Будь умным!


У вас вопросы?
У нас ответы:) SamZan.ru

тематики и физики в начале XX в

Работа добавлена на сайт samzan.ru: 2015-07-05


Глава 1.8 АНАЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ

Основатели движения: Фреге, Рассел, Витгенштейн

Неклассический этап развития философии включает в себя не только те ее направления, которые с известным предубеждением относились к научно-ориентированной философии (например, философия жизни и экзистенциализм). Грандиозные успехи науки, особенно математики и физики в начале XX в., не могли остаться незамеченными для философов. Более того, последствия оказались весьма впечатляющими, к их рассмотрению мы как раз и переходим.

Немецкий математик Готтлоб Фреге был одним из многочисленных исследователей, стремившихся средствами логики усовершенствовать математику, особенно математическое доказательство, которое изобиловало различного рода парадоксами и противоречиями. Но в подходе Фреге была одна важнейшая особенность: согласно его интуиции, следовало существенно развить саму логику, создать формализованный язык, который служил бы достойной заменой естественного языка с его многочисленными недостатками. По Фреге, тогдашняя формальная логика и естественный язык страдали одним и тем же недостатком допущением, что все предложения имеют субъект-предикатную форму.

Разделение на субъект и предикат правомерно лишь в отношении самых простых предложений типа "Петр спит". Здесь "Петр" субъект, а "спит" предикат. Но если взять более сложное предложение "Петр играет с Агнией", разделение на субъект и предикат становится делом затруднительным; ведь субъектом в равной степени могут быть названы как Петр, так и Агния. Выход из ситуации Фреге увидел в различении аргумента и функции. "Петр" и "Агнией" это высказывания аргумента, а "играет с" высказывание функции. В данном случае "играет с" представляет собой функциональное выражение первого порядка. Фреге вводит также функциональные выражения второго порядка: "все", "никто", "некоторые", которые требуют введения в логику переменных. Изобретения Фреге буквально преобразили логику, которая получила доступ не только к математике и различного рода формализованным языкам, но и к естественному языку, а значит, и к философии.

Английский логик, математик и философ Бертран Рассел был убежден, что новая логика позволит более адекватно, чем когда-либо ранее, найти окончательные философские истины, обнаружить природу основных элементов реальности, которые не сводятся к фикциям идеалистов (Лейбница, Гегеля, Брэдли). Рассел руководствовался тремя идеями. Во-первых, здравая философия является логикой, ибо она начинается с объяснения предложений того, что может быть истинным или ложным, а этозадача логики. Во-вторых, знание наиболее достоверным образом дано нам непосредственно, прежде всего в чувственных данных. Редукция к предельным элементам реальности позволяет избегать ложных представлений. В-третьих, он использовал свой вариант приема, называемого им "бритвой Оккама": предметное содержание следует сводить к изначальным сущностям, неопределимым в терминах чего-либо еще. Для Рассела философия совпадает с наукой, не имеющей ничего общего со старой одурманивающей метафизикой.

Кульминацией первого этапа развития аналитической философии явилась книга кембриджского философа Людвига Витгенштейна "Логико-философский трактат", опубликованная в Германии в 1921 г., в Англии в 1922 г., в России в 1958 г. Витгенштейн более настойчиво, чем Рассел, концентрирует свое внимание на языке. Мысль выражается в языке, а значит, именно язык есть граница мышления.

Есть только один мир мир фактов, событий, который описывается совокупностью всех естественных наук. Предложение картина мира, она имеет с последним одну и ту же логическую форму. Если бы мир был нелогичным, то его нельзя было бы представить в форме предложений. Смысл предложений выражают факты. Все предложения являются обобщениями элементарных предложений, которые в качестве моделей соотносятся непосредственно с фактами. Итак, "то, что вообще может быть сказано, может быть сказано ясно". Обо всем остальном, например мистическом, лучше молчать. Молчать, потому что мистическое, равно как и этическое, нельзя выразить ясно в логическом смысле, так, чтобы можно было проверить высказывание истинность/ложность. Если кто-то утверждает, что ему больно. то никто другой не сможет установить истинность этой боли.

Философия не может состоять из научных предложений, ибо в отличие от наук она не имеет доступа к фактам. Следовательно, философские предложения не истинны и не ложны: они бессмысленны. Цель философии не особые философские предложения, а логическое прояснение мыслей. Поэтому философия это не учение, а деятельность.

Итак, для первого этапа аналитической философии характерны логико-лингвистический акцент, своеобразный поворот, а также пересмотр статуса философии, которая подвергается суровому логико-лингвистическому экзамену. Правомерность старых философских систем ставится под сомнение. Философия понимается либо как наука (Рассел), либо как путь к науке, деятельность по прояснению мыслей (ранний Витгенштейн).

Логический позитивизм

Если местом становления аналитического направления по праву можно считать Англию (Кембридж), где работали Мур (его труды мы не рассматривали), Рассел и Витгенштейн, то позднее центр движения переместился в Вену и Берлин. В "Венский кружок философов" входили М.Шлик, Ф.Франк, О.Нейрат, Р.Карнап, К.Гёдель. Берлинское "Общество научной философии" украшали такие первоклассные философы, как Г.Рейхенбах и К.Гемпель. Представители этих двух групп не придерживались согласованных философских позиций, но всех их объединял интерес к научному постижению мира, прежде всего на основе данных математики, логики и физики. Много внимания уделялось "Логико-философскому трактату" Витгенштейна. Вторая мировая война вынудила абсолютное большинство континентальных философов эмигрировать в США, где они продолжали работать весьма продуктивно. Эмиграция способствовала превращению аналитической философии в англосаксонский феномен. Рассмотрим основные идеи логического позитивизма (его еще называют неопозитивизмом.). Отрицание метафизики как учения о первых принципах философии. Представители венского кружка отрицали значимость метафизики. Так, Карнап считал, что она преодолевается науками в результате логического анализа языка. С одной стороны, логические позитивисты опираются на выдвинутое Витгенштейном понимание философских предложений как бессмысленных, с другой они продолжают традицию позитивизма XIX в., прежде всего француза О.Конта и австрийца Э .Маха. Позитивизм претендует на звание положительного учения, т.е. науки. Каждая область действительности изучается определенной наукой; для метафизики не остается поля приложения.

2. Аналитические и синтетические предложения. Разделения на аналитические и синтетические предложения имело важное значение в неопозитивистском понимании науки. Аналитическое предложение это такое предложение, истинность которого определяется его собственным содержанием, чего нет в случае синтетического предложения. Примеры аналитических предложений: "В квадрате все углы прямые", "Тела протяженны". По определению в квадрате все углы прямые, а тела представляют собой нечто протяженное. Примеры синтетических предложений: "На столе лежит книга", "Студенты любят смеяться". По определению стол не является чем-то таким, на чем непременно лежит книга. Истинность синтетических предложений устанавливается эмпирическим путем.

Неопозитивисты считали, что все предложения науки являются либо аналитическими, либо синтетическими. Аналитические предложения априорны и логически необходимы, а синтетические эмпиричны и логически не необходимы. В соответствии с этим все науки можно разделить на экспериментальные (физика, химия, психология, история, социология) и неэкспериментальные (логика и математика). Предложения философии не аналитичны и не синтетичны, они бессмысленны. Допустим, я рассматриваю философское предложение: "Материя первична, сознание вторично". Из понятия материи нельзя вывести сознание, поэтому наше предложение не является аналитическим. В то же время экспериментально я не могу иметь дело с материей как таковой, а следовательно, наше предложение нельзя проверить эмпирическим образом, т.е. оно является синтетическим. Итак, рассматриваемое философское предложение бессмысленно.

Рассматриваемые воззрения очень интересны и их всегда следует иметь в виду тогда, когда речь идет о содержании науки и философии. Тем не менее они не бесспорны. Критики неопозитивистов, особенно американский философ Куайн, обвиняли их в абсолютизации разделенности аналитических и синтетических предложений. В действительности следует учесть их взаимосвязанность. А это означает, что в эксперименте проверяется теория в целом, в том числе и правомерность аналитических, равно как и философских предложений; если философские предложения действительно полезны, то они истинны. Критика Куайна была воспринята многими неопозитивистами. Карнап, однако, возражал, подчеркивая, что во многих случаях деление на аналитические и синтетические предложения должно быть сохранено, например, при конструировании искусственных языков, где главной задачей является работа исключительно с аналитическими предложениями.

3. Верифицируемость (проверяемость). Согласно принципу верификации, научная достоверность синтетических предложений подтверждается в эксперименте. Вслед за Витгенштейном неопозитивисты использовали представление об элементарном предложении (его называли предложением наблюдения, протокольным предложением), которое проверяется фактами непосредственно. Сложное синтетическое предложение (часто это текст) должно быть сведено к элементарным предложениям, а последние сопоставляются с фактами. Допустим, мне надо удостовериться в истинности утверждения: "Все студенты этой группы ростом выше 160 сантиметров". Предложение будет сведено к элементарным предложениям типа "Рост студента выше 160 сантиметров".

На первый взгляд следование принципу верификации гарантирует в случае оперирования с синтетическими предложениями достижение достоверного знания. Но, как обнаружили сами неопозитивисты, процедура верифицируемости не всегда достигает цели. Начнем с того, что сам принцип верифицируемости не может быть проверен. Невозможно доказать, что любое признающееся истинностным синтетическое предложение должно быть проверено. Принцип верификации нельзя свести и к аналитическим предложениям, ибо в отличие от них он соотносится с экспериментом. Выходит, что требование верификации, представляющееся столь очевидным, является сугубо умозрительным. А ведь именно от такого рода предложений неопозитивисты желали освободить науку. С принципом верифицируемости неопозитивисты попали в сложную ситуацию. Наука представляла бы собой весьма строгое мероприятие, если бы можно было все проверить очевидным и однозначным образом. Но все положения максимально общего характера, а таковы теоретические законы, не поддаются верификации. Вроде бы все люди смертны, но как это проверить? Не поддаются прямой верификации и гипотезы, т.е. предположительное знание. Выходит, что неопозитивисты придали принципу верификации слишком большое значение.

Анализ принципа верификации показывает, что по сути он является философским и отнюдь не бессмысленным. А это означает, что неопозитивисты в своем критическом отношении к философии были слишком суровы.

4. Физикализм. Желание неопозитивистов последовательно использовать принцип верификации привел их к физикализму.  Физикализм это убеждение в том, что в эмпирических науках все предложения должны в конечном счете сводиться к предложениям физики. Почему выдвигается это требование? В силу мнения, что все экспериментальные науки имеют один и тот же общий базис физику; в этом смысле экспериментальные науки едины. Это во-первых. Во-втрорых, данные физики всем доступны, т.е. они интерсубъективны. Следует отметить, что еще никому (присмотритесь, например, к работе психологов, химиков, экономистов) не удалось последовательно осуществить программу физикализма.

5. Эмотивизм в этике. Неопозитивисты считали моральные предложения не поддающимися верификации, и следовательно, ни истинными, ни ложными. Значение их состоит в выражении моральных эмоций (отсюда термин "эмотивизм"). Как утверждал британский неопозитивист А^Айер мораль это чувство, а не познание; она не может быть обоснована научным образом. В то же время неопозитивисты не отрицают, что можно изучать моральные, политические, эстетические установки, желания, чувства конкретных людей, социальных групп. Этим, среди других, занимаются социологи, психологи, историки. Тем не менее, считали неопозитивисты, идеалы подлинно научного знания гуманитарным наукам чужды. Спустя годы позиция эмотивистов будет существенно скорректирована, моральные суждения привлекут не меньший интерес, чем предложения естественных наук. Англичанин Р.Хэар покажет, что этика начинается с предписаний ("делай так", "не делай это", "это хорошо, а это плохо"). Когда предписания даны, в силу вступают законы логики: руководствуясь правилами, можно из одних предложений выводить другие.

Итак, неопозитивизм, или логический позитивизм, существенно прояснил содержание научного знания, вызвал к жизни многие новые проблемы, в том числе и философского порядка. Что касается философского знания, то оно было существенно реабилитировано уже в работах постпозитивистов.

Постпозитивизм. Поппер, Лакатос, Фейерабенд, Кун

Постпозитивизмом называют множество концепций, которые пришли на смену неопозитивизму. Сторонники различных постпозитивистских концепций во многом не согласны друг с другом, критикуют устаревшие представления неопозитивизма, но сохраняют по отношению к нему преемственность. Как и неопозитивисты, постпозитивисты уделяют основное внимание рациональным методам познания. Одним из самых видных постпозитивистов считается современный английский философ Карл Поппер.

Для Поппера неудачи концепции верификации (проверяемости) научных предложений отнюдь не случайны. Методология верификации строится на убеждении, что знание может быть абсолютно истинным. Это иллюзорное представление. Рано или поздно на смену старой теории приходит новая, то, что казалось истинным, признается заблуждением. Поэтому задача эпистемологии, т.е. философии научного познания, состоит не в поиске теории, а в разрешении проблемы роста знания. Рост знания достигается в процессе рациональной дискуссии, которая неизменно выступает критикой существующего знания. Поэтому свою философию Поппер называет критическим рационализмом.        Но какова логика научного открытия? Вопреки мнению индуктивистов Поппер считает, что ученые делают открытия, восходя не от фактов к теориям, а переходя от гипотез к единичным высказываниям. Ученые пользуются гипотетико-дедуктивным методом. Из гипотез общего характера выводятся предложения, которые сравниваются непосредственно с протокольными предложениями. Если относительно теории и протокольных предложений, а также их совпадения ученые пришли к согласию, то теория считается временно подтвержденной. Так как ни одна теория не может быть подтверждена окончательно, то она, по определению, имеет гипотетический характер, т.е. ее образуют не законы, а правдоподобные утверждения. Всякая теория ненадежна, подвержена ошибкам (принцип фаллибализма). Окончательно подтвердить теорию нельзя, зато ее можно опровергнуть (фальсифицировать). Теория фальсифицирована, если она противоречит опытным данным, иногда всего лишь одному опытному факту. Фальсифицированная теория заменяется новой, на которую обрушивается новый залп рациональной критики. Рост научного знания, по Попперу, можно выразить следующей схемой:

Здесь П1 исходная проблема; ВР временные решения исходной проблемы; ЭО элиминация, удаление обнаруженных ошибок; П2 новая проблема.

Различные гипотетико-дедуктивные структуры отличаются своей выживаемостью. В мире организмов выживают наиболее приспособленные к среде, в мире науки самые непротиворечивые концепции.

Научной теорией признается лишь та концепция, которая поддается сопоставлению с опытными данными, и, следовательно, в любой момент она может оказаться фальсифицированной. В отличие от науки философия не поддается фальсификации, т.е. философия не имеет научного характера. Но, не обладая научным статусом, философия обладает смыслом, без нее не обойтись. Так  Поппер разрешает проблему демаркации (разграничения) науки и философии. Философия выступает у него как осмысление роста научного знания и включает, в частности, принципы рационально-критической дискуссии, фаллибализма, фальсификационизма.

Попперу удалось выразить многие тонкости роста научного знания. Но его концепция также подвергается критике. В основном за то, что Поппер свел рост научного знания к дуэли гипотез, фактов наблюдений; практически он игнорирует представление об истине, вся проблематика которой заменена рассуждениями о правдоподобных гипотезах. Но кроме гипотез и фактов наблюдений есть еще социальный и технический миры, совокупность многих других фактов, которые также влияют на рост научного знания. Взять, например, тот же принцип фальсификации. Надо иметь в виду, что в результате научной критики ученые, даже обнаружив факты наблюдений, не описываемых данной теорией, отнюдь не спешат полностью отказаться от ее услуг. Например, механика Ньютона, несмотря на наличие огромного числа противоречащих ей фактов, широко используется современными учеными. Требования, выдвигаемые Поппером, имеют, таким образом, нормативный характер, а это означает, что не всегда нужно следовать им.

Рассмотрим воззрения ряда других постпозитивистов, которые разработали свои собственные концепции. Английский философ Имре Лакатос выдвинул методологию научно-исследовательских программ. По Попперу, на смену одной теории приходит другая, старая теория отвергается полностью. Лакатос подчеркнул важность сравнения теорий друг с другом. К тому же, сравнивать следует не просто теории, а научно-исследовательские программы. Каждая научно-исследовательская программа содержит несколько теорий. "Твердое ядро" программы переходит от одной теории данной программы к другой, а защитный пояс, состоящий из вспомогательных гипотез, может частично разрушаться. "Твердым ядром" научно-исследовательской программы Ньютона являются три закона механики и закон тяготения. На этой базе было развито множество теорий, относящихся, например, к астрономии, учению о свете и т.д. Только тогда, когда будет разрушено "твердое ядро" программы, необходимым окажется переход от старой научно-исследовательской программы к новой. Новая прогрессивная научно-исследовательская программа должна быть более насыщена эмпирическим содержанием, нежели ее предшественница. Подчеркивая необходимость сравнения теорий и научно-исследовательских программ, Лакатос сумел выделить важные моменты в процессе развития знания. Существенно здесь различение теорий и научно-исследовательских программ. Для каждого, кто осваивает разнообразные учения, важно осознавать, в рамках какой научно-исследовательской программы и теории он находится. Такое осознание требует сравнения теорий и программ. Если исследователь либо студент сведущ только в одной научно-исследовательской программе или, что еще хуже, только в одной теории, то эта программа или теория невольно принимается за абсолютную истину (сравнивать-то не с чем!). А это означает, что у субъекта отсутствует осознание своего действительного научного статуса, который фактически очень жестко соотнесен с одной научно-исследовательской программой, достоинства же других программ не осознаются и не понимаются.

Постпозитивисты справедливо обратили внимание на необходимость тщательного изучения истории развития научного познания. Изучение наук, не сопровождающееся изучением их истории, ведет к одностороннему знанию, создает условия для догматизма.

Отметим, что в нашем учебнике делается попытка учесть эти обстоятельства. Вы, наш читатель, знакомитесь с проблематикой основных философских программ, ни одну из которых, как нам представляется, не следует возводить в абсолют. Вернемся, однако, к воззрениям постпозитивистов.

Американский философ Пол Фейерабенд критикует кумулятивизм, согласно которому развитие знания происходит в результате постепенного накопления знаний. Фейерабенд ярый сторонник тезиса о несоизмеримости теорий. Теории дедуктивно не связаны друг с другом, для них характерны разные тезисы и понятия. Согласно Фейерабенду, плюрализм должен господствовать не только в политике, но и в науке. Существует множество равноправных типов знания. Возможность универсального метода познания Фейерабендом отрицается. Иногда он даже высказывался в том смысле, что все позволено, т.е. любая теория приемлема, если только она принимается сообществом ученых. Критерии рациональности не абсолютны, они относительны. Нет таких критериев рациональности, которые были бы приемлемы везде и всегда. Анархизм, считает Фейерабенд, не является слишком привлекательной политической доктриной, однако он служит прекрасным лекарством для философии познания и науки, для тех, кто склонен ограничивать себя одним универсальным методом. Но если нет жестких критериев научности, то естественно предположить связь научных фактов с ненаучными. Последние влияют на науки и обладают самостоятельной ценностью. Наука, философия, религия и даже магия все уместно, все обладает самостоятельной ценностью.

Заслуга Фейерабенда состоит в настойчивом отказе от приобретших устойчивые черты идеалов классической науки, наука предстает как процесс размножения теорий, здесь нет единой линии. Создается, однако, впечатление, что Фейерабенд недостаточно внимания уделял устойчивым тенденциям развития науки, а они ведь также существуют.

Томас Кун, американский философ, как и Фейерабенд, критически относится к попперианской схеме развития науки. Основная его мысль состоит в том, что в развитии научного знания особую роль играет деятельность научного сообщества. Определяющее значение принадлежит не нормам логики, методологии, а парадигме, т.е. совокупности убеждений, ценностей, технических средств, принятых научным сообществом и обеспечивающих научную традицию. Парадигма по своему содержанию шире теории и шире научно-исследовательских программ. Если та или иная парадигма господствует безраздельно, то налицо период нормальной науки. Разрушение парадигмы приводит к научной революции. Каждая парадигма обладает своими критериями рациональности, они не являются универсальными. Парадигмы несоизмеримы друг с другом, между ними нет сколько-нибудь непосредственной логической преемственности. Новая парадигма отменяет старую. Многие считают, что в своей концепции несоизмеримости парадигм Кун недооценивает преемственность научного знания. Подчеркивая, что наука есть результат деятельности научных коллективов. Кун справедливо обращает внимание на особую значимость в науке социальных и психологических моментов.

                         Лингвистическая философия Витгенштення

Людвига Витгенштейна, австрийского философа, много лет преподававшего в Кембриджском университете (Англия), довольно часто называют на Западе самым выдающимся философом XX века. Если в этом утверждении и присутствует элемент преувеличения, то вместе с тем несомненно, что для него есть основания.

Исследования Витгенштейна неизменно находились в центре философских изысканий тогда, когда предметом анализа становился язык. Лингвистический поворот, характерный для философии XX в., во многом был осуществлен благодаря аналитической философии языка, разработанной Витгенштейном.

В ранний период своего творчества Витгенштейн написал уже рассматривавшийся выше "Логико-философский трактат", который при желании можно квалифицировать как пособие по логическому позитивизму, т.е. по неопозитивизму. В поздний период своего творчества Витгенштейн существенно пересматривает свои воззрения. Опубликованные впервые в 1953 г., уже после смерти философа, "Философские исследования" содержат новый подход к анализу языка. Именно этот подход, нашедший среди современных философов многочисленных сторонников и находящийся в центре курсов философии, преподающихся во многих английских университетах, и является предметом следующего далее рассмотрения.

В "Философских исследованиях" Витгенштейн весьма критически относится к "традиционному" пониманию языка, дань которому он отдал в "Логико-философском трактате". Простая, наивная концепция языка базируется на определенном понимании значения имени (слова). Считается, что слову соответствует тот объект, на который оно указывает. Из слов строятся предложения, а их совокупность, как считается, образует язык. Слова и предложения что-то обозначают. Когда мы говорим "этот стол", "моя рука", "планета Земля вращается вокруг своей оси", "существует электрон", мы всякий раз считаем значением слова или предложения некоторые объекты или процессы, происходящие с ними. Развиваемые представления кажутся вполне строгими к чему здесь можно "придраться"? Но поздний Витгенштейн их резко критикует.

Дело в том, что постулирование соответствия между именем и его значением не является очевидным. По Витгенштейну, значение слов определяется их употреблением. Значение слова есть его употребление, а отнюдь не то, что слово якобы обозначает. Допустим, слово действительно обозначает, в таком случае мы быстро придем к противоречиям. Ведь стоит начать сравнивать употребление слов детьми и взрослыми, неучеными и учеными, как сразу же выясняется известная несогласованность. Что есть рука человека? Что есть электрон? На такого рода вопросы последуют самые различные ответы, но раз так, то нет слов, которые бы обозначали что-то устойчивое, известное. Когда настаивают на том, что слово обозначает объект, то с самого начала считают объект известным, но этого-то как раз и нет.

Люди пользуются словами, при этом они убеждают друг друга в своей правоте, доверяют или не доверяют друг другу. Словами пользуются в соответствии с некоторыми правилами, которые нельзя свести к правилам грамматики или даже логики. Речь надо вести еще и о правилах жизни. Язык это форма жизни. Жизнь реализуется в языке. И язык это форма игровой деятельности. Конкретная языковая игра непредсказуема. Слова в языковых играх, используемые для описания данного явления, не обладают полной общностью, для них характерно лишь "семейное" сходство, они похожи друг на друга, как похожи братья и сестры в семье, не более того. Это означает, что Витгенштейн отрицает реальность общих понятий. Итак, язык есть деятельность, форма жизненной игры. Правила игры не заданы изначально, они формируются в сообществе. Значение слов конструируется в процессе жизни, в языковой игре. В процессе языковой игры особое значение имеют такие феномены, как вера, доверие, уверенность, убежденность. Верим мы не в отдельные предложения, а в систему предложений. Лишь постепенно обозначается целое, каким является жизнь, реализуемая в языковых играх.

Жизнь, язык, вера вот главные феномены человека, они изначальны, они несводимы к чему-либо иному. То, что называют законами науки, это тоже не более чем момент языковой игры, жизни человека. Если математика имеет дело с правилами математических исчислений, то философия имеет дело с правилами языковых игр. Не знающий правил игры ошибается, он терпит в жизни неудачу. Философская деятельность выступает как анализ жизни в форме языка. Философия должна прояснять способы употребления слов, возвращая им ясность, изымая из языка различного рода бессмыслицы. Подлинным предметом философского анализа является естественный язык, который превосходит по своему содержанию "совершенный" язык логики и математики. Здесь слово "совершенный" взято в кавычки не потому, что Витгенштейн сколько-нибудь высокомерно относится к логике и математике. Отнюдь. Витгенштейн неплохо разбирался в тонкостях логико-математических и технических наук. Совершенство языка логики и математики не следует преувеличивать. Язык логики и математики представляет собой некоторые правила игры, конструируемые в основном учеными. Правила логики и математики могут быть изменены, что и происходит периодически, когда, например, изобретают очередную систему (читатель, очевидно, знает, что существует большое число логических и математических систем).

Витгенштейн предложил новый способ философствования, который определил на многие годы характер западной философии. Тщательный анализ языковой практики (а через нее и целого ряда философских проблем), выяснение близости научных предложений и предложений повседневной жизни, подчеркивание конструктивного, творческого характера языковых игр, критика догматических представлений о соотношении языка и реальности, субъекта и объекта все это должно быть зачислено в актив философии языка Витгенштейна.

Вместе с тем Витгенштейна много критиковали и критикуют, обвиняя его в неправильности сведения всей сферы человеческой жизни к языковой практике, в игнорировании наших знаний об объективной реальности как таковой и, следовательно, в сползании на позиции агностицизма, игнорировании связи между субъектом и объектом.

Аналитизм. Выводы

Выше рассматривались различные течения аналитической философии, характерной чертой которой является тщательный анализ оснований науки и научно ориентированной философии. Главный метод аналитической философии анализ языковых средств и выражений. Это обеспечивает общезначимость лингв) стического анализа, но оставляет в тени то, выражением чего я] ляется язык. По мере развития аналитизма нарастают опред» ленные тенденции, обзор которых дает представление о будущем философии.

1. Постепенно происходит отказ от ориентации только на логику, и философы обращаются к истории науки. В этом отношении показательны работы Поппера, Лакатоса и особенно Кун и Фейерабенда. Логика и история научного знания образуют не разрывное целое.

2. Постепенно происходит отказ от жесткого противопоставления фактов и теории. Теперь уже не считают, что факты да ют надежное, обоснованное знание, а теория, напротив, ненадежное, изменчивое. Выясняется, что понимание фактов невозможно без теории, т.е. они теоретически нагружены.

3. Существенно ослабевает антифилософская направленность идеологии аналитизма. Мало что остается от былого желания первых позитивистов ограничиваться лишь обобщением данных наук: теперь ставится задача философствовать так, чтобы не противоречить науке. Постпозитивизм уже не видит жесткой границы между философией и наукой, признается неотстранимость философии от науки, а Фейерабенд вообще отказывается видеть различие между наукой и философией.

4. Происходит отказ от кумулятивизма в понимании развития знания. Считается, что накопление знания происходит не постепенно, не линейно, а в результате революционных преобразований. Теории, парадигмы несоизмеримы друг с другом.

5. От преимущественного анализа искусственных языков переходят к анализу естественного языка.

6. От атомарных представлений переходят к целостным воззрениям. Показательны в этом отношении воззрения Витгенштейна: слово имеет значение лишь в рамках целого, каковым является язык как форма жизни.

7. Естественнонаучная установка постепенно размывается, в основном за счет прагматизма, когда во главу угла ставят практический успех.

8. От анализа внутринаучных отношений все чаще переходят к обсуждению связей науки и философии с внешними для нее социальными институтами типа политики, государства, религии; философия и наука это органические части жизнедеятельности общества.

Эволюция аналитической мысли показала, что невозможно философствовать вне широкого мировоззренческого контекста. К тому же не существует одного-единственного, от века данного способа разрешения философских проблем. Витгенштейн выразил это в своем понимании языка как деятельности, деятельности по правилам, но не по неизменным правилам. Несмотря на то что нормы и идеалы позитивистского философствования изменялись весьма существенно, незыблемым оставалось требование мыслить ясно, разумно, рационально, максимально аргументирование и доказательно, с учетом всех тонкостей языковой сферы. Выделенный инвариант многолетних философских исследований объясняет главное содержание аналитической философии, комплекса разнообразных путей философствования с опорой прежде всего на анализ и язык.

Придание философии аналитических черт явилось значительным достижением позитивистской мысли. Отказ от аналитичности философии представляется в наши дни анахронизмом, возвратом к давно преодоленному этапу философского знания.  




1. СВЕТЛ. Чудеса существуют там где процветает невежество или узость представлений где поселилась догма и.
2. Реферат- Достоинство Кремля
3. Психология формирования имиджа персонала телекомпании
4. тримоксазол Бициллин1 Викасол Гепарин Глибенкламид маннинил Диазепам сибазон Диг
5. Развитие предпринимательства в отечественной экономике
6. тематика Секция- прикладная математика ЗОНЫ ДИРИХЛЕ ВЕРШИН ТРЕУГОЛЬНИКА Работу выполнил-
7. 1I 2II 3III 4IV Степень опасности для человека- анеопасные бумеренно опасные ввысокоопасные г
8. Челябинский государственный университет СЛОВАРЬ ТЕРМИНОВ ПО ИНФОРМАТ
9. Грибоедов А
10. Церковь - евхаристическая община собрание верующих Тело Христово Таинство1
11. Разработка класса
12. П должность уч
13. Реферат- Юридические лица
14. 16октября 2012г Протокол 2 Зав
15. О правлении государей Фома Аквинский соединяет восходящие к Аристотелю представления о человеке как общес
16. Распределение Максвелла распределение по скоростям или импульсам молекул системы находящейся в состоя
17. Методические рекомендации для выполнения лабораторной работы для студентов всех специальностей направл
18. Карбоновые кислоты - свойства, получение и производные
19. Лабораторная работа 5 Тема-
20. Каспий те~ізіні~ те~із ортасын ~ор~ау ж~ніндегі негіздемелік конвенцияны ратификациялау туралы ~Рны~ за