Будь умным!


У вас вопросы?
У нас ответы:) SamZan.ru

тема- 11 Предмет специфика и задачи этики

Работа добавлена на сайт samzan.ru: 2016-03-30


Перечень тем:

тема: 1.1 "Предмет, специфика и задачи этики. Что такое этика."

"История этических учений"

тема 1.2 "Этические учения Древнего Востока, Древней Индии, Древнего Китая"

тема 1.3 "Этика Античности"

тема 1.4 "Этическое сознание эпохи Средневековья"

тема 1.5 "Этическая мысль Нового времени".

тема 1.6 "Этические искания русской философии".

тема 1.7 "Этика в XX веке".

Предмет, специфика и задачи этики

Этика относится к классу гуманитарных дисциплин, объектом которых является человек. Специфический аспект, в котором человеческая жизнь рассматривается этикой, - это общение, понимаемое не как один из атрибутов человеческой жизни, а как ее фундаментальная предпосылка и основа. Нередко, обсуждая проблему общения, вспоминают слова известного французского писателя-гуманиста Антуана де Сент-Экзюпери о том, что "единственная настоящая роскошь - это роскошь человеческого общения". Это действительно так. Но этика рассматривает. общение не только как "роскошь", но и как насущную необходимость, как важнейшую потребность людей, как способ человеческого существования и жизнедеятельности.

Вся человеческая жизнь есть система отношений. Каждый человек должен "вписаться" в систему отношений, должен найти верное, оптимальное соотношение Я и не-Я. Не случайно этику именуют философией практической жизни", изучающей "человека общественного, "человека общающегося, исследующей жизненную практику, повседневное поведение людей, И в этом аспекте целью этики является создание оптимальной модели гуманных и справедливых отношений, обеспечивающих высокое качество общения.

Существует давняя традиция считать главным вопросом этики определение того, что такое хорошее поведение, что делает поведение правильным или неправильным. Поведение людей - это совокупность их действий, поступков и отношений (к себе, другим людям, обществу в целом). Общество всегда в той или иной мере осуществляет контроль и коррекцию поведения людей, стремясь увязать интересы индивидов и человеческих коллективов, найти своего рода "баланс" общественного и личного блага. Для этого существуют так называемые "социальные регуляторы" поведения (традиции, право, мораль, этикет), которые содержат социальные нормы, программные установки, приемлемые формы взаимодействия. Общество не может не заботиться об этом, ибо без эффективной оценки и регуляции отношений оно просто не сможет существовать как социальное целое.

Однако отнюдь не любая оценка поведения имеет этическую природу и относится к этической сфере. Этическая оценка - это не просто произвольное одобрение или осуждение поступка. Дж.Э. Мур, основоположник новейшей английской этики, справедливо подчеркивал, прежде чем определить, какое поведение людей является правильным - моральным - и неправильным - аморальным, необходимо прояснить, что такое "добро" и "зло" - эти фундаментальные основания, критерии этического суждения; Этическая же оценка самих поступков и отношений дается на основании их ориентации на достижение добра и зла.

Термин "этика" впервые был употреблен Аристотелем для обозначения, особого раздела философии, представляющего собой учение о нравственной деятельности и добродетелях. Этимология этого понятия связана с древнегреческим словом "этикос" (нрав, обычай, привычка, характер). Отсюда "этикос" - имеющий отношение к нpaвам; то есть "этика" в буквальном значении - теория нравственности. Со временем этика из раздела философии превратилась в самостоятельную философскую дисциплину, а именно - философию морали ("мораль" и "нравственность"- синонимы, по-латыни mores- "нравы"). Таким образом, этика - это особое гуманитарное учение, предметом которого является мораль ( иравственность), а центральной nроблемой - Добро и Зло.

Как теория морали этика изучает ее генезис, сущность, специфику; раскрывает' ее место и роль в жизни общества, выявляет механизмы нравственного регулирования человеческой жизнедеятельности, критерии нравственного прогресса. Она рассматривает структуру нравственного сознания общества и личности, анализирует содержание и смысл таких категорий, как добро и зло, справедливость, долг, честь, совесть, свобода и ответственность, счастье, смысл жизни. Вместе с тем специфика этики заключается не только в ее предмете.

Своеобразие этики состоит и в том, что, с одной стороны, она осмысливает, обобщает и систематизирует, то есть отражает в виде этических доктрин и моральных кодексов те принципы, ценности и нормы поведения, которые формируются объективно, в процессе социальной практики. С другой стороны, будучи учением о морали, она является одновременно частью самой морали. Иными словами, она не только отражает реальную мораль, но и задает ценностную основу человеческой деятельности, определяя, на то что она должна быть направлена и в чем состоит ее совершенство - добродетель. Поэтому этику изучают не столько для того, чтобы знать, что такое добродетель (моральность), сколько для того, чтобы стать добродетельным (моральным).

Этика имеет дело с моральной практикой в той мере, в какой эта последняя зависит от разумного выбора самого человека. Поэтому всякая развитая этическая система включает в себя более или менее детализированную нормативную программу достойною поведения, задающую перспективу синтеза добродетели и счастья. А. Гусейнов определяет этику как "рефлексию над моральными основаниями человеческого существования, понимая под рефлексией обращенность сознания на самое себя". Если мораль есть непосредственное сознание смысла жизни в процесс е самой жизни, то этика есть "сознание сознания жизни, то есть сознание жизни второго уровня". Почему моральное сознание постоянно нуждается во вторичной рефлексии.

Причина состоит в том, что оно очень часто попадает в конфликтную ситуацию - кризис ценностей, когда мораль теряет свою очевидность, а люди перестают понимать, что есть добро и что есть зло.

Занимая определенное место в системе гуманитарного знания, этика имеет свою специфику и вместе с тем она тесно связана с другими гуманитарными науками. Так, психология "поставляет" этике конкретно-научный материал о механизме поведения и регуляции личности, этнография помогает пролить свет на возникновение тех или иных норм морали, история дает объяснение их изменчивости и противоречивости.

Особо следует отметить связь этики и философии. Как уже говорилось, этика - философское учение, а в рамках философии ее особенность состоит в том, что она представляет собой нормативно практическую часть философии. Долгое время например, в учениях Платона, Аристотеля, стоиков, Канта - она даже считалась ядром философии. Этика базируется на определенной философии, выражает ее основные идеи, является ее частью. И одновременно отличается от нее: если философия изучает предельно общие принципы отношений человека и мира, то этика - нравственные принципы отношений человека с миром и другими людьми. Причем в последнее время круг этических проблем стремительно расширяется: сегодня в него входят отношения человека и к природе, и к науке, и к политике, и к вопросам жизни и смерти, и к самому себе ...

Сложность и многомерность предмета этики обусловливает задачи, стоящие перед ней. Их можно свести к следующим:

1) описывать мораль - ее историю, ее сегодняшние нормы, принципы И идеалы - то, что принято называть нравственной культурой общества;

2) объяснять мораль - пытаться дать анализ сущности морали в ее "должном" и "сущем" вариантах;

3) учить морали - давать людям необходимые знания о добре и зле, способствуя самосовершенствованию человека и выработке им собственной стратегии "правильной жизни"

Этические учения Древнего Востока.

     Первые зачатки этических знаний появляются в государствах Древнего Востока (Египет, Месопотамия, Китай, Индия), которые начали складываться в VI-П тыс. до н. э. на основе ирригационного земледелия в бассейнах "великих peк". Ритмичность природной стихии, необходимость организованных коллективных усилий в производительной сфере, стремление сохранить природное равновесие и обеспечить незыблемость и эффективность государственных устоев, а также глубокие корни и распространенность религиозных культов все это предопределило образ жизни людей Древнего Востока. Жизнь человека - от рождения до смерти - подчинялась социальным нормам и предписаниям, а следование им являлось главным условием его бытия; личностью он еще не стал и силы свои тратил на то, чтобы занять соответствующую ячейку в сетке общественного устройства, которое обеспечивало ему чувство сопричастности с другими и личную безопасность. На Востоке мудрость идет "от жизни, а не от науки, поэтому и восточные этические учения отличаются от западных своей ориентацией на образ жизни, на общественно-производственную и обыденную деятельность людей. Развитие этической мысли этого региона шло в особых социокультурных условиях, среди которых выделяются следующие:

- культ прошлого и жесткий контроль за соблюдением традиций;
- настороженное отношение ко всему новому и принятие его только в рамках сложившихся традиций;
- подчиненность индивида социальной группе, ее нормам, обычаям;  - преобладание идеалов· коллективизма, обусловленное страхом "потерять себя", не вписаться в социальную общность;
- нивелировка личности, подчинение ее интересам социума;
- усложненная система ритуалов и церемоний.

     Примером воплощения этих социокультурных парадигм могут служить этические учения Индии и Китая, стран, дольше других сохранявших свою самобытность.

Этико-философские системы Древней Индии

Окончательно они оформились в середине 1 тыс. до н.э., хотя возникли значительно раньше. По своему отношению к ведическому канону они разделяются на две группы. Ортодоксальные системы, опирающиеся на Веды, представляет брахманизм и возникшие на его основе философские школы (даршаны): веданта, миманса, санкхья, йога, ньяя, вайшешика. К неортодоксальным направлениям относятся буддизм, джайнизм, локаята - чарвака. Брахманизм (Брахма. - верховное божество Древней Индии, имя которого означает "благочестивая жизнь", "благоговение" представляет мир как соединение духовной субстанции (Брахма) с материальным началом, в результате чего образуется все сущее. Ближе всего к Брахме находятся боги и полубоги - асуры, за ними следуют четыре касты человеческого общества: жрецы (брахманы), воины (кшатрии), земледельцы (вайшьи), рабы, слуги (шудры). Еще ниже находятся животные, духи умерших и т.д. Для каждой из каст предусмотрена совокупность правил поведения (дхарма), которыми определяется нравственная ценность всякого существа. Индивидуальная душа бессмертна, она переходит из одного тела в другое (сансара) соответственно накопленной за время жизни положительной либо отрицательной карме (принцип посмертного воздаяния). Всякое нарушение кастовых норм оценивается негативно. Нравственным идеалом является безропотное выполнение общественных обязанностей, даже самых неприятных, и постоянное профессиональное совершенствование, что дает надежду на более высокое рождение в будущей жизни. Несчастья, которые иногда постигают высокоморальных людей, объясняются как результат отрицательной кармы, накопленной ими в прошлой жизни. Несколько по-иному строится этика буддизма, возникшего в Индии VI в. до н. э., а позднее переместившегося в Китай, Японию и другие страны. Согласно учению Будды (Сиддхартха Гаутама, живший в 563-483 до н.э.) всякое пребывание в несовершенной телесной оболочке негативно, поэтому истинный просветленный праведник стремится к нирване - высшему блаженству, связанному с полной остановкой круговорота телесных перерождений и слиянием с духовным первоначалом мироздания. Достичь нирваны можно уже в этой жизни, усвоив "четыре благородные истины":

1)жизнь в телесной оболочке есть страдание;

2)источник страдания - желания;

3) чтобы избежать страданий и новых физических рождений следует избавиться от желаний;

4) средство избавления от желаний - прохождение "восьмеричного пути спасении". Суть последнего состоит в осознании четырех истин и реализации их через полное самоотречение и отрешенность от внешнего мира. Восьмеричный путь включает в себя: 1) правильное понимание; 2) правильное стремление; 3) правильную мысль; 4) правильную речь; 5) правильное действие; 6) правильный образ жизни; 7) правильныe усилия; 8) правильную концентрацию. Нравственным идеалом является мудрец - архат, безучастный ко всему, полностью погруженный в медитацию, а также благочестивый монах - бодхисатва, самоотверженно проповедующий истины буддизма среди других людей.

Похожим образом раскрывается и этика джайнизма, в основу которой положен принцип "ахимсы" - непричинения вреда живому. Материалистическое направление локаята-чарвака в этике развивало идеи крайнего гедонизма, призывало стремиться к наслаждениям, однако не приобрело широкой популярности.

Каждая из неортодоксальных школ по-своему стремится снять социальную напряженность, возникшую в Индии в середине 1 тыс. до н.э. и угрожавшую устоявшейся кастовой системе. Уводя человека от общественной жизни, давая ему другие нравственные ориентиры, они периодически приобретают актуальность и в более поздние эпохи, в частности, в наше время.

Этико-философские учения Древнего Китая

Эти учения тоже можно условно разделить на древнейшие традиционные - ортодоксальные направления, опирающиеся на Пятикнижие (У-цзин) конфуцианского канона, и более поздние - неортодоксальные школы (даосизм, легизм), возникшие в VI в. до н.э

Основоположник конфуцианства философ Кун Фу-цзы, Конфуций (551-479 до н.э.), и его последователи обо6щили духовное наследие более ранних эпох, придали ему законченный вид и сделали основой системы образования, необходимой для занятия любой государственной должности. Основной источник этики конфуцианства - книга "Беседы и суждения" (Лунь-юй), в которой в форме философских притч и афоризмов высказываются суждения о должном поведении людей, основанном на трех понятиях - "человеколюбие", "золотой середине" и "взаимности". Все вместе они определяют "правильный путь", следуя которому человек будет жить счастливо, в согласии с собой и другими людьми. Взаимность (шу) получила название "золотого правила" нравственности. Конфуций определил ее так: "Не делай другим того, чего не желаешь ce6e". Человеколюбие (Жень) ориентирует людей на почитание прошлого, уважение к старшим. "Золотая середина" (чжун юн) - удел мудрых правителей, способных к сдержанности и осторожности. Нравственным· идеалом является "благородный муж", всесторонне эрудированный государственный деятель, просвещенный знаток ритуалов, который постоянно заботится о своих подданных, воздействуя на простолюдинов не принуждением, а исключительносо6ственным положительным примером.

Даосизм в лице Лао-Цзы (604 г. до н.э.) и его последователей, авторов сборника "Сокровищница дao", основной частью которого является знаменитая "Книга о дао и дэ" (Дао дэ цзин), нравственным идеалом считает мудреца-отшельника, полностью устранившегося от социальной активности, занятого внутренним духовным совершенствованием. Цель человеческого бытия состоит в постижении великого пути - дао, которому в своем развитии следует все сущее. С помощью специальных гимнастических упражнений, психофизической тренировки, углубленной медитации праведник учится интуитивно следовать естественному ходу вещей, достигать поставленных целей, не вмешиваясь в течение событий. Таким образом он реализует принцип "деятельного недеяния": "ничего не делая - и всего достигает", безгранично усиливает собственный духовный потенциал и в конечном итоге приобретает качества мага, бессмертного чудотворства. В дальнейшем даосизм активно взаимодействовал с китайским 6уддизмом, выполняя сходную с ним социально-этическую функцию.

Представители легизма - школы " законников", возникшей в период окончательного объединения Китайской империи, основной упор делают на понятие закона (фа), который должен проводиться в жизнь самыми жестокими средствами. По их мнению, средоточием морали является полубожесивенная личность императора, который через государственных чиновников должен держать подданных в постоянном страхе. Только тогда все правонарушения исчезнут, и в обществе воцарится порядок и гармония. Господство этики легизма длилось недолго. Первоначально вступив в конфронтацию с конфуцианством, идея жестких, незыблемых законов в дальнейшем диалектически дополнила выдвинутый Конфуцием принцип человеколюбия и оказалась поглощена им.

По-иному - и в древности, и в настоящее время - выстраивалась система этической аргументации и моральных регулятивов на Западе. Поэтому, прежде чем перейти к рассмотрению этики античности - этики Древней Греции и Древнего Рима, следует остановиться на особенностях, отличающих развитие западноевропейской этики (которая и станет основным предметом нашего изучения) в целом.

Этика Античности: общие черты, роль софистов в развитии этики.

       1. Сократ и сократовские школы (киники, киренаики).
       2. Платон.
       3. Аристотель.
       4. Эпикур
       5. Стоики: Сенека, Эпиктет, Марк Аврелий

     Античная философия является "школой философского мышления для всех последующих времен", поскольку в ее многообразных формах "уже имеются в зародыше, в процессе возникновения, почти все позднейшие типы мировоззрений". То же самое можно с полным основанием отнести к этике, т.к. именно в античной культуре были поставлены важнейшие этические проблемы, намечены различные варианты их разрешения, очерчены главные традиции будущих интерпретаций вопросов этического комплекса

Этика античности обращена к человеку, ее своеобразным девизом можно считать знаменитое высказывание Протагора: "Человек есть мера всех вещей"·. Не случайно, поэтому, преобладание натуралистической ориентации в нравственных исканиях античных мудрецов. Кроме того, важнейшей особенностью их этической позиции была установка на понимание моральности, добродетельности поведения как разумности. Разум "правит миром" античной этики, его первостепенное значение (в любом конкретном моральном выборе и в выборе правильного жизненного пути) сомнению не подвергается. Еще одна характеристика античного мировоззрения стремление к гармонии (гармонии внутри человеческой души и гармонии ее с миром), принимавшее в зависимости от тех или других социокультурных обстоятельств различные формы воплощения.

Основное направление развития античной этики связано с переходом от провозглашения власти всеобщего над человеком (Семь греческих мудрецов) к идее единства индивида и государства, предполагающей обоснование самоценности человека (софисты, Сократ, Платон, Аристотель), и, наконец, к противопоставлению человека миру социального бытия, выработке рецептов для ухода в свой собственный, внутренний мир (эпикуреизм, стоицизм).

Первый этап в развитии зрелого этического сознания Древней Греции представлено учением софистов (V в. до l1.э.), знаменующим собой своеобразный период сомнения в предмете этики, т.е. отрицания морали как чего-то безусловного и общезначимого.

Просветительская деятельность софистов, направленная против морального догматизма, имела ярко выраженный гуманистический смысл: в центре их внимания человек (как самодостаточная ценность), имеющий право на творчество морального закона. Справедливо подчеркивая изменчивость моральных представлений, роль относительного в морали, софисты выдвигали позицию морального релятивизма, утверждая, что у каждого человека свое представление о смысле жизни, счастье, добродетели. (Целесообразно в этом ключе проанализировать основоположение Протагора: "Человек есть мера всех вещей", а для понимания скептических ориентаций софистов поразмышлять над триединым тезисом Горгия: 1) ничего не существует, 2) если что-то и существует, то оно непознаваемо, 3) даже если оно и познаваемо, то такое познание невыразим.

Скепсис софистов позволил им усомниться в том, что считалось несомненным (не в этом ли вообще состоит "привилегия" философского взгляда на мир?), - в общезначимости морали. Это обстоятельство, а также тот факт, что софисты гипертрофировали роль индивидуального творчества нравственных ценностей (т.е. пришли, по существу, к идее их плюрализма) и не предложили удовлетворительной позитивной этической платформы, стимулировало развитие философской мысли Древней Греции по линии усиления интереса к моральной проблематике.

1. Сократ и сократовские школы (киники, киренаики).

"Отец" античной этики Сократ (469-399 до н.э.) в определенном смысле абсолютизировал мораль, полагая ее в качестве фундамента достойной жизни. Сложность реконструкции этической позиции Сократа связана с отсутствием его письменного наследия, однако записи его высказываний, сделанные учениками (Ксенофонтом и Платоном), свидетельства современников и, наконец, особенности жизни и смерти мыслителя позволяют судить об основаниях его учения. Факты биографии Сократа, как справедливо подчеркивает А.А.Гусейнов, "имеют силу этических аргументов. Судьба мыслителя является зримым воплощением того человеческого идеала, который он теоретически обосновал". Смысл имеет только жизнь, согласная с убеждениями; подлинной реализацией убеждений (и, следовательно, сущности человека) является поступок; наилучший способ самореализации личности - ее нравственная деятельность, - эти и другие истины Сократ не только провозгласил, он доказал их ценой собственной жизни. Критикуя софистов за отсутствие позитивной программы, Сократ стремился создать систему устойчивых общих понятий. Такая исходная установка не случайна (в нравственной деятельности следует руководствоваться знанием о нравственности) и конструктивна (нельзя создать этику вне системы взаимосвязанных понятий). Для решения этой задачи Сократ пользовался специальным методом, который условно может быть разделен на следующие части:

       1) сомнение ("Я знаю, что я ничего не знаю");
       2) ирония (выявление противоречия);
       3) майевтика (преодоление противоречия);
       4) индукция (обращение к эмпирическому материалу, фактам);
       5) дефиниция (окончательное определение искомого понятия).

     Здесь нет возможности подробно разъяснять и иллюстрировать особенности применения сократовского индуктивного метода. Нужно лишь отметить, что он не утратил своего значения и в настоящее время, если использовать его, например, как способ ведения научных дискуссий.

Сократ положил начало эвдемонистической традиции, утверждая, что смысл жизни человека, высшее благо - в достижении счастья. Этика должна способствовать осознанию и реализации этой установки. Счастье выражает содержание благоразумного, добродетельного бытия, Т.е. только моральный человек может быть счастливым (или разумным, что, по сути, то же самое). Эвдемонистическая установка Сократа корректируется его убеждением в самоценности морали: не мораль подчинена естественному стремлению к счастью, а, напротив, счастье зависит от моральности (добродетельности) человека. Соответственно этому конкретизируется задача этики: помочь человеку стать моральным.

Сократ различал счастье и наслаждение; ставил проблему свободы воли; определял главные добродетели (мудрость, мужество, умеренность, справедливость); подчеркивал значимость нравственного самосовершенствования личности. В интерпретации всех этих проблем он занимал рационалистическую позицию. Знание - основа добродетельности (каждая конкретная добродетель есть определенный вид знания), незнание - источник аморальности, Т.е. истина и добро совпадают. За убежденностью Сократа в том, что мудрец не способен на зло, стоит глубокая идея: моральные ценности только тогда имеют регулятивное значение, когда осознаны человеком как истинные.

Комплекс идей знаменитого греческого мыслителя явился основанием для появления устойчивых традиций последующих этических размышлений. Вместе с тем, разнообразие этих идей и отсутствие их жесткого, однозначного оформления давали возможность поливариативной интерпретации, что проявилось уже в ориентациях ближайших учеников Сократа. Двое из них основатели так называемых сократических школ - киренской и кинической.

В своих поисках истины киники и киренаики отправляются от учения Сократа о счастье. Общей для них являются также исходная индивидуалистическая установка, однако выводы, к которым они приходят, существенно различны. Аристипп из Кирены - основоположник киренской школы, высшее благо усматривал в стремлении человека к удовольствию. Мораль в таком контексте оказывается вторичной (как, кстати говоря, и разум, помогающий человеку избегать страданий, связанных с избытком наслаждений). В качестве правильной смысложизненной ориентации предлагается не длительный путь интеллектуального и нравственного совершенствования, как это было у Сократа, а наслаждение каждым мигом бытия.

Последователи Аристиппа, осознавшие, вероятно, тот факт, что принцип гедонизма разрушает мораль и не дает возможность построения этической теории, пытались ограничить его "всевластие" (подчеркивали роль разума, умеренности, приоритета духовных удовольствий), что привело к новым неразрешимым противоречиям. Своеобразным итогом первого опыта этического мышления на гедонистическом фундаменте можно считать идею Гегесия, призывавшего к самоубийству в том случае, если сумма жизненных страданий больше суммы удовольствий.

Киники ("киники" происходит от греческого слова kyon - "собаки") (Антисфен, Диоген Синопский) провозгласили высшим благом внутреннюю свободу, самообладание, предполагающие презрение ко всему внешнему, аскетический образ жизни. Довольно отчетливо была намечена ими ригористическая тенденция пони мания морали: добродетель самоценна; мудрец, обладающий ею, ни в чем более не нуждается.

Чрезвычайно важные для понимания смысла морали идеи внутренней свободы личности и приоритета духовных ценностей были в этой школе абсолютизированы, доведены до крайности, что способствовало их существенной трансформации. (Согласитесь, что отрицание удовольствия как основы морали вполне правомерно, а вот полное "изъятие" удовольствий из жизни добродетельного человек, это уже крайность. Еще пример: непритязательность вполне может способствовать независимости, но "собачий" образ жизни вряд ли заслуживает морального поощрения.) Что касается гедонизма киренаиков, то он в гипертрофированной форме выразил также очень важную для этики идею - идею ценности конкретных потребностей конкретного человека. В дальнейшем развитии античной культуры размышления киников ассимилируются в стоицизме, а восприемником учения киренаиков выступает эпикуреизм.

Итак, наследники Сократа как бы попробовали свои силы в рамках индивидуалистических ориентированной этики. Что же предлагает, учитывая этот опыт, самый знаменитый его ученик - Платон?

2. Платон

Учение Платона (427-347 гг. до н.э.) - первая попытка систематизации этических идей, осуществленная на объективно-идеалистической основе. Разделяя рационалистическую установку своего учителя, Платон также ставил перед собой задачу определения общих понятий, избирая для этого дедуктивный метод исследования. В результате он пришел к обоснованию дуализма мира: видимого мира явлений и сверхчувственного, потустороннего мира вечных идей.

Существует множество объяснений платонического идеализма, в данном случае обратим внимание на одно из самых интересных. В.Соловьев полагал, что первое основание платонического идеализма содержал ось в учении Сократа, второе было дано его смертью. В самом деле, Сократ обнаружил несоответствие сущего должному, противоречие между общими моральными понятиями и их единичными воплощениями, но не мог найти в реальном мире аналогов добра и красоты самих по себе. Продолжая исследование этой проблемы, Платон "постулирует существование таких аналогов в виде самостоятельного изначального царства неких идеальных сущностей. Он предположил, что за невидимыми пределами чувственного мира, в "умном месте" находится особый класс предметов, идей, своеобразным отражением которых как раз и являются общие понятия". Гибель Сократа действительно могла стимулировать подобные настроения: "тот мир, в котором праведник должен умереть за правду, не есть настоящий подлинный мир". Должен существовать иной мир, где "правда живет", - вот его и называет Платон миром вечных идей. (Какие размышления вызывает у Вас такая постановка вопроса? Задумывались ли Вы о том, насколько значима роль Учителя в формировании мировоззрения?).

Собственная этическая концепция Платона может быть разделена на две взаимосвязанные части: индивидуальную этику и политическую (или социальную) этику. Первая представляет собой учение об интеллектуальном и нравственном совершенствовании человека, связанном с гармонизацией его души. Душа противопоставляется телу именно потому, что телом человек принадлежит низшему чувственному миру, а душой может соприкасаться с истинным миром - миром вечных идей. Главные стороны человеческой души являются основой добродетелей: разумная - мудрости; волевая - мужества, аффективная - умеренности. Добродетели, носящие врожденный характер, - это своеобразные ступеньки гармонизации души и восхождения к миру вечных идей. В этом восхождении смысл человеческого бытия. Средством возвышения является пренебрежение к телесному, власть разума над страстями.

Определяемая этими идеями, социальная этика Платона предполагает закрепление добродетелей за каждым сословием (правители должны обладать мудростью, воины - мужеством, низшее сословие - умеренностью). Благодаря жесткой политической и, соответственно, моральной иерархии в государстве должна реализоваться высшая добродетель - справедливость, свидетельствующая, по мнению Платона, о социальной гармонии. В жертву социальной гармонии приносятся интересы отдельной личности: в утопии Платона нет места индивидуальности. Совершенное государство, изображенное им, оказалось весьма непривлекательным не столько из-за духа интеллектуального аристократизма, сколько из-за ущербности пребывания в нем представителей любого сословия: "порядок" в обществе не приносит им счастья. (Не возникает ли у Вас аналогий с проблемами нашего сегодняшнего бытия? Возможна ли вообще социальная гармония, не требующая индивидуальных жертв?).

Стремление Платона к синтезу (личного и общественного блага, должного и сущего, истины и добра), попытка обоснования объективного источника морали и ее ригористического смысла оказались исключительно плодотворными для дальнейшего развития этики. Все конструктивные идеи и "гениальные догадки" Платона невозможно здесь даже просто перечислить, но одной из них нельзя не коснуться. Нравственность индивида философ не представлял вне связи с целым, с обществом, т.е. содержание индивидуального бытия должно быть социально значимым. Эту идею Платона (во многом являющуюся ключом к пониманию существа морали), как и другие его идеи, еще предстояло осмыслить и развить, что в значительной степени удалось сделать его ученику.

3. Аристотель

Этимология слова "мораль" восходит к древнегреческому слову "этос", которое в свое время имело различные значения: "устойчивый нрав", "характер", формирующийся в результате общения, а также обычай, темперамент.

Аристотель пишет: "Свое название, если нужно исследовать истину исходя из буквы (а это, пожалуй, нужно), этическая добродетель получила вот откуда: слово ethos нрав, происходит от слова ethos, обычай, так что этическая добродетель называется так по созвучию со словом привычка. Уже отсюда ясно, что ни одна добродетель в неразумной части души не возникает в нас от природы: что существует от природы, то уже не изменится под влиянием привычки"

В дальнейшем Аристотель образовал от этого слова прилагательное "этический", чтобы обозначить им группу добродетелей (качеств), относящихся к характеру человека - мужество, умеренность, щедрость, доброжелательность и т.п.

Термин "мораль" - и по содержанию, и по истории возникновения - латинский аналог термина "этика". В латинском есть слово "mos" (множественное слово - "mores"), соответствующее древнегреческому этосу и обозначавшее нрав, обычай, моду, устойчивый порядок. Цицерон образовал прилагательное "моральный"(moralis). Уже позднее, приблизительно в IV веке, появляется слово "мораль"(moralitas). В русском языке есть термин "нравственность", являющийся эквивалентом греческого слова "этика" и латинского слова "мораль".

Науку, которая была призвана изучать данные этические добродетели, выявлять достоинство того или иного характера человека, Аристотель назвал этикой. Таким образом, уже изначально эти два понятия означали разное, хотя в разговорном языке они порой совпадали (и по сей день некоторые авторы не делают различия между понятиями "этика", мораль" и "нравственность"). Однако все же необходимо различать этику как определенную часть, отрасль знания и мораль (нравственность) как объект ее изучения.

Античная этика была, прежде всего, учением о добродетелях, о добродетельной личности. Она исходила из убеждения, что нравственное совершенство личности доступно ей самой. Она показала, что мораль или нравственность выступает как совокупность нравственных качеств человека, как максимальное развитие возможностей личности, которое служит основой социальной гармонии.

Таким образом, целью этики провозглашалось преобразование личности, ее нравственное возвышение. Добродетели, согласно Аристотелю, воспитываются. Но человек, совершенно не предрасположенный к восприятию этического знания, будет глух к учению. Так, например, для людей неопытных в житейских делах, а также для людей невоздержанных, в частности для юношества, изучение этики принесет мало пользы. Ибо тот, кто не умеет управлять своими страстями, склонностями, тот тем более не сможет управлять ими хорошо, правильно. Ему этические знания останутся чуждыми. Но этика, считает Аристотель, может принести огромную пользу тем, кто обладает жизненным опытом, способен владеть собой, подчинять свои действия определенной цели. Для обильного урожая мало хорошего зерна, надо еще, чтобы оно пало на хорошо вспаханную землю: точно также как для таких всходов как добрые поступки недостаточно наших знаний о добродетели, необходимо чтобы эти знания нашли себе благодатную почву - стремление, внутреннюю потребность индивида стать добродетельным.

Аристотель в целом исходит в своей этической концепции из эвдемонического тезиса. Он считает, что стремление к счастью это самое простое и понятное желание человека. Но путь к счастью указывает этика: "Человеческое благо представляет собою деятельность души сообразно добродетели, а если добродетелей несколько - то сообразно наилучшей и наиболее полной (и совершенной)". Человек, согласно античному мыслителю, должен контролировать свою чувственность, стремиться избежать сильных страстей, так как они уводят от должной меры и приближают к пороку, т.е. к крайности.

В творчестве Аристотеля (384-322 гг. до н.э.) античная этика достигла своего высшего развития, что вряд ли было бы возможно, если бы ученик не превзошел своего учителя, сделав выбор в пользу служения истине ("Хотя Платон и истина мне дороги, священный долг велит отдать предпочтение истине"). Заслуги Аристотеля в развитии этики чрезвычайно велики:, он дал имя этой науке, ему принадлежит первый специальный этический труд "Этика к Никомаху", он впервые поставил проблему самостоятельности этики, построил глубокую, синтетическую теорию морали. Для этической теории Аристотеля характерны развитый логический анализ, единcтвo метода рационального осмысления проблем и их эмпирического подтверждения, социальная ориентированность этического мышления (взаимосвязь этики и политики), установка на прикладное, практическое значение теории морали. Все это позволило мыслителю не только максимально использовать преимущества эвдемонистической традиции, но и в значительной мере преодолеть изъяны натуралистической интерпретации нравственности.

Этика, в понимании Аристотеля,:- это особая, практическая наука о нравственности (добродетели), цель которой - научить человека, как стать счастливым. Этика должна помочь человеку осознать главные цели своей жизнедеятельности, решить вопрос о возможности воспитания в государстве добродетельных граждан, поэтому она, наряду с политикой, является очень важной практической наукой.

Выделяя этический аспект проблемы взаимоотношения личности и общества, Аристотель стремился найти пути их гармонического взаимодействия в разумном ограничении индивидом стихии эгоистических потребностей, ориентации его на общественное благо - с одной стороны, и в содействии государства процветанию своих граждан - с другой. Социальная гармония не должна подавлять личных интересов. Нравственность человека, опирающаяся на разум и волю, приводит его цели, желания, потребности в соответствие с интересами государства. Рассматривая данную проблему, Аристотель высказал важную догадку о том, что источник морали нужно искать в государственных отношениях.

С содержанием всех разделов этической системы Аристотеля можно ознакомиться, обратившись к его трудам и к специальной историко-этической литературе, зафиксируем лишь наиболее значительные его идеи.

Учение о счастье. Отдавая дань традиции, высшим благом Аристотель признавал счастье (блаженство), внося много инновационных оттенков в интерпретацию этого понятия. Счастье - это особое состояние удовлетворенности, получаемое от совершенной (добродетельной) деятельности. Отмечая единство морали и счастья, Аристотель подчеркивал, что достижение состояния высшего удовлетворения жизнью зависит не только от определенной организации сознания, но и от поступков. Среди многочисленных условий счастья главными являются: нравственное и интеллектуальное совершенствование, здоровье и наличие внешних благ, активная гражданская позиция, дружба.

Учение о добродетели. В отличие от Платона, Аристотель отрицал врожденный характер добродетелей, что дало ему возможность поставить проблему нравственного воспитания. Добродетель связана с общественно значимым действием ("Добродетелями вообще мы называем похвальные приобретенные свойства души"); обладает нормативным характером (это не то, что дано от природы, а то, что должно быть воспитано). Поскольку мораль основана на разуме и воле, постольку выделяются добродетели дианоэтические и этические. Аристотель предложил конкретный подход к определению меры добродетели (например, понятие мужества зависит от того, о ком мы, ведем речь - о младенце или атлете); обосновал идею о том, что каждая добродетель - середина между двумя крайностями (мужество, например, это середина между трусостью и "безумной отвагой"). Множество интересных наблюдений содержит также анализ отдельных добродетелей, в том числе, главных: справедливости, мудрости, мужества, умеренности.

Учение о дружбе представляет собой первый опыт постановки и решения проблемы общения. Подчеркивая высокую нравственную ценность дружбы, Аристотеля анализировал ее количественные и качественные параметры, предлагал классификацию ее различных видов, описывал ее связь с добродетелью.

Большое значение для дальнейшего развития этики имели и другие идеи Аристотеля (о свободе выбора и ответственности в морали, о единстве этики и политики и др.). Многие положения этического наследия Аристотеля оказались "несвоевременными", Т.е. не могли быть достаточно адекватно осознаны не только современниками, Но и многими мыслителями более поздних времен.

4. Эпикур

Эпикур (341-270 гг. до н.э.), опиравшийся на наследие киренаиков и Демокрита, рассматривал этику как "лекарство для души", помогающее избавиться от страданий и обрести внутреннее равновесие.

Существует устойчивая традиция гедонистического истолкования учения Эпикура, обусловленная различиями в понимании термина "гедонизм", а также другими обстоятельствами, в том числе тем, что на уровне обыденного сознания любая философская идея, приспосабливаемая к нуждам этого обыденного сознания, огрубляется, примитивизируется и, естественно, существенно искажается. (Кстати, проблема "инобытия" идеи в массовом сознании сама по себе чрезвычайно интересна. Попробуйте сформулировать свое мнение на этот предмет). Отчасти эта традиция поддерживается некоторыми суждениями самого Эпикура.

Наличие определенных гедонистических мотивов не опровергает общей эвдемонистической ориентации Эпикура, определявшего счастье весьма своеобразно - как свободу от телесных страданий и душевных тревог. Соответственно, основная цель этики - помочь человеку избавиться от страданий или облегчить их. Этот контекст обнаруживается во всех этических размышлениях Эпикура. Он отмечает, например, что счастье и удовольствие не тождественны, счастье предполагает правильное отношение к удовольствиям (избегать неестественных удовольствий, предпочитать духовные, соблюдать меру), иначе страдания не миновать. Кроме этого, условиями счастья являются: атараксия (безмятежность души, невозмутимое, спокойное состояние духа); индифферентность ко всему внешнему; дружба; правильное отношение к жизни и смерти. Все это, по мнению Эпикура, освобождает от страданий и способствует приобретению внутренней независимости от мира.

Добродетель - не самоценность, а необходимое для счастья средство, источник которого находится не во вне, а внутри человека. Главная добродетель - мудрость, предполагающая занятие философией, что способствует прояснению сути вещей и помогает преодолеть страх смерти. Мудрец не уклоняется от жизни и не боится смерти (смерть не может причинить страданий: когда есть человек, нет смерти, когда приходит смерть, нет уже человека), он занят разумной организацией "правильной жизни", которая естественным образом подготавливает "прекрасную смерть".

Из всего того, что мудрость доставляет себе для счастья всей жизни, самое важное есть обладание дружбой", - это не просто слова, а жизненная позиция Эпикура, воплощенная на практике. Нужно отметить, что вообще вся его жизнь есть реализация учения. Не случайно ученики и последователи Эпикура благоговейно сохраняли память о нем.

В дестабилизированной социальной среде человек может спастись бегством от реального мира, находя в себе самом источник моральных ценностей, - такая жизненная философия, предложенная Эпикуром, как и его многочисленные житейские наставления, сохраняют свою популярность и по сей день. Однако, сведение морали к нравственным свойствам индивида чревато возможностью ее релятивистского истолкования, - такого следствия этических рассуждений не смогли избежать и представители другой ориентации позднеантичной "практической философии" - стоики.

5. Стоики

Стоицизм продолжает развитие ригористической тенденции, намеченной киниками. Наиболее явно эта тенденция выражается в идее самоценности добродетели своеобразной форме императивного понимания морали.

В истории стоицизма выделяют три периода: Древняя Стоя (III-II вв. до н.э.), Средняя Стоя (II - I вв. до н.э.), Новая Стоя (I - II вв. н.э.). С точки зрения развития этической рефлексии, наиболее интересен последний период, когда стоицизм представляют трое известных римских мыслителей:

        Сенека (5 Г.до н.э. - 65 г. н.э.),
        Эпиктет (50140 гг. н.э.),
        Марк Аврелий Антоний (121-180 гг. н.э.).

     Основной принцип стоической этики - осознать господствующую в мире необходимость и подчиниться ей, не утратив при этом чувство собственного достоинства. Этот принцип имеет различные формы выражения: жить в согласии с природой; жить добродетельно; жить разумно. "Мы рождены под единодержавной властью: повиноваться богу - вот В чем свобода наша" (Сенека). Казалось бы, в отличие от Эпикура стоики пытаются найти внешнюю, объективную точку опоры для морали (такая потребность в этике уже явно назрела), но, по существу, остаются в границах субъективизма.

Стоики проповедуют отрешенность от страстей и внешних благ как условие внутренней свободы (с этим связано используемое ими понятие "апатия", которое обозначает "бесстрастное" отношение ко всему, включая страдание); занимают рационалистическую позицию в решении проблемы добродетели (добродетель - знание, зло - незнание); определяют свое отношение к смерти. Что касается последней проблемы, то ее решение исходит из установки: "Жизнь - не благо, смерть - не. зло", т, е, жизнь должна быть добродетельной, иначе она лишается смысла и предпочтительней оказывается смерть: "Лучше достойно умереть, чем недостойно жить" (Сенека).

Таково (в самых общих чертах, конечно) мировоззренческое кредо стоиков, попытавшихся помочь человеку в сложных обстоятельствах социального хаоса и нравственной деградации сохранить моральное достоинство; принять мир таким, какой он есть, раз нет надежды на его изменение; противопоставить изменчивой судьбе свою внутреннюю нравственную целостность, Возможно, и в настоящее время стоическая этика способна стать "путеводной звездой" для человека, попавшего в трагическую жизненную ситуацию. Тем не менее, содержание стоического идеала свидетельствует о том, что субъективизм, как основа этического сознания, утрачивал свою привлекательность. Начинался поиск объективных оснований морали, который на длительное время оказался связанным с христианской религии.

Этика Средневековья

     Этика Средневековья представляла нравственность как в неличностный и надличностный феномен. Нравственные требования в ней выступают как заповеди Бога. Вспомним Декалог - десять заповедей Моисея: почитай одного Бога, не делай кумиров (изображений Бога), не произноси имени Господа напрасно, помни день субботний, почитай отца и мать, не кради, не лги, не убивай, не прелюбодействуй, не завидуй. Моральные нормы в этой этике являются безусловными, абсолютными, выступают в качестве единственного критерия моральной значимости поведения индивида. Они находятся в принципиальной враждебности к земным ценностям: "Не можете служить Богу и мамоне". В то же время христианство дало нравственный и эстетический идеал человечеству в образе человека-Христа, тем самым, преподнеся человеку высокий урок нравственности.

Религиозная мораль говорит о всечеловеческой общности, основанной на любви к Богу, и является сугубо духовной: "...возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим".

Средневековое этическое мышление представляет собой отрицание античной моральной философии, прежде всего потому, что основой интерпретации нравственности в ней выступает не разум, а религиозная вера. Любые варианты осуществления самовластия веры (сомнение в возможностях разума, борьба против разума и его поборников, союз веры и разума в поздней схоластике) отводят разуму второстепенную роль как в постижении существа морали, так и в выборе индивидуальной моральной позиции.

Идея бога как морального абсолюта задает жесткие границы истолкования всей нравственной проблематики: жизнь человека и ценности этой жизни приобретают смысл только в соотнесении с божественным законодательством; бог выступает в качестве объективного, безусловного, единственно истинного источника морали. Отсюда - трансцендентное· понимание смысла человеческого бытия; противоречивое сочетание пессимистических и оптимистических мотивов (пессимизм преимущественно касается "здешнего" мира, оптимизм связан с упованиями на "божий град"); крайний ригоризм (христианская мораль есть отказ от своеволия, полное подчинение воле бога: человек - "сосуд для божества"); аскетизм; противоречие между сущим ("весь мир во зле лежит") и должным, представленным абсолютно безупречным царством божьим.

Центром христианской этической концепции является идея любви" богу. Любовь понимается как универсальный принцип морали (нравственное отношение к ближнему проистекает из нее); позволяет придать морали общечеловеческий статус; освящает все сущее. Из идеи любви к богу рождается новая (неизвестная античности) добродетель - милосердие; предполагающее прощение обид, готовность к состраданию и активной помощи страждущим. На фоне идеи любви получает свое выражение "золотое правило" нравственности: "Итак, во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними".

В отличие от стоицизма, ориентированного на сильную личность, способную все обрести в себе самой, христианство обращено к "нищим духом", к "нуждающимся и обремененным", ко всем тем, кому нужна внешняя точка опоры. Отчаявшимся христианская мораль предлагает утешение - искупление страданий и вечное блаженство в мире ином. Итак, опять вариант бегства от реального мира, только теперь оно санкционировано и гарантировано "свыше", освящено божественным авторитетом.

Идеалы первоначального христианства существенно отличаются от последующих исторических форм его воплощения, подчинивших диктату своей догматики философскую и этическую мысль. По мере превращения в официальную идеологию и "наступления" на европейский мир, христианство претерпевает эволюцию (от проповеди всеобщей любви к преследованию инакомыслящих, от про возглашения равенства людей и отвержения богатства: "Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, нежели богатому попасть в Царство Божье", - к санкционированию социального неравенства и т.д.), которая определяется не только социальными и классовыми обстоятельствами, но и существом христианских основоположений.

Поскольку для эпохи средневековья характерна "неотвлеченность собственно морального сознания от других форм общественного сознания и нравственности как специфического способа регуляции от иных нормативов", постольку христианская теология синтезировала в единый нерасчлененный комплекс религиозную, философскую, этическую проблематику. В результате проблема специфики морали, по сути дела, не поднимается, а традиционные этические проблемы одеваются, если можно так сказать, в религиозные одежды. Пределы интерпретации этих проблем заданы христианской догматикой, преступить их не под силу даже духовной оппозиции.

Всевластье религии находит в средневековом философствовании различные формы выражения. Идея подчинения морали религии наиболее ярко отражена в творчестве Августина Блаженного (354-430 гг. н.э.). Утверждение бога как единственного источника и критерия нравственности; интерпретация зла в контексте неискоренимой греховности человека, побуждающей его отступать от божественных предписаний; негативное значение активности и дискредитация нравственной полноценности личности - таковы основоположения этических взглядов одного из самых значительных представителей эпохи патристики. Этика Августина показала, что "принцип, выносящий истоки и цели нравственного поведения за пределы индивида, является столь же односторонним, как принцип, целиком замыкающий их на личность".

Необходимость примирения "божьего града" и "града земного", веры и разума, религии и философии, характерная для схоластики, была осознана и отражена в мировоззрении Фомы Аквинского (1225-1274 г. г). Опираясь на этику Аристотеля, осмысливая ее в контексте христианского вероучения, Фома пытался синтезировать мораль в религию. Структурно стройная и весьма хитроумная этика Фомы Аквинского, тем не менее внутренне глубоко противоречива, что является результатом исходной установки. По сути дела, все этические построения Фомы опровергают его замысел и доказывают противоположное - невозможность гармонии религии и морали, союз которых может утверждаться лишь путем подчинения, а не равенства.

Духовная оппозиция в эпоху средневековья пыталась противопоставить официальной этической доктрине комплекс идей, основанный на субъективизме. В таком ключе предпринимает свои исследования состояния человеческой души немецкий мистик Мейстер Экхарт (1260-1328), стремившийся доказать значимость индивидуального нравственного выбора. Тяготение к индивидуализации морали характерно и для Пьера Абеляра (1079-1142), отстаивавшие роль разума и внутренней убежденности в нравственном бытии человека, утверждавшего совесть в качестве высшего морального критерия. Такие идеи были не только протестом против абсолютизации божественной санкции в морали, но и своеобразным предвосхищением последующих судеб этического сознания на новом этапе истории.

Этика Нового времени

        1. Гоббс
        2. Б. Спиноза
        3. Мишель Монтень
        4. П. Гольбах и К. А. Гельвеций
        5. И. Кант
        6. Г. В. Ф. Гегель
        7. Л. Фейербах
 

Этика Нового времени стремится осмыслить мораль и как объективный закон, и как субъективно-личностный феномен. Она пытается создать систему, обобщить то, что было сделано ранее. Связано это с развитием естествознания, которое породило убеждение, что объективный взгляд на вещи можно распространить и на мораль. Этика может приобрести научную строгость и определенность, если она заимствует методы естественных наук - физики и геометрии. В противном случае она останется предметом обыденного сознания.

Идея суверенности морального субъекта, на которой базировалась духовная оппозиция в эпоху средневековья, становится центральной, а в качестве универсального средства ее утверждения, позволяющего также объяснять общеобязательность морали, выступает разум.

В понимании моральной природы человека философы разделились на два направления. Одни из них (Н. Макиавелли, Т. Гоббс) считали, что человеческая природа является изначально испорченной; другие (Т. Мор, Ж.Ж. Руссо, К. Гельвеций) считали ее доброй. Однако, и те, и другие были единодушны в одном - человек является эгоистическим существом. Только первые рассматривали эгоизм как выражение его естественной природы, а вторые видели его причину в исторически сложившихся условиях, неразумной организации общества.

Большую роль в развитие этики внесли крупнейшие мыслители XVI-XVII в., - Т. Гоббс, Д. Локк, Б.Спиноза.

1. Гоббс

     Согласно Гоббсу мораль вместе с правом является предпосылкой выхода человека из "естественного состояния", т.е. догосударственного. Природа создала людей одинаковыми в умственном и физическом отношении. Равенство способностей порождает равенство надежд на достижение целей. Так как разные индивиды стремятся к обладанию одних и тех же вещей, между ними возникает недоверие и как вследствие этого - война. Есть в природе три причины для войны: соперничество, недоверие, жажда славы, которые заставляют людей во имя наживы, безопасности и соображений чести нападать. Таким образом, естественное состояние Гоббс понимает как войну всех против всех, как ничем не сдерживаемую игру эгоистических наклонностей. Эгоизмом пронизана вся каждодневная жизнь индивида. Отправляясь в путь, мы вооружаемся, отправляясь спать - запираем двери, даже в своем доме запираем ящики. Разве эти действия, - говорит Гоббс, не являются признанием животной, эгоистической природы человека?! Но если это действительно так, то каким образом возможна совместная деятельность людей? Выход был найден благодаря основному закону природы - люди должны, всеми возможными средствами, стремиться к миру, и ради мира отказаться от "первоначального права на вещи". В этом смысле мораль непосредственно связана с правовыми законами, когда индивиды по договору, по разумному соглашению, отчуждают некоторые исконные права для того, чтобы сохранить общество.

Автор "Левиафана" прямо ссылается на золотое правило нравственности: "Не делай другому того, чего не хотел бы, чтобы делали тебе". Таким образом, согласно Гоббсу мораль не мыслима вне общества и государства, которые дают критерий, позволяющий отличать добродетель от порока: мораль выступает как совокупность норм, призванных подвести действия индивидов под общий знаменатель. В этом смысле мораль неразрывно связана с правом, она практически растворяется в праве, ибо правовая система через систему наград и наказаний призвана переводить моральные истины в план поведения личности.

2. Б. Спиноза

     Иное понимание морали присутствует у голландского мыслителя Б. Спинозы, который не связывает мораль с политикой и государством, а ищет их в природе человека. Согласно автору "Этики" существенной чертой человека является стремление к самосохранению, которое является основанием добродетели человека. Польза, расчет, выгода - вот что составляет движущую силу человеческих действий. "Расчет выгоды" составляет "рычаг и жизненный нерв всех человеческих действий". Справедливо то, что необходимо для поддержания и увеличения своей выгоды, своего достояния. Чужой интерес индивид защищает постольку, поскольку это соответствует его собственному интересу. Словом, добро тождественно пользе человека, а зло - это то, что препятствует достижению личной пользы. Но эгоизм, движущий поведением, становится моральным, только как разумный эгоизм.

Добродетель в своем конкретном содержании раскрывается как познание. Рост познавательных возможностей человека, его способность развиваться от низших ступеней познания к высшим выступает как процесс морального совершенствования. Именно познание является в этике Спинозы высшей добродетелью, высшей, и конечной нравственной целью. Моральная ценность поступков зависит от того, насколько они основаны на разуме, на правильных знаниях о мире.

Бенедикт Спиноза (1635-1677) по сути дела превращает этику в натурфилософию (его основной труд "Этика" представляет собой учение о субстанции:), одним из основоположений которой выступает тезис рациональной сущности человека. Проблема индивидуального и общего в морали при обретает у него ярко выраженную гносеологическую окраску, а добро и зло ("модусы мышления") интерпретируются в контексте заметной в буржуазной этике утилитаристской ориентации. Наиболее плодотворным для развития этической рефлексии окажется комплекс спинозовских идей относительно значимости познания как основы свободы и нравственного совершенствования личности, однако и утилитаристской тенденции суждено получить в дальнейшем более определенные очертания. Примером этого является концепция "разумного эгоизма" французских материалистов ХVIII века.

3. Мишель Монтень

     В рамках данной эпохи прослеживается определенная закономерность развития этической мысли (понятно, что она детерминирована социокультурными обстоятельствами), позволяющая исследователям выделять, по меньшей мере три ее основных этапа.

На первом этапе этика еще сохраняет достаточно прочные (если не по существу, то по форме) преемственные связи со средневековым мировоззрением, а своеобразным способом утверждения новых идеалов выступает скептицизм. Наиболее интересным свидетельством этого является позиция Мишеля Монтеня (1533-1592), сумевшего в образно-эмпирической форме зафиксировать многие·антиномии морального сознания, задать позднейшим теоретикам морали "труднейшую проблему: каково может быть основание добродетели, если она не покоится ни на личных, ни на общественных потребностях человека, а вступает в противоречие с тем и другим?"

На втором этапе развития этического сознания Нового времени предпринимаются попытки позитивного решения этой проблемы. Попытки эти весьма разнообразных, хотя ценностные ориентации их авторов достаточно однородны и несут в себе пафос моральной эмансипации личности. Доминирующая установка мыслителей Нового времени предполагала выведение морали из природы, что часто оборачивалось сведением ее к естественнонаучному знанию. Стремление ,придать. этике статус строгой научной теории путем использования методов математики, физики было характерно для этических изысканий Декарта, Гоббса, Спинозы и многих других.

4. П. Гольбах, К. А. Гельвеций.

     П.Гольбах (1723-1789) и К.А.Гельвеций (1715-1771) интерпретировали человека в психофизиологическом ключе ("человек есть чисто физическое существо" - Гольбах). Преодолевая свое природное себялюбие, человек (как разумный, способный к самоуправлению субъект) может и должен стать "разумным эгоистом", Т.е. правильно понять свои интересы и руководствоваться "компасом общественной пользы" для их осуществления. Мораль, предлагающая установку на общественное благо, оказывается полезной индивиду, поскольку позволяет реализовывать свой интерес. ("Добродетель есть не что иное, как польза людей, соединенных в общество" - Гольбах). Гарантией гармонии личного и общего является "разумное общество", законодательство которого, способствует осуществлению человеческой естественности. Социальная заданность такой позиции, связанная с утверждением духа буржуазных отношений, достаточно очевидна. Что же касается теоретических основ этических изысканий материалистов, то здесь они совершают методологическую ошибку, постоянно воспроизводимую в Новое время: "Выводя, как им кажется, определенную моральную позицию из натурфилософии, они на самом деле проецируют свое нравственное воззрение на устройство мироздания, на извечную человеческую природу".

Этические представления французских материалистов, содержавшие в себе немало плодотворных идей, ограничeны рамками натуралистического подхода к морали. Этическое сознание натуралистического типа не выходит логического круга: мораль строится на ценностных предпосылках, которые сами нуждаются в доказательствах. Эту "натуралистическую ошибку" впервые убедительно описывает И.Кант (хотя сам термин - более позднего происхождения), предлагающий иное видение морали.

Нужно заметить, что разнообразие этического поиска Нового времени, конечно же не исчерпывается упомянутых здесь мыслителей. Стоило бы отметить, например, представителей сенсуалистической ориентации (1;.Мандевиль, Дж. Локк, Д.Юм и др.), показавших, в частности, значимость эмоциональных оснований морали немало интересного можно найти и в произведениях Ларошфуко, Паскаля. Возможно, у кого-то впоследствии появится желание приобщиться к их идеям, а пока нужно перейти к характеристике третьего этапа в развитии этической мысли Нового времени.

5. И. Кант

     Моральная философия И. Канта (1724-1804) знаменует собой переход от попыток описания, объяснения морали, осуществляемых преимущественно на эмпирическом фундаменте, к теоретическому анализу нравственности как особого, специфического явления. Мораль и этика представляли для Канта исключительную ценность, не случайно этическим размышлениям он посвятил многие свои произведения: "Основы метафизики нравственности" (1785), "Критика практического разума" (1788), "Религия в пределах только разума" (1793), "Метафизика нравов" (1797). Приобщение к наследию немецкого мыслителя, оказавшего и оказывающего до сих пор фундаментальное воздействие на развитие философско-этической рефлексии, предполагает глубокое успешное изучение его идей. В данном же случае возможно лишь наметить опорные точки для более близкого знакомства.

Замысел Канта - выявить "чистоту" морали, освободив ее от всех "загрязнивших" ее уникальную сущность наслоений. В осуществлении этой задачи он ориентируется не на природу человека и обстоятельства его жизни, а на "понятия чистого разума". Избрав умозрительный путь построения моральной теории, Кант неоднократно подчеркивал ее практическую значимость: "Если существует наука, действительно нужная человеку, то это та, которой я учу, а именно: подобающим образом занять указанное человеку место в мире - и из которой можно научиться тому, каким надо быть, чтобы быть человеком". Уже в этом высказывании отчетливо просвечивает основная этическая ориентация Канта, предполагающая восприятие морали как долженствования.

Установка на выявление специфики нравственности и фундаментального, общего для всех нравственного закона предопределила тезис об автономии морали. Смысл этого тезиса заключается в том, что мораль самодостаточна, содержит свою причину в себе самой и невыводима ни из чего. Кант не только стремился очистить мораль от всего эмпирического и "принадлежащего к антропологии", но и подчеркивал ее автономию по отношению к религии, более того, религиозная вера ставилась в зависимость от морали. Автономная мораль (источник которой - не сущее, а абсолютно должное) противостоит реальному миру, возвышается над ним и призвана подчинить его себе. Такова основная антиномия кантовской этики, имеющая не только теоретический, но и практический смысл, актуализированный, кстати, в настоящее время. (В самом деле, в нашем нынешнем сознании оформляется представление о том, что общечеловеческие нравственные ценности должны определять различные сферы общественного и индивидуального бытия. Не значит ли это, что мораль должна править миром? А если да, то, как это возможно? Можно усомниться в возможности однозначного ответа на этот вопрос, но в актуальности его - вряд ли. Не менее актуальные вопросы возникают при попытке осмысления и других положений этики Канта,; т.е. она имплицитно содержит в себе возможности пробуждения, стимуляции этического сознания!

Мораль, по мнению Канта, это сфера свободы человека, воля которого здесь автономна и определяется им самим. Для придания этой воле нравственно-положительного значения необходимо согласование ее с высшим нравственным законом категорическим императивом, поскольку только добрая воля способна осуществить правильный выбор. Наиболее известная формулировка категорического императива выглядит так: "Поступай только! согласно такой максиме, руководствуясь которой, ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом". Фиксируемая в данном случае всеобщность нравственных требований является, несомненно, специфической характеристикой морали, но весьма проблематична в качестве критерия различения добра и зла в реальной жизненной практике, поскольку любой субъективный выбор можно при желании. представить в виде общей нормы.

В других формулировках категорического императива Кант подчеркивал нравственную само ценность личности! (запрещение использовать ее в качестве средства), ее способность к нравственному творчеству, По сути дела, свобода, понимаемая как добровольность поведения, личное избрание его принципов, ориентированное на их общечеловеческую значимость, отождествляется Кантом с моральностью, отличаемой от легальности, которая стимулируется принуждением или личными интересами.

Нравственный закон существует для индивида как долженствование, определяющее возможность правильного выбора, т.е. предпочтения долга чувственным склонностям, преодоления эгоистических побуждений. Мораль и этика учат человека не тому, как стать Счастливым, а тому, "как стать достойным счастья". (Так ли это? Попробуйте "примерить" это убеждение Канта к себе, определив свои жизненные ориентации). Исходя из это, Кант подвергает критике эвдемонистическую и вообще натуралистическую этику, стремясь обосновать вне психологическое понимание морали. По его мнению, нравственность не есть данное природой, напротив, она императивна и предписывает человеку преодоление природного эгоизма во имя должных идеалов.

В ходе критики натуралистической, просветительской, религиозной этики Кант высказал немало ценных идей относительно специфики морали. Так, например, проводимый им принцип крайнего эгоцентризма (моральное поведение определяется исключительно долгом) скрывает за собой проблему чистоты моральной мотивации, связанной с бескорыстием. Анализируя подлинно моральные поступки, осуществляемые без всякого расчета на личную выгоду и компенсацию, Кант прибегает к психологическим разъяснениям: "Чистое представление о долге имеет на человеческое сердце гораздо более сильное влияние, чем все другие мотивы". Так раскрывается, подчеркивал О.Г.Дробницкий, "потаенный смысл кантовского ригоризма. В нем выражена вера в человека (и даже его психологию, вопреки исходным посылкам Канта), гораздо более высокая, чем во всех тех концепциях, в которых утверждается, что люди способны поступать нравственно будто бы только из некоторого личного Интереса".

Преодоление противоречия между идеалом и реальностью Кант видел в возвышении, одухотворении сущего, подчинении его принципам морали, выражающим главную родовую цель человеческого сообщества, однако анализ реалий бытия не давал ему оснований надеяться на то, что это возможно большинство людей одержимо эгоистическими склонностями и мало задумывается о судьбе добродетели. Таким образом, нравственный закон должен быть осуществлен, но осуществлен быть не может. Своеобразный выход из этой антиномии Кант связывает с постулатами о бессмертии души и бытии бога, которые позволяют помыслить осуществление нравственного закона, хотя и не детерминируют содержание морали. Что же касается истории то она "должна быть (хотя и не была до сих пор) областью приложения нравственности, но не является ее источником". Изначально отвергнув социальную практику в качестве основания морали, Кант вынужден был использовать религиозные ценности, хотя и подчеркивая, что в идеальном смысле "моральность отнюдь не нуждается в религии".

И. Кант стремился соединить, привести к одному знаменателю этику внутренней убежденности и этику естественного права. Кант понимает, что мораль не только имеет объективный, общезначимый в неиндивидуальный статус и выступает как общеобязательный закон, но и неразрывно связана с индивидуальной свободой, с автономией личности В морали, по мнению Канта, человек подчинен только своему собственному, и, тем не менее, всеобщему законодательству.

Кант резко критикует натуралистическую этику, выводящую нравственность из природы человека. Среди выдвинутых им аргументов следующие: моральное - это не то, что заложено в человеке, что свойственно ему от природы, а то, что он должен достигнуть, это не факт, а долженствование. При этом Кант подчеркивает, что нравственного состояния человек достигает не благодаря природе, а вопреки ей в нравственном и через нравственное человек возвышается над собой. В этом смысле нравственность и самодовольство, самоудовлетворенность - это вещи несовместимые. Нравственность не льстит людям, она постоянно напоминает им об их собственной недостаточности. Этика натурализма не замечает этого, ибо она стирает грань между сущим и должным.

Однако самое главное возражение Канта против натуралистической этики заключается в том, что в рамках этой этики нельзя объяснить всеобщности моральных норм. Центром всех эмпирических мотивов и целей является себялюбие, реальный индивид стремится к собственному счастью, и это стремление неистребимо. В мире господствует корысть, эгоизм. Нужно быть просто наблюдательным человеком, чтобы увидеть, что в мире нет подлинной добродетели. Поэтому, если отталкиваться от сферы психологии живых человеческих мотивов и интересов, то нельзя понять необходимости подчинения всеобщему долгу.

С другой стороны теологическая этика все нравственные требования выводит из источника, который находится вне воли человека, и в этом плане они не могут стать добровольными мотивами поведения индивида. Таким образом, нравственность нельзя вывести из факторов бытия человека, ибо в этом случае ускользает ее всеобщий и долженствовательный характер. Ее нельзя вывести и из нечеловеческого онтологического источника, ибо в этом случае не получает объяснения добровольность нравственного выбора. Согласно автору "Метафизики нравов" и "Критики практического разума", мораль нельзя вывести из сущего, из реальности, из фактов. Она имеет априорное (доопытное) происхождение И. Кант предпринял грандиозную попытку создания теории автономной морали, т.е. морали, не зависящей ни от каких внешних по отношению к ней причин. В центре его этической концепции находится идея долженствования, которая и определяет сущность нравственности: "добрая воля" есть не что иное, как желание исполнять должное, высшая добродетель - неукоснительное следование велению долга. Любое действие, стимулированное не долгом - пользу, приятность, интерес - Кант рассматривает как неморальное, не обладающее нравственной ценностью.

Долг не может быть выведен из личного опыта, так как эмпирический субъект всегда эгоистичен. Долг не может быть определен и коллективным опытом, так как общность людей всегда испытывает столкновение противоположных интересов. Поэтому Кант рассматривает морально-должное как априорное свойство человеческого сознания как автономное и ничем не обусловленное. Согласно Канту существует некий нравственный закон, обладающий самоочевидным свойством императивности, т.е. обязательности для любого человека. Кант различает два вида императивов: гипотетические, т.е. требования, обусловленные какими-то внешними соображениями (цель, интерес, полезность) и категорические, которые предписывают должное поведение вне зависимости от каких бы то ни было условий. Первые не имеют никакого отношения к морали, только категорические императивы выражают должное как таковое, неизменный и всеобщий нравственный закон. Первая формулировка категорического императива гласит: "Поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом". Вторая формулировка: "Поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого так же как к цели, и никогда не относился бы к нему как к средству. Таким образом, если долг человека состоит в том, чтобы осознать, применить к конкретному положению, в котором он находится, моральные нормы, и практически осуществить их, то вопрос о том в какой мере эта задача выполняется или в какой мере человек виновен в ее невыполнении - это вопрос о личной ответственности. Следовательно, ответственность - это соответствие моральной деятельности личности ее долгу, рассматриваемое с точки зрения возможностей личности.

По Канту, многое зависит от самого человека. Есть такое понятие - достоинство. Надо знать, что это значит, и уметь сохранять его.

  •  Не становитесь холопом другого человека.
  •  Не допускайте безнаказанного попрания ваших прав.
  •  Не делайте долгов, если у вас нет полной уверенности, что вы можете их вернуть.
  •  Не принимайте благодеяний.
  •  Не становитесь прихлебателями или льстецами.

     Тогда, - говорит Кант, - вы сохраните свое достоинство. А кто превратил себя в червя, пусть потом не жалуется, что его топчут ногами.

6. Гегель

     Принцип историзма, последовательно проводимый Г.В.Ф.Гегелем (1770-1831), позволил осуществить поворот от этики внутренней убежденности к социально "озабоченной" теории морали. В отличие от Канта, Гегель ориентирован не на выявление автономии морали, a на установление ее значения в системе общественных отношений. В соответствии с этим, в философии абсолютного идеализма Гегеля этика занимает достаточно скромное место. Этические воззрения немецкого философа наиболее полно и систематизировано изложены в его трудах "Философия права", "Феноменология духа".

Принципиальным для Гегеля было различение понятий "мораль" и "нравственность", которое зафиксировало создавшуюся в европейской этической рефлексии ситуацию противостояния двух подходов к морали: мораль как область духа, представленная исключительно личностными смыслами; мораль как сфера социально детерминированного поведения. Подчеркнув своеобразие личностного и социального бытия морали, Гегель попытался синтезировать обе традиции.

Нужно заметить, что этика Гегеля явилась результатом сложной творческой эволюции, в процессе которой, постепенно преодолевался пафос ранних работ, связанный с идеями моральной суверенности личности. В итоге личность как бы при носится в жертву философии абсолютного идеализма, настроенной на созидание социальной гармонии.

Учение о свободе воли предваряет исследование Гегелем природы морали и нравственности полагая свободу "необходимым условием и основой нравственности", философ раскрывает диалектический характер связи свободы и необходимости. На этом основании предлагается концепция развития свободной воли, в процессе которого воля проходит три стадии (природная воля, произвол, разумная воля), интерпретирующиеся впоследствии в учении как об абстрактном праве, о морали, о нравственности.

В учении о морали, которая представляет собой сферу личностных убеждений, Гегель диалектически анализирует такие категории, как умысел и вина, намерение и благо, добро и совесть, высказывая немало чрезвычайно продуктивных идей. Так, например, подчеркивая, что "ряд поступков субъекта, это и есть он", Гегель ставит проблему обязательной реализации внутренней моральной убежденности в действиях, поскольку "лавры одного лишь хотения есть сухие листья, которые никогда не зеленели. Разумеется, нужно помнить, что активная деятельность ограничивается у Гегеля сферой духа, но сама постановка данной проблемы не может не вызывать положительного отклика, как и совет ставить перед собой великие идеи ("хотеть чего-то великого") при определении своих намерений.

Интересно понимание Гегелем морального долга субъекта, состоящего в том, чтобы "иметь понимание добра, сделать его своим намерением и осуществлять в деятельности". Здесь, по существу, описывается механизм реализации морали, ставится проблема интериоризации моральной необходимости. Множество ценных идей можно найти и в гегелевской диалектике добра и зла.

Учение о нравственности. Нравственность, по мнению Гегеля, это как бы вторая (общественная) природа человека, возвышающаяся над первой (индивидуальной). Тремя последовательными формами ее развития являются семья, гражданское общество, государство. Процесс становления нравственности есть, в принципе, подчинение индивидуальности государственным интересам, т.к. "вся ценность человека, вся его духовная действительность существует благодаря государству". Принцип историзма позволил Гегелю выявить многие реалии исторического развития нравственности, проанализировать сущностные антагонизмы буржуазного общества показать связь морали с другими сторонами общественной жизни, т.е. вписать мораль в социальный контекст. Однако предложенная им модель гармонизации личного и общественного блага оказалась несостоятельной. Философия "объективного духа", которая "разглядела" многие черты морали, противостоит действительности, возвышается над ней и не в состоянии оказать на нее сколько-нибудь существенное влияние. Гегель предлагал "считать недействительной всю дисгармоничную, разлаженную, полную конфликтов и себялюбивого хаоса действительность, т. е. живую жизнь, которой живут живые индивиды, а видеть лежащую в основе бытия гармонию логических связей, скрытый за исторической эмпирией разум, т.е. открываемую философией и в самой только философии существующую разумную действительность".

7. Л.Фейербах

     Не исключено, что именно это обстоятельство заставило Л.Фейербаха (1804-1872) отказаться от умозрительной философии и обратиться к природной непосредственности человека. Однако натуралистическая традиция, с которой Фейербах связывает свои надежды на создание: "жизненной", конкретной, действенной этики, уже, вероятно, исчерпала свои конструктивные возможности, поэтому замысел Фейербаха адекватно не осуществляется, а принимает форму проповеди морали, основанной на любви и достаточно неопределенной в содержательном отношении.

Своеобразие этических воззрений Фейербаха связано не только с предложенным им позитивом (этика "туизма", альтруистических взаимоотношений "я" и "ты"), но и с объемной критикой религиозной и идеалистической этики, убежденностью в приоритете материалистической ориентации в этических исследованиях. Можно найти у него немало интересных идей относительно отдельных этических проблем (рассуждения об эгоизме, в том числе об особенностях группового эгоизма, описания нравственной значимости любви и т.д.). Тем не менее, предложить более конструктивный, по сравнению с идеалистической 'этикой, вариант гармонизации сущего и должного, идеала, и действительности Фейербаху не удалось в целом этика Нового времени в известной степени подвергла итоги классического этапа развития этического сознания, акцентировав основные, намеченные еще в античности, традиции исследования моральных феноменов. Несмотря на многообразие, глубину и богатство идейного потенциала, в ней не была представлена принципиально новая модель разрешения моральных антиномий, однако достигнутый уровень их теоретического осмысления (особенно в концепциях Канта и Гегеля) до сих пор остается непревзойденным образцом рационалистического анализа. Значение этических идей упомянутых представителей немецкой философии настолько велико, что именно их имена в первую очередь символизируют последующие представления об этической "классике". ХХ - век приносит с собой ориентацию иного, "постклассического" типа.

Этические искания в русской философии

     Русская этическая традиция пока не осмыслена как специфическое целостное явление и представлена в научно-исследовательской литературе довольно фрагмент этические искания в русской философии.
     Русская этическая традиция пока не осмыслена как специфическое целостное явление и представлена в научно-исследовательской литературе довольно фрагментарно. Не претендуя на проникновение в ее глубинные смыслы, можно наметить здесь некоторые особенности этических исканий мыслителей XIX-XX веков, т.е. того времени, когда русское этическое сознание оформилось с достаточной определенностью. На первый взгляд, этическое наследие философов этого периода предстает в виде разрозненной мозаики, однако при более пристальном рассмотрении обнаруживаются скрепляющие ее закономерности, связанные, в частности, со своеобразием русского способа философствования. (Одно из его проявлений было выражено Ф.М.Достоевским следующим образом: "русская идея" заключается в "осуществлении всех идей"). Известная степень закономерности проявляется также в обозначении границ двух главных тенденций развития русского этического мышления. Одна из них воплощает тяготение к материалистической интерпретации морали, наиболее явно реализуясь в воззрениях русских революционных демократов; другая ориентирована на идеалистическую парадигму. Понимая некоторую условность четкой фиксации этих тенденций, можно все же попробовать их кратко охарактеризовать.

В марксистской историко-этической литературе неоднократно встречается утверждение, что этические воззрения русских революционных демократов представляют собой высший этап в домарксистской этической мысли. Определенные основания для подобной позиции есть, если, конечно, рассматривать марксистскую теорию морали как подлинно научную концепцию и именно с ней сравнивать все историко-этические феномены. Вопрос о сущности и значимости марксистской интерпретации морали еще предстоит рассмотреть, а пока можно ограничиться констатацией того факта, что русским революционным демократам действительно удалось довольно близко подойти к материалистическому пониманию нравственности, которое получило развернутое обоснование в марксизме.

Революционные демократы В. Г. Белинский, А.И.Герцен, Н.А.Добролюбов, Н.Г.Чернышевский ставили перед собой задачи создания целостной этической концепции. Их этические представления, подчиненные целям общественно-политического характера, растворены в литературе, которую нельзя назвать специально этической, т.е. в художественных, публицистических, философских произведениях.

Выбирая (на "зрелом" этапе своей творческой эволюции) в качестве своих идейных предшественников французских материал истов XVIII века, русские демократы часто и свою этическую позицию называли теорией "разумного эгоизма". Однако содержательные контексты этой теории иные: "разумный эгоизм" понимается как сознательное и бескорыстное согласование личного интереса с общим, причем содержание последнего интерпретируется в более конкретном контексте, применительно к реалиям российской действительности. Полезность, о которой идет речь у русских демократов, трактуется не в собственно утилитаристском смысле слова, а как свободно избираемое служение народу. Такое сущностное изменение принципа "разумного эгоизма" детерминировано иными (по сравнению с творчеством французских материалистов) социокультурными обстоятельствами, осознанным отказом русских мыслителей от абстрактно-теоретического подхода к морали.

Ориентация на конкретные практические задачи позволила русским революционным демократам высказать немало плодотворных идей относительно природы морали и ее проявлений. Так, например, ими была поставлена проблема зависимости морали от общественной среды и особенностей исторического процесса, намечена одна из возможных позиций по вопросу о статусе социальных революций в развитии нравственности.
     Представляют интерес и идеи более частного характера, связанные с нравственным осуждением крепостничества, самодержавия, вообще любых форм эксплуатации; утверждением значимости мотивации в нравственной деятельности; критикой мещанской морали; интерпретацией долга как внутренней потребности человека; разработкой принципов морали (гуманизм, патриотизм).

Наследие революционных демократов вызвало в дальнейшем широкий резонанс не только в области идей (от резкой критики, до одобрения и своеобразного "сращивания" с марксистской идеологией), но и в сфере практической жизни российского общества (в контексте, например, распространения нравственных ориентаций революционно-преобразовательного типа). Что же касается созидания специальных этических систем, теоретических моделей "практической философии", то этот процесс осуществлялся преимущественно в рамках идеалистического потока русской этической мысли.

Идеалистическая ветвь русской этики, для которой рубеж XIX и ХХ веков оказался эпохой Ренессанса, чрезвычайно разнообразна и многоцветна, хотя основополагающие ее идеи довольно традиционны для религиозной интерпретации нравственности. Русская идеалистическая этика, как чрезвычайно сложное, во многом уникальное явление духовной культуры, требует отдельного разговора, поэтому в данном случае можно лишь в самом общем виде зафиксировать некоторые ее проявления.

Наиболее интересными, с точки зрения развития этической рефлексии, представляются такие направления в идеалистическом потоке русской философии, как философия "всеединства" (В.С.Соловьев, С. Н. . Трубецкой, Е.Н.Трубицкой, С. Н. Булгаков, СЛ.Франк) и экзистенциальная философия (Н.А.Бердяев, Л.И.IlIестов), поскольку этика являлась центром исследовательских интересов этих мыслителей, а предложенные ими идеи наиболее оригинальны и во многом созвучны духовным исканиям сегодняшнего дня. русские идеалисты посягали на решение главных вопросов бытия, их яркое, самобытное, во многом противоречивое наследие свидетельствует о попытках осмыслить судьбу человека в мире, проблемы смерти и бессмертия, свободы и творчества.

Если выделять некоторые общие характеристики способа философствования этих мыслителей, то в первую очередь следует обратить внимание на иррационалистическую тенденцию, в той или иной мере проявившуюся 'в их творчестве, и на свойственную ему установку на панэтизм*, и то, и другое во многом было обусловлено комплексом социально-экономических и идейно-теоретических предпосылок. Кризисное состояние России, нaгpoмождение и обострение социальных противоречий порождали инфляцию нравственных ценностей и идеологический вакуум, который чем-то нужно было заполнить российская интеллигенция, убежденная в необходимости глобальных перемен, мучительно искала ответа на, вопрос: что делать? или, в формулировке С.Франка: "Что делать мне и другим, - чтобы спасти мир и впервые оправдать свою жизнь".

Недолжный, неразумный характер российской действительности порождал сомнение в возможностях рационального познания мира, стремление к поиску иных (сверхрациональных или внерациональных) способов постижения сущности бытия. В этом поиске русская идеалистическая этика эволюционирует от умеренного иррационализма (философы "всеединства") к откровенному иррационализму (Н.Бердяев) и антирационализму (Л.Шестов). Религиозно-мистическая форма российского иррационализма предполагала безусловную значимость религии, без которой невозможно о существование высших ценностей ("Определяющей силой в духовной жизни человека является его религия ... ". С.Булгаков).

Говоря об панэтизме, следует отметить, что для всей идеалистической мысли того времени характерным был "этический перекос", т.е. приоритетное значение этической проблематики. Причин этого своеобразного явления в духовной жизни русского общества много, главные из них связаны с процессом переоценки ценностей, попыткой решить социально-экономические проблемы теоретическими, идейными средствами, среди которых предпочтение отдавалось нравственности. Поскольку моральный фактор признавался главным в индивидуальном и общественном бытии, постольку создавались различные проекты нравственного обновления мира, а этике отводилась главная роль в системе философского знания. Построение философской этики как высшего судилища всех человеческих стремлений и деяний, есть важнейшая задача современной мысли". Общей установкой русских идеалистов была убежденность в необходимости божественного освящения морали, поэтому все этические проблемы рассматривались ими в религиозном контексте. (Попытайтесь самостоятельно осмыслить проблему обязательности союза морали и религии в учениях русских философов. Почему значимость нравственных ценностей они связывали с бытием бога?)

По вопросу о предмете этики и ее основной проблематике русские идеалисты высказывали различные мнения. В.Соловьев, поставивший перед собой задачу создания идеализма нового типа (синтетического, практического, гуманизированного), обосновывал позицию абсолютного синтеза, главный принцип которого - "положительное всеединство" ("полная свобода составных частей в совершенном единстве целого"). Данный принцип дает возможность созидания "цельного знания" (синтеза веры, интуиции, творчества), а результатом его осуществления является "теософия". Главная часть теософии - этика, ее предмет - абсолютное начало в его синтезе с человеком (субъективная этика) и с человечеством (объективная этика).
     Особое значение в этическом исследовании, по мнению Соловьева, имеет нравственная деятельность, которая может быть рассмотрена с внутренней и внешней стороны. Первый вид деятельности должен реализоваться в богочеловеке, второй - в богочеловечестве. Таким образом, этика определяет идеал и условия реализации не только совершенной личности, но и "долженствующего быть" общества.

В "Оправдании Добра" Соловьев представил идеи о трехосновности морали (стыд, жалость, благоговение), о значении любви и совести в нравственной деятельности, об основных принципах морали (аскетизм, альтруизм, богопочитание). Главным вопросом этики полагался вопрос о цели и смысле человеческого бытия. Последователи Соловьева продолжили заложенные им традиции, но уже с несколько иными акцентами, усиливающими значимость религиозной детерминации морали. "Нравственность коренится в религии. Внутренний свет, в котором совершается различение добра и зла в человеке, исходит от Источника светов" (С.Н.Булгаков).

Что касается представителей второго направления, то Бердяев в осмыслении предмета этического знания прошел сложную эволюцию, высказывая немало интересных идей. Так, например, он отмечал, что предметом этики является антитеза должного и сущего; подчеркивал . противопоставленность "философии трагедии", способной прозреть суть морали, и "философии обыденности", скользящей лишь по поверхности человеческого бытия.

Выделение подлинной и неподлинной нравственности постепенно приобретало в работах Бердяева пафос противоположения морального социальному, утверждения индивидуальных нравственных ценностей и отрицания морали как чего-то общезначимого, общеобязательного. Л. Шестов это отрицание довел до крайней степени, отвергая все общезначимые ценности (мораль, свободу, разум, общение), поскольку "всем можно пожертвовать, чтобы найти Бога". В такой "философии абсурда" есть, несомненно, скрытый смысл, который предстоит еще разгадывать. Об этом можно поразмышлять в другое время, а пока необходимо обратиться к проблеме, которую представители обоих направлений считали главной, - к проблеме смысла жизни.

"Постигнуть смысл жизни, ощутить связь с этим объективным смыслом, есть самое важное и единственно важное дело, во имя его всякое другое дело может быть брошено", - такая установка Бердяева разделялась всеми русскими идеалистами, хотя в процессе смысложизненного поиска пути их нередко расходились. Колебания между пессимизмом (преимущественно по отношению к сущему) и оптимизмом, связанным с утверждением высшего идеала, также характерны для всех, однако, "удельный вес", если можно так выразиться, пессимизма значительно больший у представителей второго направления. Глубокие и убедительные описания трагизма и бессмысленности человеческого бытия являлись для русских мыслителей своеобразным фоном созидания позитива, т.е. обоснования такой ценности, которая позволила бы преодолеть зло и страдания, придать жизни подлинный смысл. Вне апелляции к богу разгадать "роковую загадку жизни" невозможно. "Бог как жизненная полнота и есть основное предположение всякой жизни. Это и есть то, ради чего стоит жить и без чего жизнь не имела бы цены". Абсолютный масштаб измерения ценности жизни принимают и представители второго направления, хотя исходная точка поиска у них, казалось бы, иная: стремление утвердить право индивидуальности, сделать возможным прорыв от неподлинного бытия к подлинному.

Если попытаться выделить общий теоретический контекст смысложизненного поиска русских идеалистов (сложность, глубину и противоречивость которого трудно осветить даже в специальной работе), то он может быть сведен к следующему. Смысл жизни - это высшая истинная ценность, которая должна быть познана ("постигнута" с помощью мистической интуиции), свободно принята личностью и осуществлена в ее деятельности. Чрезвычайно плодотворный подход к проблеме, если абстрагироваться от некоторых конкретных ракурсов этой теоретической модели. Не так ли?)

Много интересных идей содержится в творчестве русских идеалистов и по проблеме свободы, которые, к сожалению, невозможно изложить здесь достаточно подробно. Пытаясь разрешить антиномию своеволия и необходимости, Соловьев, стоявший на позиции "абсолютного синтеза", и Бердяев, проповедовавший "болезненный индивидуализм", при всей кажущейся не сходности своих основоположений, приходят, по сути дела, к единому результату при интерпретации этического аспекта этой проблемы. Основоположник "всеединства" понимает нравственную свободу как деятельность человека, который "добровольно, своей волей отказывается от своей воли", а Бердяев, вопреки своим же попыткам показать абсолютную не детерминированность свободы, считает все же обязательной нравственной установкой личности "вольный отказ от своеволия".

Постановка и решение русскими философами проблемы идеала и действительности дает нам возможность представить себе, как они пытались ответить на знаменитый вопрос: что делать? Мир "во зле лежит", его необходимо изменить, уничтожить пропасть между должным и сущим, внести в жизнь Добро, Истину, Красоту. Различные вариации в рассуждениях русских идеалистов на эту тему по существу сводятся к утверждению первостепенной значимости внутреннего, духовного, религиозно- нравственного преобразования человека и общества. Так как "практическая" задача плохо соизмерялась с реальным бытием, рождая у ее авторов мучительные сомнения в своей осуществимости.

Первоначальные упования Соловьева на особую роль России в деле "здешнего" преобразования мира сменяются горькими размышлениями о том, что в русском народе нет сознания своего предназначения, поэтому "час его исторического призвания, еще не пробил". На определенном этапе духовной эволюции надежда на религиозную революцию становится весьма проблематичной и для Бердяева, не случайно он утверждал, что "мы живем в мире безумия". Что касается Шестова, то для него вообще не существовало задачи преобразования мира, его интересовал только изолированный субъект, идущий по пути мистических озарений, "не зная! куда", "не ведая зачем", и стремящийся обрести спасение в вере, "отменяющей разум".

Разумеется, такой беглый обзор русской идеалистической этики конца XIX - начала ХХ века можно считать лишь точкой опоры для более глубокого и всестороннего знакомства с ней. Интерес к наследию русских идеалистов, который пробудился относительно недавно и не успел еще угаснуть явление, несомненно, позитивное. Сама по себе попытка одухотворения мира, выявления приоритета морали имеет чрезвычайно важное значение и во многом созвучна с тем процессам, которые характерны для нашего времени. Вполне вероятно, что приобщение к таким высоким образцам российской культуры способно хоть в какой-то мере симулировать процесс индивидуального нравственного совершенствования.

Расставаясь с идеями русской этики (ее судьба в контексте марксистской идеологии будет лишь упомянута в следующем параграфе), можно пожелать читателю не пренебрегать в дальнейшем возможностью самостоятельного осмысления соответствующих первоисточников, а пока настроиться на возвращение в русло западноевропейской этической традиции, чтобы с ее помощью разобраться в идейных событиях ХХ - го века.

Этика в ХХ веке

     Описание этических представлений ХХ-го века, особенно когда оно определяется ограниченным объемом и установками учебно-методического характера, как в данном случае, сопряжено с существенными трудностями, которые делают весьма проблематичным успешное осуществление этой задачи. Прежде всего, объем материала настолько велик, что его невозможно разместить в рамках заданного размера. Следовательно, необходим отбор наиболее значимых феноменов, который предполагает (как минимум) выявление закономерностей в развитии этики этого периода и классификацию этических воззрений. Однако конкретный материал противится попыткам его рационализации и схематизации: этика ХХ-го века "не хочет" укладываться в границы любых обобщающих моделей, а "желает" демонстрировать миру свое живое, карнавальное бытие. В самом деле, "разноликость" этической рефлексии буквально бросается в глаза, разброс мнений в ней настолько велик, что его не удается привести к какому-то единому, пусть и условному, знаменателю. С одной стороны, этика ХХ-го века утверждает свое право на существование, претендуя на статус универсальной ценности (всечеловеческой или даже вселенской); с другой - стремится как бы минимизировать свою значимость, отказываясь от теоретизирования в пользу чисто прикладной проблематики либо вовсе заявляя о "смерти" философии морали в современном мире. Не меньше разнообразия и в рамках любого избираемого статуса этического знания: предлагаются различные способы постижения и соответствующего выражения моральных ценностей (рациональный, эмоциональный, интуитивный, религиозный); очерчиваются различные "круги проблем" с различной субординацией в них (либо, например, признается первостепенная значимость смысложизненной проблемы по сравнению с остальными, либо таковая вовсе изымается из сферы этических приоритетов). Этические феномены нашего века то объявляют себя абсолютно новаторскими, стремясь к окончательному разрыву с традицией, то заявляют о своей полной традиционности и консервативности. В общем, пестрота и обилие лиц, ликов, масок этического сознания ХХ-го века просто поражают воображение. Есть, возможно, в этом "карнавале" некий общий, не разгаданный пока до конца, смысл, прояснение которого позволит четко обозначить закономерности развития этики данного периода и создать общезначимую классификацию ее основных направлений. Для этого нужно время: гигантский объем информации о духовном выражении минувшего века пока "не отстоялся" и не осмыслен должным образом.

Из всего сказанного с очевидностью вытекает вывод о том, что "картина" этики ХХ-го века, которую все же надо "нарисовать", никак не может быть без изъянов. Не надеясь показать все хитросплетения, детали и тонкости столкновения идей в области этического осознания мира, можно хотя бы наметить контуры этого осознания и мимолетно прикоснуться к его наиболее интересным проявлениям. Читателю уже, вероятно, ясно, что его вынужденно обрекают на неполноту и фрагментарность информации. Однако если он рискнет остаться с автором книги в блуждании по лабиринтам этического сознания ХХ - го столетия, то сможет, по крайней мере, наметить для себя некие опорные точки, позволяющие углублять и расширять "идейное поле" до тех пределов, которые он сочтет возможным установить.

Конец XIX - го - начало ХХ-го веков обычно представляют в исследовательской литературе как период перехода от этики "классической "и "постклассической". Если первая может быть охарактеризована (в самом общем виде) как преимущественно созерцательная, рационалистическая, ориентированная на системосозидание и выявление родовой сущности человека, составляющей основу моральных ценностей, то вторая отличается иррационалистической установкой, эссеистической манерой выражения, поиском человеческой индивидуальности, тяготением к "живой", несхематизированной жизни.

Чтобы понять особенности возникновения инноваций этики ХХ-го века, надо упомянуть о тех феноменах, которые занимают промежуточное место в процессе перехода от классического к постклассическому этапу, располагаясь, во временном отношении, во второй половине XIX-гo века, они во многом закладывают основы последующих событий в этическом мире ХХ-го столетия, предвосхищают осуществление "переоценки ценностей", подвергают сомнению традиционные этические представления, хотя и появляются на культурной почве, породившей высшие образцы классических теорий морали. Это период условно можно называть "неклассическим " (или, при желании, "маргинальным").

Именно в Германии с 40-х годов XIX-гo века начинает формироваться новое идейное направление, оказавшее впоследствии чрезвычайное воздействие не только на образ мышления, но и на сферу общественно-политической жизни многих народов мира. Марксизм, создателями которого являются К.Маркс (1818-1883) и Ф.Энгельс (1820-1895), сохраняя преемственные связи с опытом предшествующей этической рефлексии, претендует, вместе с тем, на принципиально новый подход к исследованию моральных феноменов. Заметив, что комплексная корректная оценка марксистской этической методологии (тем более, - марксизма в целом) - дело будущего, можно кратко охарактеризовать некоторые ее основоположения.

Центральное место в марксистской социальной философии принадлежит идее материалистического понимания истории, общества, из которой проистекает положение об обусловленности морали общественным бытием, существенно пере ориентирующее методологию этического анализа. Такая постановка вопроса, если не понимать ее упрощенно (как, например, однозначное "копирование" моралью общественного бытия), открывает возможность плодотворного исследования целого комплекса этических проблем.

История рассматривается в марксистской философии как объективно-закономерный процесс и, одновременно, процесс саморазвития человека: "История - не что иное, как деятельность ... человека" (Энгельс). Человек является субъектом исторического развития, поэтому формы его сознания, в том числе и мораль, должны анализироваться в контексте исторической ситуации. Так "образуется точка отсчета, независимая в исследовании самого же сознания - от различных форм его самоотчета и самообъяснений, от языка мотивации и т.д.", т.е. в качестве исходных посылок научной этики (а марксизм претендует на придание ей именно такого статуса) должно выступать не то, что находится "внутри" морального сознания, а социально-исторические обстоятельства, детерминирующие это сознание "извне". Такая методологическая ориентация теории морали содержит в себе возможность преодоления морализаторства, обыденно-житейского и натуралистического способа интерпретации нравственных феноменов, а также субъективизма, непременно сопровождающего все попытки построения самодостаточной, замкнутой на себя, автономной по отношению к историческим реалиям этики.

Идея социальной обусловленности, обоснованно дополняемая в классическом марксизме представлением об относительной самостоятельности морали, пронизывает собой и положение о закономерном историческом развитии данной формы общественного сознания, и принцип конкретно-исторического подхода к любому нравственному и этическому явлению, и понимание сущности человека. Ключевым в марксистской постановке проблемы человека является утверждение социальности в качестве сущностной родовой характеристики ("Сущность человека не есть абстракт, при сущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех общественных отношений" - Маркс), находящейся в непрерывном становлении и предопределяющей реализацию индивидуальных особенностей и свободы личности. Помимо этого, в понятие "сущность человека" включаются сознательность ("Сознательная жизнедеятельность непосредственно отличает человека от животной жизнедеятельности" Маркс); способность к творчески-преобразующей деятельности; универсальность. Эти общие характеристики диалектически (кстати говоря, диалектический метод является одним из главных достоинств марксизма) связаны с индивидуальными (биологическими, психологическими, эмоциональными и т.д.) проявлениями человеческого бытия, а мораль, в данном контексте, выступает как необходимое средство преодоления границ субъективности и гармоничного включения индивида в социальную связь с другими. Гуманистические устремления марксизма, выдвигавшего "развитие богатства человеческой природы как самоцель", тесно связаны с его преобразовательным пафосом.

Действительно, широко известный тезис Маркса: "Философы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его", - выражает фундаментальную установку всей марксистской идеологии и придает особый смысл этической доктрине, принципиально противопоставляя, ее созерцательности классической этики. Этика должна быть нацелена не на осуждение недолжного характера сущего, а на активное участие в его революционном преобразовании. В соответствие с этим, вся нравственная проблематика переводится в практическую плоскость, разрешение моральных антиномий связывается не с конструированием идеальных проектов, призванных (идеальными же средствами) возвысить дисгармоничную действительность до открываемого разумом совершенства, а с переустройством базисных структур социума. Поэтому предлагаемая марксизмом цель революционного движения (общество, в котором "свободное развитие каждого является условием свободного развития всех") обосновывается как реальная задача, для осуществления которой разрабатывается соответствующая стратегия политической борьбы, базирующаяся на необходимости революции и ведущей роли идей пролетариата.

Взятый марксизмом курс сведения этики "с небес на землю", соединения ее с революционно-преобразующей деятельностью оказался весьма тернистым. Он проявился при осуществлении масштабного социального эксперимента, призванного, помимо всего прочего, развенчать просветительские утопии нравственного возвышения мира, противопоставив им реальные, действенные средства, с помощью которых будут, наконец, разрешены проблемы идеала и действительности, нравственного воспитания, свободы и необходимости и т.д. Достигнутые при этом результаты выглядят сегодня довольно сомнительными, однако в процессе этого целенаправленного исторического движения иллюзия реальности построения "рая на земле" поддерживал ась вполне успешно, поэтому особенно болезненно было ее развенчание и возврат этики "на круги своя" (по крайней мере, в этом вопросе). Но речь в данном случае не столько об этом, сколько о деформации основоположений марксистской этики в процессе их сближения с действительностью, "овладения массами", активного использования в политической борьбе. (Здесь вообще обнаруживается присутствие "вечной" проблемы - инобытия идеи в практической плоскости, неминуемого "осквернения" чистой идеи "грязью" реальности; но она слишком серьезна, чтобы затрагивать ее вскользь). Деформация эта связана с канонизацией марксизма, превращением его в официальную идеологию советского государства, однако истоки ее (как и основания для будущих фальсификаций) можно обнаружить и в классической форме этого течения.

Одной из главных причин искажения конструктивной этической методологии является, вероятно, избыточная детерминированность ее социально-политическим комплексом, что чревато нарушением моральной автономии, подчинением морали политике, ведущим, в свою очередь, к негативным теоретическим и практическим следствиям. Так, например, плодотворная идея о диалектической связи общего, особенного и единичного (в морали, соответственно: общечеловеческого, группового, индивидуального) не получила полноценного· этического развития, а противоречащее ей положение о приоритетности классового подхода к морали (санкционированное политическими целями), напротив, утвердил ось в качестве исходной исследовательской установки.

Забегая вперед, можно сказать, что последующая судьба марксистских идей оказалась сложной и противоречивой. Так, этические построения советского периода могут быть названы марксистскими с некоторой долей условности. Первоначально сложившийся (в 20-е годы) своеобразный моральный нигилизм сменяется затем моделью утилитаристской интерпретации морали, лишенной автономии и превращенной в механизм обслуживания социального интереса. Именно в это время в наибольшей степени вульгаризируются либо прямо искажаются многие идеи основоположников марксизма, приспосабливаемые к интересам "победившего пролетариата" или к "задаче построения коммунизма". (В качестве примера можно провести параллель между высказыванием Маркса: "цель, для которой требуются неправые средства, не есть правая цель", - и суждением Л.Троцкого: "Позволено все, что действительно ведет к освобождению человечества"; комментарии к этому остаются на усмотрение читателя). Последующее постепенное обозначение зоны моральной автономии стимулировало возникновение советской теоретической этики (с середины 60-х годов), которая в своем развитии опиралась на постоянное переосмысление марксистской идеологии. Традиционные марксистские установки, многие из которых не утратили своего позитивного методологического значения и по сей день, дополнялись новыми идеями, интерпретировались в более широком исследовательском поле и с все более возрастающей степенью творческой свободы. Так образовался весьма объемный и разнообразный в своих проявлениях пласт советской этической литературы, системное осмысление и адекватная оценка которого в настоящее время весьма проблематична.

Марксистская этическая методология, получившая наибольшее развитие в СССР, не оставила равнодушными представителей этической мысли и в других странах, побуждая их либо на противостояние и критику, либо на вхождение в русло данной традиции, либо на творческое использование некоторых марксистских идей в рамках иной философской ориентации. Так или иначе, марксистский идейный комплекс в значительной степени ассимилирован этикой 20-гo века, исполняя в ее "карнавальном шествии" отнюдь не второстепенную роль.

Вернемся, однако, в век ХIХ-й и заметим, что идейная "революция" в области этического знания, намеченная основоположниками марксизма, действительно предполагала принципиальный пересмотр классического способа этической интерпретации мира. Но были и другие варианты "переоценки ценностей", демонстрировавшие свою оппозиционность классике по иным основаниям и в иной форме.

Немецкий мыслитель Артур Шопенгауэр (1788-1860) отверг многие установки классической философской традиции, особенно представление о том, что нравственность формируется на основе разумности. Интересуясь, прежде всего человеческой субъективностью, он исследовал неисчерпаемость психики, приоритетность волевого ее компонента, значимость интуитивных, импульсивных элементов духовного опыта.

Основная философская идея Шопенгауэра (выраженная и в названии его главного произведения - "Мир как воля и представление") касается различения двух миров: пространственно-временн6й области явлений, представлений и особой сферы воли, не соотнесенной с пространством и временем, неизменной, тождественной самой себе, свободной в своих проявлениях. Как и у Платона, "настоящим" оказывается один из них - таинственный, непостижимый мир воли, трактуемой как "слепое стремление к жизни", ничем не обусловленное, иррациональное "хотение", пронизывающее собой все, в том числе человека. То, отдаляясь то, возвращаясь к этой идее, этические размышления Шопенгауэра, так или иначе, оказываются с ней связанными.

Модифицируясь на "человеческом уровне", воля порождает такие побуждения как эгоизм, злоба и сострадание. Последнее, а вовсе не стремление к счастью или выполнению долга, составляет основу морали. Сострадание содержит в себе некий мистический компонент (сострадание "процесс изумительный и, более того, таинственный. Это поистине мистерия этики, ее первофеномен и пограничный столб."), но, вместе с тем, возникновение его естественно, т.к. все люди обречены на страдания (результат вечной неудовлетворенности воли), дающие возможность ощутить боль другого. Победить эгоистические ориентации, побуждаемые волей, и преодолеть страдания можно только путем отказа от воли к жизни, выбора позиции недеяния, ведущей к возможности нирваны. В этих "восточных мотивах" Шопенгауэра явно обнаруживается пессимистический контекст его этических размышлений: жизнь, по сути, оказывается ожиданием смерти.

Шопенгауэр предлагал этике иные, по сравнению с классической европейской традицией, ориентиры, выступая против всевластья разума и авторитета общезначимого, подчиняющего и обезличивающего Индивида. Пафос утверждения индивидуальности был подхвачен соотечественником Шопенгауэра, оказавшимся более последовательным и радикальным "сокрушителем устоев".

Фридрих Ницше (1844-1900), произведения которого обладают почти мистической притягательностью для читателей с самыми разными взглядами, всегда, вероятно, будет оставаться фигурой странной, однозначно не разгадываемой. Существует особая проблема адекватности восприятия его идей, которая, так или иначе, затрагивается в большой по объему и весьма разнообразной по содержанию, стилю и степени изощренности исследовательской литературе. Не имея возможности охарактеризовать ее даже в самом общем Биде, нужно все же отметить, что особый, непривычный угол зрения, под которым Ницше рассматривает привычные вещи, проявляется в уникальной стилистике его сочинений. Причудливость и даже "невменяемость" стиля, обрекающая читателя на особый ритм мышления, как бы спотыкающийся на постоянных противоречиях и парадоксах, невольно вызывает подозрение в розыгрыше.

Невозможно закрепить за Ницше любую из демонстрируемых им масок, уловить с достаточной определенностью черты его собственного "лица", вообще утвердиться на какой-нибудь устойчивой почве, не рискуя "нарваться" на очередную "провокацию", - все это расшатывает привычное, комфортное "поле мысли" и побуждает к самостоятельному исканию смысла вне общезначимой системы координат, на свой страх и риск.

Предлагаемая Ницше "переоценка ценностей" направлена, прежде всего, на высвобождение творческой энергии личности, сметающей на пути экспансии своего "я" все устоявшиеся стереотипы, предписания разума, запреты и общезначимые императивы. Для того, чтобы стать полноценным ("тотальным") человеком, максимально реализовавшим свою волю к жизни, необходимо, в частности, встать "по ту сторону добра и зла", "превратить мораль в проблему". Имморализм Ницше не может, конечно, уничтожить моральное сознание как таковое: "мы должны освободиться от морали ... чтобы суметь морально жить"; он предполагает отрицание традиционных, христиански ориентированных, навязываемых извне нравственных ценностей для "освобождения жизни". Но даже такая новая мораль, мораль "сверхчеловека", отвергшего "умертвляющий жизнь" разум и избравшего силу, мощь высшей добродетелью, не выступает у Ницше в качестве приоритета. Провозглашая примат эстетических ценностей над моральными (поскольку искусство более соответствует включению человека в живой, нерасчлененный поток жизни), Ницше обозначает свою позицию как "эстетический имморализм".

Намеченные Шопенгауэром и Ницше ориентации (сомнение в "этических способностях" разума, первостепенная значимость индивидуального, субъективного в противовес общезначимому, стереотипизированному) предваряют этические искания ХХ - го века и во многом определяют их новый, нетрадиционный облик. В русле идей "философии жизни" оформляется самое, пожалуй, влиятельное духовное движение столетия· - экзистенциализм.

Вопросы для самопроверки по истории этических учений (основные)

  1.  С каким античным философом связывается возникновение этики как науки?
    2. Как понимали мораль в античности, средневековье, Новое время?
    3. Как понимает соотношение добра и зла этика гедонизма, утилитаризма, релятивизма?
    4. Какая нравственная категория является основной в этике И. Канта? 5. Что такое категорический императив И. Канта?
    6. В какую эпоху понятие "честь" занимало доминирующее место в моральном сознании общества?
    7. Как Аристотель определяет истинную дружбу?
    8. Как соотносятся между собой универсальные и прикладные этические теории?

Вопросы для самопроверки по этике (основные)

1.Является ли этика гуманистической дисциплиной?
2. Почему этику именуют "философией практической жизни".
3. Предметом изучения этики является...?
4. Что подразумевается под целью этики?
5. Является ли этика частью морали, если да, то почему?

Вопросы для самопроверки по истории этических учений(средней сложности)

     Если вопросы окажутся для Вас трудными, обратитесь еще раз к изучению учебного пособия, т.к. в данном случае задания не выходят за рамки его информации.

1 Проверьте свои знания.

1.1. Какая философская школа Древней Индии была наиболее радикальной и нетрадиционной в постановке и решении этических проблем?
1.2. Назовите имя основателя буддизма.
1.3. Как в древнеиндийской этике назывался принцип поведения, запрещавший причинение вреда всему живому? 1.4. Каким термином (переводимым на русский язык как "угасание") обозначался в древнеиндийской традиции процесс слияния человека с духовным абсолютом?
1.5. Как называется (и как переводится) главный письменный источник раннего даосизма?
1.6. Расшифруйте смысл принципа "шу" ("взаимность") в конфуцианской этике.
1.7. Идеи, какой древнекитайской школы способствовали разрыву культурной традиции Китая в 221-206 гг. до н.э.?
1.8. Каким этическим термином Вы могли бы обозначить человека, который смысл своей жизни видит в наслаждениях, удовольствиях?
1.9. Кто из античных мыслителей пользовался девизом "Познай самого себя"?
1.10. Как называется первый специальный труд по этике?
1.11. Назовите представителей ригористической традиции в этике средневековья.
1.12. Кто из мыслителей Нового времени завещал на своем надгробии сделать такую надпись: "звездное небо надо мной, моральный закон во мне"?
1.13. Кто полагал, что этика - это наука не о том, как стать счастливым, а о том, как стать достойным счастья?
1.14. Кому принадлежит мысль о том, что основу морали составляют три источника: стыд, жалость, благоговение?

2. Ответьте на вопросы.

2.1. О чем бы Вы в первую очередь спросили Конфуция, если бы смогли с ним встретиться? Можете ли Вы сами ответить на этот вопрос?
2.2. Можете ли Вы назвать себя "дважды рожденным"?
2.3. Как Вы думаете, почему джайнизм запрещал своим приверженцам заниматься земледелием?
2.4. Хотели бы Вы стать "настоящим йогом"? Осуществима ли эта цель в условиях нашей жизни?
2.5. Почему сократические школы такие разные, ведь их основателями были ученики одного Учителя?
2.6. Почему Диоген (школа киников) жил в бочке?
2.7. Прав ли был Аристотель, утверждая, что возможность достижения счастья связана с возрастом человека?
2.8. Известно, что Сократ мог избежать смерти, однако он предпочел подчиниться приговору суда и добровольно принял яд. Как Вам кажется, почему он это сделал?
2.9. Платон, образно описывая душу человека, сравнивал ее с колесницей, которой управляет возничий (разум) и в которую впряжены две лошади (воля и чувство). А что управляет Вашей душой?
2.10. Почему стоики считали, что "лучше достойно умереть, чем недостойно жить"?
2.11. Как Вы понимаете смысл различения Гегелем понятий "мораль" и "нравственность"?
2.12. Почему русские идеалисты считали, что вне веры и бога нельзя обрести смысл жизни?
2.13. Кого в истории этики можно отнести к утилитаристскому направлению? Почему?

3. Объясните смысл высказываний.

                                   Согласны ли Вы с высказанными в них идеями? Попробуйте обосновать свое мнение.


3.1. " Кто многое сберегает, тот понесет большие потери. Кто много накапливает, тот потерпит большие убытки. Кто знает меру, у того не будет неудачи" ("Дао дэ цзин").


3.2. "Учитель сказал: "Учиться и не размышлять - напрасно терять время, размышлять и не учиться - губительно" ("Лунь юй").


3.3. "И если бы ты был из грешников наигрешнейший, ты переплывешь на лодке все злое" ("Бхагавадгита").


3.4. "Дружба есть самое необходимое для жизни, ибо никто не пожелает себе жизни без друзей, даже если бы имел все остальные блага" (Аристотель).


3.5. "В человеке все зависит от души, а в самой душе - от разума, если только душа хочет быть благо" (Платон).


3.6,,Каждому живется хорошо или плохо в зависимости оттого, что он сам по этому поводу думает. Доволен не тот, кого другие мнят довольным, а тот, кто сам себя мнит таковым". (Монтень).


3.7. "Государство подвергается опасности, когда женщины находятся во главе правительства, ибо они действуют не согласно требованиям всеобщего, а руководствуясь случайными склонностями и мнениями". (Гегель).


3.8. "С тех пор, как существуют люди, человек слишком мало радовался: лишь это, братья мои, наш первородный грех!" (Ницше).


3.9. "Каждая почти жизнь может быть резюмирована в нескольких словах: человеку показали небо - и бросили его в грязь ... Здесь на земле в людях только пробуждаются мечты и надежды, исполняются же они не здесь" (Л.Шестов).


4. Выполните задания.

4.1. Составьте перечень тех мыслителей, которых можно отнести к эвдемонистической традиции.
Определите, много ли у них общего в понимании счастья.


4.2. Представьте себя последователем учения Эпикура. Постарайтесь с такой позиции определить свое отношение к смерти и убедить себя в том, что ее не нужно бояться.


4.3. Попробуйте завершить мысль:
     "Кто советует юноше прекрасно жить, а старцу прекрасно кончить жизнь, тот глуп - не только вследствие привлекательности жизни, но также и потому, что забота о прекрасной жизни есть ... " (Эпикур).


     "Знающий не доказывает, доказывающий ... " (Даосизм).


     "Никогда в этом мире ненависть не прекращается ненавистью, но ... прекращается она" (Буддизм).


     "Тот, кто обладает моралью, непременно умеет хорошо говорить, но тот, кто умеет хорошо говорить ... " (Конфуцианство ).


4.4. Благодарные сограждане Платона сделали на его могиле такую надпись:
     "Двух Аполлон сыновей - Эскулапа родил и Платона; Тот исцеляет тела, этот - целитель души".
Попробуйте придумать надгробную надпись для того представителя этической мысли, идеи которого понравились Вам больше всего.


4.5. Сделайте свой выбор из альтернативных суждений:


     "Тот, кто искренне стремится к человеколюбию, не совершит зла" (Конфуцианство).


     "Доброта и человеколюбие - мать проступков" (Легисты).

Вопросы для самопроверки по этике (средней сложности)

     Как уже отмечалось, оттенки индивидуального мироощущения, связанного с представлениями о высших нравственных ценностях, иногда очень трудно выразить "научным языком". Компенсировать этот недостаток порой удается поэзии, поэтому с помощью данной рубрики Вы можете приобщиться к миру поэтических образов и попытаться определить, привнесли ли они что-нибудь новое в Ваше восприятие.

       Попробуйте сформулировать смысл предлагаемых· отрывков.

  1.
Мне страшно. Чую приближенье
Минут, когда нельзя мечтать,
Когда желанья и стремленья
Душа не может различать.
Когда, поправ законы чести,
Почуяв чей-то робкий гнет,
Душа стремится к жалкой мести,
А ум, сознав, не сознает.
Когда, прельстившись блеском злата,
Питают в сердце смерти страх,
И проклинают все, что свято,
И поздно каются в слезах.

(А. А.Блок. Из цикла "Погоня за счастьем ").

2.
Мы пьем из чаши бытия
С закрытыми очами,
Златые омочив края
Своими же слезами.
Когда же перед смертью· с глаз
Завязка упадает
И все, что обольщало нас,
С завязкой исчезает,
Тогда мы видим, что пуста
Была златая чаша,
Что в ней напиток был - мечта,
И что она - не наша!

(М.Ю.Лермонтов. "Чаша жизни").

3.
Познай же цену срочных дней,
Лови пролетное мгновенье!
Исчезнет жизни сновиденье:
Кто был счастливей - был умней.
Будь дружен с музою моею,
Оставим мудрость мудрецам;
На что чиниться с жизнью нам,
Когда шутить мы можем с нею?

(Е.А.Баратынский . "Добрый совет ").

4.
Ты бездну страшную,
Паскаль, влачил с собою!
Увы! Все - бездна в нас: слова, дела, мечты!
Мой волос дыбом встал пред чувством пустоты,
Я дрожью ужаса пронизан ледяною.
Везде: вверху, внизу, вдали, передо мною
Безмолвие пространств и ужас высоты,
И ночью Божий перст в про валах темноты
Кошмары чертит с их бездонной глубиною.
Я снов моих страшусь, как черных пропастей,
Что нас безвестными путями завлекают;
Все окна предо мной безбрежность отверзают,
Мой разум кружит вихрь безумий и страстей.
Небытие зову я, ужасом объятый,
Но слит со мною мир существ и числ проклятый!

(Ш .Бодлер. "Бездна")

5.
О! если б человек был также духом тверд,
Как званием своим "царя зверей" он горд!
Бесстрашно умирать умеют звери эти;
А мы - гордимся тем, что перед ними дети!
Когда приходит смерть, нам трудно перенять
Величие зверей - умение молчать.
Волк серый! Ты погиб, но смерть твоя прекрасна.
Я понял мысль твою в предсмертном взгляде ясно.
Он говорил, твой взгляд: "Работай над собой,
И дух свой укрепляй суровою борьбой
До непреклонности и твердости могучей,
Которую, внушил мне с детства лес дремучий,
Ныть, плакать, вопиять - все подло, все равно.
Иди бестрепетно; всех в мире ждет одно.
Когда ж окрепнешь ты, всей жизни смысл проникнув,
Тогда терпи; как я, и ·умирай, не пикнув.

(Альфред де Винти. "Смерть волка Н).

6.
Глаза открыты и не видят ... Я - мертвец ...
Я жил ... Теперь я только падаю ... Паденье,
Как мука, медленно, и тяжко, как свинец.
Воронка черная без жалоб, без боренья
Вбирает мертвого. Проходят дни ... года ...
И ночь, и только ночь, без звука, без движенья.
Я понимаю все ... Но сердце? И сюда
Схожу ли стариком иль пору молодую
Покинул и ... любви сияла мне звезда? ...
Я - груз, и медленно сползаю в ночь немую;
Растет, сгущается забвенье надо мной ...
Но если это сон?;. О нет, и гробовую
Я помню тень, и крик, и язву раны злой ...
Все это было ... и давно ... Иль нет?
Не знаю ... О ночь небытия!
Возьми меня ... я твой ...
Там ... сердце на куски ... Припоминаю.

(Шарль Леконт де Лиль. "Последнее воспоминание").

7.
Я в черные дни
Не жду пробужденья.
Надежда, усни,
Усните, стремленья!
Спускается мгла
На взор и на совесть.
Ни блага, ни зла,
О, грустная повесть!
Под чьей-то рукой
Я - зыбки качанье
В пещере пустой ...
Молчанье, молчанье!

(П. Верлен. "Я в черные дни...")

8.
Одни идут дорогой гладкой
И, не трудясь в поту над грядкой,
Едят обильно, жирно, сладко
И свысока
Глядят на дом с оградой шаткой
Дом бедняка,
Другие борются за счастье,
Полны надежды, воли, страсти,
Стремясь достичь богатства,
власти
Любой ценой,
Чтобы потом, забыв ненастье,
Вкушать покой.
А третьи, путь, покинув торный
(Как, скажем, Ваш слуга покорный),
Сбиваются с тропинки горной
Туда - сюда.
Таким на склоне лет бесспорно
Грозит нужда.
Но лучше труд до изнуренья,
Чем с жалкой жизнью примиренье.
Пусть смотрит с неба бледной тенью
Фортуны серп;
Не помешает вдохновенью
Ее ущерб.

(Р. Бернс. "Одни идут")

9.
И цветы, и шмели, и трава, и колосья,
И лазурь, и полуденный зной ...
Срок настанет - господь сына блудного спросит:
"Был ли счастлив ты в ЖИЗНИ земной?"
И забуду я все - вспомню только вот эти
Полевые пути меж колосьев и трав -
И от сладостных слез не успею ответить,
К милосердным коленям припай.

(И.. Бунин. "И цветы").

Вопросы для самопроверки по истории этических учений (повышенной сложности)
( самостоятельное изучение материала)

2. Ответьте на вопросы.

2.1. В чем проявляется "традиционность" древневосточной этической мысли?
2.2. Какие идеи объединяют Сократа и Конфуция?
2.3. Каковы наиболее принципиальные различия между древнеиндийским и древнекитайским этическим сознанием?
2.4. Что попросил Диоген Синопский у Александра Македонского? А что попросили бы Вы у правителя, если бы были киником?
2.5. Какие аргументы приводил Аристипп из Кирены в пользу приоритета телесных удовольствий по сравнению с духовными? (Если Вы их не знаете, попробуйте придумать свои. Получилось?)

2.6. Кого имел в виду Аристотель, когда говорил, что "образ его речи - средний между поэзией и прозой"?
2.7. Чем "атараксия" (Эпикур) отличается от "апатии" (стоики)?
2.8. Если Кант был убежден, что для себя самой мораль "отнюдь не нуждается в религии", то зачем он постулировал существование бога и бессмертие души?
2.9. Может ли принцип "разумного эгоизма" служить надежным нравственным ориентиром жизни?

3. Проинтерпретируйте фрагменты текстов.

3.1. "Умеющий шагать, не оставляет следов. Умеющий говорить, не допускает ошибок. Кто умеет считать, тот. не пользуется инструментом для счета. Кто умеет закрывать двери, не употребляет затвор и закрывает их так крепко, что открыть их невозможно. Кто умеет завязывать узлы, не употребляет веревку, но завязывает так прочно, что развязать невозможно. Поэтому совершенномудрый постоянно спасает людей и не покидает их ... Таким образом, добродетель является учителем недобрых, а не добрые - ее опорой." ("Дао дэ цзин").


3.2. "Справедливейшее наказание за грех состоит в том, что человек утрачивает то, чем он не хотел хорошо пользоваться ... тот, кто не захотел поступать правильно, когда мог, лишается этой возможности, когда он захочет поступать правильно" (Августин Блаженный).


3.3. "Тайна души как личности заключается именно в ее способности возвышаться над собой, быть по ту сторону самого себя - по ту сторону всякого фактического своего состояния и даже своей фактической общей природы" (С.Франк).


3.4. "Дух человеческий - в плену. Плен этот я называю "миром", мировой данностью, необходимостью. "Мир сей" не есть космос, он есть некосмическое состояние разобщенности и вражды и истинный путь есть путь духовного освобождения от "мира", освобождения духа человеческого из плена у необходимости это путь высших духовных созерцаний, духовной собранности и сосредоточенности" (Н.Бердяев).


3.5. "Человек создает себя сам. Он не сотворен изначально, он творит себя, выбирая мораль; а давление обстоятельств таково, что он не может выбрать какой-нибудь определенной морали" (Ж.-П.Сартр).


3.6. "Ничтожные мысли не только засоряют пространство, но именно они мешают передаче мыслей на дальние расстояния. Каждый участвующий в передаче мысли знает, как иногда выдаются части посылок, как темное облако затемняет ясные выражения. Именно малые слизкие уродцы пересекают путь посылок. Сами уродцы по бессилию неслышимы, но их слизь достаточна, чтобы уплотнить пространство и нарушить токи! Поэтому для скорейшего передавания мысли нужно просить человечество воздержаться от ничтожных мыслей. Даже небольшая заботливость о мысли даст уже полезные следствия. Кроме того, слизь мышления может быть источником эпидемий" ("Живая Этика").

4. Выполните задания.

4.1. Попробуйте составить перечень вопросов, на которые Будда ответил бы "благородным молчанием".


4.2. Попробуйте соединить два различных высказывания в одно непротиворечивое суждение:
"Не беспокойся о том, что люди тебя не знают, а беспокойся о том, что ты не знаешь людей" ("Лунь юй");
"О каждом знают слишком много! И многие делаются для нас прозрачными, но от этого, мы еще не можем пройти сквозь них" (Ф.Ницше).


4.3. Если Вы согласны с установкой В. Г. Белинского (высказанной им в ранний период творчества), что "жить истинной жизнью - значит молиться", то перечислите те виды человеческого поведения, которые вписываются в эту формулу. Если не согласны, то сформулируйте собственную позицию: жить истинной жизнью - значит ...

6. Завершите мысль:

     "Учение наше древнее всякого другого; а потому оно ... " (Тертуллиан);


     "Моя цель не плакать и смеяться, а ... " (Спиноза);


     "Поистине, лучше уж совершить злое, чем подумать ... " (Ницше);


     "В начале всякой философии лежит удивление, ее развитием является исследование, ее концом - ... " (Монтень);


     "В многой мудрости много печали; и кто умножает познания - ... " (Библия. Екклесиаст)


     "Лучше достойно умереть, чем ... " (Сенека).

Темы рефератов

1.Этика как система идей.
2.Человек как мера всех вещей.
3.Должное и сущее.
4.Роль социальной этики в Древнем Китае.
5.Конфуций о значении ритуала в жизни личности и общества.
6.Понятие "благородного мужа" - от Конфуция до Х.Ортега и Гессена.
7.Проблема самосовершенствования в буддийской этике.
8.Пути достижения нирваны в буддизме.
9.Понимание любви в христианской этике.
10.Этика Сократа.
11.Этика Эпикура.
12.М.Вебер о протестантской этике.
13.Категорический императив И.Канта.
14.И.Кант о соотношении религии и морали.
15.Понятие сверхчеловека Ф.Ницше.
16."Мораль рабов" и "мораль господ" в этике Ф.Ницше.
17.Ф.Ницше о происхождении морали.

Список используемой литературы

1. Аврелий Августин. Исповедь. - М.,1991
2. Аристотель. Сочинения: В 4 т. - Т.4 - М., 1984
3. Асмус В.Ф. Античная философия: М., 1976. 9. Боннэр Д,
4. A. Cенeкa Луцилий. Нравственные письма к Луцилию. М., 1977. 5. Гоббс Т. Человеческая природа. // Избр. Соч. в 2 т. - Т.1 - М., 1964.
6. Гусейнов Д, А, Великие моралисты. М., 1995.
7. Гусейнов Д, А., Иррлитц Г. Краткая история этики. М., 1987.
8. Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. М.,1986
9. Соловьев В.С. Жизненная драма Платона. Соч., т.2, М., 1988
10. Лосев Д,Ф. Жизненный и творческий путь Платона. Платон.Соч., т.1, М.; 1968.
11. Кант И. Основоположения метафизики нравов // Кант И. Собр. Соч. в 8 т. - Т.4. - М.,1994
12. Кант И. Критика практического разума. // Кант И. Собр.Соч. в 6 т. - Т.4 - М., 1965.
13. Кессиди Ф.Х. Сократ. М., 1976.
14. Кропоткин П.А. - Этика - М., 1991
15. Иванов В.Г. История этики Древнего мира. Л., 1980.
16. Марк Аврелий Антонин. Размышления. Л., 1985.
17. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд., т.20.
18. Материалисты Древней Греции: собр. текстов Демокрита, Гераклита, Эпикура. М., 1955.
19. Микеланджело. М., 1980
20. Монтень М. Опыты. М., 1972
21. Нерсесянц В.С. Сократ. М., 1977.
22. Татаркевич В.О. О счастье и совершенстве человека. - М., 1981
23. Толстой Л.Н. Исповедь. В чем моя вера? - Л.,1991
24. Фейербах Л. Эвдемонизм.// Избранные философские произведения. - Т.1. - М.,1955
25. Фома Аквинский. Сумма Теологии. Н. Вопрос 18.; Вопросы философии, 1997, N 9.
26. Шопенгауэр А. Об основе морали.// Свобода воли и нравственность. - М., 1992
27. Шопенгауэр А. Афоризмы житейской мудрости. - М., 2001
28. Платон. Георгий. Соч. в 3 тт., Т.1. М., 1968. 2. Платон. Пир. Соч. в 3 тт., Т.2. М;, 1969.

Список рекомендуемой литературы

       1.Аналитическая психология: Прошлое и настоящее/ К. Г. Юнг, Э. Сэмюэлс, В. Одайник, Дж. Хаббек; Сост. В. В. зеленский, А. М. Руткевич.-М.: Мартис, 1995.- 320 с.
       2.Алексеев П. В., Панин А. В. Философия.- М., 1996.
       3.Ницше Ф. Стихотворения. Философская проза: Пер. с нем./Сост.М. Кореневой; Вступ. Ст. М. Корневой и А. Аствацатурова; Коммент. А. Аствацатурова-СПб.: Худож. Лит., 1993.
       4.Сенека и др. Если хочешь быть свободным/ Сенека, Честерфильд, Моруа.- М.: Политиздат, 1992.- 381 с.
       5.Разин А. В. Этика: Учебник для вузов.- 2-е изд., перераб.- М.: Академический Проспект, 2004. - 624 с.
       6.Этика: Учебное пособие/ Т.В.Миташкина, З. В. бражникова, Н. И. Мушинский и др.; Под ред. Т. В. Миташкиной, Я. С. Яскевич. - 2-е изд. - Мн.: Новое знание, 2-2.-509 с.
       7.Шрейдер Ю.А. Этика. Введение в предмет.- М., 1998.




1. Ставка для защиты от PokerStrtegy
2. Применение звукозаписи Звукозапись все шире используется в уголовном процессе
3. Розрахунки з постачальниками та підрядниками
4. тема итоговых показателей комплексно характеризующих финансовохозяйственную деятельность предприятий вс
5. Реферат- Противостояние доллара США и евро
6. ВВЕДЕНИЕ 4 1 ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ И ОРГАНИЗАЦИИ АУДИТОРСКОЙ ДЕЯТЕЛЬ
7. История русского быта Галерея Искусств Суханова М
8. Семейный обед 1ая Макаронная Компания 2.html
9. ~о~ам ж~не ~леумет ~~ымдарыны~ м~ні
10. ТеленгитСортогойская средняя общеобразовательная школа с
11. Зарождение методики обучения биологии в России
12. а по заявлению ООО б но заявлению ЗАО в по соглашению ООО и ЗАО А
13. описание своей жизни включающая обучение и образ жизни
14. Российский государственный профессиональнопедагогический университет Институт экономики и управления
15.  недостатка счастья теплоты и любви в отношениях деятельности
16. Методы и значение неразрушающего контроля качества продукции
17. Отчет по преддипломной практике
18. Контрольная работа- Метрология, стандартизация и сертификация
19. Контрольная работа по дисциплине Рынок ценных бумаг Что такое ОБФУ
20. Революционер Акакий Акакиевич (НВГоголь «Шинель»)