Родительское воспитание может быть неблагоприятным, когда ребенок воспитывается

приемными родителями, отчимом или мачехой, чужими людьми, а также родителями при непостоянном с ними проживании. Воспитание в неполной семье, в частности, становится неблагоприятным в том случае, когда родитель чувствует себя несчастным и, замыкаясь в семье, не способен создать своему сыну или дочери необходимые условия для формирования позитивных чувств и удовлетворения от жизни.

Сами дети получают много от общения за пределами семьи. В то же время социальная изоляция семьи может стать фактором риска для ребенка, так как она противодействует его контактам с окружением. Обособление семьи обычно возникает как следствие изменений личности родителей или их ригидных предпочтений, резко отличающихся от принятых в окружении. Чрезмерно опекающий родитель принимает решения за ребенка, защищает его даже от незначительных или воображаемых трудностей вместо того, чтобы помочь преодолеть их. Это приводит к зависимости ребенка и мешает формированию у него ответственности, приобретению социального опыта за пределами семьи, изолирует от других источников социальных влияний. У таких детей возникают трудности в общении с окружающими, у них высока в связи с этим опасность невротических срывов и психических расстройств.

Семья обеспечивает ребенка жизненным опытом. Недостаточное же общение ребенка с родителями, отсутствие совместных игр и занятий не только ограничивает возможности его развития, но и ставит его на грань психологического риска.

Постоянное родительское давление, не соответствующее нуждам и потребностям ребенка, обычно направлено на то, чтобы он стал не тем, кто он есть на самом деле или кем он может быть. Требования могут не соответствовать полу, возрасту или особенностям личности. Такое насилие над ребенком, попытки переделать его натуру или заставить сделать невозможное, крайне опасны для его психики. Искаженные взаимоотношения в семье из-за недостаточной откровенности, бесплодных споров, неспособности договориться между собой для решения семейных проблем, сокрытие семейных тайн от ребенка —все это крайне затрудняет ему возможность приспособления к жизни. Такая неопределенная и, как правило, напряженная обстановка, в которой воспитывается ребенок, чревата риском для его психического здоровья.

Психические нарушения, личностные отклонения или инвалидность одного из членов семьи представляют для ребенка потенциальный риск психического расстройства. Это может быть связано, во-первых, с генетической передачей ребенку повышенной ранимости и, во-вторых, с влиянием психических расстройств у родителей на жизнь в семье. Их раздражительность лишает ребенка покоя, чувства уверенности. Их страхи могут стать причиной ограничения детской активности. Их бредовые и галлюцинаторные переживания могут пугать детей и даже стать причиной посягательства больных родителей на здоровье и жизнь детей. Нервно-психические расстройства могут лишить родителей способности заботиться о ребенке. В-третьих, из-за идентификации с родителями ребенок, так же как и они, может переживать тревогу или страхи. В-четвертых, может нарушаться гармония семейных отношений.

Психическая иди физическая инвалидность, сенсорный дефект (глухота, слепота), тяжелая эпилепсия, хроническое соматическое заболевание, угрожающая жизни болезнь родителя делают его неспособным обслуживать и воспитывать ребенка. Он также не может вести хозяйство, что, безусловно, нарушает благополучие ребенка и создает риск для его психического здоровья.

Эти состояния психической или физической неполноценности родителей оказывают влияние на ребенка из-за явной социальной стигматизации; из-за недостаточной заботы и надзора за ребенком; из-за изменений родительских чувств привязанности и снижения ответственности, вызванных неспособностью понять детские потребности и трудности; из-за семейных разногласий и напряжений; из-за социально неприемлемого поведения; из-за ограничений ребенка в активности и контактах. Антагонистические взаимодействия и взаимоотношения между членами семьи также приводят к неблагоприятным последствиям для социального и эмоционального развития ребенка.

Ребенок может оказаться под воздействием одного, нескольких или всех этих факторов в одно и то же время. Все двусторонние взаимоотношения людей зависят от поведения каждого из них. Соответственно, варьируя по степеням, нарушенные внутрисемейные отношения могут возникать отчасти как результат реакций, отношений или действий самого ребенка. В каждом отдельном случае трудно бывает судить о его действительном участии во внутрисемейных процессах. К частым случаям нарушенных семейных отношений относят недостаток теплоты в отношениях между родителями и ребенком, дисгармоничные отношения между родителями, враждебность к ребенку или жестокое обращение с ним.

Дисгармоничные отношения между взрослыми членами семьи, проявляющиеся ссорами или атмосферой эмоционального напряжения, приводят к неуправляемому и враждебному поведению отдельных членов семьи, что упорно сохраняет жестокие отношения друг к другу. После серьезных конфликтов члены семьи подолгу не общаются друг с другом или стремятся покинуть дом.

Враждебность некоторых родителей проявляется в постоянном возложении ответственности на ребенка за чужие проступки, что фактически превращается в психическое истязание. Другие подвергают ребенка систематическим унижениям и оскорблениям, подавляющим его личность. Они награждают ребенка негативными характеристиками, провоцируют на конфликты, агрессию, незаслуженно наказывают.

Жестокое обращение с ребенком или физическое истязание его родителями опасно не только для соматического, но и для психического здоровья. Сочетание боли, соматических страданий с переживаниями обиды, страха, отчаяния и беспомощности из-за того, что самый близкий человек несправедлив и жесток, может привести к психическим расстройствам.

Принуждение к половой жизни, развратные действия, совращающее поведение родителей, отчима, других родственников, как правило, сочетаются с серьезным неблагополучием в семейных отношениях. В этой ситуации ребенок оказывается беззащитным перед сексуальными злоупотреблениями, его переживания страха и обиды усугубляются неотвратимостью происходящего, безнаказанностью обидчика и противоречивыми чувствами обиженного к нему.

ИНДИВИД

Способность события вызвать дистресс определяется его восприятием индивидом. При оценке переживаемых трудностей по степени адаптации или по уровню дистресса оказалось, что субъективное и объективное значение событий для взрослого и ребенка различно. Для детей младшего возраста наиболее существенным переживанием может стать даже временный отрыв от родителей. Старшие дети тяжело переживают свою неспособность удовлетворить родительские чаяния о высокой успеваемости или примерном поведении. У подростка нередко развитие стресса связывается с неприятием или отвержением той группой сверстников, к которой он хочет принадлежать.

То, что не все подвергающиеся стрессовым воздействиям заболевают, объясняется устойчивостью некоторых личностей. В то же время часть людей обладает повышенной чувствительностью к стрессам.

Среди индивидуальных особенностей личности, способствующих возникновению заболеваний в результате внешних воздействий, выделяется темперамент. Такие его стороны, как низкий порог чувствительности к раздражителям, интенсивность реакций, трудности адаптации к новым впечатлениям с преобладанием отрицательных эмоций и другие, делают ребенка очень чувствительным к стрессам. В то же время активность ребенка, ритмичность физиологических функций, доступность и хорошая приспособляемость к новому наряду с преобладающим ровным настроением и небольшой интенсивностью реакций на изменения в окружающей среде препятствуют развитию заболеваний при наличии потенциально стрессорных событий.

Предрасположение к возникновению стресса связывается также с наличием несоответствия между требованиями среды и способностями индивида к адекватному реагированию на них. Стрессовая реакция понимается как нарушение равновесия во взаимоотношениях личности с окружением и как проявление несоответствия его ожиданий и возможностей их реализации. Однако конечный результат этой реализации зависит от деятельности других лиц, способных усилить стресс или уменьшить его патогенное действие посредством поддержки переживающего. Это объясняет, например, почему один ребенок, попадая в одинаково трудные условия учебного заведения, благополучно адаптируется, а другой, не обладающий поддержкой родителей или друзей, не может разрешить свои трудности иначе как через нервно-психическое расстройство.

Среди заболевших после перенесенных стрессов преобладают те личности, которые отличаются большим нигилизмом, чувством бессилия, отчужденностью, непредприимчивостью. Уменьшают патогенное воздействие стрессоров наличие высокой самооценки, энергичная позиция в отношении окружения, способность принимать на себя обязательства, уверенность в возможности контролировать события. Активность увеличивает шанс благоприятного исхода перенесения стресса, отказ же от поиска выхода из ситуации делает организм уязвимым к возникновению заболеваний.

За катастрофическими событиями у пережившего их человека часто следует состояние «отказа», «капитуляции», реже —предчувствие этого состояния. Индивид реагирует аффектом беспомощности или безнадежности, понимая свою неспособность действовать, преодолевать возникшие трудности без помощи других или иногда даже с помощью. Такие люди становятся озабоченными пережитыми печальными событиями. Они воспринимают эти воспоминания так, как если бы все неприятное из прошлого возвратилось, переполняя их и угрожая. Им в это время трудно представить будущее или пытаться искать пути выхода. Они отворачиваются от окружающего, погружаются в свои прошлые переживания. Это состояние ставит индивидов на грань риска заболевания, делает их крайне ранимыми.

Появление психических нарушений связывается также с содержанием переживаний личности. Таким переживанием может быть фактическая, угрожающая или воображаемая «потеря объекта». При этом под «объектом» понимают как одушевленные существа, так и неодушевленные предметы, от которых в силу своей привязанности индивид не может отказаться. Примером может быть кратковременная или - особенно —длительная утрата контактов с родственниками или с привычной деятельностью (игрой со сверстниками).

Отмечают значение определенной жизненной ситуации и соответствующего культурного влияния. Более того, социальное развитие и техническая революция в последние годы меняют все нормы в обществе. В связи с этим возникает напряжение между индивидом и средой, что является одним из основных факторов развития нервно-психических заболеваний.

В процессе действия стрессора на лигность происходит первичная его оценка, на основании которой определяется угрожающий или благоприятный тип создавшейся ситуации. С этого момента формируются механизмы личностной защиты («процессы совладения»), т. е. средства личности, осуществляющей контроль над ситуациями, угрожающими или расстраивающими ее. Процессы совладания, являясь частью аффективной реакции, направлены на уменьшение или устранение действующего стрессора.

Результатом вторичной оценки становится один из трех возможных типов стратегии совладания:

  1.  непосредственные активные поступки индивида с целью уменьшения или устранения опасности (нападение или бегство);
  2.  мыслительная форма —вытеснение («это меня не касается»), переоценка («это не так уж и опасно»), подавление, переключение на другую форму активности;
  3.  совладание без аффекта, когда реальная угроза личности не предполагается (соприкосновение со средствами транспорта, бытовой техникой).

Третья оценка возникает в процессе изменения суждения как результат полученной обратной информации или своих собственных реакций. Однако происхождение эмоциональных реакций не может быть понято без учета физиологических механизмов. Психические и физиологические процессы следует рассматривать в их взаимной зависимости.

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ЗАЩИТА И БИОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ

Психологическая защита важна для предотвращения дезорганизации психической деятельности и поведения и тем самым для создания сопротивления индивида возможному развитию болезни. Она возникает в виде взаимодействия осознаваемых и неосознаваемых психологических установок. Если в результате психической травмы невозможна реализация в поведении ранее сформировавшейся установки, то нейтрализовать создавшееся патогенное напряжение можно, создав другую установку, в рамках которой противоречия между первоначальным стремлением и препятствием устраняются. Примером может быть преодоление горя у ребенка, потерявшего свою горячо любимую собаку. В связи с невозможностью вернуть любимца утешить ребенка можно, лишь подарив ему другое живое существо, вырабатывая у него новую установку на уход за новоиспеченным другом.  Вместо описанной трансформации отрицательно влияющей установки может наблюдаться подстановка нереализуемой установки какой-то другой, не встречающей препятствий при своем выражении в действии. Именно с распадом психологической защиты создаются благоприятные условия для патогенного воздействия психоэмоционального стресса —развития не только функциональных, но и органических расстройств.

Биологические процессы, происходящие в период действия стресса и имеющие патогенное значение, возникают тем легче, чем более выражена наследственная предрасположенность к нервно-психическим расстройствам. Особенная чувствительность некоторых людей к эмоциональным стрессам, объяснявшаяся общей наследственно-конституциональной слабостью или типом высшей нервной деятельности, в настоящее время конкретизируется указанием на механизм ранимости организма - повышение активности гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы, нарушение трансформации монопротеидов крови и иммунологических особенностей организма. Отсутствие раздражителей или их чрезмерный поток, действуя на гипоталамус, нарушает гипоталамо-корти-кальные отношения и меняет реактивность индивида на стресс. Возникновение физиологических изменений под влиянием стресса зависит от уровня эмоционального возбуждения, качества и знака эмоций, типов физиологического реагирования индивидов и различий реагирования у одного и того же человека в разное время, а также состояния вегетативной нервной системы.

Существующие в организме индивида стресс-лимитирующие системы посредством адренергической и гипофизарно-адреналовой систем создают механизмы, облегчающие адаптацию к среде. Эти системы не только защищают организм от прямых повреждений, но и формируют эмоциональное поведение.

Одним из механизмов устойчивости к эмоциональному стрессу является активация в мозгу опиоидергической системы, способной устранять отрицательное эмоциональное возбуждение. Накопление в мозгу серотонина при адаптации к трудным ситуациям также подавляет стрессорную реакцию. Активация ГАМКергической системы подавляет агрессивность и упорядочивает поведение.

СОМАТИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ПРОЦЕССЕ СТРЕССА

Стресс, будучи взаимодействием между человеком и окружающей средой, —сложный процесс, основанный на интеграции практически всех частей мозга. При этом решающую роль играет головной мозг: кора головного мозга, лимбическая система, ретикулярная формация, гипоталамус, а также периферические органы.

Стрессовая реакция в ответ на психосоциальный стимул начинается с восприятия стрессора рецепторами периферической нервной системы. Информацию получает кора головного мозга и ретикулярная формация, а через нее гипоталамус и лимбическая система. Каждый стимул может достичь той или иной мозговой структуры только при помощи активации, зависящей от субъективной значимости этого стимула и ситуации, предшествовавшей его воздействию, а также от прежнего опыта перенесения аналогичных раздражителей. Благодаря этому события получают эмоциональную окраску. Полученные сигналы и их эмоциональный аккомпанемент анализируются в коре лобной и теменной долей. Информация, сопровождаемая эмоциональной оценкой, из коры головного мозга поступает в лимбическую систему. Если психосоциальный стрессор интерпретируется как опасный или неприятный, то может возникнуть сильное эмоциональное возбуждение. Когда блокируется удовлетворение биологических, психологических или социальных потребностей, возникает эмоциональный стресс; он выражается, в частности, соматовегетативными реакциями. В процессе развития стресса возникает возбуждение вегетативной нервной системы. Если в ответ на изменения среды не формируется полезная приспособительная реакция, то возникает конфликтная ситуация, усиливается эмоциональная напряженность. Нарастание возбуждения в лимбической системе и гипоталамусе, регулирующем и координирующем деятельность вегетативно-эндокринной системы, приводит к активации вегетативной нервной системы и эндокринных органов. А это приводит к подъему артериального давления, учащению сердцебиений, выбросу гормонов в кровь и т. д. Таким образом, стрессовые реакции на психосоциальные трудности не столько следствие последних, сколько интегратив-ный ответ на когнитивную их оценку и эмоциональное возбуждение.

Первые соматические проявления стресса возникают благодаря быстрой реакции вегетативной нервной системы. После того как психосоциальный стимул был оценен как угрожающий, нервное возбуждение проходит к соматическим органам. Стимуляция вегетативных центров приводит к кратковременному увеличению концентрации норадреналина и ацетилхолина на окончаниях нервов, нормализуя и активируя деятельность органов (сердца, сосудов, легких и т.д.). Для поддержания стрессовой активности в продолжении более длительного времени включается нейроэндокринный механизм, реализующий стрессовую реакцию посредством адрено-кортикального, соматотропного, тиреоидного и других гормонов, в результате, например, подъем артериального давления, одышка, сердцебиение и т. д. сохраняются длительное время.

Центр управления нейроэндокринным механизмом —септаль-но-гипоталамический комплекс. Отсюда импульсы направляются к срединному бугру гипоталамуса. Здесь выделяются гормоны, поступающие в гипофиз, последний выделяет адренокортикотропный гормон, соматотропний гормон, которые попадают в кору надпочечников, а также тироидотропный гормон, стимулирующий щитовидную железу. Эти факторы стимулируют выделение гормонов, действующих на телесные органы. Гипофиз, получив нервные сигналы от гипоталамуса, высвобождает вазопрессин, действующий на функцию почек и окситоцин, который вместе с меланоцитости-мулирующим гормоном оказывает влияние на процессы обучения и запоминания. В течение стрессовой реакции гипофиз также продуцирует три гонадотропних гормона, которые воздействуют на половые и молочные железы. При стрессе под влиянием соответствующей концентрации тестостерона обусловливается поведение, соответствующее полу.

Таким образом, в период стресса благодаря взаимодействию коры, лимбической системы, ретикулярной формации и гипоталамуса интегрируются внешние требования среды и внутреннее состояние индивида. Поведенческие или соматические изменения —результат взаимодействия этих мозговых структур. Если же указанные структуры повреждаются, это приводит к невозможности или расстройству адаптации и нарушению взаимоотношений с окружением.

В стрессовой реакции мозговые структуры, взаимодействуя между собой, проявляют себя различно. При опасности, возникающей для основных биологических потребностей, главную роль играют гипоталамус и лимбическая система. Трудности исполнения социальных потребностей требуют наибольшей активности коры головного мозга и лимбической системы.

ПАТОГЕННОСТЬ СТРЕССА

Состояние стресса приводит к усилению взаимодействия гипоталамуса и ретикулярной формации, ухудшению связи между корой и подкорковыми структурами. При нарушении корково-под-корковых отношений как при остром, так и при хроническом стрессе возникают типичные для него расстройства моторики, ритма сна и бодрствования, нарушение влечений, настроения.

Наряду с этим нарушается активность нервных трансмиттеров, меняется чувствительность нейронов к трансмиттерам и нейропеп-тидам.

Патогенность стресса (способность вызывать соматические и нервно-психические расстройства) зависит от его интенсивности или продолжительности или от того и другого вместе. Факт возникновения психосоматического заболевания, невроза или психоза объясняется тем, что индивид имеет тенденцию к формированию аналогичных психофизиологических реакций на разнообразные стрессоры.

Стресс не развивается по закону «все или ничего», а имеет различные уровни проявления. Он протекает как компенсаторный процесс во взаимоотношениях с внешним миром, как соматическая регуляция. При постоянном повышении активности функциональных систем может быть их износ, амортизация.

М. Poppel, К. Hecht (1980) описали три фазы тегения хрониге-ского стресса.

фаза ингибиции —с подъемом концентрации адреналина в крови, угнетением синтеза белка в головном мозге, снижением способности к обучению и сильным угнетением энергетического метаболизма, что интерпретируется как снижение защиты от стрессоров.

Фаза мобилизации —адаптивный процесс с сильным повышением синтеза белка, увеличением кровоснабжения мозга и расширением видов обмена веществ в мозгу.

Преморбидная фаза —с образованием энергии, что связано с дисрегуляцией во многих системах, с ограничением выработки новых условных рефлексов, повышением кровяного давления, изменением содержания сахара в крови под воздействием инсулина, ликвидацией действия катехоламинов, с нарушением фазы сна, ритма физиологических функций и снижением массы тела.

Пути реализации стресс-реакции различны. Разнообразие стресс-реакций связывается с реализацией через различные «начальные звенья» нервной системы и дальнейшими путями распространения стимулов.

Соматигеский стресс (воздействие физических или химических факторов) осуществляется через подкорковые структуры (переднюю туберальную область), откуда кортикотропин-рилизинг-фактор через гипоталамус поступает в переднюю долю гипофиза.

Психигеский стресс реализуется через кору мозга—лимбико-ка-удальный отдел подбугорной области-спинной мозг—брюшные нервы—мозговое вещество надпочечников—адреналин—нейроги-пофиз-АКТГ—кору надпочечников.

Стресс может быть механизмом развития невротических, психических и психосоматических (сердечно-сосудистых, эндокринных и др. нарушений, болезней суставов, расстройств обмена веществ). Основа развития заболевания при длительном стрессе - продолжительное влияние гормонов, участвующих в формировании стресс-реакции и вызывающих нарушения в обмене ли-пидов, углеводов, электролитов.

Кратковременное острое воздействие стресса приводит к повышению адаптивных способностей. Однако если подготовленная реакция «битва—бегство» (борьба с трудностями) не осуществляется, то стресс оказывает на организм отрицательное влияние и может вызвать острую аффективную реакцию.

СОМАТИЧЕСКИЕ ЭТИОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ

Телесные болезни, повреждения, отравления вызывают нервно-психические расстройства. Однако традиционно изучение соматогенных нервно-психических расстройств, т. е. связанных с физическими повреждениями и болезнями, у детей, как и у взрослых, проводилось в психиатрических клиниках. В связи с этим анализу подвергались, как правило, выраженные психические расстройства с затяжным или периодическим течением. Создавалось впечатление, что единственной причиной их возникновения являются физические вредности, действующие на организм человека. Полагали, что только от остроты, темпа и силы их воздействия могут зависеть клинические проявления психических болезней. Значительно реже описывались случаи кратковременных расстройств, не требовавшие госпитализации в психиатрическую больницу. В последнее время выраженные и особенно тяжелые формы соматогенных психических нарушений у детей стали редкостью. В то же время участились случаи легких форм психозов, неврозоподобных (сходных по клиническим проявлениям с неврозами), эндоформ-ных (напоминающих эндогенные заболевания) расстройств. Необходимость предупреждения и лечения психических нарушений и связанных с ними осложнений потребовало изучения этой достаточно распространенной соматогенной психопатологии, наблюдающейся за пределами психиатрических стационаров.

У больных, обратившихся в детскую поликлинику или находившихся на лечении в детских соматических больницах и санаториях, выявлен весь спектр нервно-психической симптоматики: от начальных проявлений до выраженных психозов. Для понимания происхождения и особенностей симптоматики у них были изучены наследственная отягощенность, перенесенные биологические вредности, преморбидное состояние (психическое и соматическое здоровье до болезни), изменение личности в ходе болезни и ее реакция на душевное соматическое состояние, влияние микро- и макросоциальных условий.

В результате изучения этих неглубоких психических нарушений установлено, что симптомы нервно-психических расстройств в подавляющем большинстве случаев сочетаются с личностными реакциями как на соматическое, так и психическое заболевание. Эти реакции зависят от особенностей личности ребенка или подростка, его возраста, пола и тем.явственнее выражены, чем менее тяжела психопатологическая симптоматика.

С целью более глубокого понимания личностного реагирования был проведен анализ внутренней картины болезни (ВКБ). Специальные методические приемы позволили оценить роль интеллектуального уровня детей, знаний о здоровье и болезни, опыта перенесенных страданий, преобладающих эмоциональных отно-86 шений родителей к болезни ребенка и восприятия ее пациентом в формировании ВКБ.

Имея в виду сложность патогенеза (механизма развития) нервно-психических заболеваний, все же следует отдельно рассмотреть особенности факторов, действующих на тело и вызывающих расстройство психики. К этим «соматогенным» факторам относятся экзогенные (внешние) факторы: соматические и общие инфекционные болезни, мозговые инфекционные заболевания, интоксикации (отравления), травматические поражения мозга. Предполагается, что экзогенные (например, соматогенные) расстройства возникают вследствие действия внешних причин, а эндогенные (например, шизофрения) —благодаря развертыванию внутренних механизмов, реализации наследственного предрасположения. На самом деле между «чистыми» эндогенными и экзогенными расстройствами существуют переходы от таких, при которых имеется очень выраженное генетическое предрасположение, легко спровоцированное незначительным внешним воздействием, до таких, при которых заметного предрасположения отметить не удается, а этиологическим фактором оказывается мощная внешняя вредность.

О распространенности экзогенных вредностей можно судить по данным В. И. Горохова (1982). Среди наблюдавшихся им больных, заболевших в детстве, 10% составляли экзогенно-органиче-ские заболевания. Причиной их в 24% случаев послужили травмы головы, в 11% —менингиты, энцефалиты, в 8% —соматические и инфекционные заболевания. Однако наиболее часто —в 45% случаев —обнаруживались сочетания перечисленных факторов, что и подтверждает преобладание в реальной жизни комплексного действия на организм и психику различных вредностей.

Среди этиологических факторов инфекционных психозов отметим, например, такие заболевания, как грипп, корь, скарлатина, гепатит, ангина, ветряная оспа, отит, краснуха, герпес, полиомиелит, коклюш. Нейроинфекции (инфекционные болезни мозга) вызывают психические расстройства в ходе развития менингитов, энцефалитов (менингококкового, туберкулезного, клещевого и др.), бешенства. Возможно также появление осложнений (вторичные энцефалиты) при гриппе, пневмонии, кори, дизентерии, ветряной оспе и после вакцинаций. Ревматизм и красная волчанка также могут привести к острым и хроническим психическим расстройствам. Заболевания почек, печени, эндокринных желез, крови, пороки сердца могут осложняться нервно-психическими нарушениями. Нарушения психики могут быть обусловлены отравлением три-циклическими антидепрессантами, барбитуратами, антихолинерги-ческими препаратами, гормональными препаратами, а также бензином, растворителями, алкоголем и другими химическими веществами.  Причиной  психических нарушений могут  оказаться

травматические поражения мозга (сотрясения, ушибы и реже открытые травмы головы).

Связать возникновение обсуждаемых расстройств с одной единственной причиной очень трудно. «Нельзя выделять один главный фактор, и тем более единственный, и свести к нему этиологию явления» [Давыдовский И. В., 1962]. Комплексу экзогенных вредностей, вызывающих психические расстройства, обычно предшествуют факторы, ослабляющие организм, снижающие его реактивность, т. е. способность защитить себя от заболевания. К их числу относят особенности соматического развития ребенка, иммунную реактивность, а также повышенную ранимость некоторых отделов мозга, эндокринно-вегетативные, сердечно-сосудистые расстройства, которые участвуют в сопротивлении вредным воздействиям. В ослаблении защиты организма могут сыграть также роль перенесенные воспалительные или травматические повреждения мозга, неоднократные соматические заболевания, тяжелые моральные потрясения, физические перенапряжения, интоксикации, хирургические операции.

Особенности воздействия экзогенного «причинного фактора» определяются его силой, темпом воздействия, качеством и особенностями взаимодействия предрасполагающих и производящих причин.

Рассмотрим воздействие экзогенных факторов на примере инфекций. По данным Б. Я. Первомайского (1977), могут возникнуть три типа взаимодействия организма и инфекции. При первом из них из-за большой тяжести (вирулентности) инфекции и высокой реактивности организма, как правило, для возникновения психических расстройств нет условий. При затянувшейся инфекционной болезни (второй тип) возможность развития психических расстройств будет зависеть от дополнительных (ослабляющих) факторов. В этом случае правильная диета и лечение оказываются решающими. Третий тип характеризуется и невысокой реактивностью организма, и недостаточностью терморегулирую-щей системы. Возникающее в мозгу охранительное торможение играет роль защиты организма, и психические расстройства, в которых оно проявляется, выполняют положительную роль.

Для понимания патогенеза экзогенных нервно-психических расстройств необходимо учитывать значение развивающихся недостатка поступления кислорода в мозг, аллергии, нарушений мозгового обмена веществ, водно-электролитного баланса, кислотно-щелочного состава спинномозговой жидкости и крови, повышения проницаемости барьера, защищающего мозг, сосудистых изменений, отека мозга, разрушений в нервных клетках.

Острые психозы с помрачением сознания возникают при воздействии интенсивных, но непродолжительно действующих вредностей, в то время как протрагированные психозы, приближающиеся по клиническим проявлениям к эндогенным, развиваются при длительном влиянии вредности более слабой интенсивности [Тиганов А. С, 1978].

НАСЛЕДСТВЕННЫЕ ФАКТОРЫ, ЛЕЖАЩИЕ В ОСНОВЕ ВОЗНИКНОВЕНИЯ НЕКОТОРЫХ ЗАБОЛЕВАНИЙ ИЛИ ОТКЛОНЕНИЙ В РАЗВИТИИ

В происхождении целого ряда заболеваний и нарушений психического развития участвуют наследственные причины. При болезнях генетического происхождения гены продуцируют аномальные ферменты, белки, внутриклеточные образования и т. д., из-за чего в организме нарушается обмен веществ и, как следствие, может возникнуть то или иное психическое расстройство. Само наличие отклонений в наследственной информации, передаваемой родителями детям, обычно для возникновения болезни или отклонения в развитии недостаточно. Опасность появления заболевания, связанного с наследственным предрасположением, как правило, зависит от неблагоприятных социальных воздействий, которые могут «запустить» предрасполагающий фактор, реализуя его патогенное действие. Знание специальными психологами и педагогами этого факта позволит им, например, лучше оценивать вероятность появления психических расстройств у детей, имеющих родителей, страдающих психическими расстройствами или умственной отсталостью. Создание таким детям благоприятных жизненных условий может либо предупредить, либо смягчить клинические проявления психических отклонений.

Здесь приводятся некоторые наследственные синдромы психических нарушений, которые развиваются при определенных хромосомных или генетических, а иногда и при неизвестных нам условиях.

Синдром ломкой Х-хромосомы (синдром Мартина-Бел-ла). При этом синдроме одна из длинных ветвей Х-хромосомы ближе к концу сужается, на ней имеется пробел и отдельные фрагменты либо обнаруживаются небольшие выступы. Все это выявляется при культивации клеток со специфическими добавками, в которых имеется недостаток фолатов. Частота синдрома среди умственно отсталых 1,9—,9%, среди умственно отсталых мальчиков-8-10%. У одной трети гетерозиготных носительниц женщин имеется также интеллектуальный дефект. У 7% умственно отсталых девочек имеется хрупкая Х-хромосома. Частота этого заболевания во всей популяции 0,01% (1:1000).

Синдром Клайнфельтера (XXY). При этом синдроме у лиц мужского пола имеется дополнительная Х-хромосома. Частота

RQ

синдрома - 1 на 850 новорожденных мужского пола и 1-2,5% у больных с легкой степенью умственной отсталости. При этом синдроме может быть несколько Х-хромосом, и чем их больше, тем глубже умственная отсталость. Описано сочетание синдрома Клайнфельтера с наличием у больного хрупкой Х-хромосомы.

Синдром Шерешевского-Тернера (моносомия X). Состояние определяется единственной Х-хромосомой. Этот синдром встречается у 1 из 2200 рождающихся девочек. Среди умственно отсталых- у 1 из 1500 лиц женского пола.

Синдром трисомии хромосомы 21 (болезнь Дауна). Этот синдром —самая частая хромосомная патология человека. При ней имеет место лишняя 21-я хромосома. Частота среди новорожденных 1:650, в популяции —:4000. Среди больных умственной отсталостью это самая частая форма, она составляет около 10%.

Фенилкетонурия. Синдром связан с наследственным, генетически передающимся недостатком фермента, контролирующего переход фенилаланина в тирозин. Накапливающийся в крови фени-лаланин становится причиной умственной отсталости у 1 из 10000 новорожденных. В населении число больных —:5000—. Больные фенилкетонурией составляют 5,7% умственно отсталых, обращающихся за помощьк> в генетическую консультацию.

Синдром 4лицо эльфа* —наследственно генетически передающаяся гиперкальциемия. В популяции он встречается с частотой 1:25 000, а на приеме в генетической консультации это самая частая форма после болезни Дауна и фенилкетонурии (почти 1% обращающихся детей).

Туберозный склероз. Это наследственное системное (опухолевидное поражение кожи и нервной системы) заболевание, связанное с мутантным геном. В популяции этот синдром встречается с частотой 1:20 000. На приеме в генетической консультации такие больные составляют 1% всех обращающихся больных. Нередко встречается у глубоко умственно отсталых больных.

Алкогольная энцефалопатия. Фетальный алкогольный синдром, обусловленный алкоголизмом родителей, составляет 8% всех случаев умственной отсталости. При злоупотреблении алкоголем и курением во время беременности повышается частота внутриутробных и перинатальных смертей, недоношенности, асфиксии в родах и увеличивается заболеваемость и смертность детей в ранние годы жизни. Алкоголь интенсивно действует на клеточные мембраны, на процессы клеточного деления и синтеза ДНК нервных клеток. В первые недели после зачатия он приводит к грубым порокам развития ЦНС и к умственной отсталости. После 10-й недели беременности алкоголь вызывает клеточную дезорганизацию и нарушает дальнейшее развитие ЦНС.

Позже алкоголь нарушает у плода мозговой обмен веществ и нейрогенные влияния на эндокринную систему, что вызывает эндокринные расстройства, в частности нарушения роста. Выраженность синдрома зависит от тяжести материнского алкоголизма и срока воздействия алкоголя на плод.

gj Тест для самостоятельной работы:

1. Эмоциональный стресс может быть причиной:

а) психогенного нарушения психики;

б) эндогенного нарушения психики;

в) любых психических нарушений;

г) никаких психических нарушений.

2. Эустресс —это:

а) синдром, способствующий сохранению здоровья;

б) вредоносный или неприятный синдром;

в) психогенный синдром.

3. Дистресс —это:

а) синдром, способствующий сохранению здоровья;

б) вредоносный или неприятный синдром;

в) соматогенный синдром.

4. Психогенная этиология—это:

а) этиологический фактор, связанный с трудной житейской ситуа-
цией;

б) этиологический фактор, связанный с неблагоприятной наслед-
ственностью;

в) этиологический фактор, обусловленный соматическим заболе-
ванием.

5. Соматогенная этиология —это:

а) этиологический фактор, связанный с неблагоприятной наслед-
ственностью;

б) этиологический фактор, связанный с трудной житейской ситуа-
цией;

в) этиологический фактор, обусловленный соматическим заболе-
ванием.

6. Экзогенно-органическая этиология —это:

а) этиологический фактор, связанный с трудной житейской ситуа-
цией;

б) этиологический фактор, обусловленный соматическим заболе-
ванием;

в) этиологический фактор, обусловленный мозговыми инфекцион-
ными болезнями или травматическими поражениями мозга.

7. Эндогенная этиология —это:

а) этиологический фактор, связанный с неблагоприятной наслед-
ственностью и реализовавшийся под влиянием экзогенного
(внешнего) воздействия;

б) этиологический фактор, обусловленный мозговыми инфекцион-
ными болезнями или травматическими поражениями мозга;

в) этиологический фактор, обусловленный соматическим заболе-
ванием.

8. Генетическая (наследственная) этиология —это:

а) этиологический фактор, связанный с неблагоприятной наслед-
ственностью и реализовавшийся под влиянием экзогенного
(внешнего) воздействия;

б) этиологический фактор, связанный с передачей заболевания
по наследству;

в) этиологический фактор, обусловленный мозговыми инфекцион-
ными болезнями или травматическими поражениями мозга.

9. Хромосомальная этиология —это:

а) этиологический фактор, связанный с передачей заболевания
по наследству;

б) этиологический фактор, обусловленный нарушением структуры
хромосом;

в) этиологический фактор, связанный с неблагоприятной наслед-
ственностью и реализовавшийся под влиянием экзогенного
(внешнего) воздействия.

10. Генная этиология —это: \

а) этиологический фактор, обусловленный нарушением структуры
хромосом;

б) этиологический фактор, связанный с передачей заболевания
по наследству;

в) этиологический фактор, связанный с мутацией гена. I

11. Эмбриопатия —это:

а) этиологический фактор, связанный с мутацией гена;

б) этиологический фактор, обусловленный внутриутробным пора-
жением плода;

в) этиологический фактор, связанный с родовой травмой.

\ і

?:

СЦ Рекомендуемая литература [

Веселое Н. Г. Социальная педиатрия.—СПб.: СПбГПМА, 1996.

Журба Л. Т., Мастюкова Е. М. Нарушение психомоторного развития детей
первого года жизни.—М.: Медицина, 1981.
 ?

Исаев Д. Н. Психическое недоразвитие у детей.- Л.: Медицина, 1982. \

Исаев Д. Н., Каган В. Е. Психогигиена пола у детей.—Л.: Медицина, 1986.

Исаев Д. Н. Психосоматические расстройства у детей.—СПб.: Питер, 2000.

КалижнюкЭ. С. Психические нарушения при детских церебральных параличах.- Киев: Вища школа, 1987.

КесельманЛ.Е. Социальные координаты наркотизма.—СПб.: РАН, 1999.

Ковалев В. В. Психиатрия детского возраста.- М.: Медицина, 1995.

Кокс Т. Стресс—М.: Медицина, 1981.

КоркинаМ.В., Лакосина Н. Д., ЛигкоА.Е. Психиатрия.-М.: Медицина, 1995.

Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В. Социодинамическая психиатрия.-М.: Академический проект, 2000.

Лангмейер И., Матейгек 3. Психигеская депривация в детском воз-
расте.- Прага.: Авиценум, 1984.
 ;

Марковская И. Ф. Задержка психического развития.—М., 1995.

Мастюкова Е. М. Лечебная педагогика: ранний и дошкольный возраст.- М., 1997.

Матвеев В. Ф. Психические нарушения при дефектах слуха и зрения.—М., 1987.

МенделевигВ.Д. Психиатрическая пропедевтика.- М.: Медицина, 1997.

Мнухин С. С. О резидуальных нервно-психических расстройствах у детей/ Труды ЛПМИ. Т. 51. Ред. С. С. Мнухин - Л., 1968.

Мухамедрахимов Р. Ж. Мать и младенец. Психологическое взаимодействие- СПб.: СПБГУ, 1999.

Психогигиена детей и подростков/ Под ред. Г. Н. Сердюковской, Г. Гёльни-ца. —М.: Медицина, 1985.

Руководство по клинической детской и подростковой психиатрии/Под ред. К. С. Робсона - М.: Медицина, 1999.

Руководство по психиатрии/ Под ред. Г. В. Морозова. В 2 т.- М.: Медицина, 1988.

Глава 6 ОБСЛЕДОВАНИЕ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ ДЕТЕЙ

Психопатология детского возраста для изучения получаемых данных, оценки динамики и обобщения их с целью составления прогноза и формулирования рекомендаций по терапевтическому вмешательству и коррекционным педагогическим мерам использует свои методы.

Описательный метод. Основной задачей этого метода является наблюдение и описание проявлений здоровой и больной психики у детей и подростков. В задачу входит не только констатация тех явлений, которые «лежат на поверхности», но и проникновение в суть глубинных процессов. Полученные факты должны быть названы научным (психиатрическим) языком, увязаны в причинно-следственные отношения и систематизированы в рамках существующих представлений о психической норме и патологии. В процессе описания психопатологических феноменов (симптомов и синдромов) следует проявлять объективность и до окончания изучения больного не пытаться их трактовать с позиций предполагаемого диагноза. Так, например, выявленная сниженная активность ребенка будет описана различно в зависимости от поспешной оценки этого психопатологического симптома либо как проявления органического психосиндрома, либо как симптома шизофрении. К ошибочным заключениям может привести использование при описании больного таких специфических терминов, как «истерический, неадекватный, манерный, демонстративный» и др. Эти термины так тесно связаны в представлениях специалистов с определенными состояниями и болезнями, что после появления их в описании клинической картины другие диагнозы будут отвергаться. Особенность описания больного может оказаться в зависимости от теоретической ориентации специалиста. Феномены, выявленные одним специалистом, будут настойчиво интерпретироваться с позиций их якобы явной связи с биологическими процессами, тогда как те же самые симптомы будут пониматься другим как проявление личностных особенностей. Естественно, диагностические заключения в этих двух случаях окажутся тенденциозными и различными.

Понимание. Посредством этого метода оцениваются переживания больного. Понимание основано на вычленении духовного содержания при анализе мотивов поведения. Оно также тесно связано с эмпатией (вчувствованием, сопереживанием), со способностью войти в положение изучаемого ребенка или подростка. Гарантией правильного понимания больного может быть только тесная взаимосвязь между специалистом и пациентом.

Экспериментальный психопатологический метод. Этот метод использует объективные, оцениваемое количественно общие закономерности. Экспериментальная психопатология применяет и психологические, и биологические методы.

Нейробиологические методы. По существу это исследования мозга. Будучи медицинской наукой, психиатрия употребляет те методы, которые могут выявить соматические (биологические) основы психических заболеваний. В случае обнаружения расстройств мозговой деятельности для адекватной терапии придется включить в программу лечения соответствующие назначения. Примером могут быть органические повреждения в раннем детском возрасте, соматогенные психические расстройства, эпилептический синдром при каком-либо неврологическом заболевании (например, при энцефалите или его последствиях).

К числу нейрофизиологигеских методов относятся изучение биоэлектрической активности мозга (электроэнцефалография), регистрация особенностей кровоснабжения мозга (реоэнцефалография), исследование мозга с помощью ультразвука (эхоэнцефалография).

Для изучения ЦНС используют рентгенографию костей черепа, пневмоэнцефалографию (рентгенографию мозговых желудочков и других образований мозга после введения в них для контраста воздуха), ангиографию (рентгенографию сосудов мозга после введения в них контрастного вещества), компьютерную томографию головы (послойное автоматизированное рентгенографическое исследование тканей мозга), позитронно-эмиссионую томографию (основанную на изучении обмена веществ в разных отделах мозга при введении химических веществ, меченных изотопами).

Фармакологигеские методы исследования применяются, например, для выявления чувствительности к определенным веществам (седуксену, дексаметазону) с целью уточнения неявно выраженной симптоматики и назначения более эффективного лечения (например, при тревоге, депрессии). Психонейроэндокринология изучает взаимодействие некоторых структур мозга с эндокринными железами с целью выявления патогенеза тех или иных заболеваний. Для уточнения диагноза используются клинические лабораторные исследования спинномозговой жидкости (для выявления сифилитического поражения ЦНС, энцефалитов другого происхождения, опухолей головного мозга), крови, мочи и других жидкостей организма (с целью выявления соматических заболеваний, которые могут быть причиной психических расстройств).

Генетические методы. С целью оценки предрасположенности к определенным психическим заболеваниям (шизофрении, аффективным психозам и др.) давно используется изучение генеалогического древа, близнецов и усыновленных детей больных родителей, В настоящее время еще исследуются хромосомы и гены. Оказалось, в частности, что в формировании психических заболеваний принимают участие помимо генетического материала и многие другие факторы (гетерогения). Эти последние могут вызываться внешними воздействиями или возникать в организме.

ДИАГНОСТИЧЕСКИЙ ОПРОС РЕБЕНКА

В ходе обследования ребенка должна быть получена та же информация, что и при беседе со взрослым для изучения психического статуса: ориентировка в собственной личности, месте, времени, самосознание, чувственное познание, течение мыслей, фантазии, амбиции, память, интеллект, речь, активность, внимание, воля, эмоции, настроение, межличностные отношения, поведение, манерность и т. д. Способы получения этих данных зависят от возраста и особенностей ребенка, подготовки и личности исследующего, а также от условий, в которых происходит изучение ребенка. Психопатологическое исследование требует достаточного времени и обычно продолжается в течение нескольких встреч.

ОБОРУДОВАНИЕ КАБИНЕТА, ГДЕ ПРОИСХОДИТ ОБСЛЕДОВАНИЕ РЕБЕНКА

В кабинете, где проводится обследование, может быть следующее оснащение: игрушечная кухня для варки и печенья, раковины для игр с водой, пространство для подвижных игр, различный материал для проявления ребенком изобразительных способностей (пластилин, глина, краски и карандаши), деревянные тумбочки и скамейка, строительные кубики, куклы, маленькие фигурки для разыгрывания сцен из обыденной жизни, куклы-марионетки, игрушечные солдатики и пушки, меблированный игрушечный дом, поезда разных размеров, грузовики, легковые машины, самолеты, модели для сборки и разнообразные настольные игры. Конкретный ассортимент предметов в комнате варьируется время от времени, что может зависеть от фантазий или предпочтений исследующего специалиста. Насколько это возможно, большая часть материала должна находиться в шкафу с раздвижными стеклянными дверцами, чтобы дети могли видеть игровой материал и можно было бы легко подбирать необходимые стимулы для тех детей, которые нуждаются в активизации их поведения и раскрытии их психологических особенностей. Должна быть в наличии семья кукол с реалистичными гениталиями, которая может быть использована при необходимости (например, при экспертизе жертв сексуальных злоупотреблений).

Упомянутые предметы часто используются также и при психотерапии. Кроме того, можно добавить другие материалы, подходящие как для диагностических бесед, так и для психотерапии: предметы, используемые в творчестве, определенные куклы для агрессивных фантазий детей, заводные машинки, куклы-марионетки для изображения взаимодействия и персональной проекции. Полезны также некоторые настольные игры, которые можно использовать в процессе взаимодействия с обследующим профессионалом и чтобы позволить ребенку уклониться или высвободиться от эмоционально обременяющей активности.

Недовольство детей ограничениями в течение исследования и тот факт, что дети меньше взрослых озабочены своими личными делами, делает позволительным вывод на некоторое время детей из комнаты обследования. С этой целью можно использовать лифт или другой этаж здания, которые могут оказаться для детей наиболее интересными и интригующими. Улица, местная игровая площадка, фонтан газированной воды в киоске, особенности строений в соседнем квартале могут стать частью «оборудования» для психиатрической беседы.

Решение вывести ребенка из кабинета может стать ловушкой. Большинство детей узнает уже в раннем возрасте, что дискомфорт в некоторых ситуациях смягчается изменением предмета беседы или переходом на другое место. Если исследующий беспокоится, что по той или иной причине беседа с ребенком «не клеится», он может вывести его поиграть, чтобы улучшить с ним общение. Психиатры и психологи так привыкли говорить на такие темы, как сексуальность, жестокое обращение или печаль, что могут не почувствовать душевного дискомфорта у беседующего с ними ребенка вне зависимости от того, что он утверждает. Однако символическая игра этих эмоций, отказ говорить или делать что-либо, жестикуляция или слова, которые слишком персональны, могут провоцировать специалиста вывести ребенка из кабинета, не понимая, что это именно его дискомфорт, а не беспокойство ребенка, которое он пытается смягчить. Решение или действие исследующего специалиста, направленное на расширение места и сферы обследования, является корректным, если это облегчает достижение поставленной цели: лучше постичь трудности, волнующие ребенка. Когда ребенок взят для игры в другое помещение во время осмотра, необходимо задаться вопросом, узнали ли что-либо новое о ребенке. Если нет, тогда следует лучшим образом использовать время в кабинете.

4 Зак. 4344

ВОЗРАСТ И ОСОБЕННОСТИ РЕБЕНКА

Из трех факторов диагностического опроса - условий, в которых проводится беседа, специалиста и самого ребенка - наиболее важным является исследуемый ребенок. Заняло бы много времени обсуждение своеобразия психики детей всех возрастных уровней и различных особенностей поведения в соответствующем возрасте. Следует, однако, привести общие соображения о детях как о клиентах.

Существует большая опасность получения необъективной информации, если кто-либо (родитель, воспитатель) слишком рано проявил озабоченность с целью определения нормального или отклоняющегося поведения. В процессе самого осмотра следует сделать акцент на изучении ребенка настолько глубоко, насколько это возможно, вместо того чтобы высказывать преждевременные заключения или профессиональные суждения.

Необходимо принимать во внимание отношение ребенка к тому, кто его осматривает, и к самой процедуре беседы. Многие дети, будучи приведенными в кабинет для осмотра, относятся к этому отрицательно и нередко сопротивляются. С точки зрения ребенка, это отношение полностью оправданно. Ребенок-пациент проявляет сходство со взрослым в том, что обычно не стремится получить профессиональную помощь и приводится на обследование против желания. Прошлый опыт ребенка может указывать на то, что все взрослые в сговоре и беседующий с ним человек также не исключение. Конечно, дети знают, что связь между родителями и обследующим привела к договоренности об обследовании «за их спиной» и что родители вступают в союз с ним. Дети полагают, что, исключая самые низкие цели, у взрослых нет настоящего интереса к их пониманию. Обычно, допускает ли эту мысль ребенок или нет, он твердо верит, что обследование даст положительные доказательства его врожденной испорченности и приведет к продолжению родительских наказаний.

Языковый барьер может стать проблемой при общении обследующего и пациента. Подростки и представители определенных этнических групп или субкультур часто используют жаргонные слова и выражения в сознательной попытке сохранить свой внутренний мир в неприкосновенности от посягательств окружающих. Мышление дошкольников еще очень отличается от мышления взрослых. Их способность использовать отвлеченные понятия и выражать чувства и мысли на вербальном уровне часто бывает ограниченной. Эти трудности еще один довод в пользу обследования и терапии в процессе игры. Ребенку намного легче выразить себя в действии, чем о себе рассказать.

В то же время у взрослых (специалистов) обычно возникают большие трудности в понимании языка игры детей. Игры взрослых - рекреация и передышка в процессе работы. У детей же игра-главное занятие и имеет намного большее значение, чем только отдых после работы. Игровая активность детей обычно имеет общее значение для группы детей одного и того же возраста и одного и того же культурного уровня. Игра также имеет уникальное значение для индивида внутри группы. Чтобы понять это уникальное значение, следует не только наблюдать за содержанием и формой игры, но и знать детские фантазии, сопровождающие игру, а также выявлять аффекты, ассоциирующиеся с игрой. Е. Эриксон, например, полагает, что во многом уникальное значение игры определяется стремлением ребенка научиться управлять собой, собственным телом, справляться с телесными ощущениями и тревогой, вызываемой событиями, происходящими вокруг. Через игру ребенок обучается понимать реальность посредством эксперимента и планирования. Определенно: черта человека любого возраста —использовать опыт создания модельных ситуаций.

Асоциальный и делинквентный ребенок будет больше упорствовать в своем сопротивлении обследованию и беседе, чем любой другой ребенок. Такие дети, особенно те, у кого нет чувства вины из-за своего поведения, подходят ко всем взрослым с негативным переносом недоверия и враждебности. Взрослый должен быть способен принять сторону ребенка и согласиться с его поведением, возникшим при определенных обстоятельствах. Когда эти дети упорно лгут или стоически молчат, обследующему специалисту следует справиться со своим раздражением и обычным импульсом взрослого к проявлениям враждебности и лжи «обвиняемого». Иногда недоверие ребенка удается преодолеть прямым согласием с ним, что опасно доверять чужим взрослым, однако и напоминанием пациенту, что некоторые предметы могут обсуждаться совместно безо всякой опасности. Ребенок должен знать, что его не обманывают и ему не следует сердиться на эти искренние попытки и рассматривать их как надувательство. Чтобы добиться контакта, приходится иногда употребить легкий прозрачный сарказм в форме шутки, рассказывая ребенку нарочитую неправду.

Откровенное, не осуждающее обсуждение противоправных деяний ребенка может сломить его сопротивление и облегчит ему возможность доверять обследующему свои представления о границах правого и неправого. Не имеет значения, как далеко находится ребенок от социального благополучия,—каждый индивид имеет определенную линию или точку, в пределах которой он рассматривает поведение как неправильное. Некоторые простые примеры: обычная вера в то, что украсть небольшую ценность, в отличие от большой, не является преступлением или что не должна подвергаться особому порицанию кража у государства или большой корпорации, в то же время это серьезно, когда что-нибудь берут из собственности соседа.

Существенно помнить, что тому, кто обследует ребенка, не предназначено добиваться признания. Задача состоит в том, чтобы сформулировать профессиональное мнение о всесторонних особенностях психического функционирования и поведения пациента. Таким образом, вопросы предназначены не для того, чтобы узнать, было или нет совершено то или иное дело. Можно задавать вопросы так, как будто факт его наличия был уже признан. Ребенок тогда волен отказаться или принять это предположительное утверждение: так как его виновность или невиновность не доказана, он может быть готов рассказать о деталях. Некоторые делинк-вентные дети с готовностью отвечают на вопрос: «Как случилось, что тебя схватили?». Однако они могут гневаться, когда их спрашивают о том, почему или где было совершено определенное действие (правонарушение).

ДИАГНОСТИЧЕСКОЕ ИНТЕРВЬЮ

Диагностическое интервью должно состоять из сочетания игры и беседы. Манипулирование детской игрой соответственно некоторым заученным структурированным процедурам интервью вероятно подавит спонтанность ребенка. С другой стороны, одно только пассивное наблюдение игры ребенка без оценки его некоторых словесных ассоциаций не позволит исследователю понять, каково особенное значение детской активности.

Применяют активный разговорный метод интервью в кабинете, оборудованном под игровую комнату. Дети младше 10—лет чувствуют себя уютнее и продуктивнее работают, когда используют игровые материалы, а старшие дети с готовностью реагируют на разговорный метод обследования. Однако даже некоторые 14—-летние подростки спонтанно используют игрушки, обычно в качестве инструмента для снижения эмоционального напряжения. С другой стороны, некоторые 6—-летние дети не способны использовать игровой материал, но могут участвовать в прямом разговоре о себе и значительных событиях или людях в их жизни.

Детей не следует понуждать делать что-то или заставлять играть. Если они кажутся заинтересованными, им можно сказать, что они могут использовать любые предметы в комнате. Если они играют спонтанно, то им можно время от времени задавать вопросы, чтобы прояснить их действия и мысли. Если они кажутся удовлетворенными, когда говорят, то следует позволить им беседовать. Если у них прогрессирует тревожное состояние в процессе обследования, их следует вывести погулять или предложить поиграть.

Необходимо иметь достаточно времени для диагностической беседы. Активность обследующего должна находиться в зависимости от уровня продуктивности ребенка и подход следует менять от ребенка к ребенку. Пациенту следует дать достаточно возможности оставаться спонтанным, все же имея в виду, что продолжительное молчание спровоцирует тревогу у многих детей.

Слова «почему» следует избегать, насколько это возможно. «Почему?» часто звучит как обвинение или подразумевает, что ситуация может кому-то повредить и требует извинений. Если бы ребенок знал ответ, он бы, вероятно, не нуждался в психологической помощи. Дети отрицательно настроены взрослыми к вопросу: «Почему?». Часто родитель спрашивает: «Почему ты делаешь это?» или «Почему ты не делаешь так и так?» В течение игровой ситуации вопрос: «Почему кукла убежала из дома?» —может разрушить игру. Задавая вопрос: «Что кукла думала о том, когда она убежала из дома?», можно облегчить детские ассоциации. Спрашивая пациента, почему он/она хочет быть пожарным, или милиционером, или медицинской сестрой, когда вырастет, имеют в виду, что он/она должен объяснить свое решение. Лучше спросить, что милиционер или медсестра делают, что вызывает интерес или является забавным. Вместо вопроса, почему определенное событие в жизни ребенка случилось, лучше спросить: «Где ты был и что все делали до того, как это случилось?», «Как ты себя чувствовал?», «Как это событие подействовало на тебя?»

Существует 10 широких общих тем, вокруг которых интервью может быть свободно структурировано.

  1.  Причины прихода или привода на обследование.
  2.  Развлечения и интересы.
  3.  Социальная, культурная и этническая группа и ребенок как ее часть.
  4.  Отношения со сверстниками.
  5.  Планы на будущее.
  6.  Семейные отношения.
  7.  Обсуждение трудностей настоящего времени.
  8.  Общее здоровье (психофизиологический статус).
  9.  Фантазии и страхи.

10. Социальная приспособленность.

Ребенок часто сам начинает беседу, сообщая о своих трудностях или иллюстрируя некоторый важный аспект своих межличностных отношений. Ребенок может говорить прямо об этих предметах или употреблять символы или игру. В течение нескольких интервью некоторые дети самостоятельно дают значительную информацию по каждой из предложенных тем. Другие спонтанно включают в свой разговор большинство из тем, и при относительно малом количестве вопросов можно получить информацию о предметах, которые ребенок не затронул сам. Все же имеются дети, требующие значительной настойчивости обследователя.

Тем опроса можно касаться в любом порядке. Часто это помогает задавать вопросы не прямо или смягчать их комментариями вроде: «Некоторые дети говорили мне, что они от посещения специалиста ожидали чего-то другого», «Маленькая девочка/мальчик сказала мне однажды, что у нее было много беспокойств с ее братьями и сестрами. Знаешь ли ты кого-нибудь, кто переживал бы то же самое?» Учителя, сверстники или родители могут быть теми, о ком спрашивается вместо вопроса о сиблингах (братьях и сестрах). Когда это возможно, желательно ставить прямые вопросы. Если в ответ ребенок молчит, то ему следует позволить продолжать молчание или перейти к другим занятиям. Можно предложить ребенку сказать: «Я не знаю», если действительно он не знает ответа на вопрос. Но если он знает ответ и не хочет отвечать, то ему можно посоветовать сказать: «Я не хочу говорить об этом».

Причины прихода или привода ребенка на обследование.

Следует спросить, что ребенок думает о цели посещения. Узнать о чувствах ребенка в связи с визитом. Если он ничего не говорил об этом или ничего не знает, побудить его к тому, чтобы он попытался догадаться или ответить, что он думает о том, почему другие приходят на обследование. Ребенка следует успокоить, если у него обнаруживается страх из-за посещения специалиста. Обследующий должен назвать себя и свою заинтересованность во всем, что касается ребенка. Если известно о серьезных противоречиях между ребенком и родителями, то будет полезно показать свою осведомленность ребенку и побудить его высказать свое мнение об этом. Однако, когда ребенок не желает обсуждать свои трудности, бесполезно пытаться глубоко зондировать тему до тех пор, пока с ним не установятся отношения. Возможно, это случится лишь во время второй или третьей встречи.

Развлечения и интересы. Когда ребенок проявляет некоторые особые способности или интересы, легко собрать значительную информацию деликатными вопросами о деталях. Если ребенок не дает никаких сведений, его можно прямо спросить о его хобби или о деятельности, которую он считает особенно увлекательной. Ведение беседы может быть облегчено разговором о нейтральных темах или об успехах ребенка. Информацию о способностях, интересах или недостатках ребенка сравнительно со сверстниками можно получить во время интервью. Обсуждая эти темы, можно получить сведения об организации мышления, потоке мыслей, продолжительности внимания и даже сориентироваться в его интеллектуальных способностях.

Социальная, культурная и этническая группа и ребенок как ее часть. Следует провести опрос ребенка о школе, церкви и окружающей среде. Что ребенку больше всего нравится из мест, которые его окружают, и что меньше всего? Каковы люди, с которыми он встречается? Что его родители говорят о школе и других местах, где ребенок бывает? Следует также спросить, что больше всего его беспокоит в школе: учителя, учеба или другие дети? Переходил ли он когда-либо из школы в школу или, может быть, хотел сделать это? Что больше всего ему нравится и что он хотел бы изменить в школе?

Если национальность, культура или особенности языка специалиста отличаются от таковых же у ребенка или его семьи, то обследующему придется обсуждать обычаи, традиции и способы воспитания в семье, если ребенок сам не сделал этого в течение первых бесед.

Мы легко осознаем имеющиеся у ребенка отличия от нас. И в то же время склонны игнорировать наши отличия от него. В связи с этим следует спросить ребенка: «Замечаешь ли ты, как мы иначе, чем ты, произносим (говорим) те же слова, что и ты? Используем слова, которые ты ранее не слышал?» Осознает ли он отличия, имеющиеся у обследующего, в сравнении с ним. Желательно предложить ему следующие вопросы: «Что тебя удивило, когда мы в первый раз встретились?», «Что ты подумал и почувствовал, когда ты первый раз заметил наши различия?» Подростку следует сказать определеннее: «Был ли ты на приеме у женщины-специалиста?», «Трудно ли меня понимать из-за моего акцента?», «Мое отличие от тебя смущает, волнует, оскорбляет или заставляет решиться не приходить сюда больше?» Если ребенок может оценить свои негативные чувства, правильнее найти пути для того, чтобы обследование для него было менее трудным. Многие дети не хотят обсуждать возникающие у них чувства в связи с различиями между ними и обследующим персоналом. Однако иногда только выявление этих трудностей в общении способно привести к снятию напряжения и преодолению сопротивления.

Некоторые специалисты делают усилия для преодоления привычки использовать в речи научные термины, говорят простыми словами, краткими фразами или идут даже дальше, подражая языку, говору, жаргону или акценту ребенка. Мотивы, может быть, и благородные, однако невозможно сделать свою речь соответствующей «уличным образцам» полностью. Вероятно, лучше сказать ребенку о существующих различиях, которые, возможно, будут мешать говорить и понимать друг друга. Если это случится, следует переспросить и получить разъяснения.

Отношения со сверстниками. Знания о взаимоотношениях со сверстниками, как их понимает ребенок, дают значительную информацию о способности создавать значимые взаимоотношения и идентификации, о степени осознавания своего социального статуса и уровне независимости. Важно выяснить: имеет ли одного друга, или нескольких лучших друзей, или говорит об общении со многими, почти с каждым? Каковы глубина и природа этих «тесных» отношений, если они существуют? Рассказывают ли они друг другу секреты? Как часто они общаются? Чем они занимаются, когда оказываются вместе, и как они разрешают несогласие? Какие ребята ему не нравятся и кому он не нравится? Какие различия у него с ними? Следует спросить о принадлежности к той или иной спортивной команде или группе самодеятельности. Попросить ребенка сравнить себя с другими в этих группах по уму, лидерству, физическим данным и т. д.

Планы на будущее. Когда ребят спрашивают о том, что они собираются делать, когда вырастут, они оказываются смущенными и отвечают, что еще не знают. Их можно разуверить в том, что окончательное решение не может быть сделано в это время. Все же почти все'время от времени думают о своем будущем, даже если позже меняют свои решения. Что обычно планируется? Что делать на каникулах? При выборе будущего нередко дети основывают свои суждения на внешних сторонах приглянувшихся профессий. Задаются вопросы о возможности вступления в брак. Выбран ли уже сейчас предполагаемый партнер? Что хорошего и что плохого ожидается от брака? Хотят ли иметь своих детей? Если да, то как много? Мальчиков или девочек? Каковы преимущества одних и каковы —других? Что говорят о том, откуда берутся дети, как они туда попадают?

Семейные отношения. Следует попросить детей рассказать о приятности семейных отношений и радости, какую они доставляют друг другу как группа и отдельно с братьями, сестрами и родителями. Выяснить, что вызывает у них недовольство в семье, кто их раздражает, с кем чаще ссорятся. Когда кто-то гневается, как реагируют пациент, родители? Что знают о том, как проводят свободное время родители, что думают об их работе?

Маленьким детям рисуют фигуры матери и ребенка без явного обозначения пола. Затем просят рассказать все, что они видят на этом рисунке. Ребенок нарисованной фигурке дает тот же пол, к какому принадлежит сам. Спросить о возрасте нарисованного ребенка и отношениях с матерью. Радует ли ребенок мать или раздражает? Как ведет себя мать, когда ее раздражает или радует ребенок? Что делает ребенок, переживая то же? Этот же перечень вопросов можно использовать, спрашивая об отце. Описывая ситуацию гнева, большинство детей говорят об отгороженности как об их обычной реакции. Что они чувствуют при этом? Пытаются атаковать или бежать? Делали они когда-либо так или нет? Были ли суицидальные или гомицидальные намерения?

Обсуждение трудностей настоящего времени. Даже если ребенок хотел бы обсудить имеющиеся у него симптомы в течение первой встречи, лучше это сделать во всех подробностях после того, как установятся доверительные отношения. Его можно спросить, становится ли ему хуже или лучше и насколько он обеспокоен трудностями. Что он думает о возможной помощи. Следует спросить о прошлых обследованиях и видах лечения. Поинтересоваться, как ему и его семье могли бы помочь.

Общее здоровье (психофизиологический статус). Необходимо собрать сведения о прошлых заболеваниях, операциях, повреждениях головы и других частей тела, а также о реакциях на них. Особое значение для психического здоровья могут иметь перенесенные в прошлом кратковременные сильные потрясения или продолжавшиеся длительное время состояния эмоционального напряжения. Следует также выяснить наличие текущих соматических симптомов. При необходимости придется обсудить правильность протекания менструального цикла. Важно знать о пищевых привычках, протекании сна и общем физическом благополучии. При плохом контакте больного с реальностью задаются вопросы, выявляющие расстройства восприятия (иллюзии, галлюцинации).

Ребенка можно попросить нарисовать фигуру и затем фигуру противоположного пола и подписать ее имя. В процессе рассказа об этих фигурах выявится «Я-концепция» ребенка и межличностные взаимоотношения. И наконец, рисунки позволят оценить тонкую моторную координацию. Рисунки позволяют также получить приблизительную оценку интеллекта (the Goodenough Draw-a-Person Test).

Фантазии и страхи. Многое в содержании беседы может оказаться фантазиями пациента. Они могут быть содержанием рассказов, игр, рисунков, живописи, лепки. Однако, несмотря на то что никакая фантазия не может дать исчерпывающую характеристику клиническому состоянию, все же, анализируя продукцию детского воображения, можно получить впечатление о контакте ребенка с реальностью, о его интеллекте, преобладающих чувствах,1 «Я-кон-цепции», о степени торможения или недостаточности торможения чувств. Если ребенку удается рассказать и выявить свои чувства по отношению к своим фантазиям, значение игры становится уникальным. Часто игры отражают семейные отношения или прошлые переживания. Иногда ребенок оказывается таким сдержанным и бессловесным, что приходится входить в общение с ним на основании одного анамнеза без достаточного знания его мыслей и чувств'.

В дополнение к спонтанной детской продукции можно расспросить ребенка о приятных и ужасных сновидениях. Интересуются также самыми ранними воспоминаниями и тремя желаниями, которые нередко ассоциируются с пережитыми психологическими конфликтами. Можно предложить 3 мешочка с монетами для того, чтобы ребенок использовал деньги для реализации своих желаний.

Вопросы о страхах и беспокойствах могут быть заданы прямо в зависимости от той информации, какую дает ребенок или его родители. Часто ребенок предполагает, что его страхи и беспокойства уникальны, а у других детей такого не бывает. В этом случае обязательно следует разуверить ребенка. При необходимости приходится спрашивать и о том, что случается с людьми, которые умирают, и о возможном появлении страхов в связи с умиранием.

Некоторые дополнительные штрихи об идентификации ребенка и его наиболее болезненных чувствах можно узнать, спрашивая о том, какого рода животное ребенку больше всего нравится и что особенного в этом животном.

Социальная приспособленность. Часто, прямо или косвенно спрашивая о возможности развития ситуации в игровой комнате, ребенок обнаруживает некоторые из своих представлений о том, что правильно, а что неправильно в жизни, или о том, с чем он не может справиться. Иногда ребенка прямо спрашивают: как он думает, правильно или неправильно он действует, и почему он так считает. Сведения о социальной активности и интересах ребенка можно получить от родственников при рассмотрении его социокультурного окружения. Управление ребенком и применяемые ограничения в семье, так же как и понимание ребенком того, что такое правильное и неправильное поведение, может быть эмоционально напряженной темой. У ребенка могут быть значительные различия во взглядах с родителями на поведение взрослых и детей. Любые вопросы следует задавать без оценок и осуждения, так, как будто собираются только факты. Существенно прямо или косвенно узнать о взаимоотношениях семьи ребенка и местного населения, чтобы выявить степень гармоничности между ребенком и родителями и между семьей и ее окружением.

В течение диагностического исследования специалисту иногда приходится наблюдать взаимодействующую семью вместе. Предпочтительней проводить беседу с семьей во время первого визита, так как это уменьшает недоверие и сопротивление со стороны ее членов и дает хорошую возможность познакомить с диагностическими процедурами и объяснить их значение ребенку и родителям вместе. В ходе такого исследования удается, например, показать ребенку, как обследующий пытается предупредить использование его в качестве «козла отпущения». Следует также помочь и семье увидеть соответствующие трудности, которые членам семьи кажутся изолированными личностными проблемами каждого.

ОСНОВНЫЕ РАЗДЕЛЫ ПСИХИЧЕСКОГО СТАТУСА РЕБЕНКА

1. Внешность. Увеличенные размеры головы могут быть признаком гидроцефалии, болезней Г. Гурлера или В. Тей-Сакса. Маленькая голова —проявление микроцефалии. Шея с крыловидной складкой —симптом болезни Шерешевского-Тернера. Округлое лицо с плоской переносицей может быть при болезни Дауна. Катаракты встречаются при галактоземии, врожденной краснухе.

Монголоидный разрез глаз и эпикант - признаки болезни Дауна. Маленькие, низко расположенные уши наблюдаются и при болезни Дауна, и при болезни Шерешевского-Тернера. Непропорционально маленькие конечности - при болезни Дауна. Короткие лопатообразные кисти —симптом гаргоилизма. Сросшиеся пальцы рук и ног наблюдаются при синдроме Аперта. Лицевые ге-мангиомы —признак синдрома Стердж-Вебера. Мелкие опухоли подкожных жировых желез - признак туберозного склероза. По внешности можно судить не только о наличии наследственных и врожденных аномалий, но и о некоторых приобретенных нервно-психических расстройствах. Так, например, меняющийся из-за приливов крови цвет кожи может быть одним из проявлений невротических расстройств. Кожные проявления нейродермита —симптом психосоматического расстройства.

  1.  Ориентировка. Изучение ориентировки ребенка позволит оценить степень сохранности сознания и выявить, если имеются, расстройства сознания.
  2.  Чувственное восприятие. Оцениваются сохранность или расстройство ощущений, наличие ослабления или усиления восприятия, а также искажения или проявления ошибочных расстройств восприятия.
  3.  Мышление и вербализация. Выявляются особенности течения мыслительного процесса и его расстройства, а также наличие продуктивных нарушений (бредоподобных фантазий, сверхценных, навязчивых или бредовых идей).
  4.  Память. Оценивается запечатление, сохранение и воспроизведение опыта. Выявляются нарушения памяти и ее ошибки.
  5.  Интеллект. Производится определение характера функционирования умственной деятельности и определяется интеллектуальный коэфициент.

При обнаружении отклонений оценивается тотальность или парциальность нарушений.

  1.  Эмоции и настроение. Определить особенности эмоционального реагирования (живость, дифференцированность, неадекватность). Квалифицировать состояние настроения (ровное, повышенное, пониженное, мрачное, благодушное, безразличное), оценить степень устойчивости (неустойчивое, уравновешенное). Выявить наличие страха, тревоги.
  2.  Воля. Внимание. Оценить сохранность, снижение или повышение произвольной активности. Выявить нарушения и искажения воли (импульсивность, манерность, кататонические явления). Получить представление о состоянии внимания (истощаемость, отвлекаемость, уменьшение объема).
  3.  Поведение. Обратить внимание на степень общительности (замкнутость), склонность к побегам, отказы от приема пищи и т. д.

10. Анализ сновидений.

  1.  Обсуждение творгества детей (рисунков, рассказов).
  2.  Анализ игровой активности.
  3.  Суммарная оценка психигеского статуса.

МЕТОДИКИ, ИСПОЛЬЗУЕМЫЕ ДЛЯ ОЦЕНКИ ПСИХИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

  1.  Шкала Векслера для детей.
  2.  Нейропсихологический анализ высших психических функций:

  •  исследование зрительного гнозиса;
  •  исследование слухового гнозиса;
  •  исследование соматосенсорного гнозиса;
  •  исследование движений и действий;
  •  исследование речевых функций и слухоречевой памяти;
  •  исследование школьных навыков.

  1.  Картинки с нелепыми ситуациями —«нелепицы».
  2.  Заучивание десяти слов (память, утомляемость, внимание).
  3.  Опосредованное запоминание (по Леонтьеву).
  4.  Обучающий эксперимент (классификация геометрических фигур).
  5.  Доска Сегена (доступность простых целенаправленных действий).
  6.  Установление последовательности событий (сообразительность, понимание связи событий, построение последовательных умозаключений).
  7.  Классификация (обобщение последовательности умозаключений).

  1.  Методика Пьерон-Рузера.
  2.  Воспроизведение рассказов.
  3.  Исключение лишних предметов (аналитико-синтетическая деятельность, умение строить обобщения).
  4.  Исследование процесса совмещения.
  5.  Опросник Шмишека.
  6.  Методика Кооса (конструктивное мышление, пространственная ориентировка, сообразительность, внимание).
  7.  Детский апперцепционный тест (CAT).
  8.  Исследование цветового гнозиса.
  9.  Исследование тактильного и кинестетического восприятия стереогноз, дермолексия, пробы на наличие пальцевой агнозии).
  10.  Оценка слухоречевых функций (логопед, фонематичекое восприятие, дифференцирование акустически и артикулятор-но близких речевых звуков, фонематический анализ слов).
  11.  Рядоговорение.
  12.  Ритмы.
  13.  Тест Озерецкого «кулак—ребро—ладонь».
  14.  Повторение цифр.
  15.  Рисунок «дом—дерево—человек».
  16.  Срисовывание геометрических фигур.
  17.  Ориентировка в «право-лево».
  18.  Составление рассказа по картинке.
  19.  Методика выявления умственной и мотивационной готовности к обучению (познавательная активность, интерес к новым знаниям, видам деятельности, отношение к школе, что запомнил, решение задач, составление задачи про свою семью, умение слушать инструкцию, работать в соответствии с ней, умение видеть весь ряд на основе элементов, умение осуществлять деятельность в соответствии с указаниями, складывание предметов из обломков).
  20.  Понимание переносного смысла пословиц, метафор.
  21.  Детский многофакторный личностный опросник (вариант методики Кетелла).

ОБСЛЕДОВАНИЕ ДЕТЕЙ РАННЕГО ВОЗРАСТА

Обследование желательно начинать с опроса родителей. Беседу с ними следует проводить в отсутствие сына или дочери, так как даже детей раннего возраста это может обеспокоить. Самим родителям также будет трудно сосредоточиться, их все время будет отвлекать состояние и поведение ребенка. Помочь им смогут в этой ситуации кто-либо из близких родственников, занимаясь с ребенком во время разговора с врачом. Желательно начинать беседу с жалоб, предъявляемых родителями. Знание того, что их беспокоит, сосредоточит обследующего на обстоятельствах, которые могли быть наиболее вероятными факторами, участвующими в возникновении обсуждаемых расстройств. В числе обсуждаемых тем должна быть семья ребенка: генетические, психологические характеристики, соматическое здоровье, возраст, профессиональные вредности отца и матери и многое другое, что сможет прояснить особенности семейных взаимоотношений, а также модус воспитания ребенка. Следующая тема —течение беременности и все вредности, которые перенесла будущая мать в это время: психотравми-рующие факторы, болезни, физические и химические воздействия, а также возможные осложнения вынашивания плода. Особого внимания заслуживают особенности течения родов и послеродового периода. Личный анамнез ребенка, отражающий темп психосоматического развития ребенка, должен быть дополнен оценкой состояния психического и соматического здоровья матери и ее взаимоотношений с отцом младенца. Важно не только учесть возможные соматические расстройства и отклонения в развитии, но отметить психологические трудности, возникавшие на коротком жизненном пути малыша (передача на воспитание другому лицу, частые разлуки с матерью, раннее помещение в детское учреждение, госпитализация, постоянные ссоры родителей, беспокойная домашняя обстановка). У проводящего обследование должно сложиться представление о темпераменте (врожденных особенностях психики) ребенка. Оценка активности, ритмичности психосоматических проявлений, степени адаптивности, реагирования на новизну, порогового уровня раздражителей, интенсивности реакций, качества настроения, отвлекаемости и объема внимания —все это позволит специалисту понять поведение ребенка в конкретной обстановке семьи или учреждения. Кроме того, знание темперамента ребенка необходимо для правильного прогноза его приспособления к социальной среде, а также для назначения необходимых мер психологической и социальной поддержки. Обследование самого ребенка должно проводиться при соблюдении ряда условий: в оптимальное для него время, вместе с близкими ему людьми, в процессе взаимодействия с матерью (кормление, пеленание, общение, игра). Желательно пользоваться теми или иными стандартными формами обследования. Для полного представления о ребенке необходимо изучить социальные возможности ребенка, его эмоциональное развитие, когнитивный уровень, сформирован-ность речи, двигательную умелость, уровень физического развития, темперамент, характер привязанности к родителям. С этой целью используются: анамнестические сведения, полученные от родителей, других лиц, участвующих в воспитании ребенка; результаты наблюдений за взаимоотношениями родителей с ребенком во время игр; итоги наблюдений за взаимоотношениями ребенка с врачом, психологом или педагогом в процессе выполнения тестовых или не тестовых заданий; оценка психомоторной зрелости малыша по какой-либо методике развития ребенка раннего возраста (Bayley Scales of Infant Development, 1969, Denver Development Screening Test, 1971, Revised Development Screening Inventory, 1980, K. Zwiener, 1982, Г. В. Пантюхина, К. Л. Печера, Э. Л. Фрухт, 1983, Г. В. Козловская, А. В. Горюнова, 1995); результаты наблюдений за реакцией ребенка на разлуку с родителями и их возвращение; история болезни (амбулаторная карта), карта новорожденного, заключения педиатра, психолога, характеристика педагога.

Диагноз психического расстройства ставится на основании упомянутых результатов обследования семьи и ребенка. Основным для выявления психического расстройства является наличие жизненных трудностей в семье ребенка в целом - у матери, отца, самого ребенка или других членов семьи, эмоционально тесно связанных с- родителями. Для этого может потребоваться значительное время, дополнительные исследования и большое терпение в работе с родителями, которые не всегда могут, а иногда и не хотят сотрудничать с врачами. Характер трудностей, способных вызвать обсуждаемые расстройства у детей, описан выше. Следует также учитывать многие другие факторы, участвующие в возникновении (патогенезе) психосоматических расстройств (наследственную предрасположенность, функциональную или анатомическую слабость пострадавших органов или систем, особенность психики и нейродинамических сдвигов ребенка и др.).

jjTJ Темы для самостоятельной работы

1. Методы психиатрии. 2. Описательный метод. 3. Понимание, вчув-ствование, как метод. 4. Нейробиологические методы. 5. Генетический метод. 6. Лабораторный метод. 7. Диагностическая беседа. 8. Психологические методы. 9. Схема психиатрического статуса.

РЗ Рекомендуемая литература

Благосклонова Я. К., Новикова Л. А. Детская клиническая электроэнцефалография.—М.: Медицина, 1994.

БлейхерВ.М., Крук И. В. Практическая патопсихология.—Ростов-на-Дону: Феникс, 1996.

БурлагукЛ. Ф., Морозове.М. Словарь-справочник по психодиагностике.- СПб.: Питер, 1999.

Вассерман Л. И., Дорофеева С. А., МеерсонЯ.А. Методы нейропсихологиче-ской диагностики.- СПб., 1997.

Демьянов Ю. Г. Диагностика психических нарушений. Практикум.—СПб.: МиМ, 1999.

Детская патопсихология. Хрестоматия.—М.: Когито-Центр, 2000.

Кабанов М. М., Лигко А. Е., Смирнов В. М. Методы психологической диагностики и коррекции в клинике.—Л.: Медицина, 1983.

Лубовский В. И. Психологические проблемы диагностики аномального развития детей.- М., 1989.

ЛурияА.Р. Основы нейропсихологии.- М., 1973.

Максимова Н. Ю., Милютина Е. Л. Курс лекций по детской патопсихологии.—Ростов-на-Дону: Феникс, 2000.

Общая психодиагностика/Под ред. А. А. Бодалева,. В. В. Станина.—М.: МГУ, 1987.

Озерецкий Н. И. Метод массовой оценки моторики у детей и подростков.—М.: Медгиз, 1930.

Патопсихология. Хрестоматия.- М.: Когито-Центр, 2000.

Пожар Л. Психология аномальных детей и подростков —патопсихология.—М.: Воронеж, 1996.

Психо-диагностические методы в педиатрии и детской психоневрологии/ Под ред. Д. Н. Исаева, В. Е. Кагана - СПб., 1991.

Руководство по клинической детской и подростковой психиатрии/Под ред. К. С. Робсона.—М.: Медицина, 1999.

Руководство по психиатрии/ Под ред. Г. В. Морозова. В 2 т. - М.: Медицина, 1988.

Справочник по психологии и психиатрии детского и подросткового возраста/ Под ред. С. Ю. Циркина.- СПб.: Питер, 1999.

Глава 7

РАССТРОЙСТВА ОЩУЩЕНИЙ И ВОСПРИЯТИЯ

ОЩУЩЕНИЕ-это простейший психический процесс, состоящий в отражении отдельных свойств предметов и явлений объективного мира, а также внутренних состояний организма, возникающий в результате непосредственного воздействия их на рецепторы и нервные центры коры головного мозга. Например, восприятие цвета предмета или звука какого-либо явления. Ощущения входят в качестве элемента в целостный процесс познания, включающий восприятия, представления, понятия.

Физиологигеский механизм ощущения —целостный рефлекторный акт, объединяющий прямые и обратные связи в работе периферических и центральных отделов анализаторов.

Виды ощущений. По характеру отражения и месту расположения рецепторов различают следующие ощущения:

  •  экстероцептивные —отражающие свойства предметов и явлений внешней среды через рецепторы на поверхности тела;
  •  интероцептивные —через рецепторы, расположенные во внутренних органах и тканях тела и отражающие состояние внутренних органов;
  •  проприоцептивные —через рецепторы, которые расположены в мышцах и связках и которые дают информацию о движении и положении нашего тела.

Экстероцепторы подразделяют на контактные, передающие раздражение при непосредственном соприкосновении с воздействующими на них объектами (осязательный и вкусовой рецепторы), и дистантные рецепторы, реагирующие на раздражители, находящиеся на удалении (зрение, слух, обоняние).

Виды ощущений: зрительные, слуховые, обонятельные, осязательные, вкусовые, температурные, вибрационные, болевые ощущения, а также ощущения равновесия и ускорения.

Возрастные особенности. Осязательная, проприоцептивная и вкусовая чувствительность развиты к моменту рождения. На звук ребенок начинает реагировать в первые недели после рождения. Направление звука определяет через 2-3 мес. после рождения. На 3-4-й мес. реагирует на пение и музыку. Различение звуков речи—в самом конце первого года жизни. Зрение развивается медленнее. В первые недели ощущает свет, но не может видеть предметы (не приспособлен мышечный аппарат глаза). Различение цветов появляется на пятом месяце.

РАССТРОЙСТВА ОЩУЩЕНИЙ. Сенестопатии - необычные, странные, неприятные, тягостные, нередко крайне мучительные, иногда трудно поддающиеся описанию ощущения, локализующиеся в коже, под кожей, во внутренних органах (гортань, сердце, желудок, половые органы и др.) и не имеющие для своего возникновения объективных причин. Это могут быть давление, журчание, лопа-ние, жар, холод, жжение, пульсация, переливание, распирание, стягивание и т. п. Сенестопатии могут быть ограниченными или распространенными, находиться в одном месте или перемещаться (при шизофрении, органическом поражении мозга). Сенестопатии у детей обычно появляются кратковременными эпизодами, начиная с 5—-летнего возраста, чаще проецируясь в брюшной полости.

Парестезии —неприятные субъективные ощущения, возникающие в теле и конечностях («бегание мурашек», онемение, покалывание) под влиянием интоксикаций, но могут быть и психогенного характера.

Анальгезии —отсутствие болевых ощущений (у больных с ката-тонией или при прогрессивном параличе).

Типалъгезии —уменьшение болевых ощущений (при возникновении бурного аффекта).

Типералгезии —усиление болевых ощущений.

Анестезия —исчезновение ощущений, потеря чувствительности либо в отдельных экстерорецепторах (утрата тактильной чувствительности на некоторых участках тела, утрата слуха), либо в нескольких одновременно (утрата зрения и слуха). Наблюдается при истерических расстройствах.

Гипестезии —снижение силы ощущений, понижение чувствительности к внешним раздражителям (при депрессии, оглушении). Звуки становятся приглушенными, свет кажется тусклым, яркость красок блекнет.

Гиперестезии —обострение ощущений, повышенная чувствительность к обычным раздражителям (в состоянии крайнего истощения). Раздражающе острое восприятие обычных запахов —гиперосмия, кажущаяся чрезмерной громкость обычных звуков—гиперакузия.

Синестезии —возникновение ощущений в органе чувств при раздражении другого анализатора. Качества ощущений одного вида переносятся на другой. Встречаются в норме («цветной слух», «цветное зрение») и в психопатологии («Когда колют живот иголкой, во рту появляется ощущение соленого»).

ВОСПРИЯТИЕ - отражение в сознании предметов или явлений при их непосредственном воздействии на органы чувств.

Нейрофизиология восприятия. Восприятие начинается с рецепторов и заканчивается в высших отделах ЦНС. Первичный корковый анализ сенсорной информации осуществляется в соответствующих проекционных зонах коры. Затем в ассоциативных зонах поступающая информация сопоставляется с хранящимися в памяти образами, происходит ее узнавание, она отражается в речи, т. е. осознается.

Виды восприятий. Восприятия классифицируются по анализаторам, участвующим в обработке информации. В связи с этим выделяют зрительные, слуховые, осязательные, обонятельные, кине-стезические и вкусовые восприятия. Их также различают по формам существования материи: восприятия пространства, времени и движения.

Возрастные особенности. В первые дни и даже часы жизни ребенка обнаруживается его способность к сложным видам восприятия. На первой неделе младенцы различают доску из 25 квадратов и один квадрат. У 4-дневного ребенка выработан условный рефлекс: открывание рта, поворот головы, сосание на одновременное прикосновение и звук. После 3 месяцев в действиях ребенка участвуют несколько анализаторов. Рассматривание предмета младенцем сменяется его узнаванием в конце первого полугодия жизни (возникновение восприятия). Ребенок выделяет объекты восприятия: мать, няню, игрушки. Восприятие еще ситуативно слитно и глобально. Передвижения предмета, манипуляции с ним помогают образовать восприятие. До 3 лет дети воспринимают контуры знакомых предметов. К 1 г. 2 мес—1 г. 8 мес. находят предмет по его названию. С конца 2-го года называют воспринимаемый знакомый предмет. Выделяют по случайным признакам. Пространственная характеристика предмета слита с содержанием предмета. Так как формирование восприятия требует опыта, то овладение речью, первые обобщения, игра, рисование, лепка, передвижение в пространстве (прогулки), чтение и трудовые процессы способствуют усложнению перцепторного процесса. Восприятие требует умения вычленять части предмета и устанавливать связи между ними. Из-за отсутствия этих навыков детские восприятия отличаются малой детализированностью, неточностью ориентирования в пространстве, во времени, трудностью установления последовательности между ними. Неправильно воспринимаются изображения предметов, а также и перспектива, в которой они находятся. Нет умения выделить основное, подойти к предмету с разных сторон. Для правильного восприятия детям требуется больше времени, чем взрослым. Наблюдения (преднамеренные восприятия) не планомерны, не систематичны. Дети испытывают затруднения в освоении структуры восприятия и его целостности. Описания изображений предметов проходят три уровня: перечисления, описания и истолкования. Дошкольники с большим трудом осваивают временнь'іе представления, не видят логики временных отношений, последовательности событий. Развитие восприятия - это переход от слитного, синкретического, фрагментарного восприятия к расчлененному, осмысленному и категориальному отражению вещей, событий и явлений в их пространственных, временных и причинных связях. Все большую роль играет слово как средство анализа и обобщения воспринимаемого содержания.

РАССТРОЙСТВА ВОСПРИЯТИЯ. Нарушение отражения реального мира в норме и при психических расстройствах может происходить различным образом.

1. Отсутствие восприятия. Агнозия (неузнавание) - наруше-
ние узнавания предметов и явлений в состоянии ясного сознания
и при сохранности рецепторов и анализаторов. Обычно возникает
при органических поражениях мозга (сосудистых, опухолевых), но
может быть и симптомом истерии.

Агнозия акустическая (слуховая) - нарушение узнавания звуков, фонем и предметов по характерным для них звукам.

Агнозия оптическая (зрительная) —нарушение узнавания зрительных образов предметов и явлений.

Агнозия пространственная —нарушение способности ориентироваться в пространстве, в расположении предметов и определении расстояния между ними.

Агнозия тактильная —невозможность определить предметы на ощупь при правильной квалификации отдельных их качеств (массы, температуры).

2. Нарушение интенсивности восприятия. Сенсорная ги-
перпатия —
повышение интенсивности восприятия, при которой
усиливающаяся яркость зрительных раздражителей достигает
ослепительной силы, слуховые раздражители становятся настоль-
ко звучными, что как бы врезаются и оставляют глубокий след
после себя, импульсы, идущие из органов и систем тела, создают
напряжение, воспринимаются как болевые, неприятные или даже
необычные. Сочетается со смятением, тревогой или экстазом, бег-
ством беспорядочных мыслей, непоседливостью, суетливостью,
потребностью куда-то бежать. Причиной гиперпатии может быть
крайнее голодное истощение.

Сенсорная гипопатия —снижение интенсивности восприятия. При этом мир воспринимается призрачным, нереальным, блеклым, безжизненным; краски кажутся потускневшими, звуки удаленными, неясными, приглушенными; деревья и дома представляются декорациями, геометрическими фигурами, а люди - масками, марионетками. Видимое и слышимое не оставляет следа, все происходит замедленно, будто застыло, остановилось, как в стоп-кадре.

Дереализация - отчуждение мира восприятий окружающей действительности, при котором перцепция сопровождается чувством чуждости, измененности, неестественности. Многие больные, особенно дети и подростки, с трудом могут объяснить, каким образом все изменилось. Используются такие выражения, как: «все какое-то не такое», «вижу все как через пелену», «как будто сижу в рыбьем пузыре».

«Уже виденное» (deja vu), «уже пережитое» (deja vecu) - состоят в том, что незнакомая, совершенно новая обстановка на какое-то время становится знакомой, когда-то виденной, пережитой. «Никогда не виденное» (jamais vu) - хорошо знакомая ситуация воспринимается как чуждая, незнакомая, никогда не виденная.

Деперсонализация соматопсихигеская —переживание кажущегося исчезновения чувства боли, ощущения дыхания, сердцебиения, массы тела и т. д. Собственное тело воспринимается вялым, дряблым, лишенным жизненного тонуса. «Тело будто не мое», «как будто я его не ощущаю», «ног не чувствую», «как будто я живой труп». Может возникнуть чувство неудовлетворенности актами мочеиспускания и дефекации, исчезновение чувства насыщения и удовлетворенности сном.

Деперсонализация аутопсихигеская —переживание кажущейся измененности собственного психического «Я». У больных создается впечатление, что нет мыслей или что они не поддаются управлению. Кажется, что голова пустая, нет никаких чувств, «полное отупение», бездушие. Отсутствует страх, гнев, переживание горя. Больные могут мучиться от неспособности отзываться на печаль близкого человека (болезненное бесчувствие), от невозможности запоминать и воспроизводить воспринятое, представлять родные лица и знакомые предметы.

П., 15 лет, после разлуки с близким человеком на фоне депрессии говорит, что «нет чувства голода, плохо различает вкусовые оттенки, нет чувства насыщения, нет чувства завершенности при урина-ции и дефекации, голова не работает, плохая память и сообразительность», «более всего мучительно отсутствие чувств, равнодушие, даже к близким».

О., 29 лет, через 3 мес. после родов на фоне слабости, постоянного недосыпания, безразличия жаловалась, что «нет чувств к сыну, перестала ощущать материнство, все делала как во сне».

Успешно участвуя в повседневных делах, укоряют себя за отсутствие активности, незнание того, как правильно поступить в том или ином случае. Переживая неясность восприятия, больные оценивают свое состояние так, как будто бы они находятся во сне. В то же время сновидения становятся настолько яркими и живыми, что требуют определенных усилий для их отличения от реальности. Дереализация и деперсонализация некоторыми авторами рассматриваются как расстройство самосознания. Они могут наблюдаться у здоровых лиц при психическом и физическом истощении, особенно у тех, кто имеет психастенические и тревожные черты. Эти состояния при неврозах чаще встречаются в пубертатном и юношеском возрасте, могут быть также и в клинической картине психозов.

3. Искажение восприятия. Психосенсорные расстройства.
Метаморфопсии проявляются в нарушении восприятия перспекти-
вы (предметы приближаются, удаляются, смещаются со своего
места), в увеличении числа предметов, в искажении их формы (удли-
нении, укорочении, искривлении, перекручивании, скашивании,
расширении) и изменении размеров (неестественном увеличении,
уменьшении).

Оптиковестибулярные расстройства —это такие нарушения, при которых кажется, что стены валятся, качаются, наклоняются, пол проваливается, поднимается, вибрирует, под больным двигается, приподнимается кровать.

Т., 16 лет, после 2-летней алкоголизации однажды ночью увидела, как «стены шатались, потолок падал».

Расстройства «схемы тела» —искаженное восприятие собственного тела:

  1.  расстройства восприятия формы, величины и положения частей тела в пространстве: увеличивается или уменьшается все тело, язык, уши, голова, руки, ноги; масса тела или отдельные ее части воспринимаются необычно тяжелыми (голова, тяжелая, как слиток свинца, проваливается сквозь тело) или крайне легкой (больной боится, что, будучи легким, как лист, он может быть унесен сквозняком);
  2.  распад тела на части (восприятие своего тела и конечностей отдельно друг от друга);
  3.  ощущение ложных конечностей (третьей ноги), чувства двойника (восприятие рядом с собой в кровати своего другого «Я»);
  4.  невосприятие собственного дефекта —например, при удаленной конечности.

В., 10 лет, после гриппа при засыпании ощущает, что у нее укорачиваются сначала руки, затем ноги, и вся она становится маленькой.

Расстройства схемы тела и метаморфопсии у детей обычно наблюдаются после 6—лет при органических поражениях головного мозга.

4. Ошибки восприятия. Иллюзии - ошибочные восприятия
реально существующих предметов или явлений. Их возникнове-
нию способствует все, что мешает точности восприятия. Они легко
возникают у слабослышащих и слабовидящих, не способных полу-
чить полную информацию из-за дефекта зрения и слуха, при сла-
бом освещении или множестве звуков, препятствующих работе
анализаторов, и т. д. Подразделение иллюзий основано на том, в
каких органах чувств они происходят (зрительные, слуховые) или
на психологическом механизме, участвующем в их происхождении (сильный аффект, недостаточное внимание и др.).

Возрастные особенности. У детей, обладающих яркостью, образностью восприятий и неразвитостью ассоциативных процессов, при их ограниченном жизненном опыте иллюзии встречаются и в норме. У них нередко достоверное отражение реального смешивается с искаженным его восприятием. Могут быть и патологические иллюзии, возникающие на фоне тревоги, страха, расстройства сознания при интоксикациях, инфекциях и других нарушениях психики.

Галлюцинации - ошибочные восприятия отсутствующих в реальности предметов и явлений, в существовании которых больной убежден (мнимовосприятие, восприятие без объекта). Галлюцинации систематизируются по органам чувств: зрительные, слуховые, обонятельные, вкусовые, тактильные, общего чувства (висцеральные, мышечные). Вне зависимости от их отношения к тому или иному из органов чувств их делят также на истинные и псевдогаллюцинации.

Истинные галлюцинации проецируются вовне, обладают чувственной живостью, субъективно воспринимаются как нечто чуждое личности и не поддающееся контролю.

Псевдогаллюцинации лишены конкретности, чаще проецируются во внутреннее пространство больного (в голову, тело и т. д.), возникают помимо воли больного, не признаются им объективной реальностью, осознаются как нечто аномальное, отличное от образов воспоминаний и фантазий. Обычно сопровождаются ощущением их сделанности с помощью воздействий извне: «Голоса передают, заставляют вспоминать, вызывают образы, делают сновидения и т. д.».

А., 14 лет, на фоне переутомления экзаменами возникли тревога, бессонница, в голове появился мужской голос, который говорит на эротические темы, иногда ругает и угрожает, а однажды сказал: «Посмотри, нет ли под кроватью аппаратуры», в голове были также голоса «духов». Происхождение голоса объясняет тем, что знакомый инженер «посмотрел в глаза и телепатически передал в голову свой голос».

Галлюцинации не осознаются как принадлежащие личности и потому относятся к психотическим симптомам. У психически здоровых встречаются редко и при обстоятельствах, способствующих их появлению: просоночных состояниях (при пробуждении), сильном аффекте, голодании, переутомлении и т. д.

Элементарные галлюцинации —в форме отдельных звуков или беспредметных образов: стуки, звон, искры, линии, круги.

Сложные галлюцинации —разговоры, образы людей, животных. Сценические галлюцинации - тематические, сюжетно взаимосвязанные картины и эпизоды развивающихся событий.

Типнагогигеские галлюцинации возникают перед засыпанием при закрытых глазах.

Слуховые галлюцинации у взрослых встречаются чаще, а в детском возрасте - реже зрительных. Они имеют большое значение для содержания сознания, развития бреда, нарушения трудоспособности и поведения. Галлюцинации императивные могут быть опасными для окружающих и для больного, они приказывают совершить те или иные поступки: убить себя, напасть на другого, убежать, не разговаривать, не есть, не подчиняться врачу или родным, прекратить активность и т. д. Галлюцинации комментирующие обсуждают поступки и высказывания больного оценивают то, что он говорит и делает. Голоса могут быть эпизодическими или постоянными, громкими или тихими, ласковыми или неприятными. Если с больным нет контакта, то слуховые галлюцинации обнаруживаются по тому, как он затыкает уши, прячет голову под подушку, прислушивается, т. е. по объективным признакам. Чаще всего слуховые галлюцинации наблюдаются на фоне непомраченного сознания при шизофрении, алкогольном галлюцинозе, последствиях органического (травматического, постэнце-фалитического) поражения мозга.

Л., 15 лет, после черепно-мозговой травмы (в 10 лет) возникли судорожные припадки, а еще через 5 лет появились «голоса», которые зовут, предлагают любовь, нецензурно ругают, угрожают, смешат. Всего этого она пугается, прячется, смеется, жестикулирует. Тихо отвечает голосам. Считает, что с ней разговаривают голос Миши (одноклассника), телепата и другие мужские голоса. Одни требуют: «Брось Мишу, измени ему», телепат предлагает: «Покатаю на коне». Слуховые галлюцинации возникают перед припадками. Зрительные галлюцинации бывают у взрослых реже, чем слуховые, тогда как у детей они встречаются чаще. Они могут быть однообразными: в виде повторно появляющейся фигуры, пятна, блика (например, при эпилепсии) —или разнообразными, красочными и очень подвижными. Галлюцинации возможны и при слепоте, если поражены первичные поля зрительного восприятия, но функционируют вторичные. Зрительные галлюцинации обычно возникают в структуре расстроенного сознания при острых токсических (белая горячка), инфекционных (гриппозных, коревых), соматогенных (при почечной недостаточности) и психогенных (истерических) психозах.

Тактильные (осязательные) галлюцинации ощущаются как болезненное прохождение тока, неприятное ползание живых существ (насекомых, червей, мелких животных, змей) или раздражающее прикосновение каких-то неживых объектов (стекло, металл, песок, жидкость) на поверхности кожи, под кожей. При этом не только взрослые, но и дети довольно точно описывают жучков, гусениц, указывая их размеры. Разновидность этих галлюцинаций - ощущение холода, тепла, жара, влажности на поверхности тела. Тактильные галлюцинации бывают при белой горячке, шизофрении и при кокаинизме.

Обонятельные галлюцинации ощущаются в форме реально отсутствующих запахов: неприятных, резких (запах гнили, мочи, горелого), тяжело воспринимаемых больными, или реже приятных (запах цветов, духов). Эти галлюцинации встречаются как при острых, так и при хронических психозах.

Вкусовые галлюцинации —ощущение во рту непривычного и иногда неприятного вкуса (горького, кислого, соленого) в отсутствие пищи или жидкости. Обычно сочетание вкусовых и обонятельных галлюцинаций.

Возрастные особенности. При психических расстройствах у детей, особенно дошкольников и младших школьников, преобладают зрительные галлюцинации. Это хорошо видно на примере шизофрении, при которой у взрослых наиболее часто встречаются слуховые. Наряду со зрительными наблюдаются тактильные, слуховые и значительно реже обонятельные, вкусовые. Чаще всего галлюцинации, отличающиеся динамичностью, яркостью и образностью, наблюдаются' на фоне помраченного сознания при токсических и инфекционных поражениях головного мозга. Обычно это животные, насекомые или герои мультфильмов, сказочные персонажи, страшные существа, которых ребенок боится, бежит, прячется, просит помощи и защиты у близких. Могут быть также голоса, зовущие ребенка или —реже —пугающие его. При шизофрении слуховые галлюцинации обычно элементарны (в виде одиночных стуков, окликов). При энцефалитах могут наблюдаться все виды обманов чувств. Иногда они единичны, но чаще множественны. У подростков при острой шизофрении преобладают зрительные галлюцинации, хотя имеются и другие виды обманов чувств. Все они очень ярки, отчетливы, реальны для больного и нередко неприятны и страшны (фантастические животные разного размера, толпы карликов и уродов, бесчисленные насекомые). Псевдогаллюцинации наблюдаются при психических расстройствах и у детей, и у подростков. У неустойчивых, впечатлительных и внушаемых детей могут возникнуть и при отсутствии психоза, например при засыпании или серьезном утомлении. При психозах у детей во время онейроидного состояния появляются сцены из жизни римлян, оргии пиратов, сражения мушкетеров, картины из сказок, эпизоды из фантастических романов. Больной переживает события так, как будто он участник происходящего, хотя при этом и остается неподвижным. О его переживаниях можно судить по пристальному взгляду, по мимике страха, восторга или огорчения. Разграничение псевдогаллюцинаций и галлюцинаций необходимо для диагностики. Первые, как правило,—показатель длительного и нередко неблагоприятного течения, вторые встречаются при острых кратковременных психозах. Однако распознавание псевдогаллюцинаций и галлюцинаций у детей - трудная задача. Помогает то, что последние возникают на фоне более ярких аффектов и сопровождаются значительной активностью, отображающей их содержание. Галлюцинирующий ребенок мимикой, жестами, поступками и в целом всем своим поведением отображает содержание переживаемого.

Нейропсихологигеский механизм. Галлюцинации —нарушение чувственного познания - представления, при котором образы возникают без реального раздражителя в воспринимаемом пространстве и, приобретая необычную интенсивность, чувственность, становятся для самосознания больного неотличимыми от реальных предметов, образов и объектов действительности. Изменяется не только восприятие, но и отношение больного к окружающему, его эмоции и мышление. Причиной ошибок восприятия является нарушение притока сенсорной информации за счет патологии в системе анализатора (токсическое, инфекционное или органическое его поражение) с повышением реакции активации в ретикулярной формации ствола мозга. В связи с этим оживает информация, воспринятая в прошлом, трансформируясь в галлюцинаторные образы. При сенсорной депривации нарушается приток информации из-за условий, ее вызвавших (одиночество, блокирование рецепторов). Галлюцинации легче возникают в промежуточных состояниях между бодрствованием и сном. Нарушение притока информации может произойти при повреждении периферических частей анализатора (рецепторов, нервов-проводников), подкорковых структур, где происходит переключение импульсов и центральной части анализатора (например, затылочная область коры головного мозга при зрительных обманах чувств). Возникновение галлюцинаций связывают с нарушением обмена дофамина или эндорфина в головном мозгу, находя подтверждение в эффективности нейролептиков, влияющих на обмен дофамина, и препаратов —антагонистов эндорфина.

НЕГАТИВНАЯ РОЛЬ РАССТРОЙСТВ ВОСПРИЯТИЯ В КОРРЕКЦИОННО-ПЕДАГОГИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ

Появление у детей случайных, единичных и непродолжительных расстройств восприятия, особенно таких, как нарушение их интенсивности, или иллюзий —это чаще всего показатель таких психических изменений, которые не выходят за рамки нормы и связаны с утомленностью физическими или психическими нагрузками. Однако, даже не будучи выраженными, они могут влиять как на работоспособность детей, так и на их возможность быть полноценными участниками игр и развлечений со сверстниками.

Обнаружение этих расстройств требует внимательного изучения личности тех детей, у которых они были выявлены. Некоторые черты личности (сенситивность, впечатлительность и внушаемость) способствуют возникновению описываемых расстройств даже при незначительных нагрузках на организм и психику (утомление, волнение, недоедание и т. д.). В этих случаях для смягчения или ликвидации этих проявлений может оказаться достаточно улучшения отношения к ребенку, изменения домашнего режима или уменьшения учебных нагрузок. Реже может потребоваться психотерапевтическая поддержка ребенку и семье, а также облегчение школьного режима. Возникновение стойких, продолжительных расстройств восприятия, вызывающих у детей беспокойство, тревогу, депрессию, мешающих им в учебе, в общении со сверстниками и взрослыми, требует не только исследования психолога, но и консультации врача.

(?] Тест для самостоятельной работы

1. Сенестопатии —это:

а) патологические ощущения в различных частях тела и внутрен-
них органах;

б) потеря чувствительности, исчезновение ощущений;

в) расстройство чувства боли.

2. Гипестезия —это:

а) обостренное, усиленное чувственное восприятие;

б) появление одновременно с ощущением в одном анализаторе
ощущения в другом;

в) понижение чувствительности к внешним раздражителям.

3. Гиперестезия —это:

а) обостренное, усиленное чувственное восприятие;

б) патологическое ощущение в различных частях тела и внутрен-
них органах;

в) расстройство чувства боли.

4. Иллюзии —это:

а) ошибочное восприятие реально существующих предметов и яв-
лений;

б) ошибочное восприятие несуществующих предметов и явлений;

в) патологические ощущения.

5. Галлюцинации —это:

а) ошибочное восприятие реально существующих предметов и яв-
лений;

б) ошибочное восприятие несуществующих предметов и явлений;

в) обостренное, усиленное чувственное восприятие.

6. Истинные галлюцинации —это:

а) проецирующиеся вовне,' обладающие чувственной живостью, воспринимающиеся как чуждые личности и не поддающиеся контролю;

б) лишенные конкретности, чаще проецирующиеся во внутреннее
пространство больного, возникающие помимо воли больного,
не признающиеся объективной реальностью;

в) ошибочное восприятие реально существующих предметов и яв-
лений.

7. Псевдогаллюцинации —это:

а) проецирующиеся вовне, обладающие чувственной живостью,
воспринимающиеся как чуждые личности и не поддающиеся
контролю;

б) лишенные конкретности, чаще проецирующиеся во внутреннее
пространство больного, возникающие помимо воли больного,
не признающиеся объективной реальностью;

в) ошибочное восприятие несуществующих предметов и явлений.

8. Сценические галлюцинации —это:

а) галлюцинации, возникающие при засыпании;

б) тематические, сюжетно взаимосвязанные картины и эпизоды
развивающихся событий;

в) галлюцинации, возникающие при пробуждении.

9. Гтнагогические галлюцинации —это:

а) галлюцинации, возникающие при пробуждении;

б) галлюцинации, возникающие при засыпании;

в) ошибочное восприятие несуществующих предметов и явлений.

10. Нейропсихологический механизм галлюцинаций —это:

а) нарушение мышления;

б) нарушение сознания;

в) нарушение притока сенсорной информации за счет патологии
в системе анализатора.

  Темы самостоятельных работ

1. Ощущения и восприятие и механизмы их возникновения. 2. Нарушения ощущений и их виды. 3. Причины расстройств восприятия. 4. Виды расстройств восприятия. 5. Различия между иллюзиями и галлюцинациями. 6. Псевдогаллюцинации и галлюцинации —сходство и различия. 7. Особенности расстройств восприятия у детей.

Ш Список рекомендуемой литературы см. на с. 184.

Глава 8 НАРУШЕНИЯ МЫШЛЕНИЯ

МЫШЛЕНИЕ - процесс отражения общих свойств в вещах и явлениях, а также закономерных связей между ними.

Мышление —опосредствование, установление отношений и зависимостей, раскрытие внутренних связей и закономерностей. Оно создает возможность опосредованного познания путем умозаключений и суждений.

Мышление —творческая функция, создающая новые ценности, образующая новые понятия. Этот процесс совершается конкретными образами (представлениями) и на более высоком уровне абстрактно (понятиями).

Представления —это сохранившиеся в памяти ранее полученное восприятие, оно конкретно, так как отображает действительность. Примерно с полутора лет появляются свободные представления. К концу второго года зрительные представления играют в жизни ребенка большую роль. К тому же времени развиваются и слуховые представления, без которых невозможно развитие речи. В дошкольные годы дети мыслят наглядно, образами предметов и явлений. У детей более яркие, чем у взрослых, представления. Их мышление, оперирующее представлениями, —конкретное, образное или наглядное. В процессе деятельности формируются живые конкретные и точные представления. Развитие представлений идет по пути увеличения в них элемента обобщения, схематизации и создания типических образов. Понятия - обобщенные представления, они являются следствием абстракции, поэтому и мышление в понятиях называют абстрактным. Представления и понятия выражаются в словах, вследствие этого мышление тесно связано с речью.

Нейропсихологигеский механизм. В процессе мышления объект включается во все новые связи и в силу этого выступает во все новых своих свойствах и качествах, которые фиксируются в новых понятиях; из объекта таким образом как бы вычерпывается все новое содержание; он как бы поворачивается каждый раз другой своей стороной, в нем выявляются все новые свойства. Основной механизм мышления называется «анализ через синтез», поскольку выделение (анализ) новых свойств в объекте совершается через соотнесение (синтез) исследуемого объекта с другими предметами, т. е. через включение его в новые связи с другими предметами. Мышление —свойство мозга, определяемое особенностями высшей нервной деятельности, нейрофизиологическими процессами. Мышление - процесс переработки информации мозгом человека, при тесном взаимодействии различных уровней сознания и подсознания. Мысль —корковая модель, к которой в данный момент привлечено внимание, обладающая наибольшим потенциалом. Происходит активация по крайней мере двух моделей. Сопоставление этих моделей и есть реальное содержание мысли.

Возрастные особенности. Первое обобщение ребенка связано с его практической деятельностью, которая выражается в одних и тех же действиях, выполняемых со сходными предметами (1120 мес). Овладение речью играет важнейшую роль в развитии обобщения. Первоначальное значение слов связывается с неоднородными предметами. Первичное обобщение, индукция, дедукция появляются у детей 3—лет. Ребенок мыслит действуя. Он не предвосхищает предстоящих действий. Детское мышление наглядно, в нем отражаются только воспринимаемые внешние признаки вещей. Мышление ребенка исходит из его личного опыта. В содержание понятий входят только несущественные признаки предметов —«часы, которые звонят». В процессе школьного обучения расширяется круг понятий, содержание понятий обогащается, происходит переход от конкретных к абстрактным понятиям. Школьник овладевает умственными операциями, развивается обоснованность, критичность, обстоятельность мышления.

РАССТРОЙСТВА МЫШЛЕНИЯ выражаются в нарушении процесса мышления и в патологической продукции мышления.

НАРУШЕНИЯ ПРОЦЕССА МЫШЛЕНИЯ. Ускоренное мышление характеризуется быстрым, облегченным возникновением и сменой мыслей, «ускорением течения представлений» быстрой сменой целенаправленности мыслительного процесса из-за ослабленного внимания, поверхностными суждениями, сниженной умственной продуктивностью, речевым хаотичным возбуждением. Внешняя связь идей серьезно не нарушается, однако при особенно сильном ускорении мышления («скачке идей») их последовательность может расстроиться, они становятся поверхностными, незаконченными, в результате чего возникает маниакальная спутанность. Этот тип расстройства мышления наблюдается при маниакальных фазах аффективного психоза.

Заторможенное мышление —замедление темпа течения мыслей, бедность представлений, понятий и суждений, малая подвижность целенаправленности мышления, расстройство осмысливания, медленный подбор ассоциаций соответственно поставленной задаче, длительное застревание на одной и той же идее. Наблюдается при депрессии.

Прерывистость, задержка мыслей (шперрунг) выражается во внезапных провалах, остановках хода мыслей. «Пропадание мыслей» может длиться от нескольких секунд до нескольких дней. Характерно для шизофрении.

Сгущение (агглютинация) - сгущение представлений и понятий выражается в слиянии не связанных между собой понятий или слов в одно понятие или слово. Больной шизофренией, имея в виду, что после шока все идет на лад, говорит - «шоколадно».

Символика мышления - замещение, подмена одних понятий другими, сосуществование прямого и переносного смысла понятий. Например: «Горе - стрелка, направленная назад», «А - буква в познании материального мира». Символика проявляется также s неологизмах —словотворчестве, где сливаются понятия и слова или же символически замещаются понятия: «донно», «андофит», «клаукс».

Наплыв мыслей (ментизм) - непроизвольное, насильственное возникновение в сознании быстро следующих друг за другом представлений, нецеленаправленный поток мыслей, воспоминаний, чаще бессвязных и плохо запоминающихся. Это могут быть кратковременные эпизоды или наплывы, продолжающиеся неопределенно долго. Больные, обычно страдающие шизофренией, воспринимают это как внешнее воздействие на психику.

Обстоятельность мышления —медленное, с затрудненным переходом от одной мысли к другой, чрезмерно детализированное, вязкое мышление с топтанием на месте, приведением массы несущественных подробностей, неумением кратко формулировать свои идеи, неспособностью переключиться на что-то новое. Встречается при эпилепсии, может быть и у больных с тяжелой умственной отсталостью.

Персеверация мышления —застой, монотонность мышления, постоянное возвращение одних и тех же мыслей, застревание на каком-нибудь представлении, повторение одних и тех же слов, одних и тех же ответов на различные вопросы. Бывает при эпилепсии, органических психозах.

Бессвязное, или спутанное, мышление проявляется в том, что разрушается грамматическая форма фраз, промежуточные звенья между отрывками мыслей выпадают, и речевая продукция становится бессвязной. Типичная форма бессвязного мышления возникает на фоне аментивного помрачения сознания, когда нарушается элементарный анализ и синтез, в связи с чем полностью утрачивается способность осмысливать окружающее, появляются растерянность, повторяющиеся недоуменные вопросы. Иногда при астенической спутанности больные способны улавливать часть ситуации, временами лучше ориентируются в окружающем, отвечают на вопросы; в этих случаях мышление становится более упорядоченным. Встречается при токсико-инфекционных, соматогенных психозах и при сумеречном состоянии у больных эпилепсией.

Стереотипии - повторение одних и тех же, часто бессмысленных слов и выражений, обусловленное расторможением словесных автоматизмов. Наблюдается при шизофрении.

Резонерство характеризуется склонностью к пустым, бесплодным, основанным на поверхностных, формальных аналогиях рассуждениям. Это неадекватное реальной ситуации мудрствование, многословность и банальность суждений. Резонерство не конкретно, так как оно не связано с прошлым опытом и не основано на реальных представлениях. Вместо цели мышления, которая должна привести к познанию действительности, на переднем плане «рассуждательство». Встречается при шизофрении, эпилепсии, умственной отсталости.

Аутистигеское мышление отличается оторванностью от реальной действительности, суждения формируются лишь в согласии с аффективными потребностями личности, оно замкнуто в тесном кругу идей, которые возникают и развиваются без проверки практикой жизни, т. е. без фактического основания и при отсутствии логики. Могут одновременно возникать противоречивые взаимо-ис-ключающие (амбивалентные) мысли. Аутистическое мышление нередко основано на символах, аллегориях и смутных образах. Нарушается активность мышления. Характерно для шизофрении.

Паралогигеское мышление характеризуется грубыми нарушениями логики, которые приводят больного к необоснованным, даже нелепым выводам, не имеющим достаточных доказательств. Бурные аффективные вспышки иногда могут вызывать это расстройство. Оно постоянно наблюдается при паранойе, парафрении, шизофрении, а также реже при психопатиях.

Разорванность мышления выражается в нарушении связей между представлениями и понятиями. Отсутствует целенаправленность мышления. Порядок мыслительного процесса искажается, но иногда сохраняется грамматическая форма фраз, что делает лишенную смысла речь внешне упорядоченной. В тех случаях, когда утрачиваются и грамматические связи, мышление и речь превращаются в бессмысленный набор слов —«словесную окрошку». Разорванность встречается при далеко зашедших случаях шизофрении.

ПАТОЛОГИЧЕСКАЯ ПРОДУКЦИЯ МЫШЛЕНИЯ. Навязгивое мышление —состояние, отличающееся тем, что в сознание больного помимо его желания вторгаются мысли, сомнения, воспоминания, страхи. Больной понимает ненужность, неуместность и нелепость этих явлений, но не может с ними бороться. Они мешают его целенаправленному мышлению. Навязчивые идеи —сущность обсессивного синдрома (синдрома навязчивости), в его состав входят:

1) навязгивые мысли, проявляющиеся в болезненном мудрствовании, в непреодолимом стремлении разрешать бесплодные и ненужные задачи («почему луна не падает на землю?») или в не покидающих больного и доминирующих в сознании воспоминаниях о неприятном событии;

  1.  навязгивые страхи (фобии), составляющие часть этого синдрома или бывающие самостоятельными (боязнь замкнутого пространства, открытых площадей, острых предметов, боязнь рака, инфаркта);
  2.  навязгивые действия, большей частью связанные с навязчивыми мыслями или страхами (например, бесконечное мытье рук, для того чтобы избавиться от мучительной тревоги, связанной сс страхом заражения) или независимые от этого синдрома (счет шагов, оконных переплетов, сложение любых попадающих на глаза цифр).

Наблюдаются при неврозе навязчивых состояний, шизофрении, органических и других психозах.

Сверхценные идеи - ошибочные или односторонние суждения, вследствие своей чрезмерной аффективной насыщенности получающие перевес над всеми остальными идеями и доминирующие в сознании. Другие мысли или концентрируются вокруг сверхценной идеи, подчиняясь ей, или же подавляются. Преданность сверхценной идее заставляет человека пренебречь всем остальным, своими личными интересами и интересами близких.

Типы некоторых сверхценных идей:

1) ипохондрические —мысли о мнимой болезни;

  1.  кверулянтские —мысли о необходимости бороться за свои попранные права, приводящие к непреодолимой сутяжнической деятельности;
  2.  фанатичные —непреодолимые мысли о мести после нанесенного оскорбления;
  3.  изобретательства —мысль о создании или открытии нового необычного инструмента, аппарата или технологического процесса;
  4.  талантливости —мысль о выдающихся достижениях и успехах в области поэзии, музыки,
  5.  ревности —неотступные мысли об изменах жены, мужа, любовника.

Сверхценные идеи - выражение дисгармоничной психики, связаны с паралогическим мышлением, резонерством, наиболее часто возникают у паранойяльных, эпилептоидных, психастенических, психопатических личностей.

Бредовые идеи —болезненного происхождения, извращенные, ошибочные, не соответствующие реальности представления и суждения, искаженно отображающие действительность, в достоверности которых больной убежден и не поддается коррекции извне. Клинические, систематизированные по содержанию, различаются следующие виды бреда:

1. С положительным эмоциональным тоном:

а) бред величия —мысли о знатном или инопланетном проис-
хождении, о способностях преобразовать мир или исправить по-
грязших в грехах людей, о гениальности, талантливости или гран-
диозной физической силе и т. д.;

б) эротический бред —мысли больного о сексуальных домо-
гательствах высокопоставленной особы, влюбленности в него де-
сятков поклонников, множестве жен, любовниц, неотразимой при-
влекательности, необычной половой силе;

в) бред богатства —мысли о несметном богатстве, владении
множеством домов, бесчисленными драгоценностями и т. д.

г) бред изобретения —больной изобрел вечный двигатель, ко-
торый осчастливит человечество, космоплан для достижения даль-
них галактик, создал лекарство от всех болезней.

Встречаются при экспансивной форме прогрессивного паралича, маниакальной фазе аффективного психоза, параноидной шизофрении.

2. С отрицательной эмоциональной окраской:

а) бред самообвинения, самоуничижения —больной считает
себя плохим человеком, приносящим вред государству, семье, ви-
новен в тяжких преступлениях, его следует уничтожить;

б) бред обнищания и материального ущерба —больной убеж-
ден, что он лишился имущества, квартиры, дома, пенсии, умерли
родные, нет кровати, постельного белья, одежды, предстоит уме-
реть голодной смертью;

в) бред ипохондрический —убежденность больного в том, что
болен неизлечимой болезнью, сегодня же должен умереть, сгнили
внутренности, нет кишечника и пищевода, мозг высох и т. д.

Наблюдаются при депрессиях аффективного психоза, пред-старческих и старческих психозах, соматогенном психозе, депрессивной форме прогрессивного паралича, шизофрении.

3. Окрашенные гувством страха, подозрительности, недоверия:

а) бред преследования —больному кажется, что к нему плохо
относятся, его хотят убить, преследует определенная группа лю-
дей, существует какая-то банда, которая хочет его погубить, на
улице за ним ходят, угрожают;

б) бред отношения или особого значения —малозначительные
факты из жизни больного приобретают в глазах больного опреде-
ленное значение (догорающий окурок, брошенный в пепельни-
цу,—намек на скорую кончину больного), в сюжетах телепередач
больной видит намеки на свою жизнь, в разговорах прохожих
«слышит» обсуждение его поступков и переживаний;

в) бред воздействия или влияния —мысли о гипнозе, сковы-
вающее действие которого больной испытывает на себе, о лазере,
пронизывающем и прожигающем весь организм, о взгляде близко-
го человека, переделывающего мальчика в девочку, о сексуальном насилии с помощью прикосновения руки.

Часто встречаются при параноидной шизофрении, старческих и предстарческих психозах, соматогенных и травматических психозах.

Формирование бредовых идей. Первичный бред развивается вследствие нарушений логики и возникновения патологической интерпретации. У больного не нарушается чувственное познание мира, он опирается на реальные факты, трактуя их очень избирательно, игнорируя все, что не соответствует его идеям. Первичным бредом может быть бред эротический, изобретательства и т.д. Других расстройств психики обычно нет. Первичный, называемый также интерпретативным и систематизированным, —система построений, расширяющихся, усложняющихся и детализирующихся.

Чувственный (образный) бред возникает преимущественно из-за нарушений чувственного познания. В его структуре преобладают яркие образные представления: воображение, фантазии, вымыслы, грезы. Он с самого начала сочетается с галлюцинациями, страхом, возбуждением и т. д.

Основные бредовые синдромы. Паранойяльный синдром —постепенно развивающийся, систематизированный, эмоционально насыщенный, правдоподобный и лишенный расстройств восприятия бред.

Галлюцинаторно-параноидный синдром состоит из бредовых идей и галлюцинаций.

Синдром психигеского автоматизма Кандинского-Клерамбо (разновидность предыдущего) —сочетание псевдогаллюцинаций, бредовых идей психического, физического, гипнотического воздействия и чувства отчужденности, «сделанности» собственных движений, поступков, эмоций и мыслей («Я как автомат, управляемый со стороны»).

Парафренный синдром —сочетание систематизированного бреда преследования и величия (с фантастическим сюжетом) с психическим автоматизмом и псевдогаллюцинациями. Нередко наличествует повышенное настроение.

Синдром дисморфоманш проявляется триадой: 1) паранойяльными идеями физического недостатка («нет талии», «нос слишком большой»), 2) бредом отношения («все смотрят»); 3) пониженным настроением.

Возрастные особенности. У д е т е й в связи с неразвитостью ЦНС (ассоциативных полей) бред возникает редко. Более часто возникает патологигеское фантазирование (бредоподобные фантазии), в них ребенок стремится осуществить не реализованное в действительности. Эти фантазии отличаются нелепостью, несвязанностью с конкретной реальной обстановкой, неподверженностью влиянию детского опыта (прочитанным книгам, услышанным сказкам, просмотренным телепередачам и т. д.), трудностью переключения к обыденной домашней ситуации. В них могут быть стремления к могуществу, желания, невыполнимые в жизни, враждебность к окружающим, нелюбовь к людям и страх перед ними. Окружающее может приобретать «особое» значение. В начале заболевания эти фантазии появляются только перед сном, а затем распространяются и на весь день. Ребенок живет в мире своих однообразных, лишенных творчества фантазий, со временем исчезает критическое к ним отношение, нарушения мышления становятся более серьезными, к ним могут присоединиться псевдогаллюцинации и явления синдрома психического автоматизма. Все же отождествлять эти расстройства с бредом неправильно, так как у больного нет убежденности в реальности его вымыслов, иногда ребенок даже соглашается с тем, что это «его выдумка». Однако у больных с бредоподобным фантазированием позже, в подростковом возрасте, может развиться настоящий бред.

Бред у детей динамичен, фрагментарен и нестоек, чаще всего он возникает на фоне делирия, сопровождается иллюзиями и галлюцинациями (нападающими животными, неприятными насекомыми). С наступающим прояснением сознания он легко разрушается. Возникновение бреда на фоне непомраченного сознания —явление у детей редкое. Он в этих случаях проявляется в рудиментарной форме (интенсивного страха) и сочетается с уверенностью в приближающейся опасности для себя или родителей. Эти состояния обычно возникают приступообразно, страх может быть нестойким, ребенка удается успокоить, но по окончании приступа все же остаются тревога, мнительность, сосредоточенность на собственном здоровье и опасения смерти. Страх и ипохондрические мысли могут трансформироваться в бредовую настроенность, а затем и в идеи преследования.

Навязгивые состояния у детей раньше всего проявляются в двигательной сфере (тики, онихофагия, трихотилломания). В раннем детском возрасте нередки страхи темноты, одиночества, в более старших возрастах —страх заражения, пожара, животных, потери родителей. Навязчивые мысли обычно появляются лишь у подростков. Навязчивые состояния и страхи при шизофрении у детей могут эволюционировать в генерализованную бредовую настроенность. Одним из начальных бредовых проявлений у детей может также оказаться нарушение чувства симпатии, нарастающей враждебности, агрессивности к родителям. Одновременно с этим нарастает озлобленность, жестокость. Понять, что в основе этих психических расстройств лежит психотический процесс, удается в препубертатном или пубертатном возрасте. Именно у этих больных в дальнейшем развивается бред гужих родителей, во время

которого родителей воспринимают как чужих людей, а своими считают инопланетян, высокопоставленных людей или 'пропавших без вести.

У подростков клиническая картина усложняется, бредовые идеи встречаются чаще. Бред может возникать остро, минуя длительную картину развития, свойственную детям. Содержание бредовых переживаний богаче, разнообразнее, чем у детей. У одного и того же больного наблюдаются разные виды бреда (идеи отношения, преследования, воздействия). Могут возникать и такие формы паранойяльного систематизированного бреда, которые сохраняются без существенных изменений в течение всего заболевания (дисморфоманические идеи). Наряду с чувственным бредом на фоне помраченного сознания наблюдаются параноидный с галлюцинациями, депрессивный с идеями самообвинения и маниакальный, сочетающийся с идеями величия. При хроническом энцефалите чувственный бред, возникший на фоне помраченного сознания, сохраняется и позже, когда последнее проясняется. Формирование бреда при неизменном сознании зависит от патологических проприо- и интероцептивных ощущений. Возникает ипохондригеский или даже нигилистигеский бред, при котором отказываются от приема пищи из-за отсутствия внутренних органов, частей тела («нет кишечника»), из-за того, что считают себя мертвыми. Иногда у детей и подростков наблюдается бред перевоплощения в другого человека или животного. При затяжном заболевании обычно развитие бреда воздействия и психического автоматизма. Таким образом, образование бреда при разных заболеваниях происходит различно: в одних случаях этому способствует расстройство сознания, в других —расстройства восприятия (галлюцинации), в третьих —патологические ощущения и нарушения телесного «Я». Бредовая убежденность у детей младшего возраста не проявляется в словах, а выражается средствами образного мышления. Аналогичная картина наблюдается и у тяжело умственно отсталых. Источник формирования бреда у детей и подростков - нарушение чувственной сферы познания (рудимент бреда —страх за свое здоровье сопровождается патологическими ощущениями).

У взрослых в среднем возрасте чаще встречается бред преследования, бред ревности, любовный бред. Для предстарческого возраста более характерны бред самообвинения, обвинения, гибели мира.

НЕГАТИВНАЯ РОЛЬ НАРУШЕНИЙ МЫШЛЕНИЯ В КОРРЕКЦИОННО-ПЕДАГОГИЧЕСКОМ ПРОЦЕССЕ

Нарушения процесса мышления, не достигающие болезненного уровня, встречаются у детей постоянно. Обиды, наносимые сверстниками, пренебрежение родных, непонимание воспитателей - все это, снижая настроение, затормаживает мыслительный процесс. С трудом возникают представления, замедляется ход ассоциаций, снижается продуктивность обучения. Описанные отклонения требуют серьезного внимания, с тем чтобы предупредить у ребенка возможные ухудшения, достигающие болезненных изменений. Наиболее правильный подход —устранение причин, затрудняющих мыслительную работу. В других случаях приходится ограничиваться созданием более благоприятных условий для выполнения интеллектуальных нагрузок. Сюда же относится и удовлетворение потребности ребенка в таком эмоциональном климате, в котором он почувствовал бы себя более комфортно и тем самым улучшились бы условия для мыслительного процесса. Если появляются сомнения в том, что нарушения мышления не выходят за рамки нормы, то консультация с психологом и психоневрологом становится необходимой. Обнаружить или правильно оценить появившуюся патологическую продукцию не всегда удается, так как некоторые ее проявления воспринимаются как особенности нормы. В частности, навязчивые страхи, сверхценные идеи и даже некоторые бредовые высказывания (например, о своем заболевании) взрослыми иногда воспринимаются как проявления нормальной детской психики. Во всех случаях, когда обнаруживаемая та или иная мыслительная продукция препятствует учебному труду, приспособлению к коллективу сверстников, требуется консультация психолога и психоневролога. Выявление у ребенка или подростка нескольких нарушений мышления или других симптомов во избежание вреда, который может быть нанесен больным себе или окружающим, обязывает воспитателей немедленно обратиться к врачу. С некоторыми нетяжелыми симптомами нарушенного мышления (замедление, обстоятельность, резонерство, некоторые навязчивости) дети могут после консультации врачей и назначенного лечения продолжать обучение при условии внимательного за ними наблюдения.

Тест для самостоятельной работы

1. Ускоренное мышление —это:

а) ускорение течения представлений, быстрая смена направлен-
ности мыслей из-за ослабленного внимания;

б) разрушение грамматической формы фраз, при котором проме-
жуточные звенья между отрывками мыслей выпадают и рече-
вая продукция становится бессвязной;

в) нарушение связей между понятиями при сохранении граммати-
ческого строя.

2. Бессвязное мышление —это:

а) разрушение грамматической формы фраз, при котором проме-
жуточные звенья между отрывками мыслей выпадают и рече-
вая продукция становится бессвязной;

б) нарушение связей между понятиями при сохранении граммати-
ческого строя;

в) замедление темпа течения мыслей, бедность понятий и сужде-
ний, малая подвижность целенаправленности мышления.

3. Заторможенное мышление —это:

а) нарушение связей между понятиями при сохранении граммати-
ческого строя;

б) замедление темпа течения мыслей, бедность понятий и сужде-
ний, малая подвижность целенаправленности мышления;

в) склонность к пустым, бесплодным, основанным на поверхност-
ных, формальных аналогиях рассуждениям.

4. Резонерство —это:

а) склонность к пустым, бесплодным, основанным на поверхност-
ных, формальных аналогиях рассуждениям;

б) замедление темпа течения мыслей, бедность понятий и сужде-
ний, малая подвижность целенаправленности мышления;

в) оторванность от реальности, формирование суждений в согла-
сии с аффектами личности, замкнутость в тесном кругу идей.

5. Аутистическое мышление —это:

а) склонность к пустым, бесплодным, основанным на поверхност-
ных, формальных аналогиях рассуждениям;

б) оторванность от реальности, формирование суждений в согла-
сии с аффектами личности, замкнутость в тесном кругу идей;

в) грубое нарушение логики, приводящее к необоснованным, не-
лепым выводам, не имеющим достаточных доказательств.

6. Навязчивое мышление —это:

а) вторжение мыслей, сомнений, воспоминаний в сознание боль-
ного помимо его желания при критическом отношении и борь-
бе с ними;

б) грубое нарушение логики, приводящее к необоснованным, не-
лепым выводам, не имеющим достаточных доказательств;

в) ошибочные суждения, вследствие чрезмерной аффективной
насыщенности получающие перевес над всеми остальными
идеями и доминирующие в сознании.

7. Сверхценные идеи —это:

а) вторжение мыслей, сомнений, воспоминаний в сознание больного помимо его желания при критическом отношении и борьбе с ними;

б) ошибочные суждения, вследствие чрезмерной аффективной
насыщенности получающие перевес над всеми остальными
идеями и доминирующие в сознании;

в) болезненные, не соответствующие реальности суждения, в до-
стоверности которых больной убежден и не поддается коррек-
ции.

8. Бредовые идеи —это:

а) ошибочные суждения, вследствие чрезмерной аффективной
насыщенности получающие перевес над всеми остальными
идеями и доминирующие в сознании;

б) болезненные, не соответствующие реальности суждения, в досто-
верности которых больной убежден и не поддается коррекции;

в) насильственное возникновение в сознании следующих друг за
другом представлений, нецеленаправленный поток мыслей.

  Темы для самостоятельной работы

1. Причины нарушений мышления. 2. Виды нарушений процесса мышления. 3. Виды патологической продукции мышления. 4. Различия между навязчивостями и сверхценными идеями. 5. Клинические формы бреда и их значение для диагноза. 6. Бред и сверхценные идеи. 7. Особенности расстройств мышления у детей. 8. Диагностическое значение расстройств мышления.

Ш Список рекомендуемой литературы см. на с. 184.

Глава 9 НАРУШЕНИЯ ПАМЯТИ И ИНТЕЛЛЕКТА

ПАМЯТЬ - запечатление, хранение и последующее воспроизведение прошлого опыта.

Без этого качества памяти невозможно никакое научение. С другой стороны, для того чтобы воспрепятствовать сохранению несущественной информации, которая могла бы заблокировать работу мозга, необходим механизм забывания. Таким образом, память —и способность к запоминанию, и способность к забыванию. Память активна, связана с потребностями человека, его интересами, эмоциями и интеллектом.

  1.  Запегатление (кодирование) —выделение информации, которая будет храниться. Начинается с распознавания физических параметров информации, затем происходит перегруппировка материала и, наконец, основное кодирование при анализе и идентификации различных характеристик. Запоминание непроизвольное— происходит без всякой цели и усилий. Запоминание произвольное— совершается с постановкой цели, волевыми усилиями, напряжением внимания, попыткой понять воспринимаемое и связать с прошлым опытом.
  2.  Хранение (архивизация) —накопление информации и ее связывание с той, которая уже есть в памяти.
  3.  Воспроизведение (извлегение) —извлечение информации тесно связано с тем, как организован материал в памяти. Воспоминание легче происходит в контексте среди других, предъявляемых вместе с ним элементов. Воспроизведение непроизвольное —появление навязчивых образов. Воспроизведение произвольное— результат сознательно поставленной цели.

Припоминание связано с мышлением и является волевым процессом.

Забывание —а), невозможность припомнить или узнать, б) неверное припоминание или узнавание. Забыванию способствуют возраст (ранний или пожилой), неиспользование усвоенной информации, интерференция (вмешательство сильных эмоций, сходной деятельности, тяжелой работы), подавление бессознательными мотивациями (забывание неприятных, нежелательных событий), органические повреждения мозга (воспалительные, травматические).

Реминисценция - воспроизведение того, что, казалось, было уже забыто.

Виды памяти: двигательная, эмоциональная, образная, словесно-логическая.

Индивидуальные разлигия памяти. Различия в продуктивности заучивания зависят от скорости, прочности и точности запоминания, а также от готовности воспроизведения.

Типы памяти делятся в соответствии с каналом получения информации на зрительный, слуховой и речедвигательный.

Еейропсихологигеский механизм. Физиологический механизм врожденной (филогенетической) памяти составляют безусловные рефлексы разной степени сложности. Физиологический механизм приобретенной (индивидуальной) памяти состоит в формировании, фиксации, хранении и воспроизведении временных связей.

Сенсорная (непосредственная) память осуществляется на уровне рецепторов и сохраняет следы воспринятого на то время (1/4 с), пока решается вопрос о привлечении ретикулярной формацией внимания высших отделов мозга. Если этого не происходит, то менее чем за секунду следы стираются.

Кратковременная память обеспечивает сохранение информации в течение короткого времени (20 с), пока мозг ее обрабатывает и интерпретирует, чтобы решить степень ее важности и необходимости длительного хранения. Емкость —от 5 до 9 элементов (цифр, букв, названий предметов). Период консолидации, т.е. время переноса информации в долговременную память, от 15 минут до часа.

Долговременная память сохраняет информацию длительное время, соизмеримое с продолжительностью жизни индивида. Емкость теоретически безгранична, она зависит от важности для субъекта информации, ее кодирования, систематизации и воспроизведения. Существуют специфические нейронные схемы (височная область коры головного мозга) для записи событий прошлого.

НАРУШЕНИЯ ПАМЯТИ. Расстройства способности запоминания (запечатления) возникают из-за невозможности закодировать полученную информацию.

Амнезия —выпадение из памяти событий определенного отрезка времени. Возникает вследствие невозможности запечатлевать, кодировать (анализировать и идентифицировать) информацию, перевести следы события в долговременную память.

Амнезия антероградная —выпадение из памяти, относящееся к событиям, имевшим место после выхода субъекта из болезненного состояния. При этом нарушении информация не попадает в долговременную память из кратковременной. Отмечена в случаях травматического поражения мозга, старческих психозах.

О., 34 года, принял в связи с невозможностью заснуть несколько

таблеток димедрола. На фоне дезориентировки возникла тревога, двигательное беспокойство, больному казалось, что раздвигаются стены, что он летит в космос, к нему приближаются планеты, видел, как одна из них раскалывается, затем перед ним оказались бандиты^ милиционеры, слышал выстрелы. При этом кричал: «Пять планет..'. Ой, раскалывается... Никого нет... Я один... Вода... Огонь... Держите убийц!» Выйдя из онейроидно-делириозного состояния, не мог вспомнить события пяти дней, в том числе двух дней после прояснения сознания. Этот пример иллюстрирует механизм возникновения антероградной амнезии.

Амнезия ретроградная —утрата воспоминаний на события, предшествующие началу болезни, травме головного мозга. Страдает та информация, которая уже закреплена в долговременной памяти. Она может распространяться на отрезки времени, равные нескольким минутам, часам, дням и даже многим месяцам. Восстановление памяти обычно происходит при благоприятном течении, начиная с наиболее давних событий. Наблюдается при ушибах и сотрясениях головного мозга, алкогольном и других поражениях мозга, болезни Альцгеймера.

Амнезия антероретроградная —охватывает относительно длительный период —до и после возникновения заболевания (травмирующего мозг события). Наряду с упомянутыми, причиной может быть асфиксия головного мозга, возникшая например, при попытке самоубийства посредством повешения.

Расстройство хранения поступающей в мозг информации обычно происходит при грубых органических деструктивных процессах, когда разрушаются структуры —носители следов, поступивших сообщений.

Расстройство воспроизведения запегатленной информации встречается довольно часто. Внешне оно может не отличаться от расстройства хранения. Положительная динамика наблюдается только при расстройстве воспроизведения; при расстройстве же хранения нарушения памяти необратимы. Даже в норме легко возникают нарушения воспроизведения при утомлении, психическом истощении. Однако они легко восстанавливаются при возвращении сил, отдыхе. Более тяжелые, патологические расстройства воспроизведения наблюдаются при астениях, возникающих вследствие мозговых (менингит), общих инфекционных болезней (тиф), травматических поражений мозга. Расстройство воспроизведения, проявляющееся вытеснением из памяти событий определенного периода времени или определенных переживаний, возникает при сильных эмоциональных (шоковых) потрясениях. Это расстройство похоже на амнезию, однако отличается от нее тем, что способность запоминания, нарушенная при ней, сохраняется, а вытесненное постепенно восстанавливается.

Гипомнезия —ослабление памяти, проявляющееся в нарушении хранения и воспроизведения полученного опыта. Более заметно ухудшение механической, чем словесно-логической памяти. Быстрее забываются недавняя и недостаточно закрепленная информация. Обычно гипомнезия связана с органическими поражениями мозга, психическим недоразвитием.

Гипермнезия —усиление памяти, при котором необычно легко возникает бесчисленное количество воспоминаний. Чаще всего воспроизведение логической последовательности фактов нарушено, улучшается главным образом логическая память. Бывает при гипоманиакальных и маниакальных состояниях различного происхождения. Парциальная гипермнезия может быть, например, при умственной отсталости, когда повышается способность к запоминанию и воспроизведению цифр.

Качественные расстройства памяти (обманы памяти), или парамнезии. При них преимущественно наблюдается нарушение репродукции, но может быть и нарушение запоминания. Обманы памяти встречаются и у нормального человека, когда эмоциональные влияния и личностные интересы нарушают воспроизведение, и вследствие этого репродукция полученной информации не всегда совпадает с прошлым опытом, т. е. искажается.

Криптомнезия —нарушение памяти, при котором как бы стирается грань между имевшими место в действительности, реальными событиями и событиями, о которых индивид слышал от окружающих, читал или видел во сне, расстраивается способность идентифицировать источник воспоминаний, что приводит к ослаблению различий между действительно происходившими событиями и событиями, увиденными во сне, или о которых стало известно из книг, рассказов других людей. Например, человек рассказывает услышанный им анекдот, искренне веря, что он его придумал сам.

Псевдореминесценции (ложные воспоминания) —смещение во времени событий, действительно имевших место в прошлом опыте индивида. Может быть при старческом слабоумии.

Конфабуляции (вымыслы) тесно связаны с расстройством восприятия времени и нарушением распределения прошлых событий во времени. Их называют замещением провалов памяти вымыслами, причем больной полностью уверен в том, что сообщенные им факты и события действительно имели место. Наблюдаются при корсаковском психозе и могут возникать при парафренном синдроме шизофрении.

Фантазмы —придумываются больными, у которых нет грубых нарушений памяти, для того чтобы показать себя с лучшей стороны. Встречаются при истерии и некоторых видах слабоумия.

Амнестигеская афазия - забывание больным названий предметов. Может быть при старческой деменции, злокачественно протекающей эпилепсии.

Синдром Корсакова состоит из нарушений памяти: 1) фиксационной амнезии, неспособности сохранить зарегистрированные события более чем на несколько секунд или минут; 2) нарушения

<